Помог нам начальник геологоразведки

 
     Это был год 1973. Мне нужно было ехать в Нальчик. В июне начиналась летняя сессия в университете. Решила увезти восьмилетнюю дочь на Алтай.  В горном селе Шебалино жили  мама и отчим в семье младшей дочери. Время было у меня ограничено. За два дня должна была управиться с поездкой в Горный Алтай.

  В городе Мариинске 24 мая стояла жаркая погода в день отъезда, и я нарядилась по-летнему. О погодных условиях тех мест я ничего не знала,  ехала к родным первый раз.

Утром, выйдя из вагона в Бийске, увидела тучки на небе, но было ещё тепло. Автобус уже ушёл в Шебалино, билеты на него были проданы  на три дня вперёд. Каким образом мне с дочерью добраться в нужное место, я не знала.

В Бийске жила тётя, мы навестили её. Она посоветовала ехать проходящим автобусом  до Маймы, а дальше добираться на попутной машине.  Посмотрев на наш наряд, дала для дочери осеннее пальто своей дочери. Для меня одежды не нашлось.

На автостанции удалось купить билет на ближайший автобус. От Бийска катил автобус по  дорогам  Горного Алтая,  по Чуйскому тракту. До Маймы проехали 93 км. Водитель автобуса высадил нас у остановки, сам свернул налево, продолжил путь. Нам нужно было ехать ещё более 120 км. Но об этом в то время я не знала.
 
И тут начались наши мучения.  Стоим с дочерью на автобусной остановке селения Майма. На мне – белая блузка в сеточку без рукавов, белая юбка, белые босоножки.  На девятилетнюю дочь надела пальто поверх платья, но и туфельки были на ней.
 
 Жители села проходили  мимо одетые в телогрейки, из обуви  –  кирзовые сапоги или резиновые галоши с тёплыми носками. Смотрели на нас с недоумением.

 Над головой нависли серые тучи, скрывавшие горы, заморосил дождь, то вдруг срывался снег. А я стою вся из себя, такая нарядная – вся в белом одеянии.
Машины мчались по дороге мимо нас, никто из водителей не останавливался  –  места были все заняты.

Напротив остановки стоял дом. Так хозяйка три раза выходила из ворот, чтобы узнать, наверное, не задубели ли мы окончательно. Покачает головой и уходит.  Выходил и её муж посмотреть на нас.

 Я надеялась, может быть, мне вынесут телогрейку, чтобы немного отогреться. Но нет, не вынесли. Стояли мы там около пяти часов, когда, наконец, появился УАЗ, в котором на заднем сидении были пустые места.

 Водитель остановил машину. Он вёз начальника геологоразведки, который  глядя на меня,  снял с себя куртку и передал  мне, чтобы я согрелась.  Путь оказался неблизким.  Через двадцать километров проехали по Горно-Алтайску, потом ещё попадались редкие сёла.

За время поездки мы успели с ним обсудить многие темы. Геологоразведчик  рассказывал о своей работе,  восхищался природой Горного Алтая, сказал, что отдыхает во время отпуска только здесь, в горах,  и не понимает тех людей, которые едут на отдых за рубеж.  «Ведь здесь столько прекрасных мест!».
 
Крупные капли дождя били по стеклу. Из-за низких туч не было видно не только гор, но и дорога просматривалась плохо. Водитель давно включил фары.  Солнце так и не выглянуло, поэтому быстро стемнело, но и время уже было много, когда машина остановилась в Шебалино, в начале  улицы, которую я назвала. Здесь где-то стоял дом, в котором жили мои родные – номер дома выпал из моей памяти.

 Вот тут-то  и продолжились наши мучения.  Улица оказалась длинной.  7 км – узнала я позднее. Темень – глаз коли, ничего не видно. Мерцают одинокие огоньки в окнах домов.  Мы были впервые в этом селе. Куда идти, я не знала. Страшно было выходить из машины.

Но начальник геологоразведчиков пошёл нас провожать. Шаг ступили  и  оказались в грязи выше щиколотки ног.  И побрели мы по улице на огонёк прямо по лужам.  Заходили в дома, спрашивали, где здесь живёт Екатерина Иванова – моя мама.  Везде отвечали, что такую фамилию не знают на этой улице. Оно и понятно. Мама с отчимом приехали к дочери Валентине год назад. Когда мы прошли половину улицы, начальник сказал: «Вот ещё в этот дом зайдем,  а потом уже сами ищите. Мне нужно ехать дальше». Получив отрицательный ответ от хозяйки и этого дома, он договорился с ней, чтобы мы переночевали у неё.

–  А, может быть, Вы знаете,  где живёт Салосин – муж мамы? – спросила я.
–  Так Васька живёт вот, через дорогу, – ответила она. Фамилию отчима, наверное, знали все в селе. Уж очень он был коммуникабельный, когда выпьет. Мы вышли за калитку, и она показала нам дом, в котором уже не было огней.

Дверь открыла мама. – Вот привёл  Вашу дочь и внучку. Передаю их из рук в руки, а мне нужно ехать дальше, – ответил наш провожатый на приглашение мамы войти в дом, чтобы привести в порядок брюки и обувь, вымазанные в грязи. Я отдала ему куртку, и он пошагал в обратный путь. Я предлагала ему деньги за проезд, но он их не взял. С  огромной благодарностью я вспоминаю этого человека, который не оказался равнодушным к нашей беде. Есть всё-таки хорошие люди!

Утром солнце светило ярко. Как будто и не было вчерашних туч. Природа показала всю свою красоту здешних мест.  Величественно возвышались горы,  село Шебалино растянулось на  берегах реки Сема и её притоках. Считают, что село Шебалино – самое большое село из всех сёл мира.
 
Жаль, что не знаю имени начальника геологоразведки, но молюсь за него,  когда в молитве упоминаю имена моих доброжелателей. Мой Ангел Хранитель послал его мне в помощь.