Моё собачье дело

                Глава первая.

Меня зовут Генри. Я живу в финском городе Лахти. Это небольшой, по мировым меркам, город, но для Финляндии — совсем даже не маленький.
В жизни мне много чем приходилось заниматься. Я был строителем, продавцом, агентом по недвижимости, мастером на заводе, автомехаником, директором швейной мастерской, юрисконсультантом, помощником адвоката, редактором в газете, какое-то время служил в армии. Так уж сложилось.                Вдобавок к  жизненному опыту,  прибавилось  академическое образование,  в университете.
Диплом  висит  в золочёной рамке на стене моего офиса, расположенного на одной из центральных улиц Лахти, под названием Александровская — в честь русского царя Александра Первого, которого финны очень любят.  Дверь офиса украшает табличка:
 
                «ГЕНРИ РЭЙ частный детектив»
Работы у меня не очень много. Финляндия, в основном, законопослушная страна и достаточно спокойная, чтобы в ней что-то случалось. А уж если и происходит, то люди скорее обратятся в полицию, которой доверяют больше, чем частному детективу.
Но тем не менее работа находилась и для меня. Например, один бизнесмен попросил выяснить прошлое своего делового партнёра. Другой  проследить за своей женой.
А в один прекрасный день на моём пороге появилась рыдающая женщина — фру Хансен, умолявшая найти её сбежавшую собаку.
Утром она заболталась с соседкой, отпустив ненадолго с поводка свою китайскую хохлатую собачку, по имени Клара. Тут Клары и след простыл.
Мне тогда повезло. В Финляндии ведь нечасто увидишь сбежавшую собаку. Поэтому я просто дал объявление на сайте для автомобилистов — не видел ли кто бегающую без хозяина китайскую хохлатку.
На удивление быстро мне позвонили и сказали, что всего, в паре кварталов от моего дома, бегает похожий пёс.
Я поспешил туда и увидел собаку, бегающую вокруг супермаркета. Забежав в магазин, я купил печёночной колбасы и легко подманил хохлатку, называя её по имени. Клара осторожно подошла и взяла кусочек колбасы, потом ещё один, и тогда я свободной рукой схватил её за холку.
Клара взвизгнула и, извернувшись, укусила меня за большой палец, однако я уже перехватил её другой рукой и, крепко держа, отнёс в машину.
Когда я привёз Клару к фру Хансен, из глаз той полились слёзы радости.                — Вы просто волшебник, господин Рэй. Просто волшебник! — причитала она, схватив собаку.— Пришлите мне счёт, я оплачу любую сумму.
На следующий день я отправил ей счёт. Возможно, поскромничал, но я и сам получил огромное удовольствие,  доставив такое счастье фру Хансен. Палец, правда, потом болел ещё пару дней. Хорошо всё-таки, что это была китайская хохлатка, а не питбуль.
Потом, по рекомендации фру Хансен, ко мне стали обращаться с самыми разными проблемами владельцы животных.
Я несколько раз возвращал убегавших собак,  достал кошку с высокой сосны (чуть не шмякнувшись оттуда вместе с ней), а один раз даже проводил сеанс психотерапии для чёрной породистой свиньи, которую во время прогулки по городу оскорбили какие-то прохожие мусульмане, и у которой после этого пропал аппетит.
 Лахтинский клуб любителей собак, где фру Хансен, как оказалось,  была одной из учредительниц, сделал меня своим почётным членом.

В один осенний день, когда город был завален жёлтыми листьями, а по утрам уже совсем не хотелось начинать день с купания в озере, в дверь моего офиса позвонили.                Это было довольно неожиданно, так как теперь, в эпоху смартфонов и мессенджеров, все обычно предварительно звонят или хотя бы пишут сообщение.
Я открыл дверь. Стройная блондинка лет тридцати, явно не финского происхождения, в белом кашемировом пальто, сапогах, с элегантным шарфиком, лихо закрученным вокруг шеи, и с изящной сумочкой под цвет шарфа.
Надо сказать, что в Милане, Риме или даже в Стокгольме такая дама не вызвала бы удивления, но в Финляндии,  где традиционной городской одеждой для представителей обоих полов,  в любое время суток является шуршащий непромокаемый  костюм для прогулок на природе и мощные кроссовки, такое зрелище произвело фурор. У меня даже на пару секунд замерло дыхание.
На её симпатичном, ухоженном лице появилась улыбка.
— Привет, — поздоровался я по-фински. — Добро пожаловать.
— Привет, — ответила она по-английски. — Мне сказали, что вы говорите по-английски?
— Вам сказали правду. Проходите,  раздевайтесь.
— Можно я останусь в пальто? С тех пор как я приехала в Финляндию, я не могу согреться.
— Понимаю. Откуда вы?
— Мы с мужем приехали из Австрии. У него тут дела по бизнесу.
— Так вы австрийка?
— Нет, я из Чехии. Но училась в Австрии, там и познакомилась с мужем. Меня зовут Мария.
— Очень приятно, а  меня  Генри. Что привело вас ко мне?
— Собака. У меня пропала собака.
— Собака? — переспросил я. — Может, вам лучше обратиться в полицию?
—Мне порекомендовали обратиться именно к вам.
— Кто же?
— Я хожу в клуб любителей собак. Пошла от нечего делать. А там фру Хансен… Она там, в клубе, про вас чудеса рассказывает  о том, как вы ловко нашли её Клару, — Мария улыбнулась.
— Ну да, ну да, — улыбнулся я в ответ и спросил: — И как давно вы в Финляндии?
— Почти месяц . Муж пытается наладить тут продажу посуды — мейсонский фарфор.
— Смело. Финнам сложно продать что-либо вообще, а уж сделанное не в Финляндии  тем более, будь это хоть  фарфор, хоть золото инков.
— Да, мы это уже поняли.
— Какова порода собаки? Вы привезли её в Финляндию или купили здесь?
— Да, привезли. Ему полтора года.

