Можно и без картинки, какая разница - то

     Таков был печальный конец человека, который благодаря своему просвещенному уму и благородному обращению еще недавно вращался в лучшем обществе Европы и играл там заметную роль. Де Кюстин Николаевская Россия
     - Шибче !
     Тузик подпрыгивал и вращался вокруг своей оси, развеваясь обтрепавшимся в тайге платьем, задевая лохмотьями рукавов долгие любопытством носы приискового люда, сбежавшегося, как на чудо, в трактир Ермошки, стоило только божьему старичку Кишкину произнести имя знатного золотопромышленника и спиртоноса : Сенечка.
     - На самом - то деле он Иван, - кричал Палач, торопясь за Мыльниковым, тащившим Оксю за волосы к кабаку, - и никакой не Тузик, а Пятаков. И прозвище ему Куплю и выкуплю.
     - Ты двух русских классиков путаешь, - смеялся барич Карачунский, приостанавливая свою двуколку возле трактира, не решаясь окунуться в народные толщи, - Шишкова и Мамина - Сибиряка.
     - Лебедев - Кумач ещё, - отчаянно шмыгнув отсыревшим носом заявил Шкворень, задумчиво баюкая в своей лапище топор, - и Соловьёв - Седой.
     - Да даже Негоро не Негоро, а капитан Перейра, - выхватила топор вырвавшаяся из рук отца Окся.
     - Чота шибко грамотные вы все, как я погляжу, - приветствовал их с крыльца трактира сам Ермошка, кургузо ухмыляясь, - ликбез, никак, прошли ?
     - Пулемётами, - подтвердил его догадку Илья Сохатых, выпрыгивая из двуколки Карачунского.
     - Это как ? - не поверил своим глазам Ермошка. - Там же Карачунский только что был.
     - Это вообще - то Демьяненко, а не Сохатых и не Карачунский, - вновь влезла настырная Окся, ломая кайф собравшимся.
     - Сука, - простонал запряжённый в двуколку мерин, - вечно ты обламываешь.
     Раздался усиленный жестью голос :
     - Граждане участники самодеятельности ! Просю вас уплочивать партвзносы своевременно.
     Голос захрипел и умолк, а издававшая его кувшинным рылом радиоточка на столбе у трактира опасно накренилась.
     - Если б это был голос немцев, - смеялся Ермошка, затаскивая приятелей в кабак, - то он обязательно сказал бы, что вы окружены, сопротифление бесполесно, ваши командиры предали фас, а в плену нас ждут толстые женщины.
     - Пусть с акцентом диким, - притащила закуски Окся, - но лишь бы не по - немецки.
     - И, - весомо добавил Кишкин, разливая водку по стаканам, - не на американском.
     - О, май гяж ! - закатила глаза Окся, выловив от общества многочисленные удары и пинки.