Читаем 9-ю главу Бодхичарья-аватары. Стихи 38-39

38
“Как может принести плоды
Почитание того, что лишено сознания?”
Согласно наставлениям, почитание пребывающего [в самсаре]
И ушедшего в нирвану приносит равные плоды.

39
Согласно писаниям, плод почитания существует,
Будь то с относительной или высшей точки зрения.
[А потому поклонение иллюзорному будде]
Приносит те же плоды, что и почитание подлинно существующего.

Допустим, что иллюзорное поклонение иллюзорному будде принесёт иллюзорные плоды, которые не отличны от реальных. В самом деле, если бы даже было что-то реальное, разве не узнали бы мы о нём лишь в нашем субъективном опыте? А если всё, что мы познаём, зависит от нас, то нет никаких оснований считать это сколько-нибудь объективным, претендующим на независимое от нас существование со своей стороны.

Да, всё субъективно. Но внешняя реальность есть, иначе сознание будет зависеть не от внешних объектов, а от самого себя, что сделало бы его самосущим. Чтобы оно даже и не думало о таком независимом существовании, приходится в субъективном обнаружить внешние объекты — видимо, внешние сознанию, не становящиеся частью сознания, чем-то субъективным, но и не становящиеся чем-то объективным.

Так объективны внешние объекты или субъективны? Должно быть, они вне субъективности и объективности. Но разве не мы наделяем их определённостью? Если внешние объекты — лишь конструкты нашего ума, то они должны быть субъективны. Или некая незаконная объективность прячется в основе обозначения? Но если мы её проанализируем по полной, то не обнаружим там ничего, что могло бы быть несубъективным.

Правда, мы обнаружим там ничто, которое может показаться вполне объективным. Однако ничто не может быть чем-то ещё, кроме как ничто. Поэтому оно выпадает из игры. Выходит, мы никак не можем обнаружить во «внешних объектах» мадхьямиков их инаковости сознанию. Нет там ничего внешнего — всё субъективно и оформлено сознанием. А раз так, то нет оснований утверждать, что сознание зависит от чего-то внешнего и иного себе.

Выходит, всё-таки всё субъективно. Но если сознание не кажимость самого себя, а нечто реально существующее, то оно оказывается вполне себе объективным. Казалось бы, мы погрузились в самую пучину сознания и вдруг обнаружили там самую что ни на есть объективность. Ну а как иначе? Неужели сознание может существовать как кажимость самого себя? Если такое невозможно, то оно объективно.

Нет необходимости утверждать, что сознание полностью независимо от себя. Будучи целым, состоящим из частей, оно будет зависеть от них. А так как части в некоторой степени иные целому, то в сознании мы обнаруживаем нечто иное ему. И, конечно, сознание будет зависеть от этого иного. А будет ли это иное зависеть от сознания? А куда оно денется? Разве части целого не удерживаются им в ежовых рукавицах? Вот вам и взаимозависимость.

Так значит, сознание не самосущно, а взаимозависимо? Выходит, оно пусто от самобытия и полностью без остатка растворяется в ином? Растворяется, но не полностью. Оно, как и все явления, не склонно впадать в абсолютный релятивизм, неизбежно соскальзывающий в нигилизм, который навязывается реальности мадхьямиками. Нет, его нисколько не смущает совмещение в себе относительного самобытия с относительным инобытием.

Так что же с нашим иллюзорным буддой? Иллюзорным — значит, субъективным. Или есть объективная иллюзорность? Тут проблема, наверно, ещё в том, что если даже будда, его почитание, плоды этого почитания иллюзорны, то будет ли иллюзорным механизм, обеспечивающий всю эту иллюзорность? Мы отражаем в сознании весь этот кармический процесс или просто верим в него? Какие у нас есть основания считать его иллюзорным?

Похоже, что если этот процесс и есть, то он очень даже объективный. Мы его не воспринимаем, но он есть. Значит, он существует независимо от нас. А если он объективен и реален, то почему все составляющие этого процесса оказались иллюзорными? Разве этот реальный кармический процесс не способен ни с кем поделиться своей подлинностью? Если способен, то и будда, и плоды его почитания окажутся вполне себе подлинными.