Мария достала из сумочки смартфон, открыла его  и положила на стол.   С экрана на  меня смотрел небольшой, коричневый, длинноносый пудель с глуповатым выражением морды.
— Это мой Марс, — на глазах Марии появились слёзы.
— Это пудель?
— Да, пудель. Так называемый малый пудель.
— Хорошо, — я стал серьёзен и кивнул на кофеварку. — Хотите кофе?
— Спасибо, нет, не привыкла к финскому.
Я понимающе кивнул.
—Давайте всё по порядку.
— Давайте, — Мария утёрла слёзы. — Всё дело в том, что мой Марс с самого начала невзлюбил моего мужа Алекса. Мы купили щенка в Таллинне, там, у одной дамы, — самые лучшие пудели в Европе. Я ездила за ним на машине, одна, и по дороге в Австрию Марс очень привязался ко мне. А как только мы приехали домой, он, увидев Алекса и услышав его голос, сразу спрятался под кровать. По дороге из Таллинна мы дважды останавливались в отелях, и Марс спал со мной на кровати. Дома,  он тоже залез, но Алекс в первый же день прогнал его. С тех пор  Марс невзлюбил Алекса. И со временем неприязнь только росла. Когда Алекс приходит домой с работы, пёс всегда лает, рычит и прячется под кровать. И хотя и гуляет с Алексом, и охотно берёт у него лакомства, при первой же возможности старается от него удрать. Когда он без поводка, то всегда удирает, и только я могу вернуть его назад. Так получилось и в этот раз.
Здесь, в Лахти, Алекс часто по  утрам  выгуливает его, потому что я… — Мария запнулась и виновато улыбнулась, — …я люблю поспать подольше. Не могу здесь заставить себя рано встать. Особенно осенью. Этот холод,  дождь, темнота. Всё это действует на меня.               
Я улыбнулся и кивнул.
-Так было и вчера. Алекс, как всегда, закрыл все двери в коридор, чтобы Марс не прятался от него по всей квартире, поймал его, прицепил поводок и отправился на прогулку.  У нас такой поводок-рулетка, где есть тросик, который выдвигается и втягивается по мере движения собаки. Знаете?
Я кивнул.
— Из-за угла дома, вышел человек с крупной лайкой. Лайка с громким лаем кинулась на Марса. Хозяин удержал её, но наш пёс рванул в сторону. У Алекса в руках был этот поводок-рулетка. Я не знаю, что с ним произошло, но трос выскочил из рулетки, и Марс умчался, исчезнув в лесопарке,  таща этот трёхметровый трос за собой. Алекс пытался искать его и даже позвал несколько раз, но это было бесполезно — Марс никогда к нему добровольно не пойдёт. Алекс вернулся, разбудил меня. Мы обошли весь лесопарк, но так и не нашли пса. Будто и след простыл.
  Пока Мария рассказывала,  я  уже начал мечтать, что судя по виду этой богатой дамы, я получу неплохой гонорар,  если поймаю маленького мерзавца. А поймать его будет нетрудно. Дам объявления в сети, обойду все магазины и кафе вблизи лесопарка. Собаки почему-то любят болтаться возле таких мест. Опрошу людей может кто-то заметил пуделя с трёхметровым тросиком от  рулетки на шее. Финны любят собак и охотно помогают. Возможно, снова подманю печёночной колбасой или сыром — и дело сделано. Если только полиция меня, конечно, не опередит.
— Вы обратились в полицию? — спросил я Марию.
— Да, буквально через час, но вестей никаких. Сегодня утром мы звонили туда, но получили лишь уклончивый ответ, что меры к розыску принимаются. Я звонила в клуб посоветоваться. Там фру Хансен и дала ваши координаты. Сказала, что полиции глубоко плевать на дела где нет какой-то конкретной угрозы для человека. Вот если бы бежал агрессивный монгольский волкодав, это было бы другое дело.
На глазах у Марии снова выступили слёзы. Я подошёл к кофеварке, взял стоявшую рядом с ней коробку с бумажными салфетками и протянул Марии.                — Хорошо, я попробую помочь. Опыт у меня есть. И если пёс где-то бегает, то думаю, я  найду его. Однако вы должны понимать, что меня уже могли опередить цыгане или другие маргинальные личности, и тогда я уже ничем не смогу помочь. Такой пудель стоит тут дороже подержанного «Фиата».
— Я всё понимаю, — поникшим голосом ответила Мария.
— И у меня в любом случае будут какие-то расходы. Я сейчас распечатаю контракт.
— Это не нужно. Я доверяю вам, — Мария полезла в сумочку и достала оттуда конверт. — Это на расходы, а если найдёте Марса, получите ещё столько же.

Я заглянул в конверт, похоже, что там лежала вполне неплохая сумма и продолжил:
— Хорошо, тогда давайте перейдём к точному описанию собаки, её характеру и любимым лакомствам.                Я взял блокнот и принялся записывать.
Когда Мария ушла, я достал конверт и пересчитал деньги. Я не ошибся — сумма была действительно хороша. А обещание удвоить её привело меня в прекрасное настроение.
Раскидав объявления в соцсетях,  на местных сайтах и в газету с обещанием вознаграждения и напечатав на компьютере с десяток объявлений  с фотографией Марса, которую Мария переслала мне,   я закрыл офис, сел в машину и  устремился к лесопарку, располагавшемуся на горе между тремя районами города.
               

 
 Лахти всего сто двадцать лет. До этого на месте города были деревни и хутора, разделённые лесными массивами и полями. Теперь деревни превратились в районы города, названные в их честь, леса — в лесопарки, поля — в газоны.                Не слишком шумный, в отличие от Хельсинки или Тампере, но всё же достаточно оживлённый и при этом уютный Лахти, полюбился мне с первого визита. Теперь я знаю этот город как свои пять пальцев: каждый закоулок в промзонах, проходы между домами, тропы в лесопарках и улочки в частном секторе.
Если злодей Марс всё ещё бегает по Лахти — ему от меня не уйти.
 

