Крейсера. Роман. Глава 21

Глава 21.
    Подведение итогов боевой подготовки кораблей флота состоялось без нас, но в нем, мы заняли главную позицию среди кораблей Краснознаменного Северного Флота.
Построение личного состава было объявлено командиром корабля в столовой команды, для объявления результатов боевой учебы и награждения личного состава по результатам боевой службы корабля.
    - Экипаж! Смирно! Слушай приказ командира корабля, номер,…
    - Товарищи матросы, старшины, мичманы и офицеры! – начал командир. - По итогам боевой подготовки и выполнения задач боевой службы в океане за 1989 год РКР «Маршал Устинов» решением Военного совета СФ, награждён переходящим знаменем Военного совета КСФ. Кроме того, крейсеру присвоено звание «отличный корабль» с занесением в Книгу почета Военного совета СФ. Хочу отметить самое главное, крейсер подтвердил своё главное предназначение. - ударного крейсера ВМФ СССР! За 1989 год «Маршал Устинов» завоевал приз главкома ВМФ по ракетной стрельбе главным комплексом. Поздравляю экипаж, и надеюсь что мы и впредь будем гордо нести знамя передового корабля флота - вольно».
    Дальше, подведение итогов по боевым частям, награждение отличившихся за прошедший период. Особо моряки радовались отпускам на малую родину. За три года службы на корабле. Многие отвыкли от земли, а уж тем более по шесть-восемь месяцев в открытом океане!
Продолжился процесс смены командования. Офицеры и мичманы первого экипажа, всё чаще уходили на повышение, на новые командные высоты в эскадру. Вместо них, приходили вчерашние лейтенанты, и наши и чужие. Шла смена управления. Увы, легенды тоже подвержены эрозии! Новый экипаж, новые задачи, новые проблемы. И снова всё сначала, как в первый раз!
    - Иванов! Вам есть важное поручение! – большой зам доводит планы корабля на ближайшие три месяца до своих подчинённых.
    - Какое? – я уже старлей, могу себе позволить немного поборзеть. В наш маленький коллектив влился молодой лейтенант, так что я уже не самый молодой.
    - Поедешь в командировку!
    - Товарищ капитан второго ранга! Я собираюсь в краткосрочный отпуск на две недели в Ленинград!
    - А что вы там будете делать? Насколько я помню, родина ваша- Одесская область?
    - У меня там невеста! Я обещал, что сразу после боевой службы приеду к ней и мы поженимся, - выдал я сокровенное заму.
    - Ну, это ты успеешь. Сначала в командировку в Новосибирск. А потом я отпущу тебя на две недели в Ленинград! Или ты весь отпуск возьмешь зимой? – поинтересовался он лукаво.
    - Никак нет! Основной отпуск в июне, согласно графика!
    - Ну вот?! Тем более что приказ уже подписан, менять никто ничего не будет!
Сказать нечего. Подписанный приказ, это довод. Разве что у командира срочно не образуется потребность в его изменении.
    - А что там делать?
    - Отвезете секретную плату в НИИ! Получите замену, и вернётесь в Североморск!
    - Замечательно! А представители промышленности не хотят сами все эти вопросы решить через официальные каналы? Для этого есть служба фельдъегерской связи!
    - Есть. Но они приняли наш заказ на февраль месяц! Гонять фельдъегеря в Тмутаракань с одной платой они не могут. А нам ждать до февраля нельзя! У нас с 14 января начало сдачи задачи К1. Так что исходить нужно из имеющихся сил и средств. Командир попросил отправить кого-нибудь из ответственных офицеров. А допуск по форме раз, у нас имеешь только ты! Скажи спасибо своей срочной службе в радиоразведке!
    - Спасибо.
    - Не мне! Николаевскому управлению КГБ СССР. Ты там кажется учился?
    - Так точно!
    - Ну вот! Значит, два дня тебе отдыха, и в понедельник утром, получить у писаря проездные документы, у снабженца командировочные и у командира БЧ-7, упакованную секретную плату. Распишешься в документах, и в путь! Кстати, из Мурманска в Новосибирск прямого рейса нет, так что летишь через Ленинград. Можешь спланировать время так, чтобы иметь целый день свободный. Встретишься с невестой, объяснишь всё! Я думаю она поймёт, - кивнул головой зам, каким-то своим мыслям.
