Детская дружба

Когда я была маленькой, как и все дети, ходила в детский сад. И был у меня там друг, Андрюша Ерёменко. Эта дружба была сильной, ясной, совсем детской, а потому полной и настоящей. Мы всё время были вместе. Вместе играли, вместе смеялись, вместе ложились в тихий час и ещё долго шептались и держались за руки.

На фотографии, это наш утренник. Я справа, в красном платье, хотя на самом деле фото чёрно-белое. Рядом со мной, в костюме медвежонка, стоит Андрюша. С ним рядом было спокойно и уютно. Мир казался понятным, садик весёлым, а каждый день, длинным и полным маленьких приключений.

Иногда мама Андрюши задерживалась на работе, и тогда нас обоих забирала моя мама. Мы шли домой медленно, держась за руки и разговаривая о чём-то очень важном, хотя теперь уже и не вспомнить, о чём именно. Наверное, о том, о чём умеют говорить только дети, сразу обо всём и всерьёз. Эти полчаса дороги домой были для меня как маленькое продолжение счастья.

А потом однажды Андрюша не пришёл. Ни в тот день, ни на следующий. Сначала я не волновалась, решила, что он заболел. Болели тогда часто, у меня самой ангины случались одна за другой. Но прошла неделя, потом ещё одна, а его всё не было.

Наконец я спросила у воспитательницы. Она ответила просто:

— Андрюша с родителями уехал в Москву. Его папа поступил в Академию.

Я тогда почти ничего не поняла. Только одно: Андрюша не вернётся.

Вечером я спросила у мамы, и она подтвердила. А я всё ещё надеялась, что взрослые ошиблись, что что-то перепутали, что он просто вот-вот появится снова, как будто ничего не случилось. Больше всего меня мучило даже не то, что он уехал, а то, что мне никто не сказал заранее. Я не успела попрощаться. Для детского сердца это очень много.

После этого играть уже не хотелось. С другими детьми разговаривать тоже. Я просто сидела на стульчике и ждала, когда меня заберут домой. Не плакала. Я знала, мама моих слёз не любила, и потому держала всё в себе, как умела.

Помогла мне Лена, моя младшая сестра. Непоседа, хулиганка, упрямая и нежная. Поняв, как мне тяжело, она по-своему решила меня спасать. Убегала с площадки своей группы на мою, чтобы быть рядом, смешила, отвлекала, нарушала дисциплину с таким самоотверженным видом, будто это её особая миссия. Мама ругалась, но Лена всё равно не сдавалась.

Понемногу мне стало легче. Но где-то внутри тогда появилось первое взрослое решение: больше ни с кем так не дружить. Потому что, когда уходит друг, сердце болит так сильно, что у ребёнка просто нет слов для такой боли.

Уже потом, став взрослой, я поняла, что дети дружат по-настоящему. Без скидок, без защиты, без внутренней оглядки. И если такая дружба вдруг обрывается, им больно не меньше, чем нам. Просто у них ещё нет тех слов, которыми взрослые умеют объяснять свои потери.

Сейчас у моей внучки Василисы есть друг, Артём. Я смотрю на них и радуюсь. Радуюсь не только самой этой дружбе, но и тому, как бережно мои дети и родители Артёма относятся к их чувствам. Не торопят, не обесценивают, не отмахиваются. Просто понимают, что для ребёнка это не пустяк, а целый мир.

И мне очень хочется, чтобы этот мир у них жил долго. Чтобы они научились быть рядом, дорожить друг другом, любить, помнить, ждать. А нам, взрослым, важно одно: быть около. Тихо, надёжно, с любовью. Детская дружба только кажется маленькой. На самом деле она остаётся в человеке надолго. Иногда на всю жизнь.