Этюд Аэлита. Носок-одиночка. Квартирный Детектив

(цикл иронические этюды)
Аэлита вошла с выражением лица человека, который только что разгадал тайну, за которую другие получают Пулитцера. В руке она держала носок. Один.
— Это носок, — сказала она, поднимая его выше.
— Я вижу, — кивнул профессор. — Один.
— Вот именно. Один. Второй пропал. Это уже третья пара за месяц.
Она положила носок на стол. Профессор брезгливо отодвинул папку.
— Вы обыскали квартиру?
— Всё. От балкона до вентиляции. Под кроватью — пыль, старые журналы и чувство вины. Под шкафом — ничего. Ни одного второго носка. Будто они сбегают.
Аэлита села в кресло, закинула ногу на ногу.
— У меня есть гипотеза. Их похищает стиральная машина. У неё внутри есть секретное отделение. Для удерживания заложников.
— Это серьёзно?
— Это теория. Зато проверяемая. Я вчера сидела и смотрела на стирку. Целый час. Никто не сбежал.
— Может, они сбегают ночью?
— Тогда я буду спать на кухне на полу, — сказала она обречённо. — У меня уже нет сил. Я хожу в разных носках. Выглядит эксцентрично. Коллеги спрашивают, не новый ли это тренд. Я говорю: «Да. Эксклюзив».
Профессор помолчал. Потом сказал:
— Купите одинаковые. Чёрные. Пять пар.
— Тогда я буду знать, что хожу в чужих носках, — возразила она. — Или в своих, но чужих. Это ещё хуже.
— Вы боитесь безымянности носков?
— Я боюсь, что моя жизнь превратилась в цирк. Где носки — клоуны, а я — зритель, который потерял билет.
Она взяла носок, посмотрела на него с тоской.
— Я его называю «Стив». В честь того, кто ушёл и не вернулся.
— У второго носка тоже есть имя? — спросил профессор.
— Исчезнувшего я назвал «Стивен». Они были близнецами. Теперь один — одинок.
Профессор налил ей кофе. Носок Стив лежал на столе и, казалось, кивал: да, всё верно.
— Алита, — сказал он. — Вы уверены, что не выбросили второй по ошибке?
Она замерла.
— Выбросила? В мусор? Нет. Я бы запомнила... — она замолчала, подумала. — Хотя был вторник. После дедлайна. Я была не в себе.
— И что вы выбросили?
— Мусор, — сказала она тихо. — И, видимо, Стивена.
Они молчали. Тишина была полна скорби по безвременно ушедшему носку.
— Куплю новые, — сказала Аэлита наконец. — И назову их одинаково. Чтобы не различать.
— Это выход.
— Это капитуляция, — вздохнула она. — Но я хотя бы буду знать. Виновных нет. Есть только моя усталость и мусорное ведро.
Она взяла Стива, сунула в сумку.
— Я положу его в ящик. К другим одиноким. Они составят компанию. Вечерами стопочкой, за чаем.
Профессор не нашелся, что сказать. Только разлил оставшийся кофе по чашкам. А где-то, в недрах городской свалки, Стивен, наверное, продолжил свою жизнь. Тоже одинокий. Но свободный.


От автора:
Дорогой читатель. Если мой эксперимент с ироническими этюдами откликнется у вас, буду считать, что он удался.