Влад многоликий

1.
Влад получил красный диплом этим летом. Учеба и студенческие годы дались ему легко. Душа всегда лежала к программированию и компьютерам, с тех пор как он однажды у друзей увидел DOOM и стратегию по Дюне. Друзья пили дешевое пиво и играли с подругами в бутылочку, пока Влад шарился по файлам и системе. Для Влада это был целый мир, который можно исследовать всю жизнь. Он остался на кафедре, решил связать себя с программированием и преподаванием. Эти обшарпанные стены за несколько лет учебы стали ему родными, и их было страшно покидать. Ему выделили место в углу большой аудитории, где обычно сидели аспиранты и лаборанты. Стол старый, деревянный, с трещиной вдоль столешницы. Влад каждый раз проводил по ней пальцем, когда задумывался.
 
На столе лежали конспекты, распечатки с кодом, методичка по алгоритмам. Под ними всеми расположилась тонкая тетрадка, которую он не открывал, если в комнате был кто-то еще.
 
– Калькулятор, сколько будет триста пятьдесят шесть на девятьсот восемьдесят?
 
Бывший одногруппник, теперь такой же аспирант. Стоял у доски, крутил в пальцах мел. Рядом переглядывались еще двое. Влад поднял голову и посмотрел в стену над его плечом.
 
– Триста сорок восемь тысяч восемьсот восемьдесят.
 
Все переглянулись, тот, кто спросил, присвистнул.
 
– Во дает. Прям как мужик в том фильме. Надо будет тебя с собой в казино взять.
 
Влад ничего не ответил, закрыл свои тетради и конспекты, сложил в сумку. Стул скрипнул по линолеуму.
 
– Да ладно тебе, мы ж любя.
– Ага. Не не. Я не обижаюсь. Мне просто домой пора, – сказал Влад, уходя и не оборачиваясь.
 
В коридоре было пусто. Пахло пылью и старым линолеумом, как пахнет во всех учебных корпусах, которые не ремонтировали с постройки. На улице стоял апрель. Мокрый асфальт, голые деревья, серое небо. Влад шел быстро, прижимая сумку к боку. Ветер задувал под куртку, но уже не тем ледяным воздухом, а таким, который предвещает скорое жаркое лето.
 
Жил Влад один, двушка на окраине, в панельной девятиэтажке, доставшейся ему от бабушки. Вечерами он садился за стол, включал лампу, желтый свет ложился кругом на столешницу. Доставал бабушкин томик со стихами Пушкина, Лермонтова и других светочей русской поэзии. Читал медленно, иногда шевелил губами, пробуя поймать ритм. Влад все пытался понять, как у них получалось так, что слова сами встают на свои места, ведь мы все говорим на одном языке, у нас и у великих поэтов ровно столько же букв в распоряжении. Откуда, из какой материи берутся эти слова и складываются так, что потом переживают своих авторов на столетия. После чтения, Влад открывал свою тетрадку в клетку, сидел над ней, покусывая колпачок ручки. Иногда записывал несколько строк, что-то зачеркивал, что-то оставлял. Иногда вырывал лист и начинал заново.
 
Вел занятия он у младших курсов – алгоритмы, структуры данных, основы языков программирования. Студенты относились хорошо, не боялись и не подлизывались, просто слушали и записывали. Влад объяснял ровно, без эмоций и без запинок, так, чтобы всем было понятно. Иногда кто-то оставался после пары спросить про код или про задание. Он отвечал коротко, по делу, и студенты уходили довольные.
 
Осенью на кафедре появился компьютер с интернетом. Большой, белый, с гудящим вентилятором, который то затихал, то снова набирал обороты. Его поставили в углу, у окна, и первые дни к нему выстраивалась очередь – лаборанты, аспиранты, даже преподаватели заходили посмотреть. Влад не лез, он ждал, пока все наиграются. Однажды вечером, когда коридоры опустели, а за окном уже горели фонари, он остался один. Сел за компьютер. Вентилятор гудел ровно, экран чуть мерцал, отражая свет лампы. Влад открыл браузер. Пальцы легли на клавиатуру. Он набрал «стихи», просто чтобы посмотреть, что найдется.
 
Сайт назывался «Поэзия.ру». Влад пролистал несколько страниц. Обычные люди выкладывали свои стихи, часто корявые, неуклюжие, с неправильными рифмами и странными образами. И их читали, комментировали, спорили, общались. Влад сидел, положив руки на стол, и смотрел на экран. Потом создал аккаунт. Назвал «Влад_поэт». Открыл поле для публикации. Пальцы зависли над клавиатурой. Он подумал секунду и написал:
 
«Назвали меня просто – Влад
Стихами поделиться рад…»
 
Опубликовал.
 