 Я начал поиски от дома Марии и Алекса. Припарковав машину, обошёл дом и направился в лесопарк. Небо хмурилось и обещало морось. Листва собиралась облететь  с деревьев, птиц не было слышно. На одном стволе сидела белка, завидев меня, испугалась и с ворчанием устремилась к кроне, шурша корой.
Я внимательно оглядывался. Коричневый пудель посреди серо-коричневых стволов, бурой почвы, усыпанной опавшими листьями, да ещё и в хмурый день — не очень-то заметная цель. Набегавшись на воле, пудель должен был бы уже вернуться домой. Однако кто знает. У одного моего давнего знакомого было две овчарки — так они, если убегали, то дня на три. Всё зависит от характера. А уж характеры у собак разнообразные.   
    Я стал вспоминать, что вообще знаю о пуделях. Выведены они были то ли во Франции, то ли в Германии — как охотничьи собаки, но с годами стали декоративными. Говорят, они умные. Ну, если этот Марс умный, то чужим в руки не дастся и рано или поздно придёт домой.                Но после того как я прочесал весь лесопарк, уверенности в этом не было.
 Выйдя в город, я подошёл к супермаркету. Надо сказать, что в Финляндии в каждом большом магазине есть доска для объявлений. В специальный пластиковый прозрачный кармашек бесплатно можно засунуть своё объявление. Туда я и поместил своё, заранее подготовленное, с фотографией Марса и обещанием вознаграждения.

Вернувшись к машине, я объездил все магазины в округе и проделал то же самое. По пути просматривал все газоны и дворы, мимо которых проезжал, настроив глаз на маленькое коричневое пятно. Если Марса найдут финны, то постараются вернуть его хозяевам или передадут в полицию как можно скорее. Финны любят собак, причём гораздо больше, чем людей. Но его могли поймать и не финны. Финляндия теперь уже совсем не та, что раньше. Оптимизма не внушало и то, что с момента побега прошло уже два дня, а новостей никаких не было.
Стоило мне об этом подумать, как зазвонил телефон. Это была Мария. Оказалось, что новости есть.
               

                Глава вторая.
-Да, я сейчас приеду, я как раз  недалеко от вашего дома.
Мария и Алекс жили в современной футуристической  коробке из стекла и бетона с огромными лоджиями в лучшем районе города, когда-то бывшем промзоной,  называемом  Полуостров, рядом с берегом  озера с красивой набережной,  парком, концертным залом «Сибелиус-Холл».  Это был район богачей. Аренда квартир тут была не каждому по карману.
Подъезд, лифт и их квартира, соответствовали классу.
Уже в коридоре, глядя на Марию, я понял, что что-то произошло.
Из комнаты вышел мужчина в спортивных шортах и рубашке «поло», лет сорока, среднего роста, с короткой стрижкой и протянул мне руку.
-Алекс, - представился он
-Генри, - ответил я.
-Генри, нам только что позвонили, - начала Мария, - позвонили люди и сказали, что Марс у них.
-Ну, хорошо, что его кто-то подобрал. У вас был номер телефона на ошейнике или нашли по чипу?
-Генри, у нас не было номера на ошейнике, - перебила меня Мария, голос её дрожал, - А в регистрационных данных собаки по чипу стоит мой  австрийский номер телефона. А позвонили на финский номер Алекса, которым мы обзавелись  здесь.
Я насторожился.                К разговору   подключился Алекс:
-Генри, не знаю, как это произошло, но Марс не просто сбежал. Этот человек, который звонил,  сказал, что Марс у него  не случайно.  И он отдаст его только, если мы выполним его требования.
-Требования? Выкуп? – спросил я.
-Нет, не совсем.            
Я внимательно слушал, внимательно глядя на Алекса.
— Они требуют, чтобы я прекратил свой бизнес в Финляндии, закрыл офис и уехал отсюда, вдобавок отдал им весь товар. Весь мейсенский фарфор.
— И как они передадут пса?
— Он не сказал. Лишь сказал, что перезвонит, когда я приму решение.
— Какое ещё может быть решение! — вскрикнула Мария. — Конечно, мы всё прекратим, лишь бы отдали собаку. Никогда не думала, что в Финляндии может быть такое.
— Я не собираюсь поддаваться на шантаж.
— Что?! Что ты сказал? — От возмущения у Марии пересохло в горле, и последние слова вылетели с хрипом.

Алекс отвёл глаза.
— Я потомок древнего дворянского австрийского рода. Я не собираюсь выполнять условия какой-то финской деревенщины!
— А если они убьют Марса? Тебе всё равно? А если потом они похитят меня? Тебе тоже будет всё равно? Для тебя главное — твоя гордость.

Я слушал их перепалку и, наконец, смог вставить:
— Послушайте, то, что происходит, — это серьёзное преступление. Вымогательство, жестокое обращение с животным, похищение частной собственности. Однозначно, тут дело полиции.
— Нет, — вскрикнула Мария.
— Почему?

Она ничего не ответила и отвернулась к окну. На глазах у неё явно были слёзы. За неё ответил Алекс:
— Они предупредили, сказали, что у них в полиции свои люди. И если мы туда обратимся, они узнают и тогда Марса мы  больше не увидим.

Все немного помолчали. И муж, и жена были явно растеряны и подавлены. Я был несколько удивлён и озадачен свалившейся проблемой. Дело о сбежавшем пуделе, казавшееся таким простым, вдруг в одночасье перестало быть таковым. Из мелкого инцидента оно внезапно превратилось в самое настоящее преступление.

Внутренний голос подсказывал мне, что это целиком дело полиции, и надо просто вежливо извиниться и уйти — ну и вернуть аванс, конечно же.

Но вся проблема в том, что у меня два внутренних голоса, и второй вечно спорит с первым. И, наверное, все сложные перипетии моей жизни связаны с тем, что я прислушивался именно ко второму.

Вот и сейчас, вместо того чтобы ещё раз посоветовать Марии и Алексу обратиться в полицию и откланяться, я сел на диван, достал планшет и произнёс:
— Итак, давайте всё по порядку. Расскажите мне о том, когда пришла в голову идея продавать тут фарфор, почему именно тут, кто ваши деловые партнёры?

