Михаил Тяпкин, сын Юрьев. третий эпизод

Насчет остальных, мнения расходились, но повода заподозрить, например Галю Тучкову или Иосифа Абрамовича в том, что те не носят трусов, не находилось.
Эта пара, работающая на параллельных буфетных стойках озабочена была одним – продать, как можно больше товара, поскольку от количества сданных денег, напрямую зависел и их заработок, как официальный, так и ежедневный, получаемый из рук Тяпкина.
С Галей Тяпкин воевал и воевал серьезно за неимоверную жадность ее. Кофе, стоимость каждой второй чашки коего шла ей в карман был не главным, но значительным источником заработка, потому смысла ухудшать качество этого, и без того жидкого напитка не было никакого, а напротив сулило проблемы в виде жалоб от обманутых граждан.
Так вот Галя Тучкова пробавлялась тем, что уносила домой, так называемый вторяк, то есть кофе, который уже прошел через кофемашину и отдал все, что мог отдать. Там она высушивала мокрую массу досуха и прожаривала ее до угольков.
Полученный суррогат она смешивала с молотым кофе и из этой субстанции варила напиток отличающийся исключительно горьким, за счет сгоревшего порошка и отвратительным на вкус пойлом.
Таким образом она забирала в свою пользу еще процентов двадцать от стоимости каждой чашки, но подставляла, таким манером весь дружный коллектив.
Открылось это случайно. Тяпкин зашел за прилавок и своим обостренным нюхом почувствовал до боли знакомый запах горелого кофе, метод сей не Галей был изобретен, а давно был известен в среде барменов, но пользовались им совсем уж отвязные личности, вроде Тучковой.
Хорош он был только, пожалуй, в вокзальных буфетах, где клиент, выпив на ходу бурду не придает этому никакого значения, горячо и ладно, понимая, что больше никогда в жизни здесь не побывает, а значит будет избавлен от столь сомнительного удовольствия.
Миша, не мешкая произвел контрольную проварку и все стало понятно, вкус напитка говорил сам за себя.
Галя получила втык, штраф и последнее китайское предупреждение.
Никаких сексуальных поползновений в отношении Гали Тучковой, а также с ее стороны ни у кого не наблюдалось, поскольку трудно видеть эротическим объектом даму весом восемьдесят восемь кило при росте метр шестьдесят два одетую в юбку джерси похожую на те, что носили дамы из ЦК КПСС, блузку с отложным воротником, белый фартучек и с кружевной наколочкой на голове, как у тех девушек из старого фильма, которые пели про «Таню, Таню, Танечку в столовой заводской».

Иосиф Абрамович, в отличие от Гали был строен и подтянут. Одетый в потертый, но еще приличный смокинг и лаковые штиблеты напоминал отставного, а может быть и действующего, только слегка потасканного артиста оперетты.
Образ дополнял косой зачес, уже жидковатых, но тщательно прокрашенных волос с идеальным пробором, сорочка с пластроном и галстук-бабочка.
Короче, эдакий жиголо. Которого, впрочем, интересовали только деньги. Он был профессионалом продаж. Заработок зависел от выручки, то есть от количества проданного.
Наблюдать за тем, как Иосиф Абрамович торгует – это песня. Начать следует с момента подготовки рабочего места. Все пользующиеся спросом товары выложены в идеальном порядке, под рукой, так чтобы не тратить времени на лишние движения.
Шоколад, конфеты, сигареты, емкость с молотым кофе и выставленные на подогрев кофейные чашки.
Все остальное – разлитые по стаканам соки, бутерброды и пирожные выставлены на прилавок для свободного доступа. Работает Иосиф по принципу, «сам бери». При такой системе продаж какое-то количество товара разворовывается бойкими зрителями, но игра стоит свеч.
Иосиф Абрамович лично варил и отпускал кофе и мелкий розничный товар. Кроме этого, основной его работой является подсчет стоимости заказа, получение денег и выдача сдачи.
Оплатившим покупку покупателю предлагается самому брать товар, что значительно ускоряет обслуживание и соответственно увеличивает выручку по сравнению с Галей, например практически вдвое.
