Сказка часть 1 длинный стишарик

За морями, за лесами,
Где-то, черте знает где,
Может, вы слыхали сами,
Было царство на земле.

С царем-батюшкой и с войском,
С территорией своей,
В чем-то - с блеском, в чем-то - с лоском,
В общем, все, как у людей.

Худо-бедно процветало:
В сферах ограниченных
Результатов достигало,
Хоть и половинчатых.

И значенье мировое
у него не малое.
Царство не передовое,
Но и не отсталое.

Скажем, средненькое царство:
Пятьдесят на пятьдесят.
За подобное нахальство
Меня жители простят.

В этом царстве тридесятом,
Где медведи и балет,
Ермолай служил солдатом
Не один десяток лет.

Хоть и был аполитичным,
Не любил он воровства
И когда людей обычных
Нарушаются права.

Чуть что, сразу баламутит
он своих односельчан.
И не раз его шпицрутен
Дисциплине обучал.

Уточню, не привирая,
Не язвили чтоб враги,
Что не только Ермолаю
Доставались тумаки.

Все крестьяне испытали,
Был бы только повод дан:
Прутья запросто гуляли
По спине и по бокам.

Царь, боясь в народе смуты,
Бунта или мятежа,
Обходился с ними круто,
То есть в строгости держал,

В руководстве полагался
Главным образом на кнут.
Пряник редко доставался -
Если уж совсем припрут.

В части денег, прямо скажем,
Был надежа скуповат.
Ермолай так и не нажил
Себе каменных палат.

Не скопил и золотишка,
Из богатства у него
Лишь жена да ребятишки,
Ну а больше ничего.

И не видно службе края,
Да и счастья нет никак,
Тоска гложет Ермолая
И зовет его в кабак.

В кабаке всегда веселье,
Шкалик водки за алтын,
Мордобой по воскресеньям,
Да кабатчик – сукин сын.

Ермолай возьмет косушку,
В помрачении и в дыму
Лихо спляшет "Топотушку" -
Утром стыдно самому.

Так и жил, не напрягался,
Чаще пьян был, чем не пьян,
И всю жизнь свою болтался,
Словно в проруби тюльпан.

Но однажды из столицы
Прискакал лихой гонец
С повелением явиться
Ермолаю во дворец.

Ермолай, с похмелья сизый,
Расчесался пятерней,
Поклонился перед ризой
И простился с ребятней.

Сапоги начистил дегтем,
Сложил в ранец сухари,
Вышел затемно из дому,
Это значит до зари.

Град-столица был далёко,
Не доедешь просто так.
Со времен царя Гороха
Не проложен туда тракт.

Царю-батюшке дороги
Строить было недосуг.
Кто желает топтать ноги,
Вот вам просека в лесу.

Добираться до столицы
Можно сотню лет подряд.
Если чуда не случится,
То доедет кто навряд.

Ермолай, не веря в чудо,
Не надеясь на свой глаз,
Взял заморскую причуду,
Называется компАс.

Через топи и опушки
Пробирался он как встарь.
Лесом шел - орал частушки,
Полем брел - жевал сухарь.

Шел, как ходят все бродяги,
День в пути, потом привал,
Чтоб не съели Бабы Яги,
На деревьях ночевал.

Долго, коротко ль шагал он,
В кровь стоптал обе ноги,
Форма напрочь обветшала,
Каши просят сапоги.

В голове мысля кружится:
"Эх, попал же я в беду!
Эдак я до град-столицы
К концу жизни не дойду!

Глухомань кругом лесная,
Ни конца ни края нет.
Широка страна родная,
Как сказал один поэт.

Край родной - для глаз отрада,
Только расстояние....
При таких размерах надо
Выезжать заранее.

Хоть пешком, а хоть в коляске,
Таких, правда, меньшинство,
Если хочешь успеть к Пасхе,
Выезжай под Рождество.

Как же мне перед престолом
Предстать ровно за три дня?
Хорошо бы, чтоб меж делом
Позабыл царь про меня.