Я приготовился делать пометки в планшете, а Алекс, севший в кресло напротив меня, начал рассказывать:
— Наша семья уже семь веков владеет землями в Верхней Австрии, в долине реки Энс. Так получилось, что мой дед завещал всё брату моего отца, моему дяде. Им это не пошло впрок, но это другая история. Поэтому дворянские титулы и наша фамилия, кое-что значившая во времена империи, теперь не приносят никаких дивидендов. Отцу досталось лишь пару гектар земли и старый, требующий вечного ремонта замок. Там теперь живут мои родители. Отец проработал всю жизнь одним из директоров на металлургическом комбинате в Линце, а теперь на пенсии. Мама следит за садом и воспитывает собак. У неё там целая свора гончих.
— А как ваша фамилия? — спросил я.
— Фон Энсер. Или просто Энсер. Я не употребляю дворянское «фон», особенно тут, в Финляндии. Хотя по документам — Фон Энсер.

Мария, стоявшая у окна, повернулась и вышла из комнаты.

— Я отучился в университете в Штайре, недалеко от дома. А потом переехал в Вену. Как-то раз, мы с Марией были в музее, и коллекция мейсенского фарфора, которую мы видели, вдохновила меня на то, чтобы начать этот бизнес. Я слышал, что в Финляндии и в Швеции очень любят старинные вещи, и в то же время тут очень мало красивых вещей. Финская посуда словно вырублена топором.
— Ха, надеюсь, вы не говорили такого никому здесь?
— Нет, вам первому. Вы же, судя по фамилии, не финн.
— Вы угадали. Я родился в Америке, но скоро будет десять лет, как живу тут. Сначала в Хельсинки, потом в Лахти.
— Но ведь вы не прониклись мнением финнов о том, что лучшая в мире посуда — их «Арабиа»?
— Я то нет, но разубедить в этом финнов сложно.
— А я хотел попробовать. Экспорт красоты, так сказать.
— Ну и получалось?
— Судя по тому, что произошло, возможно, я создал конкуренцию кому-то из местных.
— А кто ваши конкуренты? Кому вы перешли дорогу?
— Я предлагаю фарфор очень маленькими партиями, на заказ. Даже офиса не держу. Работаю через интернет. Сам отвожу товар  в магазины. Весь товар тут. В соседней комнате.
Алекс встал и открыв дверь показал мне комнату заставленную коробками.

-Это дорогой товар, он не для всех. Я держу низкие цены, чтобы привлечь покупателей. Низкие для мейсенского фарфора, конечно же.
— И как идут дела?
— Честно говоря, плохо. За месяц почти ничего не продал. Сейчас предлагаю чуть ли не в убыток, чтобы закрепится на рынке, — когда Алекс говорил это, его лицо светилось лёгкой улыбкой, но вдруг улыбка исчезла, и он добавил: — Был уверен что дела пойдут. Теперь не уверен ни в чём.
— Красота спасёт мир, — улыбнулся я.
— Вот именно.
— Вы предлагаете товар не только в Лахти, но и по всей Финляндии?
— Да.
— Думаете, что вы перешли дорогу каким-то местным монополистам. «Арабии» или другим фабрикам?
— Нет, скорее не фабрикам, а тем, кто торгует посудой оптом, так же как и я. Тем, кто предлагает посуду магазинам.
— Понятно. Вернёмся к звонку похитителей. Каким был голос?
— Мужской, как будто не молодой. Чуть с хрипотцой, но возможно наигранный.
— Сможете вспомнить, желательно дословно, что он сказал?
— Он обратился ко мне по имени. На английском языке. «Алекс», — сказал он, потом повторил: «Алекс Энсер?» Я говорю: «Да». Тогда он произнёс: «Ваша собака у нас. Мы даём вам двое суток на то, чтобы вы свернули свой бизнес в Финляндии и убрались отсюда — назад в Австрию или ещё куда подальше, откуда вас к нам принесло. Как только примите решение — перезвоните по этому номеру до двенадцати ночи. И не пытайтесь обратиться в полицию. У меня там хорошие связи. Если я узнаю, что полиция в курсе, то вашему щенку крышка».
— Если это конкуренты, то кто? Вы можете назвать их — фамилии или названия фирм?
— Ну да, конечно. Их немного — всего три компании. Я напишу их названия.

Алекс взял с комода блокнот, что-то написал, вырвал листок и протянул его мне. Я взглянул и убрал листок в карман.
— Что ж, я проверю эти компании. Цель всего этого, безусловно, запугать вас и отбить охоту торговать фарфором в Финляндии.
— Нет ли других версий? Может, что-то личное?

Спрашивая это, я смотрел на лицо Алекса. Идею изучать физиогномику я почерпнул после просмотра сериала «Обмани меня» с Тимом Ротом. После просмотра я увлёкся этим, считая, что мне как частному детективу это пригодится, и даже прочитал пару книг на эту тему. Наверное, герой Тима Рота, мистер Лайтман, увидел бы что-то, глядя на Алекса. Но я не увидел ничего. Может, на секунду появившаяся морщинка над переносицей что-то значила, а может, и нет.
— Нет, личного ничего. Я вообще миролюбивый человек.
— Какие-то вредные привычки? Азартные игры? Игра на бирже?
— Нет, нет, ничего такого, — довольно поспешно ответил Алекс, натянуто улыбнулся и ненароком бросил взгляд на дверь, в которую вышла Мария.

«Ага, — сказал мистер Лайтман во мне. — Тут что-то есть».

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла Мария с резным деревянным подносом в руках. На подносе стоял серебряный кофейник, три изумительные чашки с блюдцами в «дворцовом» стиле, сахарница, сливочник и тарелочка с небольшими вафлями.
— Кофе? — предложила она, ставя поднос на столик.
— Спасибо, — ответил я и восхищённо добавил: — какая красота. Это и есть мейсенский фарфор?
— Да, — улыбнулся Алекс.
— Даже страшно брать в руки — вдруг уроню, — улыбнулся я и повторил: — какая красота, я обожаю красивую посуду. Особенно чашечки.
— Не бойтесь разбить, у Алекса их много, — пошутила Мария.

Алекс вновь натянуто улыбнулся.
-Знаете что, - предложила Мария, - я вам кое-что подарю . В честь нашего сотрудничества. Я подарю вам чашку и блюдце. Ты ведь не против, дорогой?
Мария вошла в комнату-склад  и тут же вернулась, держа в руке коробку.
Я открыл коробку и заглянул внутрь.
-Какая прелесть! Спасибо вам огромное. Я буду беречь её.