    - Есть! – не сказать, что это стало для меня облегчением, но я решил так и сделать. Ну что-ж, в командировку, так в командировку! Сам себе выбрал такую жизнь, не на что жаловаться.

    В понедельник утром, я поднимался по трапу в старенький Ан-26, летящий в Ленинград. На самолеты посовременнее типа Як-42, билетов уже не оказалось. Я знал почему, потому особо не возмущался.
    Моё первое лето на Кольском полуострове было усеченным, из-за первой боевой службы, но я помню события которые разворачивались внутри офицерского корпуса Северного Флота.
В порядке вещей было, уйти на сход в пятницу вечером, и тут же вылететь в Сочи, чтобы субботу и воскресенье провести в приятной неге южного солнца, с любимой женщиной рядом. А в ночь на понедельник вылететь в Мурманск, пусть даже через Ленинград, чтобы к восьми утра быть на корабле! И это не мои фантазии, а абсолютная реальность, которая принята на флоте. В перерывах между выходами, офицер мог вылететь на один день хоть на юг, хоть на запад, хоть на восток. Главное, чтобы он вписался в временной промежуток, в который начальство не будет спрашивать, где такой-то товарищ, и когда он будет на службе?
И даже в таких ситуациях, если не успеваешь, если отложили вылет, если нужно дополнительное время, можно было позвонить на корабль и отпроситься, у командира или у старпома. Начальство практически всегда шло навстречу. Корабельная служба такова, что без сучка и задоринки её может тянуть разве что робот, лишенный чувств, эмоций, и требующий только бортовое питание для исполнения инструкции. Человек, требует другого подхода. И этот подход, хоть и  не вписывается в уставы, но позволяет поддерживать тот порядок который подразумевается в такой системе как военный флот!
Адмирал Эссен, командующий БалтФлотом, когда ему докладывали что дивизия подводников без разрешения ушла в Гельсингфорс, пьянствовать в единственном ресторане и драться в финскими националистами, всегда реагировал одинаково:
    - «Этим можно, всё равно смертники!».
С тех пор прошло много лет, и многое на флоте поменялось, но не поменялся порядок флотской службы, флотские традиции, и условия. Флот всё так же действует в условиях жесткого временного цейтнота, на больших расстояниях от родных баз, и в отрыве от семей, родных и близких.
В общем, я знал, что билеты на все «модные» направления распроданы заранее, и спокойно занл своё место в обычном, дребежащем на «поворотах», но зато «надежным как весь гражданский флот» самолете.

    В Ленинграде было холодно, снежно и ветрено. Выходить из аэропорта не хотелось, но у меня было шесть часов времени, и я хотел увидеться с любимой.
Домашний адрес я знал, мне Танюша написала в письме, которое я получил сразу по возвращению. Телефона у меня нет, поэтому поеду по адресу. Это будет неожиданный сюрприз. Написать, предупредить, времени у меня уже небыло, так что пришлось действовать по ситуации.
    Звонок в дверь, был слышен даже на лестничной площадке. Я волнуюсь, даже руки дрожат он волнения. Дверь долго не открывается, возможно что никого нет дома. Я уже было отвернулся, собираясь спуститься вниз, когда раздался щелчок замка, и дверь отворилась. На пороге стоял незнакомый мужчина. Сердце перестало биться…
    Он оглядел меня с ног до головы, и кивнул каким-то свои мыслям.
    - Я понимаю, вы к Кораблёвым! Увы, они здесь больше не живут.
Я понял почему у меня сердце остановилось. Я испугался что потерял Танечку, навсегда. Что-то там в глубине, меня уже предупреждало, что пласты времени сдвинулись, и произошли события которые увы не в мою пользу.
    - А вы не знаете куда они выехали? – спросил я, надеясь, что может быть у нового жильца есть адрес старых.
    - Нет. Жильё служебное, поэтому они его сдали в КЭЧ. А я уже у них получил ключи.
    - А откуда знаете, что здесь жили Кораблёвы?
    - Так, старший мичман Кораблёв в моей части служил.
    - Служил?
    - Да, он перевелся на морской полигон ЧФ в Феодосию.
