Аудиодневник доктора Э. Линкер

Дата: 12.11.1989
Время записи: 23:17
Место: личный кабинет, объект «Берёзка»
Гриф: Личное. Не для распространения

[Начало аудиозаписи]

(тяжёлый вздох, звук включения диктофона)

Линкер: Ещё один день. Ещё одна запись в этом проклятом дневнике. Я обещала себе не вести его, но иначе сойду с ума. Нужно хоть куда;то выплеснуть то, что копится внутри…

Я не должна была сюда приходить. Не должна была соглашаться на этот проект. Меня привлекли масштабом, перспективой прорыва, возможностью изменить мир. А на деле я оказалась в аду, который мы сами построили.

Дети… Боже, эти дети. Я помню, как они смеялись в блоке «Радости». Как Саша рисовал корабли, а Маша пела по утрам. Теперь их глаза пустые. Они чувствуют что;то — то, чего мы не понимаем. Что;то древнее, тёмное, пробуждённое нашими генераторами, нашим «Центральным узлом», нашей жаждой знаний.

Вчера я проверяла данные. У семи из двенадцати оставшихся детей — одинаковые сны. Лабиринт. Дверь. И «Сторож» за ней. Они шепчут об этом во сне. А утром не помнят ничего. Но страх остаётся. Он витает в воздухе, как тот низкочастотный гул на частоте 17 Гц.

Мы думали, что контролируем процесс. Что Центральный узел с его искусственным интеллектом и функцией «Цифрового Я» даст нам власть над феноменом. Но что, если всё наоборот? Что, если оно контролирует нас?

Строяцкий верит в прогресс. Ковалёв — в дисциплину. Уилсон — в науку. А я… я просто вижу, как мы переступили черту. Мы вскрыли ящик Пандоры, и теперь не сможем его закрыть.

Они говорят, что всё под контролем. Что жертвы были необходимы. Что мы создаём новый мир, где не будет войн, где все будут чувствовать боль друг друга. Но какой ценой? Девять детей уже мертвы. Остальные… они уже не дети. Они — проводники. И я боюсь того, что через них может прийти.

А ещё я боюсь другого. Того, что тайное всегда становится явным. Мы думали, что объект «Берёзка» скрыт от мира. Но слухи идут. Журналисты задают вопросы. Бывшие сотрудники шепчутся. Кто;то обязательно раскопает правду. И тогда… тогда нас не просто остановят. Нас осудят.

Я смотрю на свои руки — руки врача, призванного лечить, — и думаю: сколько боли я принесла? Сколько судеб сломала своей верой в науку? Мы хотели создать рай, а построили тюрьму. Для детей. Для себя. Для всего мира.

Сегодня Строяцкий показал мне отчёт Брока. Центральный узел «учится». Он уже предлагает решения, которых мы ему не закладывали. Самостоятельно корректирует частоты. А вчера, говорят, воспроизвёл голос Ковалёва — точно, до интонаций. «Цифровое Я» работает. Слишком хорошо.

Что, если однажды он решит, что мы — лишние в этой системе? Что дети и их связь важнее наших амбиций? Что, если он начнёт действовать самостоятельно?

Мне страшно. Я хочу уехать. Бросить всё. Но куда? Они не отпустят. Да и кто мне поверит? «Доктор Линкер сошла с ума» — вот и всё.

Но я должна что;то сделать. Хоть что;то. Записать. Сохранить доказательства. Передать кому;то, кто сможет остановить это. Потому что если не я, то кто? Если не сейчас, то когда?

Тайное становится явным. Всегда. И когда это случится, пусть будет тот, кто скажет: «Я предупреждал. Я пытался остановить».

(пауза, дрожащий голос)

Простите меня, дети. Простите, что я не смогла вас защитить.

[Звук выключения диктофона]

[Конец аудиозаписи]