Закрыл браузер, проверил на два раза, что он точно закрыл все вкладки и почистил историю. Выключил компьютер, вентилятор затих. В аудитории стало тихо, только слышно было, как за окном шумит ветер. Он встал, надел куртку, застегнул молнию. Влад шел домой и думал о том, что завтра нужно будет проверить, прочитал ли кто-нибудь его стих.
 
Несколько дней он проверял. Заходил вечером, когда все расходились, садился за компьютер, открывал сайт. Смотрел на символ глазика и цифру рядом – равнодушный ноль. Обновлял страницу. Снова ноль. На третий день он написал еще один стих.
 
«За окном кружит метель,
Заметает в поле ель.
Я смотрю в свое окно –
Все вокруг белым-бело…»
 
Опубликовал.
 
Проверил на следующий день – ноль. И на следующий тоже ноль. Влад сидел перед экраном, за окном темнело. Он закрыл браузер, выключил компьютер, ушел домой. На следующий вечер все повторилось. Однажды он подумал, а что, если зайти с другого аккаунта? Самому прочитать свои стихи. Хотя бы раз.
 
Он создал новый аккаунт. Назвал «Влад_поэт2». Зашел на страницу «Влад_поэт». Открыл первый стих. Обновил страницу. Рядом с символом глазика появилась чуть воодушевляющая единица. Влад выдохнул. Посидел, глядя на экран. Создал еще один аккаунт «Влад_поэт3». Открыл свои стихи и возле символа глазика появилась уже более воодушевляющая двойка.
 
Влад закрыл сайт, выключил компьютер и подумал, что надо где-то записать логины и пароли от новых аккаунтов, чтобы не забыть. Выдвинул ящик стола. Там лежали ручки, скрепки, дискеты, методички и толстая чистая тетрадь в клетку. Он взял ее, полистал свежие листы. Положил на стол, открыл первую страницу, записал данные новых аккаунтов и убрал ее себе в сумку.
 
2.
 
Влад ушел из университета четыре года назад. Не то чтобы его кто-то попросил, все-таки он был уважаемым преподавателем на кафедре. Влад просто решил в один момент что он очень устал забиваться по утрам в маршрутку, где пассажиры напоминали шпроты в банке. Его проводили как полагается, и он отчалил из этой бухты, своей Alma mater. Влад не хотел становиться фрилансером, преподавание было его страстью, но не единственной и не первой. На первом месте в его душе всегда стояла поэзия. В новый век, когда интернет есть в каждом доме появилось много возможностей, в том числе и работа в онлайне. Теперь он преподавал на дому в онлайн-школе. Вел алгоритмы и основы С++. Зарплата на новом месте была даже чуть выше, чем в университете. Он натянул сзади белую простыню с цветочками, чтобы скрыть интерьер квартиры. Зачем, он сам не знал, просто хотел, чтобы все выглядело не совсем по-домашнему.
 
Однажды, объясняя новую тему, он сказал:
 
– У меня для вас урок, надеюсь, вам он будет впрок.
 
Кто-то улыбнулся, кто-то выключил камеру и микрофон. Кто-то не отреагировал вообще никак. Это были неловкие доли секунды, после которых Влад решил продолжить.
 
Вечерами он садился за ноутбук. Открывал «Поэзию.ру». Заходил с одного аккаунта, потом с другого, потом с третьего. Смотрел на цифры рядом с глазиком. Аккаунтов было уже много. Название всегда было почти одинаковым, но с цифрой в конце. Оно менялось время от времени, когда уже надоедало Владу: «Влад_тихий», «Влад_добрый», «Влад_честный», «Влад_настоящий», «Влад_добродушный», «Влад_влад», «Влад_в». Он не считал. Просто создавал, когда нужен был новый. Записывал логины и пароли в толстую тетрадь. Ритуал был простой: зайти, открыть стих, обновить страницу, посмотреть на цифру. Потом следующий аккаунт, следующий. Иногда он читал чужие стихи. Иногда оставлял короткие комментарии – «Хорошо», «Понравилось», «Спасибо». Это была рутина, как чистить зубы, как проверять почту, он делал это уже инстинктивно, как дыхание. Он не думал об этом, просто делал.
 