    - Слушайте, а случайно телефона он вам не оставил? Ну, мало ли бывает, если почта какая,  или кто-то будет искать?
    - Ну почему не оставил? Оставил конечно. На окне записка была, для нового жильца, и телефон по новому месту службы.
    - А можно мне номер?
    - Конечно. Меня никто не просил не давать, так что подождите, я сейчас.
Он ушел вглубь квартиры, и вернулся буквально через минуту.
    - Вот, служебный телефон. Можете звонить. – кивнул он, протягивая записку с номером.
    - Спасибо.
    - А вы я так понял родственник?
    - Никак нет. Я жених!
    - Кого? Элеоноры? – удивился мужик.
    - Да какой Элеоноры? Дочери её, Татьяны!
    - Хм. Элеонора конечно видная баба, а вот дочери их я не видел никогда, не знал даже, что у них дочь есть.
    - Ладно, спасибо вам!
    - Да не за что! Удачи тебе!
    Вот и источник беспокойства. Не зря меня начало трясти от нервного напряжения. Что-то случилось, что пока мне недоступно. Хорошо. Есть телефон! А когда звонить? Сейчас? День рабочий, можно просто позвонить и поговорить с отцом Танюши. Узнать хоть как она? А что я им скажу? Что еду в командировку вместо отпуска? Страшно…
    Я позвонил с Центрального Телеграфа. На моё счастье, трубку взял сам мичман Кораблев.
    - Слушаю Вас! Говорите!
    - Здравствуйте, Виктор Петрович. Это Иванов, из Североморска!
    - А, это ты,…Ну здравствуй. Вернулся?
    - Точно так! – ответил я коротко, боясь задать следующий вопрос.
    - Ну раз сам позвонил, тогда слушай внимательно! Не надо тебе сынок никуда ехать. К твоему несчастью, девочка переболела своей первой влюблённостью, и успокоилась. Когда я возмущался ещё в начале вашего знакомства, я именно этого и боялся. Но, как видишь, чего боишься то и притягиваешь.
    - Так что с Танечкой? С ней что-то случилось? Она заболела? – забеспокоился я.
    - Да нет. С Таней ничего не случилось, она жива, здорова, учится. Поступила здесь в университет, на первый курс. Много новых друзей, забот, учебы. В общем, как и у любого студента!
    - Ладно Виктор Петрович, не тяните кота…вы что-то хотели сказать?
    - Да. Не приезжай, не теряй время и нервы. У Танечки появился жених. Ей сделали предложение, и она ответила согласием! Свадьба намечена на конец первого курса, на июнь месяц. – выплеснул без остановки Кораблёв.
И моё сердце, остановилось…
    - Что ты молчишь?
Я не знал что сказать, и надо ли что-то говорить.
   - Передайте Тане…, что я желаю ей счастья…, - и я положил трубку.
Сердце стучало молотом, требовало битвы, а мозг уже принял неизбежное. С самого начала, наша любовь была обречена. Увы.

    Командировка пролетела быстро, благо была задача, и уже ничего не отвлекало от службы. Хотя, кого я обманываю? Все валится из рук, ничего не хочется. И только воинские обязанности и служебная дисциплина заставляет не опускать руки.
Зато Светка счастлива. В кои-то веки наступил и на ее улице праздник. На выходные она отменила всё что могла и не могла, и просто не вылезали из постели. Я такой радостной её никогда не видел. А надо было?
Да, надо было понять окончательно, что это не моё. Она конечно славная, но видимо в скрижалях прописана другому!
В понедельник утром, я уезжал из Мурманска в родной Североморск, чтобы уже навсегда забыть этот адрес, эту женщину и эти отношения. Нет я не жалею что так получилось, - в один месяц я потерял и реальность и перспективу. Теперь я точно знаю, что моя любовь и моё будущее ещё где-то там, впереди. Видимо, это была просто тренировка.

    Отряд кораблей, во главе с флагманом ТАРКР «Калинин» выходит в море на трехдневное комплексное учение, по противолодочной подготовке и ПВО\ПРО соединения. В составе отряда шесть кораблей, включая флагман. Четыре противолодочных корабля первого ранга и два крейсера. Задача комплексная, потому что совмещена с противовоздушным боевым охранением, отработкой задачи нанесения ракетного удара и кучей других задач, в рамках сдачи курсовой задачи К2 и К3. В общем, много, долго и муторно.