У надежи - дел по горло,
То война, то страшный суд.
До меня, до колоброда
Авось, руки не дойдут.

Получу харчи в приказе,
Поброжу день там и тут
И тихонько восвояси
Я отправлюсь, отдохнув.

Ясно, тресни моя харя,
Вот она - наука жить:
Мимо ока государя
Незаметно проскочить.

Размышления подытожа,
Я б народу пожелал,
Чтобы государь-надежа
Про него не вспоминал.

Коль забудет он нас в целом,
То покушать можно всласть
И своим заняться делом,
Не боясь в острог попасть.

Ну а если не забудет?
Вряд ли ноги унесу,
Церемониться не будет,
Пустит враз на колбасу".

От подобной перспективы
Ермолай вдруг занемог,
Посинел лицом как слива
И присел на бугорок.

Так сидел он средь болота,
Царя-батюшку кляня,
Глядь, неведомое что-то
Вылезает из-за пня.

Может, вепрь? Или старуха?
В темноте не разобрать.
Кажись, нос есть и два уха,
Шерсти вроде не видать.

"- А ну стой, а то стреляю!
Слышь, проваливай отсель!" -
Разбираться Ермолаю
Было некогда совсем.

"- Погляди, какой он грозный!
Может так инфаркт хватить.
Неужели ты серьезно
Хочешь бабку подстрелить?

Что глаза таращишь, словно
Пред тобою крокодил?
Расскажи мне полюбовно,
Как в болото угодил?"

"- Вызван царским я указом
По секрету и тайком
И шагаю по компАсу
В град-столицу прямиком.

По трясине и по жиже
Верст прошел - ни в жизнь не счесть!
Не мог что ли царь поближе
К нам столицу перенесть?

Так скажу тебе, старушка,
Кое как тащусь вперед,
И заморская игрушка
Через лес меня ведет.

Эх, умно изобретение!
Лишь один в нем недочет -
Знает только направление,
На себе не повезет.

Эх, скотину б верховую,
Веселей бы шли дела!
Вот бы лошадь мне какую
На худой конец - осла.

Дал надежа мне задание,
Но не выделил коня.
Как же мне без опоздания
Успеть ровно за три дня?

Добираться своим ходом
Мне еще как до небес:
Тут болото за болотом,
А за ними еще лес.

От того и грустно сердцу
Перспективы не новы:
Как приду я в град-столицу,
Не сносить мне головы."

«- Значит, эта коробушка
С железякою внутри
Мне укажет, если нужно,
Куда надобно идти?

Вправду, славная вещица,
Зря заморское хулят.
Мне в хозяйстве пригодится
Иноземный аппарат.

Как отправлюсь в путь-дорогу
По родимой стороне,
Наугад кружить, ей Богу,
Не придется больше мне.

Да, такую безделушку
Хорошо иметь в пути.
Пожалей-ка ты старушку
И ее мне уступи.»

«-Ох, шустра же ты бабуля,
В путь-дорогу собралась!
Только с маслом тебе дуля,
А не импортный компАс.

Ишь удумала под старость!
Доживай свой век в тиши!
Если дела не осталось,
Мемуары напиши.

Вяжи варежки на спицах,
Заведи себе свиней.
Что ты корчишь молодицу?
Постыдилась бы людей.

И тебе, седой кобыле,
КомпАс нужен как штык-нож.
Ты одной ногой в могиле,
Мимо точно не пройдешь."

"- На старуху матюгаться
Да кричать бы все тебе!
Знаешь что, давай меняться
К обоюдной выгоде?

Есть волшебная дубинка,
Чудо-печь, мешок без дна,
Есть и шапка невидимка,
Только порвана она.

Дуй-свисток, вода живая,
И сапог есть самопляс.
Требуй все, что пожелаешь,
За чудесный свой компАс!

Что ты морщишься, как будто
Предлагаю тебе дрянь?
Вот уж где и вправду чудо:
До чего же ты упрям!

