первый мир

Это было позднее утро, ближе к одиннадцати. Стояли прекрасные весенние дни, листва успела украсить цветы на деревьях. Фонтаны танцевали по всему городу. Теплая зимняя одежда сложена в дальние полочки. Окна вымыты, отражая еще больше солнечного света. Я возвращалась домой с раннего собеседования, меня приняли на работу. Я успела позвонить Дэну и порадоваться вместе с ним, он уже трудился. Поговорив с ним, я заглянула в ларек мороженного, купила любимый шоколадный стаканчик пломбира. И пошла в парк, главная аллея которого вела меня к дому. Заглянула в кинотеатр посмотреть новые афиши. Погладила щенков, которые веселились на свежей лужайке. И вприпрыжку пошла домой.
Мы каждый день проходили сквозь этот парк. Всегда задерживались, хотя бы на пол часика, чтобы насладиться природой.  Но в это утро он был красив как никогда. Весна, утреннее солнышко, мамочки с детьми на прогулке, старики, играющие в нарды и домино, стая голубей наперебой с воробьями выпрашивали семечки, все было таким милым. Я улыбалась и старалась прислушаться к пению птиц. Напевая какую-то мелодию, я вспорхнула на дорогу, надо было забежать в магазин. И. И не заметила приближающуюся машину. Она была красного цвета. Я помню тишину, такую тишину я до сих пор не слышала, тишина, которая оглушает. Я посмотрела вверх, сквозь крону деревьев было видно голубое небо, ни страха, ни боли, ничего кроме одной мысли – Дэн. Его лицо в моем сознании последнее, что я видела – он улыбался.





Глава 3

Не знаю, сколько прошло времени….
Первое что я почувствовала это липкий влажный воздух окутывал меня и запах моря, морской воздух ударил мне в нос. Я очнулась, но веки мои меня не слушались, первое, что я услышала, это был звук волн, где-то очень далеко, будто бы кто-то немножко приглушил звук. Состояние было такое как после наркоза, хот я никогда не была под наркозом, но помню, как Дэн выходил из него. Наконец я смогла приоткрыть глаза, звук становился все ярче, а дымка с глаз начала таять. Голова еще кружилась. Я увидела звезды, они играли со мной то, покачиваясь из стороны в сторону, то кружась по кругу. Вот картина звездного неба остановилась и дала мне отдохнуть. Передо мной открылся чудный вид, я лежала на краю лодки и ее раскачивали волны. Небо было ясным и только в некоторых местах виднелись тучки, подсвеченные полной луной. Приподнявшись немного и опершись спиной на бортик, я увидела пожилого мужчину, он стоял на другом конце лодки и держал большое весло как на гондоле. Он улыбнулся и тихо, чуть шёпотом пробормотал – ты лежи, лежи до берега еще не близко. Прилив сам несет нас к берегу.
Все как во сне, не понятно. Я опять откинулась назад и наблюдала за небом. Небо над морем всегда было краше, чем в городе. Наконец-то я окончательно пришла в себя, мои веки стали легче, любопытство и едкий дым табака пробудило меня окончательно. Старик молчал и потягивал трубку. Казалось, что плотное облако, выдыхаемое им это, и были те белые тучки стремящиеся на свет луны как мотыльки ищущие последнюю надежду в искрах света. Он смотрел вперед и мой взгляд устремился туда же.
Красивее пейзажа я не видела, так как никогда не бывала в таких местах. Говоря так – я имею в виду, старинные города, домики, которые жмутся, друг к другу прижавшись плечами на краю скал, будто бояться упасть, где-то там, в Италии или Турции, или еще где-нибудь и в правдивости этой картины я нисколько не сомневалась. Тем более что во снах, в которых я путешествовала по ночам, были самые необыкновенные города, пейзажи, люди, деревья и реки. А увидела я остров, где на краю отвесных скал, домики мостились друг на друга и маленькими огоньками в окнах будто оттуда пытались рассмотреть меня. Везде горел свет, а пристань, к которой мы приближались, была усыпана множеством желтых огней. Но самое прекрасное это, скопление облаков, нависших над городом. Они горели, желто-красным цветом и создавалось впечатление, что не городской свет освещал их, а наоборот они заливали светом каждую улицу и крыши домов. Та мысль, что в моих снах виды всегда краше, чем наяву, посетила меня еще раз.
По мере приближения нашей лодки к пристани, волны становились больше и раскачивали нас сильнее и сильнее.
- Держись по крепче – сказал мужичек, в старой, как его борода куртке.
Я села удобней, если можно сидеть удобно на старых рыболовных сетях.  Наша лодка с такими пассажирами как я, оказалась не единственной, они подплывали к пристани почти одновременно. Я заметила их только здесь, потому что они, как и мы плыли без каких-либо опознавательных огней. Подплыв поближе, я поняла, какие же фонари ждали нас и почему свет от них был таким не привычным. Это факелы и, похоже, весь городок освещался натуральным светом.
Нашу лодку, наконец, прибило к пристани. Мой провожатый закрепил веревку за бревно.
- Мы на месте. «Прошу на берег», - сказал он и протянул мне руку, чтобы помочь мне перешагнуть на деревянный помост пристани.


Глава 4

Я встала, перешагивая сети и перекладины лодки с трудом могла удержать равновесие, протягивая ему руку и ухватившись за его, я почувствовала его шершавую ладонь и силу руки. И тут случилось прозрение. С удивлением и ужасом, я посмотрела ему в глаза, потом на руку. Это было мгновенно. При этом все начало проясняться и в то же время кружиться вокруг. Мой взгляд двигался от предмета к предмету. Его глаза, рука, потом вниз на пристань под ноги, затем в бок на другие лодки, на людей у них были такие же проводники, потом обернулась на город, дальше я развернулась всем телом в сторону моря, потом на небо. Я приоткрыла рот, чтобы, что-то сказать, но миллионы вопросов в моей голове путались, сбивая друг друга, и ни одного звука я так и не смогла произнести. С таким выражением лица я повернулась к своему «гондольеру» и он, не дожидаясь с очень милой улыбкой произнес.
- Ну, наконец-то, ты проснулась! - эти слова ввели меня в полный стопор. Я не могла совместить все происходящее с этим – «проснулась». Ну как же я проснулась – думала я – ведь это и есть сон. Казалось, что мой мозг начал совмещать визуальные образы, ощущения, голоса, слова, запахи и от этого только мороз полез по моей коже до пят, а за тем пронзил меня изнутри прямо в сердце как огромная игла. Оно сжалось от холода, боли и ужаса.
Мне хватило меньше минуты, чтобы осознать то, что признавать совсем не хотелось. Я вспомнила все то, что произошло со мной до этого. Я не могла поверить в это.