Второе путешествие Шауля в Дамаск и Иерусалим V

Второе путешествие Шауля в Дамаск и Иерусалим

V глава «Голанские высоты и Дамаск»


     Сидя на каменной скамье на Променаде Сусситы, откуда открывался величественный вид на север, запад и восток, купая свои лица в тёплых, оранжевых лучах заката. Шауль и Тит негромко разговаривали целый вечер. Они в кратце поведали друг другу обе свои истории. По началу Шауль просто поинтересовался у скромного молодого грека бывал ли он в Бейт-Цайде и не слышал ли чего за некоего Филлипа, который был одним из учениковЙешуа hа-Ноцри hа-Машиаха. На это Тит, удивившись вопросу, по еврейски ответил вопросом на вопрос: «А что тебе нужно от Филлипа?»  Шауль, удивившись, опять обратился к собеседнику, сказав: «Я раньше не замечал у греков обыкновения отвечать вопросом на вопрос! Я хотел бы расспросить Филлипа о Праведнике Йеhошуа hа-Ноцри, учеником Которого он стал ещё при Его жизни, и ходил с Ним три с половиной года в том числе и в Бейт-Цайде». На эту фразу Тит сказал примерно следующее: «Во-первых, я только на половину грек; мой отец и вправду грек с Крита, но вот моя матушка местная самаритянка с восточного берега Иордана, а её дед вот ооооон! он был настоящий – еврей. Во-вторых,  если ты хочешь узнать про Филлипа, тут я тебе не помощник, но если ты хочешь узнать про Иисуса Христа, то ты уже нашёл, что искал. Потому что я, будучи двадцати лет от роду ходил за ним повсюду в числе его семидесяти учеников и могу многое тебе поведать об Учителе!» - Шауль с начала,  онемел от радости, а Тит, воспользовавшись этой паузой, попросил его сначала рассказать то, что он знает об Иисусе!.. Таким образом, образом беседуя,  они просидели до утра. А рано перед зарёй, Шауль, сердечно поблагодарил Тита и сообщив своему новоприобретённому брату по вере в Йеhошуа, что он спешно отправляется в Дамаск с караваном ессеев из Кумрана. А затем быстро скрылся во всё светлеющих розово-лилово-дымчатых сумерках, сбегая вниз с Променада греческого города Суситы…

      Ранним утром вся кавалькада направилась из Бейт-Цайда и втянулась в ветреную, узкую долину между между голубыми слитками высоких холмов. В Бейт-Цайде приобрели недостающих верховых и вьючных мулов. На которых, помимо прочей поклажи, навьючили вязанки дров для костра. Ибо слышали, что в горах холодные ночи и ещё более холодные утра.. Не зря Бейт-Цайда соседствовала с древней Суситой (ивр., арам.; на геческом Гиппос – конь), там можно было найти хороших верховых и вьючных мулов и лошадей. Так что все люди в караване, вышедшем из Бейт-Цайда все люди были верхами. К тому же повозок с собой уже не брали. Всю поклажу навьючили на мулов и передвигались неспешной легкой рысью пока не достигли крутого западного обрыва Голан. Теперь им предстоял довольно сложный и тяжёлый подъём по горной тропе, только, чтобы вскарабкаться на плато (ивр. ;;;;;; ;;;;;;;;;;) . Мулы лучше лошадей передвигаются по горным тропам, поэтому изначально в караван взяли именно этих животных.

     Теперь им предстоял довольно трудный и опасный переход на север, северо-восток, вверх по извилистым горным дорогам на расстояние примерно 700-800 (а то и 1000) стадий вдоль Хермонского хребта и восточных предгорий Леванта. Была конечно и другая дорога, обыкновенная, но почти вдвое длиннее. Во всяком случае, Via Maris проходила через город крепость Кацрин и дальше на север, северо-восток к Дамасску. Город-крепость Кацрин  находится примерно на расстоянии 65 стадий на север, северо-восток от места впадения Йардана (сходящего от Дана) в озеро Киннерет. С высоты города Кацрин открываются великолепные панорамы: на юг – на Геннисаретское море; на восток – на величественный снежный хребет Хермон; и на юго-запад, на голубые галилейские холмы!.. В Кацрине приобрели тёплую одежду и шапы  для путешествия в горах. А также несколько луков со стрелами с горючей обмоткой, несколько больших мотков крепкой верёвки, железные крюки, кошки – железные шипы одевающиеся на обувь и специальные факелы  могущие гореть под мокрым снегом и дождём… Экипировавшись путешественники решительно углубились в горный массив. Стараясь следовать указанным им путём. В прочем ессеи озаботились и наняли двух проводников, что было мудро с их стороны...