Ладно, кое-что получше
Есть у бабки для тебя.
Открой уши и послушай
Ты внимательно меня.

Придуряться и лукавить
мне, старухе, не к лицу.
Я берусь тебя доставить
Прямым рейсом ко дворцу.

Обернусь сейчас жар-птицей,
Долетим с тобой мы враз.
Я свезу тебя к столице,
Ты отдашь мне свой компАс.

Без отмен и пересадок
Вмиг окажешься ты там,
Приземлился и - порядок.
Что, служивый, по рукам?"

" - Такой глупой небылицы
Не случалось мне слыхать,
Чтобы бабы, словно птицы,
Могли по небу летать.

Знамо дело, баба – дура
Ни на что негодная,
Выйдет из нее лишь кура,
Глупое животное.

Кура, как тебе ни горько,
Не Великий Гоготун,
Машет крыльями – и только.
Из нее какой летун?

Впрочем, даже если чудом
Полетишь ты в облаках,
Я подписывать не буду
Перевозочный контракт.

Есть серьезные преграды
Для договоренности:
Я боюсь, не подойдешь ты
По грузоподъемности.

Двести сорок фунтов груза
Вместе с амуницией
В женском виде ты не сдюжишь,
А не то что птицею.

И другие есть резоны,
Чтоб не ставить подписи,
Ведь компАс-то, он казенный
Выдан мне по описи.

Бережлив и скрупулезен
Наш надежа-государь,
Первым делом меня спросит:
Где казенный инвентарь?

За растрату казны царской
Грозит лютое битье.
Слишком, знаешь ли, опасно
Разбазаривать ее."

" - Ну тогда ступай пешочком.
Хаста пронто, в добрый путь!
По пригоркам и по кочкам
Доберешься как-нибудь.

Как пройдут в четверг осадки,
Может снег, а может дождь,
Если будет все в порядке,
Ты в столицу попадешь.

Ты, поди-ка, тоже слышал,
Что в народе говорят:
Привезли к нам из Парижа
Заграничный агрегат.

По причине и посредством
Этой инновации
Приобщились наконец-то
Мы к цивилизации.

Пусть немного через жопу,
Прорубил нам царь окно:
Сунуть голову в Европу
Теперь каждому дано.

Латинянская машина
Пришлась по сердцу ему
И зовется гильотиной,
Леший знает, почему.

Установлен в град-столице
Иностранный аппарат,
Рубит так, что до границы
Буйны головы летят.

Как дойдешь, тебе устроит
Царь аудиенцию,
Испытать тебе позволит
Хитрую штукенцию.

Государь наш – молодчина -
Всякого добра припас.
У него есть гильотина,
На хрена ему компАс?

Не чини себе ты пытки
И не думай про казну.
Каждый счет ведет пожиткам
Только лишь в своем дому.

А казна - мешок дырявый,
Сколько не латали бы,
С нее кормятся оравой
Слуги государевы.

Утащи хоть все на свете,
Не подымут голоса.
Да никто и не заметит
Недостачи компаса!

И откуда вдруг в солдате
Столько мыслей о казне?
Размышляешь как дитятя,
Непонятно это мне.

Притворился тугодумом
И ломаешь тут комедь,
Тыщу доводов придумал,
Лишь бы только не лететь.

Отговорку найти тщишься,
Айкая да ойкая.
Может, ты летать боишься,
Личность ты нестойкая?

Соберись, не корчи труса,
Штука не опасная,
Полетим без перегруза,
Говорю, не хвастая.

Не к чему девичья скоромность
Дамам зрелых возрастов.
У меня грузоподъемность
Во всех смыслах будь здоров.

Да к тому ж, твоя особа
Не великой тяжести.
Неподъемным ты, зазноба,
Только с виду кажешьси.

В тебе весу-то, миленок:
Треуголка да порты.
Хватит у меня силенок
На троих таких, как ты."

"- Вот же моровая язва,
Хватит языком трепать!
Чтоб солдат летать боялся,
Да такому не бывать!