А тут как назло, погодка свеженькая, корабли качает, и до полигона придется «шлепать ластами», как говорят «маслы», имея в виду идти под успокоителями качки.
    - «Ноль восемьдесят восьмой, я ноль восемьдесят, как слышите меня, прием?» - брякнуло в
сети. Вахтенный офицер, придремавший стоя рядом с рулевым вздрогнул. Восьмидесятый у нас флагман!
    - «Есть ноль восемьдесят восьмой!».
    - «Я ноль восьмидесятый. Вам следовать в квадрат шестьдесят восемь! Как поняли меня?».
Указанный квадрат был условным. Это значит «Устинову следовать к кромке льда, и оттуда, нанести ракетный удар по плавающему щиту у Новой Земли, в рамках общего замысла учений. Ничего нового в фабуле учений небыло. Точно такие же учения проводились в прошлом и в позапрошлом году! Только в этом году, крейсер будет стрелять в одиночестве, без отряда сопровождения. Корабли бригады приступают к своим учениям.
    - «Есть, понял, - квадрат шестьдесят восемь». – ответил вахтенный офицер.
«Чего вдруг, флагман дал команду по открытому международному каналу?».
    - БИП, Ходовому?
    - Есть БИП! - тут же ответил дежурный офицер БИП.
    - Что у нас с надводной и воздушной обстановкой?
    - По пеленгу 312 дальность 36 кабельтовых цель надводная, курс 156, скорость 12 узлов. Предполагаю, норвежское судно разведки «Марьята-2». Ждем подтверждения авиации!
    - Есть, понял!
    - «Устинов» я «Калинин», - раздался вызов, уже по закрытому каналу.
    - Есть «Устинов!».
    - На соединение с отрядом следует норвежское судно разведки «Марьята-2. По достижению разведчиком точки встречи, по команде: «Одуванчик», увеличиваем ход до «самый полный! И рассредоточиваемся в соответствии с установленными районами. Вам следовать в район шестьдесят восемь! Как понял меня?».
    - Понял тебя, понял!
    - Конец связи!
Вахтенный отложил гарнитуру связи и посмотрел в левый иллюминатор. Там, на пяти кабельтовых шел параллельным курсом старый престарый РКР «Вице-адмирал Дрозд».
    - Интересно, а что с «Дроздом»-то делать будут? Он же больше 15 узлов уже не даст?!
    - Говорят, у него только два котла. И те на ладан дышат! Зачем его с нами в море тащат? – покачал головой штурман.
    - Начальству виднее. Ты готов прокладывать в квадрат шестьдесят восемь? – поинтересовался вахтенный офицер.
    - Угу, всегда готов! Вот только команду дадут, и сразу же начну.
    - Начни, начни, а то в нужный момент окажется что карты конечно взяли, но игральные! – заржал вахтенный офицер.
    - Игральными прокладывают курс только стратеги, у них в «бомберах» места мало для разворота большой карты, - улыбнулся штурман, - Да и автопрокладчиков нет!

    Вожделенная команда, которую ждало всё соединение, наконец раздалась через минуты сорок.
За это время, «Марьята-2» подошла к отряду, и пристроилась в кильватер к флагману, на дистанции десять кабельтовых. Это конечно большая наглость, но тут не до сантиментов. Обычно, судно разведки держится в пятидесяти-семидесяти кабельтовых от отряда. А тут прямо в карман лезет. Явно чувствует, что что-то будет!
    - «Внимание. Всем бортам – команда - «Одуванчик!».
    - «Есть!» - репетовали с кораблей.
Корабли сбросили ход и начали разворачиваться, ложась каждый на установленный ему курс! По большом у счету это то же самое что «Разбегаемся», чтобы через некоторое время собраться в заранее установленном районе, для начала учений.
    - Внимание по кораблю! Полное радиомолчание! – раздалась команда по громкой связи.
Вот теперь, норвежцам предстоит сделать нелегкий выбор, - куда идти, и за кем следовать! В этой игре, они всегда проигравшая сторона.
Надо сказать, что не всегда разведку противника сбрасывают с хвоста, при выходе на учения!