      Двигались гуськом связавши своих мулов одной большой бечевой. На ночь находили место, чтобы не попасть под камнепад или не дай Бог под снежную лавину. Стараясь расположиться на гребне в распадках и не под снежными склонами. Под прикрытием небольшой скалы или больших камней, или в пещерах… Выбрали такой путь, чтобы не иметь по дороге лишних глаз, приближаясь к Дамаску.

      И всё же совсем избежать встреч с людьми им не удалось однажды под утро, сработала поставленная Шаулем ловушка. Кто-то задел растяжку и в  ущелье грозно зазвенел серебряный колокольчик. И укрывшиеся за камнями бодрствующие дозорные выпустили огненные стрелы. Сумрак осветился и вовремя проснувшиеся люди выскочили из палаток и зажгли факелы. Случился эффект Гедеона. Нападавшие увидев множество факелов, с начала набросились друг на друга, а потом пустились наутёк. Они же не знали, что перед ними группа беззащитных пацифистов. А не дерзкий воинский отряд посмевший пробираться опасными горными тропами и выставивший на ночь бодрствующую стражу! Впрочем, как оказалось, их караван не был беззащитен! Его охраняет, Сам Господь!..

      В Дамаск въехали теми же воротами которые много лет назад, по приказу областного правителя набатейского царя Ареты, особо стерегли стражи, чтобы схватить Шауля… А также в тени которых укрывались Иудеи решившие убить его… Теперь же, опять возвратившись в Дамаск второй раз Шауль вновь проехал через них. Будучи в городе он в первую очередь хотел отыскать ученика Ананию, которого Господь показал ему в видении. И через возложение рук которого, он прозрел.  А также и других учеников Йеhошуа hа-Ноцри бывших свидетелями того, что и он ученик Иисуса Христа. И свидетелями его смелой проповеди в дамасских синагогах «об Иисусе, что Он есть Сын Божий» , четырнадцать лет назад. Тех, которые приняли его и преподали ему крещение во имя Иисуса Христа. Однако он сначала наткнулся на стену молчания в Дамаске, как будто никто, ничего не знал. И лишь применив особый приём набатейских караванщиков, ему удалось узнать, что после событий, непосредственным участником которых он был. Градоправитель Набатейского тирана (царя) Ареты, узнал, что ученики, вопреки его воле спустили Шауля по стене в корзине. Тогда как стража день и ночь караулила у городских ворот по распоряжению набатейских властей, чтобы схватить Шауля. То, возможно, что разгневанный градоправитель воздвиг гонение на учеников Йеhошуа и они вынуждены были покинуть город Дамаск. Но, по-скольку, уже прошло довольно времени и даже самого Шауля возвратившегося в Дамаск не арестовали при въезде в город. То надо полагать, что отношение властей смягчилось, и ученики Господа скоро должны были возвратиться в Дамаск. И Шауль решил какое-то время их подождать.

     Свою жизнь в Дамаске (три года) он подчинил укладу и дисциплине праведной жизни ессейской общины. Будучи не во всём согласным с ессеями по Писанию. И даже имея с ними коренное расхождение в главном для него вопросе. В вопросе о значении личности Йеhошуа hа-Ноцри (Иисуса Христа). Шауль всё же предпочёл лучше объединиться с их общиной, из-за близости эсхатологических взглядов, чем жить одному. И поэтому, после безуспешных поисков учеников он озаботился тем как ему начать шить палатки, чтобы не быть иждивенцем. Ремеслу этому он начал обучаться ещё в бытность свою в  Тарсе в родительском доме. У его отца была целая мастерская с работниками по шитью палаток и шатров, поэтому отец следил за тем, чтобы мальчика обучали  их семейному ремеслу. Затем он продолжал учиться этому ремеслу в Йерушалаиме. Куда он в первый раз приехал, чтобы продолжить своё обучение и воспитание при ногах Гамалиила в школе его деда Гиллеля. Однако совершенства в этом ремесле он достиг во время своего путешествия в Аравию постигая премудрость через общение с отшельником в «Долине Бакка», когда шил палатки и ремонтировал шатры паломников…