В сапогах, лаптях, и лыжах
Доводилось мне шагать,
А прикажет царь-надежа,
То придется и летать.

Как прописано в уставе,
Я за веру и страну,
Если царь меня отправит,
Полечу хоть на луну.

Чай, летать-то не труднее,
Чем махать лопатою!
Превращайся уж быстрее
В существо пернатое.

Раз представилась возможность,
Сокращу в столицу путь.
Только и про осторожность
Ты, бабуля, не забудь.

Чтобы мне без столкновений,
Как по небу полетим!
Соблюдай без нарушений,
Бабка, скоростной режим.

Хоть здоровье свое хвалишь,
Не отдай концы, летя.
Ну а если вдруг уронишь,
Доберусь я до тебя!

Я тебя предупреждаю:
Как отпустят доктора,
Я твой корпус ощипаю
До последнего пера.

Вот дела, трясет немножко!
Чтобы с дрожью справиться,
Хорошо бы на дорожку
Выпить и оправится.

Эх, от широты натуры
Не хлебнуть бы лишнего.
Покажи-ка мне фигуры
Пилотажа высшего!

Поглядим, какой по чести
Из тебя воздушный ас.
Как окажемся на месте,
Забирай тогда компАс!»

Ведьма в луже повозилась,
Покудахтала слегка
И в жар-птицу превратилась
Ростом где-то с ишака.

Тут портрет бы выдать нужно:
С виду утка или гусь,
Но писать ее наружность
Я, ребята, не возьмусь.

Ограничусь парой строчек:
Небывалая краса.
Кто подробностей захочет,
Фантазируй дальше сам.

Лишь скажу про оперенье,
Без него, как ни крути,
До конца произведение
Невозможно довести.

Блещут перья, как алмазы,
Да к тому ж прочней они
Кастенбруста и кирасы
И титановой брони.

Ермолай тайком крестится,
Рот открывши, как баран:
Ну дела! И вправду – птица,
Не оптический обман.

Поразила Ермолая
Красота ее и стать.
Это вам не попугая
На заборе увидать!

"- Ну, бабуля, постаралась,
Приняла однако ж вид!
Удивлен я даже малость, -
Ермолай ей говорит.

- На лицо, как говорится,
Результаты колдовства,
И что курица не птица,
Я беру назад слова.

Хороша твоя кольчуга,
Клянусь дедом и отцом!
Каб не дети и супруга,
Я и сам бы стал птицом.

Если есть такое слово,
Если нет, тогда птахом.
Птичьим мужем, одним словом,
Только, чур, не петухом".

Засмеялась тут жар-птица:
"Наконец-то понял, брат:
Хоть мужик, а хоть девица,
Все жар-птицей стать хотят.

Ну садись, держись покрепче,
Хошь, молитву сотвори,
Коль тошнит, так ты в пакетик,
Да на шею не дави».

В перья и в компАс вцепился
Мертвой хваткой Ермолай,
Живо Богу помолился
И кричит: "Не спи, взлетай!"

Птица бережно ступает,
Косо смотрит на него,
Вроде как бы проверяет,
Не затеял ли чего?

Подняла крылами ветер,
Устремилась в небеса
И пути не меньше трети
Одолела в полчаса.

Дружная команда наша
Резво по небу летит:
Крыльями жар-птица машет,
Ермолай в компАс глядит.

Вот летят над облаками,
Солнце прямо за бортом,
Хоть хватай его руками
Да неси скорее в дом.

От него за год (иль годы)
Ради дела важного
Можно вывести породу
Солнышка домашнего.

Вникнут умные-то люди,
Как гибрида вывести.
От него потомства будет -
Все умрут от зависти.

Если б так, по всей планете
Меньше б стало горюшка:
В каждом доме ярко светит
Маленькое солнышко.

А пока, скажу культурно,
Нету света не шиша.
Только клоп плодится бурно,
Да еще, пожалуй, вша.

И при солнечной погоде
Видно даже с облаков,
Как они стадами бродят
Среди копен и стогов.