Влад редко выбирался из дома. Магазин у дома, доставка еды, работа онлайн, нужды не было. Но тут он увидел объявление в интернете: в городской библиотеке творческая встреча с поэтом. Настоящим, с книгами, с публикациями, с фотографиями в журналах. Влад подумал и решил пойти. Библиотека была старая, с высокими потолками и скрипучим паркетом. В зале уже собрались люди, человек тридцать, может, больше. Разномастная толпа: девушки с блокнотами, женщины в возрасте, несколько мужчин, совсем старых и совсем молодых. В зале пахло древними книгами и пылью. Поэт вышел чуть позже назначенного, в берете, в шарфе, несмотря на теплую погоду. Голос его был не то, чтобы громкий, скорее шумный, он смеялся, размахивал руками. Девушки тут же потянулись за автографами. Его фотографировали на телефоны, он позировал, улыбался, подписывал книги длинными посвящениями.
 
– Я такой же, как вы, – сказал он, усаживаясь наконец за стол. – Просто пишу. И вам советую. Пишите, не бойтесь. Главное – это искренность. Никогда не останавливайтесь. Набивайте руку, и вы добьетесь успеха.
 
Влад сидел в третьем ряду, с краю и слушал. Поэт читал свои стихи громко, с выражением, закатывая глаза на особо удачных строках. Зал хлопал. Потом он предложил кому-нибудь из зрителей прочесть свое. Никто не отреагировал, тогда поэт решил выбрать сам. В этот момент Влад непроизвольно кашлянул.
 
– У нас есть доброволец, – сказал поэт напевая.
 
Влад покраснел. Поэт уставился на него, улыбнулся широко, поощрительно.
 
– Ну, давайте, молодой человек. Не стесняйтесь. Мы же все тут свои. – Он ко всем обращался либо «молодой человек», либо «девушка», не смотря на возраст.
 
Влад встал. Тетрадку доставать не стал, он помнил наизусть. Прочитал первое, что пришло в голову, это был не лучший стих, просто в памяти он всплыл раньше других:
 
«Дождь стучит по мостовой,
Пропитался парк водой.
Небо серое с утра,
Ветра резкого игра.
Лужи, листья, провода,
В них запуталась вода.
Капли падают на жесть –
Вот и все, что в мире есть.»
 
Поэт помолчал секунду. Потом хмыкнул и коротко, негромко засмеялся, зал подхватил. Кто-то с силой выдохнул через нос, кто-то захихикал. Поэт поднял руку, успокаивая публику.
 
– Молодой человек, – сказал он, все еще улыбаясь. – Вам не стоит заниматься поэзией. У вас нет слуха. Это не лечится, к сожалению. Но вы не расстраивайтесь. Найдите себя в чем-то другом.
 
Казалось, что от ушей сейчас пойдет пар, и они загорятся. Было такое чувство, будто в глаза набилось песка в ветреный день. В груди что-то сжалось и не отпускало. Влад досидел до конца. Слушал, как поэт читает еще, как хлопают, как благодарят. Потом встал вместе со всеми и вышел. На улице пошел быстро, прижимая сумку к боку.
 
Дома открыл ноутбук. Зашел на «Поэзию.ру». Создал новый аккаунт. Назвал «Влад_непоэт». И продолжил свой ритуал, отточенный годами.
 
Что-то не давало уснуть. Какие-то слова лезли в голову и мешали провалиться в забытье. Влад старался, но не мог выкинуть их из головы. Он включил ноутбук, зашел на сайт, на свой самый первый аккаунт. Нажал на «опубликовать» и ввел в поле для текста:
 
«Я столько лет смотрел в экран,
Писал, стирал, опять писал.
Я воздвигал нелепый храм,
Свой бесконечный сериал.
Мне двадцать три, и мне же пятьдесят,
Я записал, но помню каждый ник.
И пальцы пусть мои болят,
Привет, мой новый друг, привет, двойник.
Я так устал, задыхаться, хватать
Последний ком, что в горле застрял.
Но я продолжаю и жить, и мечтать,
Я все же нашел, что так долго искал.»
 
И закрыл ноутбук.
 
Наступило серое бессолнечное утро. Влад проснулся поздно, с тяжелой головой, как после долгой болезни. Полежал недолго, глядя в потолок. Он открыл ноутбук, экран загорелся. Сайт был еще открыт с ночи. Под последним стихом что-то было, то, чего он не видел никогда.  Влад наклонился ближе. В поле для комментариев – короткий текст.
 
«Спасибо, очень здорово. Тронуло за душу».
 