 Супруги улыбнулись, но чувствовалось,  что настроение у них вовсе не для светских бесед. Я вновь перешёл к делу:
— Ну что ж. Давайте вспомним подробно о том утре, когда убежал Марс. Значит, его напугала крупная лайка?
— Да, хотя она и была на поводке, но даже я вздрогнул от резкого лая. И ещё этот её хозяин.
— А что с ним?
— Неприятный тип. Можно дать и сорок, и пятьдесят, и шестьдесят лет. Типичный финн в спортивном костюме. Вместо того чтобы извиниться, буркнул: «Нет проблем». Представляете? Как будто проблема была во мне!
— Вы могли бы описать его? Или опознать при встрече или по фото?
— В том-то и дело. У него на лоб была натянута бейсболка. Ещё фонарь так светил, что козырёк затемнял лицо. Да и я сосредоточился на Марсе. Сначала натянул поводок, а потом почувствовал, как тот ослаб. Я даже не сразу сообразил, что трос вытянулся. Понял, когда Марс уже нёсся к лесу.
— Можно мне посмотреть ваш поводок-рулетку, вернее то, что от него осталось?

Я ожидал, что кто-то из супругов встанет и принесёт поводок, но они не сдвинулись с места. На какое-то время в комнате повисла неловкая пауза. Я сделал несколько глотков кофе. Он был хорош.
— Сливки, сахар? — предложила Мария.
— Спасибо, я пью чёрный. Кофе очень хорош.
Мария кивнула.
— Он продаётся в Вене, в маленьком турецком магазинчике.
— Замечательный кофе, — повторил я. — Так взглянем на рулетку.
— Понимаете, Генри, Алекс бывает иногда очень вспыльчив. Вот и в этот раз…
— Да, эта собака часто выводит меня из себя, — перебил Марию Алекс.
— Он просто не привык к тебе, у него такой характер…
— Короче, когда пёс побежал, рукоятка поводка была у меня в руке. И когда я понял, что не смогу догнать маленького мерзавца…
— Алекс!
— …то в бешенстве, с силой швырнул рулетку. Она ударилась о камень и разлетелась на кусочки.
— Понятно, — произнёс я. — Эти кусочки ещё там?
— Должно быть.
— Хорошо. Мы сейчас сходим и посмотрим на них. Ведь похитители были уверены, что рулетка сломается при сильном натяжении. В этом главная фишка их плана. Ведь если бы этого не случилось, Марс не оказался бы у них.
— Да, — добавила Мария. — Или Марс случайно попал к ним в руки, и когда они поняли, чья это собака, принялись за шантаж. Может, увидели моё объявление в «Фейсбуке»?
— Ну, я не очень-то верю в такие совпадения. Бывает ли кто-то в доме, кроме вас? Был ли кто-то перед исчезновением?
— Да нет, никого. Только Алла. Уборщица.
— Она приходит по определённым дням?
— Да, по понедельникам.
— А происшествие произошло во вторник, правильно?
— Да, во вторник, — согласились супруги.
— У вас есть ещё один поводок?
— Да, обычный — ремешок. Дело в том… — Мария замолчала и переглянулась с Алексом.
— Ну же? В чём? — спросил я.
— О! Мой бог! — на лице Марии был ужас.

Я вопросительно смотрел на неё. Мария продолжила:
— Наш обычный поводок-рулетка, ну тот самый, который Алекс разбил, тогда куда-то затерялся. Мы не могли его найти, наверное, с неделю. А потом в понедельник Алла его нашла.
— То есть поводок исчез, приблизительно, в прошлый понедельник. А в этот понедельник Алла его нашла?
— Именно так.
— То есть Алла или кто-то ещё за неделю вполне могли разобрать его, повредить тросик и снова собрать. Так? — спросил я.
— Да, да, — ответили оба, кивая.
— Я сейчас же позвоню Алле, — Мария собралась было встать, но я жестом вернул её на место.
— Нет, нет. Лучше дайте мне её номер и расскажите всё, что вы знаете о ней.
— Да особенно мы и не знаем. Приходит по понедельникам. Работает хорошо. Иногда забывает кое-где мусор, но мы прощаем её за это. Она уже в возрасте.
— А сколько ей?
— Не знаю, может, шестьдесят или около того.
— Ясно. Ну, давайте пройдёмся, посмотрим. Но сначала я кое-что сделаю. Дайте мне ваш номер телефона и тот номер похитителей.

Алекс вновь взял блокнот с комода, вырвал листок и, глядя в телефон, переписал номера.

Я взял свой телефон, нашёл номер Стано, набрал СМС и отправил эти номера и ещё пару слов. Потом тут же удалил сообщение. Я знал, что Стано сделает то же самое.

В наше время частному сыщику без технической поддержки не обойтись. И для этого мне нужен Стано — полное имя Станислав — клиентом которого я являюсь уже много лет и которому доверяю. Кто-то скажет, что Стано — хакер, но по мне, так он просто творческий человек, который может всё, что связано с компьютерами и электронными сетями  ну, или почти всё.

Стано — поляк, родился в Белоруссии, сбежал оттуда, помотался по Европе и наконец, поселился в Лахти.

Сейчас он получил номера телефонов Алекса и шантажиста, и при помощи программы «Spyware», когда те будут разговаривать, на его огромных мониторах, развешанных на стенах его квартиры на мансардном этаже, в лофте из красного кирпича на окраине Лахти, высветится местоположение или хотя бы район, где находится похититель Марса.
Если, конечно, повезёт. Сейчас я ждал ответа от Станислава: как только он будет готов, мы позвоним похитителям. А пока отправимся  на поиски поводка

                Глава третья.