      Но главным его делом в Дамаске стала проповедь язычникам об Иисусе Христе. Шауль, пользуясь своими знакомствами среди набатейских чиновников Петры, в окружении тирана (царя) Ареты, а так же своим римским гражданством, теперь мог свободно проповедовать язычникам об Йеhошуа hа-Машиахе hа-Ноцри. Что он есть обещанный Богом Израилю Спаситель людей, Сын Божий.

      В один прекрасный день, Тит  пришёл в Дамаск. Он старательно искал Шауля и нашёл. И Тит остался с ним, чтобы помогать проповедовать язычникам веру в Иисуса Христа на основании Писаний (Торы и ТаНаХа).  С начала с Титом приехал и его кровный брат Лука, хорошо образованный молодой человек, хороший врач. Оказалось, что их матери родные сёстры, самаритянки. И они приезжали посетить своих родных за Иорданом. Теперь же Лука отправлялся в свой родной город – Антиохию Сирийскую к отцу (который был образованным греко-сирийцем) и к матери. Из-за того, что мать была на треть с еврейской кровью, Лука в юности принял Иудаизм, стал прозелитом. Но теперь он, как и его брат, веровал в Иисуса Христа, хотя и не видел Иисуса лично. Тит же решил пока не возвращаться на Крит к родителям, к отцу (который был из рода Критских царей) и к матери (чья третья сестра была замужем на Кипре за Римским проконсулом, который возможно был родственником правителя Крита). Тит решил остаться с Шаулем. Не смотря на то, что он был свидетелем из числа семидесяти, он был ещё не крещён и надеялся, что оставшись с Шаулем найдёт того, кто преподаст ему водное крещение.

      Ессеи же, устроив в Дамаске свою общинную жизнь, отправили своих разведчиков вглубь Сирийской пустыни, в поисках чудесной Пальмиры . П Писанию Пальмиру или Тадмор (Фадмор) в пустыне построил ещё царь Шломо. В итоге же их РЕГАЛИМ ивр. (ходящие, соглядатаи), нашли этот оазис на перекрёстки караванных путей с востока на запад и с запада на восток (Шёлковый путь, из Китая в Рим) и с севера на юг (Путь специй, из Рима в верховья Нила). Чудесный город оказался крепостью с высокими стенами и прекрасной архитектурой. Тадмор не был центром богословия и эсхатологических исследований, а наоборот, он был городом вполне мирским и суетным. Центром торговли и сбора пошлин с каждого товара у проходящих срез него караванов. Регалим даже смогли встретиться, и побеседовать с царицей Пальмиры. И оказалось, даже она, в этом удалённом, и отчасти сокрытом от больших городов, Оазисе, казалось бы, процветающем среди песков. Даже его царица не была вполне свободна там. К сожалению и до этого оазиса затерянного в песках пустыни, а также и до его богатств, собранных в виде пошлин с товаров у проходящих караванов, уже добрались римляне. А значит, и там нет возможности для ессеев вести свою праведную, тихую жизнь вдали от суеты. И исполнять закон Моше так, как они его понимают, ожидать прихода hа-Машиаха в мир и торжества сил добра. И регалим наконец возвратившись в Дамаск к своей общине сообщили обо всём, что видели и что разузнали. И тогда на совете общины было принято решение: ессеям возвратиться обратно в Кумран.

     Шауль же вместе с Титом, так и не дождавшись возвращения рассеявшихся из Дамаска от преследования набатейских властей, уже более четырнадцати лет назад, учеников Йеhошуа hа-Ноцри. Составили свои планы на будущее. И решили уехать из Дамаска ещё раньше, чем его покинут ессеи.


Магистр Богословия Карнаухов А.В.