Радоница

Вчера, в субботу, в канун Жён-мироносиц, тысячи москвичей поехали на московские кладбища, почтить память почивших родственников и близких и привести в порядок родные могилы. Поехал и я, на Домодедовское кладбище. Неудобства и странности подготовки обязательного, московского транспорта, для этих особых дней поминовения - были очевидны. Первый рейс от м. Домодедовская  автобуса N С 810 в 8-26 показал, что автобус явно не резиновый. Второй, через 27 минут, на котором отправился и я, оказался тоже не резиновым. В сорокаместный автобус вошло человек сто. Люди стояли в нем, при отсутствии эффективного кондиционирования, как сельди в бочке или как лосось идущий на нерест стоит у плотины в надежде, что ему поможет рыбоподъёмник. Но - нет, если опуститесь к основанию плотины, увидите, что погибшая, идущая на нерест рыба, лежит на глубине метровыми слоями. В душном автобусе ехали в основном люди пожилые, отдать долг памяти почившим близким, в основном женщины, а почтенного возраста мужчины стояли впритирку. Подъезжая  к Пахре, вырубился,- не хватило кислорода. Мужчина рядом спросил - Что с вами? Сердце? Есть лекарство? Хватаясь за поручни, выбрался из душного автобуса, посидел на холодном ветру, на раздолбанной остановке ещё советского производства - ПАХРА. Вспомнил, как в молодости ездил сюда зимой, на подлёдный лов рыбы, было это году в семидесятом. Тогда, эта остановка - была единственным укрытием от холодного ветра на юру. Она и сейчас такая же, верно служит, хоть и побита, поломана, но в строю.
Где же ей помощь? А, вот, современный переход с одной стороны трассы, на другую. К двум обветшавшим остановкам. Которые и есть наше общенародное и спасительное достояние. Они, на крайняк - прикроют.
Это и есть наше, общенародное достояние.  Мимо летят шикарные,
 красные автобусы в аэропорт Домодедово.
В них, и комфорт, и уют, и быстрота. А у отслуживших свой век стариков, - вот такая, дорога на Домодедовское кладбище...
Через полчаса меня подхватил местный рейсовый автобус и подбросил до поворота с трассы на  кладбище. Думаю, осталась пара километров извилистой дороги по перелеску, пустяки, дойду. Но оказалось, что и дойти, и даже доехать будет непросто. Всю обочину дороги заняла громоздкая, дорожная, строительная большегрузная и большеколёсная техника. Всё пространство, столь важного для людей в этот день пути, заняла оранжевая масса техники и дорожных рабочих в оранжевых робах и касках.
Мне все это, неуместное в особый день поминовения почивших, действо, напомнило слегка - вторжение, слегка забастовку дорожных рабочих, слегка украинский майдан. Понимаю, что бывают экстренные работы, сродни спасательным, но ведь и такие работы  стараются проводить по-военному чётко, не подвергая возможной опасности людей. А, здесь - головотяпство или почти вредительство. Объезд, снова грейдер, объезд, снова камаз и снова регулировщик и спецтехника. Вереница машин и автобусов тянулась на километр, к самым воротам кладбища. Дошёл первым, обгоняя по несколко раз колесный транспорт. К счастью, прошлой осенью, мне удалось выкрасить ограду могилок бабушки и мамы и не потребовалось сложных работ на этот раз. Помолился за упокой родных и о всех вновь почивших, полил прошлогоднюю посаженную ёлочку и отбыл в обратном направлении засветло. В автобусе порадовался тому, что можно было сесть, и не выходить на остановке с  загадочной надписью - Пахра. Прикемарил и привиделось вот что: - "Стоит передо мной девица-красавица, держит в руке кринку и тихонько, с колокольцами, говорит:- "Испей, мил человек, нашей ключевой водицы, - сразу полегчает".
- А, кто ты? - спрашиваю в ответ. Мы, те, на чьей земле ты сейчас был и где твои близкие лежат. Это угодья бояр Колычевых. А зовут меня Анисия. Мы тут за всё были в ответе когда-то, за камень наш белый, из которого палаты в Кремле и в стольном граде сложены, да за прясла соборные. За дворовых наших, что в помощь царям шли. За суеверия - тож в ответе". Как бы отвечаю Анисье. А за нынешних управителей, вы тоже ответ держите?
Не, эти не нашего роду-племени.
Помню, напоследок хлебнул водицы из её рук и всю хворь мою, как ветерком ласковым сдунуло. Почаще приезжайте к нам, да нашу чудо  водицу из озёрка, пейте. Да в храм наш Словущего, заходите почаще!
О матушке вашей не печальтесь, ведь её в нашем храме отпели, значит она
молитвенно, всегда с нашей общиной.
Ой! Как верно сказала Анисушка. Глянул в её сторону, а её уж и нет...