Противу логики

      -Лейтенант Филиппова! Вам и капитану Расковой, как приставам, завтра  надлежит решить вопрос с Артамоновыми: забрать у них детей Анны Криковец, сестры Зинаиды Артамоновой.
     Зинаида должна была оформить опекунство, но до сего времени этого не сделала, а по закону не имеет права удерживать детей своей сестры. Заберите и отвезите в Детский дом.
-Так завтра воскресенье… Лейтенант решила напомнить полковнику…
-Тем лучше, все будут дома….
        УАЗик подкатил к самой калитке скромной беленой хаты.
Во дворе двое детей своих и двое родной сестры Зойки, которая неизвестно от кого их родила мальчика и девочку. Поначалу, когда жива была её мама, то дети росли, как и другие: чистые, опрятные, сытые. Ещё и года не прошло, как они совсем осиротели. Зойка часто забывала о них
.     Мише шёл двенадцатый год, а сестрёнке Марине- восьмой. Дети сами научились готовить еду, когда мать уходила в запой. Помогала им и тётка Анна, а потом забрала к себе, решив, что так детям будет лучше, как-никак родные, не будут брошенными…
                Анна вышла к калитке и безнадежно разводя руками, выдавливая слова, произнесла: «А я вас, приставов, ждала. Вот не успела оформить документы на моих племяшей. Жалко их, бедных. Уже привыкла к ним, стали совсем как свои.»
Капитан Раскова, бывалая следователь, молча оглядела весь небольшой чистый дворик, такой порядок и чистоту видела нечасто.
Обе вошли в хату. Анна показала на четыре кроватки,
Разделённые цветастой ширмой, поделив девочек и мальчиков.
Шкаф. На четырёх полочках глаженые вещи детей.
Анна не сводила своих печальных глаз с приставов.
Молодому лейтенанту Филиповой стало как-то не по себе. Она вспомнила своих двоих мальчишек. Защемило что-то внутри. Она отвела в сторону капитана и сказала: «Нет! Отрывать детей от уюта и нормального воспитания я не стану!»
- А что мы скажем прокурору,-произнесла Раскова.
-Так и скажем, что из такой, пусть и скромно живущей семьи, мы детей не должны вырывать…
-Так же есть закон, который мы не имеем право нарушать, -неуверенно промолвила Раскова.
-Закон! Не всё можно подвести под закон. Едем к прокурору домой. Извинимся за беспокойство в воскресный день.
-Но ты сама тогда беседуй с ним, произнесла Раскова.
           Прокурор молча выслушал убедительные аргументы и дал «добро» Артамоновым на время оформления документов.
Раскова обняла Филипову, подивилась её настойчивости, материнскому чутью в деле решения сложного вопроса.