Было ещё светло, но темнота  в это время года приходит быстро, поэтому, когда мы все трое, вышли на улицу, я дошёл до своей машины и достал из багажника мощный фонарь.
Это оказалось не лишним.  Кроны сосен создавали в лесопарке полумрак даже днём, а уж теперь и подавно.
Возможно поэтому, Алекс, поначалу уверенный в том, куда он нас ведёт, несколько раз путал направление и сворачивал не на ту дорожку, пока, наконец, не подвёл нас к  семейству валунов и указал на них пальцем:
-Вот тут. Точно тут.
Я посветил вокруг фонарём. Никаких следов поводка-рулетки.
-Ты уверен? - спросила Мария.
-Да, я помню и вот этот пень и то сломанное дерево.
Мы ещё раз осмотрели всё вокруг.
-Вероятно кто-то подобрал, - пробормотал Алекс, потом вдруг резко нагнулся и протянул мне желтый осколок. -Я же говорил, что тут, это от него.   В этот момент в моём смартфоне звякнуло сообщение.

Пришло сообщение от Стано: «Я готов»
«Начинаем», - ответил я ему и посмотрел на Алекса.
-Вы готовы звонить?
Тот покачал головой.
-Да.
-Ну и отлично, начинаем. Старайтесь затянуть разговор.
Алекс набрал номер и включил громкую связь.
-Халоо , -ответил хрипловатый голос, - господин Алекс, долго же вы думали.
-Мне надо было посоветоваться с женой
-Надеюсь, она дала вам хороший совет.
-Мы  готовы выполнить ваши условия.
-Вот как. Согласны отдать нам весь фарфор и покинуть Финляндию?
-Да, повторяю,  я прекращаю бизнес и мы уезжаем. Когда мы получим собаку?
-Когда мы убедимся, что вы выполняете это условие.
-Ну и как всё будет?
-Начинайте подготовку к отъезду. Мы свяжемся с вами и скажем, как передать посуду.
Вымогатель повесил трубку.

Тут же раздалась вибрация у меня.  Звонил Стано.
-Звонок из района деревни Виттола.   Я посмотрел, что там есть. Пара десятков частных домов. Есть склад какой-то  фирмы, ферма.
-Данные абонента удалось пробить?
-Нет. Это  временная туристическая сим карта, которая приобретается без документов.
-Как называется фирма, чей склад?
-Большая чашка.
-Высылай мне всё. Я еду туда.

-Вы засекли их? -встрепенулся  Алекс.
-Кажется, да – мысленно потирая руки, ответил я.

Супруги наперебой запросились ехать со мной, но я остановил их. То, что мне предстояло -это только для профессионалов. Своей горячностью они могли всё испортить. Мы договорились держать друг с другом связь и поспешив в машину я помчался в Виттолу.


Виттола находится в десяти километрах от Лахти. Склад находился в старом ангаре ок руженным забором.  Я оставил автомобиль в лесочке неподалёку. Открыл багажник. Достал спортивный обтягивающий светопоглащающий костюм, кепку, которая скроет моё лицо от видеокамер, если они там есть, легкие черные кроссовки. В карман сунул складной нож.  Сделал несколько махов руками и приседаний, чтобы слегка размяться и держа наготове большой тяжелый, так называемый, тактический фонарик из ударопрочного сплава отправился к складу.


Стараясь не выходить на открытое освещённое место, я перешагнул маленький декоративный заборчик и подошёл к ангару, построенному, по всей видимости, лет пятьдесят назад.  Прислушался. Я ожидал услышать потявкивание или собачий скулёж. Но этого не было. За стеной из  стальных сэндвичей была тишина.
Видеокамер по периметру не было видно. Интересно, есть ли сигнализация?  Если она сработает и мне не удастся отключить её, то придётся уносить ноги.
Я подошёл к окну. Достал карманный мультитул  и просунул под раму полотно маленькой  плоской монтировки и нажал. Что-то треснуло, возможно, защёлка. Я толкнул окно. Оно поддалось. Я поднялся на вытянутые руки и ввалился в ангар.

Запаха, сырости и плесени не было. Похоже, что Ангар слегка  протапливался, а система вентиляции не допускала затхлости.  Лампочка дежурного освещения проливала тусклый свет, было видно стеллажи со сложенной там посудой.
Я подошёл ближе. Кружки, тарелки в полиэтиленовой упаковке. Я принялся осматривать помещение, помимо самого склада тут был  туалет  и ещё какой-то кабинет-конторка.  Никаких следов нахождения собаки.
-Марс! Марс! – позвал я несколько раз. Но только гулкое эхо, оттолкнувшись от стен, вернулось ко мне.

Я прошелся по складу. Обошёл все стеллажи и углы. Ничего указывающего на то, что собака тут была. Вдруг меня осенило. Звонок был из Виттолы и я  тут же уцепился за склад, но ведь по совпадению похититель может просто жить тут, в одном из жилых домов.  Или даже не по совпадению. Возможно, он работал когда-то или сейчас работает на «Большой чашке». Нужно чтобы Стано проверил эту версию.

Я уже направился к окну, чтобы  покинуть склад, как вдруг сзади раздалось лёгкое жужжание
Я обернулся. Прямо на меня летел маленький квадрокоптер.
Дрон остановился в паре метрах и уставился объективом камеры прямо на моё лицо. Тут уже никакая кепка  помочь не сможет.
Сейчас у оператора дрона, кто бы он не был и где бы не находился, на экране  моё лицо и возможность делать многочисленные его фото и видео .
Я подошел к двери ангара.  Она легко открывалась изнутри, и выскользнул на улицу, оставив летающего приятеля внутри.
Я устремился к лесу и через минуту сидел за рулём. Не дожидаясь, когда возле ангара появится машина охранной фирмы или полиции я медленно, не включая фары, покатился по лесной дороге прочь.
   


                Глава четвертая.
Спалось  плохо. Я прекрасно осознавал, что на то, чтобы выяснить, кто я такой, у полиции уйдёт около десяти минут. И ещё около получаса на то, чтобы приехать и арестовать.
Однако прошёл час, другой, но по мою душу так никто и не явился.
Под утро я всё же на пару часов уснул. В восемь открыл глаза и тут же вспомнил о вчерашнем дне. Неприятное ощущение тревоги  не прекращалось.
Стоя под струями прохладного душа, помогшего мне взбодриться,  я выстраивал план собственной защиты и оправданий от обвинений в незаконном проникновении на частную территорию.
То, что полиция меня вскоре для таких объяснений пригласит, я не сомневался.
Однако, то что они не приехали арестовать меня среди ночи, давало нить надежды, на то, что возможно, что-то в электронике дрона не сработало  и оператор не получил изображение.  Это настроила меня на позитивный и решительный лад.