Он смотрел на эти слова. Перечитал. Еще раз. Ник незнакомый. Не его аккаунт. Влад закрыл ноутбук, потом открыл снова. Комментарий был там. На том же самом месте, никуда не исчез. Он посмотрел на свои руки, и они показались ему нереальными, чужими, как будто он смотрит трансляцию чьей-то жизни. Сердце забилось с такой силой, показалось что оно бьется о ребра, как отбойный молоток, пытается пробиться наружу. Пульсация завибрировала в горле, в висках, в животе. Потом стало больно, словно что-то острое прошло между ребер. Влад вдруг обнаружил, что он не дышит, не задерживает дыхание, а просто не может вдохнуть. Грудь словно заковали в бетонный корсет, и воздух не может пройти дальше горла и попасть в легкие. Руки перестали его слушаться, пальцы скрючило, он не мог их разжать. Влада накрыло волной жара, как будто кто-то открыл разогретую духовку прямо перед его лицом, он почувствовал, как крупные капли пота потекли под футболкой градом. Сознание сузилось в тоннель, и в голове была только одна мысль: «это скоро закончится, либо я умру, либо сойду с ума».
 
Через буквально секунду его отпустило. Только что скрюченные руки вдруг ослабли и повисли как плети. Мышцы превратились в кисель, чудовищная слабость накатила, словно цунами. Он пролежал так весь день, а когда стемнело, уснул.
 
3.
 
Влад не знал, что ему делать после вчерашнего. Лежал на кровати, укутавшись пледом смотрел в стену. Ноутбук стоял на столе закрытый. Он не подходил к нему.  Время урока приближалось. Он включил камеру, но, когда ученики начали подключаться, вдруг сделал голос хриплым, а не просто усталым, чтобы все подумали, что он простудился.
 
– Ребята, я сегодня не могу. Простыл. Занятие отменяется.
 
Кто-то написал в чат: «Выздоравливайте», кто-то отключился сразу.
 
Влад закрыл ноутбук. Посидел немного. Потом открыл снова и зашел на сайт. Комментарий был там, на том же самом месте.  Он нажал «Ответить». Пальцы легли на клавиатуру. Написал: «Спасибо». Удалил. Написал: «Я рад, что вам понравилось». Удалил и отдернул руки от клавиатуры, будто обжегся. Влад встал из-за стола, прошелся по квартире размеренным шагом. На кухне включил кран, выпил стакан залпом, промочив футболку протекающей мимо губ водой. Желудок свело от голода и неожиданно хлынувшей прохлады. Постоял у окна. На улице было слишком людно, женщина с коляской, дети на площадке, собачники с поводками. Оделся, вышел в подъезд. Спустился на два пролета. Услышал, как хлопнула дверь этажом выше, развернулся и поднялся обратно, закрыл дверь и заперся на замок. В комнате выключил свет и сел на кровать. Ноутбук стоял на столе, темный, молчаливый, словно он чего-то ждал и манил к себе. Влад смотрел на него и не мог заставить себя подойти. За окном шумел ветер. В квартире было тихо. Он сидел и ждал, сам не зная чего.
 
Перевалило за полночь. За окном не было ни звука, только ветер иногда шуршал по стеклу и раскачивал качели во дворе. Влад сидел на кровати, смотрел на старый ноутбук. Потом подскочил резко, словно от удара током, и открыл его. Экран загорелся, резанул по глазам. Сайт был еще открыт. Комментарий внизу никуда не делся, под стихом, те же слова, тот же незнакомый ник. Влад подвинулся ближе, почти уткнулся носом и прочитал комментарий вслух, по слогам. Он стоял, опершись ладонями о стол, смотрел и не моргал. Он сел. Холодные мокрые пальцы легли на тачпад. Курсор послушался не сразу, но все же медленно и верно пополз к кнопке «Удалить». Влад замер на доли секунды и кликнул.
 
Комментарий исчез.
 
Влад откинулся на спинку стула. Посидел так, глядя в потолок. Потом выдохнул, длинно и тяжело, раздувая щеки, будто сбрасывал с плеч невидимый груз. Вышел из аккаунта.
 
Достал тетрадь. Толстую, в клетку, с потертой обложкой и склеенным скотчем корешком. Почти все страницы были исписаны – логины, пароли, даты. Почерк менялся: в начале крупный, размашистый, к середине ровный, уверенный, к концу мелкий, убористый, Влад экономил место. Страниц оставалось мало. Все листы были плотно исписаны: «Влад_тихий_117», «Влад_добрый_679», «Влад_честный_515», «Влад_настоящий_900», «Влад_добродушный_56», «Влад_влад_475», «Влад_в_733». Он нашел свободный уголок, сжал буквы до предела.
 
«Влад_новый_новый258». Пароль: тот же, что и везде.
 
Закрыл тетрадь и убрал в ящик. Открыл сайт. Зашел с нового аккаунта. Нашел свои старые стихи. Обновил страницу. Цифра дернулась, изменилась. Он переключился на другой аккаунт. Потом на третий. Потом на десятый. Руки двигались сами. Глаза следили за экраном. В комнате было тихо, только вентилятор ноутбука гудел ровно и успокаивающе.