При определённых условиях, когда требуется чтобы противник хорошо усвоил событие, и даже зафиксировал на бортовую аппаратуру, соединение идёт на учения предсказуемыми курсами, на небольших скоростях, чтобы «вероятный противник» не дай Бог не отстал! Но не в этот раз!
    Корабли резво дали ход, и вышли на самый полный! Один только «Дрозд» продолжал чапать куда-то своим двенадцатиузловым ходом, никуда не спеша, как будто в отличие от остальных, он идет «по своим делам».
«Марьята» резко сменила курс и увязалась за противолодочниками, но сообразив, что у тех газотурбинные двигатели, отскочила к флагману. По соображению норвегов, держаться за атомным крейсером легче чем за газотурбинным. Оно бы так, но у разведчика максимальная скорость хода существенно ниже чем у противолодочников, а уж тем более чем у крейсера. Крейсер со своими двумя ядерными реакторами долго разгоняется, но максимальный ход у него 44 узла, в отличие от «Марьяты-2», у которой 24 всего!
В конце концов, поняв, что догнать она никого не сможет, корабль разведки пристроился в кильватер РКР «Вице-адмирал Дрозд», предполагая что он идёт на тот же полигон что и все остальные, и рано или поздно они всё равно нагонят соединение.
Подождав, когда остальные корабли на максимально возможном ходу скрылись за горизонтом, РКР «Дрозд», поднял на мачту сигнал: «Не могу управляться», и начал описывать циркуляцию. Рулевой слишком резко положил руль на борт, и корабль в короткой циркуляции чуть не вписался в борт идущей следом «Марьяты-2». Разведчик шарахнулся в сторону, обозначив крен на борт чуть ли не пятнадцать градусов!
Наблюдая за маневрированием «Дрозда», с флагмана запросили по открытому каналу:
    - «Ноль шестьдесят восьмой», что у вас случилось?
    - Не могу управляться, заклинило перо руля! Требуются ремонтные работы на гидравлике, со сбросом хода!
    - Понял. Работайте, - флегматично ответил флагман.
    - У нас все в порядке, мы тут дурочку включили, - раздался голос командира «Дрозда» в гарнитуру закрытого канала связи.
    - «Понял вас, понял, главное вовремя выключите», - ответил флагман.
РКР «Вице-адмирал Дрозд», сбросил ход, и закачался на волне, изображая корабль терпящий бедствие. Два черных шара висело на рее!
Норвеги, к их чести всё же запросили что случилось,  и требуется ли помощь терпящему бедствие кораблю?
Поскольку получили отрицательный ответ, просто поплыли вслед флагману, видимо в надежде на «русское авось». Где-нибудь на просторах Ледовитого океана рано или поздно они встретятся. Если подключат авиацию то раньше, а если собственными силами, то позже. Главное, во время учений разведчик не будет путаться под ногами соединению.
    Говорят, предыдущую «Марьяту» наши примерно таком же финтом утопили, якобы в результате навигационного происшествия. Ну и экипаж тонущего судна был поднят на борт военного корабля СССР. Как потом норвежская разведка отмывалась, нам конечно неизвестно, но после этого происшествия, они долго не подходили ближе пятидесяти кабельтовых. Это видимо новый экипаж, не почувствовавший вкуса солёной воды Ледовитого океана, потому такой борзый.

    До кромки льда мы не дошли миль десять. Но, навигационная РЛС «Волга» показала кромку ледовых полей, к которой мы приближаться не стали. Развернувшись на запад, в назначенное время, мы нанесли удар одной ракетой «Базальт» по плавающему щиту, находящемуся где-то в районе Новой Земли!
Пока мы приводили в исходное технику и вооружение, пока по цепочке туда-сюда бегали команды и доклады, ракета долетела до цели и успешно её поразила. Как доложили летчики, попадание на уровне ватерлинии, с выносом нескольких метров борта с другой стороны. В боевой обстановке, это гарантированное потопление корабля-цели. Так, в 1990 году ракетный крейсер «Маршал Устинов» вновь завоевал приз Главкома ВМФ по ракетной стрельбе главным
комплексом. Также по итогам года его объявили лучшим кораблем на СФ по борьбе за живучесть. Легенда всё больше и больше обретала плоть!