Древний кофейный агрегат под названием «Будапешт», который Иосиф холил и лелеял имел четыре рожка для загрузки кофе, каждый рожок имел два выпуска, а значит одновременно машина варила восемь чашек. подача воды осуществлялась при помощи рычагов, что позволяло экономить время. Так что при наличии публики, за пятнадцать-двадцать минут антракта, мастер умудрялся сварить до сотни чашек кофе с каждой чашки проданного напитка половина стоимости шла в карман бармену.
На заработанные деньги Иосиф Абрамович содержал семью, оставляя себе на развлечения не так много, как хотелось бы.
Развлечения у него были простенькие. Он любил молоденьких девочек. Ну не то, чтобы совсем девочек. С несовершеннолетними он старался не связываться. По крайней мере с Олей – бандершей у него была договоренность, только восемнадцатилетние,
Если Оля и подсовывала ему, когда более юных, он делал вид, а может быть и в самом деле не понимал этого.
Главное, чтобы партнерша выглядела молодо. Иосиф не настаивал на каких-то конкретных параметрах. Девочка могла быть худенькой с недоразвитой грудью или пухленькой с оформившимся телом, но обязательно с небритым лобком, бритых девочек он недолюбливал, ему казалось, что он трахает ребенка.
Не нравились Иосифу и модные среди молодежи стринги. Не понимал он как вместо трусов можно выпутывать девчонку из каких-то веревочек.
В свои сорок с небольшим, он все еще помнил тех девочек одноклассниц, которых вожделел, украдкой рассматривая во время урока и на переменах.
Ученицы, носившие короткие юбки, знали, что они поднимались еще выше, когда девочки садились, нога обнажалась почти до самого паха и, хотя кроме бедра, обтянутого эластиком колготок рассматривать, было нечего Ося, наблюдавший это зрелище сбоку потел от сексуальных фантазий, посещавших его в тот момент.
На переменах же статичное состояние сменялось движениями, девчонки вертели попками отчего юбочки разлетались и при удачном стечении обстоятельств можно было заметить мелькавшие сквозь капрон колготок разноцветные трусики.
Внимательный Иосиф отслеживал и идентифицировал девочек по трусам, были правда особи и довольно много, нижнего белья которых разглядеть ему так и не удалось, хотя очень хотелось.
Он даже всегда вызывался дежурить возле центральной лестницы, чтобы ненароком иметь возможность заглянуть под подол поднимающимся или спускающимся по лестнице школьницам.
Успеха у девочек он не имел. Во-первых, в силу природной скромности, во-вторых, из-за невыразительной внешности и странноватого имени. Среди Сашек, Витек, Володек и Сереж он был единственный Ося.
Зато теперь, во время еженедельных встреч с девушками по вызову он разыгрывает для себя сценки, которых был лишен в юности. С поцелуями, лазаниями за пазуху в лифчик и трусы и в качестве вознаграждения коротким половым актом. На долгий его не хватало потому, что прелюдия с детскими воспоминаниями и пальпациями возбуждала его до такой степени, что с момента попадания в вагину до эякуляции проходило от нескольких секунд до пары минут в зависимости от того, кого из тайно желаемых одноклассниц он представлял себе в этот момент.
Дальше-больше Иосиф готовил сценарий встречи, иногда просил девушку надеть приготовленное им бельишко в стиле ретро и, обязательно колготки, которые в его юные годы уже прочно заняли место в гардеробе девушек и которые он, в порыве желания разрывал на партнерше.
Перед встречей Иосиф Абрамович тщательно просматривал фото претенденток, пытаясь в их внешности найти хотя бы отдаленное сходство с теми давними подружками из его юности, изредка это удавалось, чаще же он придумывал себе историю, в которой реальная девица исполняла роль той, о которой он мечтал когда-то.
Обладая незаурядной фантазией, он, в своем воображении легко переносился на двадцать с лишним лет назад. До мелочей вспоминая подробности переживаемых когда-то эмоций, холил и лелеял каждый штрих, подчеркивающий его тогдашнюю юношескую сексуальность, и истово погружался в тот, почти забытый мир, богатый новыми ощущениями мир его детства.