 Когда я пил на кухне кофе, то чувствовал себя уже вполне уверенным в себе.
Около девяти раздался звонок.
Номер был незнакомый.
-Генри, - раздался голос явно улыбающегося человека, - как дела?
-Спасибо, хорошо, а у вас? – ответил я.
-Это Юсси. Юсси Пелконен из отдела лицензий и разрешений.  Помните  меня?
-Да, конечно.

Я прекрасно помнил  Юсси, ведь  именно у него я получал  лицензию частного сыщика.

-Как дела в бизнесе?
-Понемногу, понемногу. А вы работаете там же?
-Нет, Генри, я  ушёл на пенсию, но дома не сидится, сил ещё полно. Так что я работаю в охранной компании «Аварст».
-Знаю такую, - ответил я
«Аварст» была известной охранной фирмой в Лахти.  Автомобили с её логотипом частенько встречались на дорогах города.
-Мы специализируемся на видеонаблюдении.
-Ну да, видеокамеры и прочее, - с невинным видом ответил я.
-Камеры – это конечно хорошо, но теперь им есть альтернатива. Дроны. Этакие летающие камеры. Одна такая птичка заменит десяток стационарных камер, а то и больше.
-Круто, - согласился я.
-И эта птичка принесла мне  любопытное  видео.  И я сразу узнал кто на этом видео.

Я молчал и продолжал слушать.

-Фирма «Большая чашка», является моим клиентом и когда её хозяин Томас Хойкка узнал, что на его складе орудовал частный сыщик, он попросил меня не торопиться передавать видео и соответствующее заявление в полицию. Будь на складе обычный вор, мы бы незамедлительно  так и сделали, но в данном случае решили сначала выяснить причину интереса господина Рэя к складу господина Хойкка. Вы ведь вряд ли решили бесплатно обзавестись посудой, а  занимались каким-то расследованием?

Я снова немного помолчал.

-Это так? – переспросил Юсси.
-Да, так.
-Так расскажете о нём?
-Нет, не могу. Интересы клиента, сами понимаете, не дают раскрывать информацию.
-Что ж, тогда я вынужден буду передать заявление в полицию.
-Тогда, возможно,  что вскоре после меня туда вызовут и господина Хойкку. Передайте ему это.
-А он находится рядом со мной, и слышит вас. Мы говорим по громкой связи.
-Здравствуйте, Генри, - раздался мягкий бархатистый голос, - знаете, о чём я подумал? Приезжайте ко мне в офис, и мы обо всём потолкуем. Согласны?
-Согласен.
-Тогда запишите адрес.

Офис «Большой чашки» был не так далеко от моего, в центре города
Томас Хойкка сам встретил меня у двери и провёл в свой кабинет мимо большого зала, где у компьютеров сидел с десяток его сотрудников. Ему было за шестьдесят. Длинные, кудрявые,  с проседью, волосы делали его похожим на рокзвезду прошлых поколений.
Стеклянные витрины с чашками и тарелками украшали стены.
Мы расположились в креслах друг напротив друга.
Не спрашивая меня, Томас поставил передо мной кружку, налил кофе и поставил на стол сахарницу.
-Итак, господин Рэй, - спросил он меня, - чем мой склад обязан вашему вниманию.
-Господин, Хойкка, как вам, вероятно, рассказал Юсси, я специализируюсь на пропаже домашних животных. В основном собак. Веду, конечно, и другие дела, но так уж сложилось, что чаще всего мне приходится выискивать хвостатых приятелей. Порой в самых необычных местах. В этот раз таким местом стал ваш склад.
-Понятно. А почему вы решили, что собака этой дамы может быть на моём складе?
-Этой дамы? Я ведь не сказал, что хозяйка собаки дама.
-Она звонила мне.
-Она? Сама?
-Вы не в курсе?
-Нет.
-Она обозвала меня мерзавцем и ещё как-то. Она говорила по-английски и, возможно я не всё понял, но она угрожала мне. Требовала вернуть собаку. Что-то говорила про своего мужа и  что они уезжают.
-Я этого не знал.
-Угрожать, как вы знаете, в Финляндии запрещено. За одно это я бы мог написать заявление в полицию, и она сейчас вместе с вами объяснялась бы в кабинете инспектора полиции. Но я не хочу антирекламы, огласки,  и я хочу понять, в чём дело? Почему вы  и эта дама решили, что у меня есть её собака. С какой стати? Я похож на похитителя собак?
-Её муж  продает посуду. Мейсенский фарфор…, -начал я.

Томас внимательно меня слушал, когда я рассказывал ему историю о похищении Марса.
Потом ненадолго задумался. Пару раз отпил кофе и произнёс:
-А знаете что. Я помогу вам.
Я вопросительно посмотрел на него.
-Да, да, - продолжил Томас, - во-первых для меня важно, чтобы моё честное имя и имя моей компании не фигурировало ни в каких криминальных делах. Я ручаюсь, что не угрожал этому предпринимателю из Австрии и уж тем более не похищал собаку. Посмотрите вокруг. Объём продаж «Большой чашки» таков, что мы просто и не заметим появление какого-то скажем так, мелкого конкурента. Иначе мы не могли бы иметь такой офис, склады, курьерскую службу. Рискнуть всем этим, чтобы остановить продажи  мейсенского фарфора, который финнам не особенно то и нужен? Стал бы я так делать? Скорее всего, кто-то хочет, чтобы так думали. Не исключено, что  вся эта история с похищением собаки направлена как раз против меня.  Вот с этим я хочу разобраться.

  Во-вторых, я очень люблю собак. У меня их две. Два ретривера. И я представляю как напуган этот маленький пудель, оторванный от своего дома и от своей стаи-семьи. 

-Спасибо, - я встал и протянул руку господину Хойкке.
Тот пожал её и улыбнулся.
-Не возражаете прокатиться до Виттолы. У меня есть кое, какие идеи.