Бодрым строем маршируют
По камням и по траве,
То «свинью» организуют,
То построятся в каре.

Кровососные зверюги
Знамениты на весь свет,
А других красот в округе
Так, пожалуй, что и нет.

Кособокие домишки
Прилепились вдоль реки.
Дразнят нищего мальчишки,
Не дают ему пройти.

Бабы спорят у колодца,
В чьем дому богаче стол,
А иная разойдется
Да и задерет подол.

После бани для досугу
мнут от всей души бока
И рвут бороды друг другу
Мужики у кабака.

В чане варится баланда -
Вдруг покажется из мглы
Арестантская команда,
Тихо звякнут кандалы.

Вон крадется дьяк к сараю,
воровством не брезгуя.
Стало жалко Ермолаю
Население местное.

Поп идет, прямой как палка,
Впереди бежит свинья,
И попа-то тоже жалко,
Хотя, может быть, и зря.

Вот такой с небес открылся
Незатейливый пейзаж -
Как в колодце отразился
Весь медвежий угол наш.

Где-то впереди столица,
Путь далек лежит туда.
Не зевнуть и не свалиться,
Вот в чем главная беда.

Ермолай от нетерпенья
Весь изъерзался, летя,
Дергать стал за оперенье,
Словно малое дитя.

Но не век дороге длиться,
Засияли купола:
В этом месте град-столица
Испокон веков была.

Птица в небе покружила
С Ермолаем на спине
И посадку совершила
Чуть от града в стороне.

" - Извини, не смею дальше.
Не заметил бы нас царь,
Углядит с дозорной башни
Да и примет за татар.

Государи, как нарочно,
Подозрительный народ.
Никогда не знаешь точно,
Что им в голову взбредет.

Может, он объелся щами
Или встал не с той ноги,
Иль покусан он клещами,
Что подбросили враги.

Может, он не вяжет лыку,
Спит у женки на груди.
Крепко спящего владыку
Ты уж лучше не буди.

Как подскочит он с подушек -
Учудит чего опять.
Не удумал бы из пушек
Царь наш батюшка стрелять!

Тут пешочком недалече.
Если сразу же пойдешь,
То не позже чем под вечер
Ты в столицу попадешь".

"- Ну, бабуля, удружила!
Кто еще меня бы спас?
Ты награду заслужила,
Забирай к чертям компАс!

От жены (ей горше вдвое)
И от всей души моей
Гран мерси тебе большое,
Ну а также от детей!"

"- Обещание исполнил,
Служба, ой ты гой еси!
И какое слово вспомнил,
поглядите-ка, "мерси"!

Вот ж, владеешь языками!
И зачем было хамить?
Пожилой солидной даме
Оскорбленья говорить!

Мне такого грубияна
Было тягостно везти,
Но за честность благодарна,
Честность нынче не в чести.

Хоть невежа ты, служивый,
Все же я к тебе добра!
Как презент, не для наживы,
Дам тебе я два пера.

Будет время в карауле,
Ты зашей их под шинель.
Тогда сабля или пуля
Не возьмут тебя, поверь!

Выстрел пушки, залп картечи,
Нож, стрелу, удар копья,
Все, что страшно в бранной сече,
Перья примут на себя.

Но бессмертным ты не станешь,
Тут и я б не помогла.
Смерть ты дважды не обманешь,
Вот такие, брат, дела!

От убийства и ранения,
Ты, солдат, не забывай,
Только раз избавят перья".
Поклонился Ермолай.

"- Да еще, коль расстаемся,
Я хочу тебя просить,
Чтобы старого знакомца
Заглянул ты навестить.

Средь людей давно уж трется
Леший, бывший мой сосед,
Если свидеться придется,
Передай ему привет".

Птица сжала компас в лапах,
Потрясла его чуток
И отправилась на запад,
Ермолай же - на восток.

Перепрыгнув огражденье,
Перебравшись через вал,
По дороге из каменьев
Он к столице зашагал.