 «Polestar» Томаса Хойкки бесшумно несла нас по шоссе.
-Я не очень люблю электромобили, - улыбнулся Томас.
Я согласно кивнул.
-Но от дизайна этой, трудно было удержаться.
-Трудно не согласиться, - вновь поддакнул я.

Мы свернули с шоссе к Виттоле.
-Живёт тут один паренёк. Пекка. Пекка Пуллолайнен.  Работал у меня раньше. Но потом мы были вынуждены  его уволить.
-За что?
-За пьянство. Когда вы рассказали, что звонок был из Виттолы, я сразу, почему-то вспомнил о нём.  Потолкуем с ним. Вдруг он, да  расскажет что-то полезное.

«Пареньку» было около пятидесяти.  Его деревянный двухэтажный  дом, который давно требовал хотя бы покраски,  выходил фасадом на главную дорогу, шедшую через Виттолу,   а задняя его часть примыкала к полю, за которым стоял лес.

Пекка  открыл дверь и его измождённое морщинами лицо, поначалу  изобразило что-то похожее на улыбку, но потом стало серьёзным и как мне показалось, обеспокоенным.
 
-Привет, Пекка. Как поживаешь? – спросил Томас.
И, не дождавшись ответа, добавил:
-Я и вот этот господин, детектив, хотим с тобой поговорить.
Вместо ответа, Пекка захлопнул у нас перед носом дверь.

Томас вновь постучал и позвал его:
-Пекка, ты поступаешь негостеприимно.
 Вместо ответа, мы услышали, как где-то в доме хлопнула дверь. Мы переглянулись и кинулись вокруг дома с разных сторон.  За домом мы увидели как Пекка, выскочивший через заднюю дверь, со всех ног улепётывает в сторону леса.
Томас кинулся за ним.
Я тоже было побежал, но что-то заставило меня остановиться и зайти в дом через эту самую заднюю дверь.

Это был вход в кухню.  На полу лежал маленький матрас и стояли две пустые миски.
-Марс! Марс! – позвал я.
Тишина.
Я пробежался по всем комнатам неухоженного Пеккиного дома. Поднялся наверх.
Нигде никого.
-Марс ! – ещё раз крикнул я и на секунду прислушался. Тишина.
В окно было видно, как у самой опушки леса. Томас нагнал Пекку и сбил его с ног.
Я побежал к ним.

Томас заламывал  Пекке руку и прижимал его  к земле.
-Где вы там возитесь! Мне его не удержать.
Я схватил Пекку за другую руку.
-Что вы делаете! – закричал тот, - вы не имеете права. Я подам заявление в полицию.
-Вот и отлично, - сказал я, - сейчас мы её вызовем и ты расскажешь, где собака.
-Какая собака? - Пекка как то немного сник, - я не знаю ни о какой собаке.
-Пудель по кличке Марс. Знаешь его?
-Ладно, ладно. Отпустите. Пуделя забрали.  Сегодня утром забрали. Буквально за час до вас.

Мы отпустили руки Пекки. Он  встал. Мы тоже поднялись. Все отряхнулись.
-Может, пойдём в дом, и ты расскажешь всё по порядку.
Пекка молча проследовал к дому.
Мы зашли в кухню.
Я указал на коврик и миску.
-Что это? Где собака?
-Я же сказал. Та женщина, что привезла её. Она же и забрала. Иностранка, немка, кажется.
Пекка подошёл к крану, и трясущейся, то ли от волнения, то ли от выпитого накануне,  взял стакан и налил себе холодной воды. Залпом выпил  и уселся на стул.

Мы с Томасом тоже сели.
-Я не знаю, откуда она взялась. Они с Пааву приехали во вторник. Бутылку рому мне подарили и она предложила подержать у меня собачку несколько дней. Пуделя. Противный у него характер. Лаял часто. Вот и всё. Сотню заплатила. Хотя мало, конечно. Надо было просить две. А сегодня приехала рано утром около восьми и забрала собаку. Одна зашла, в Пааву в машине сидел.
-А кто такой этот Пааву? –спросил я.
-Да мороженщик. Он летом на фургончике тут работает. Мороженное продает. Розовый такой фургончик с музыкой.
-А где он живёт?
-У него летний дом за протокой, сразу слева от моста. Летом там, а зимой в Лахти. Он давно тут мороженным торгует.
-А как он с этой немкой познакомился?
-Не знаю, он не говорил. Просто пришли, и он сказал, вот помоги этой даме. Передержи собаку. Я и взял.
-А с чего вы решили, что она немка? И вообще, на каком языке вы разговаривали?
-Она с Пааву по-английски, а он переводил. Но у неё английский такой не настоящий. Я уверен, что она немка. Я один раз знаком был с немкой, она очень похоже говорила.
-И это всё?
-Ну да.
-А как фамилия этого Пааву. Сколько ему лет
-Фамилию не помню. Лет сорок ему.
-А даму эту он как-то называл?
-При мне нет.
-Ну, хорошо. Мы благодарны тебе, - я достал бумажник и, вынув из него двадцатку, протянул Пекке.

Взгляд того сразу потеплел.
-Да не за что. Спрашивайте ещё, если надо.
-Номер машины Пааву не помнишь? Марку.
-Да «Вольво» Старый универсал белый. Номер не помню. Кажется, восьмерка там есть и пятёрка. Не помню.
Мы все немного помолчали.
-Пекка, можно твой номер телефона? Могу я позвонить, если ещё что-то захочу спросить?
-Да, валяй записывай.
Пекка продиктовал свой номер.

-Спасибо, Пекка, - как бы подвел итог нашей встречи, Томас и поднялся.

Я тоже встал,  и мы  отправились к выходу.
На пороге Томас остановился, обернулся и, улыбаясь, спросил:
-Пекка, а почему ты убегал?
-Привычка, - улыбнулся тот.

-Ну что? Моё имя очищено от подозрений? – спросил меня Томас, усевшись за руль.
-Спасибо Томас. Вы помогли мне продвинуться в поисках.
-Но у вас-то хлопот не убавилось.
-Это точно, - согласился я.
Томас довёз меня до моего офиса и крепко пожал на прощанье руку.

Глава 5

Зайдя в кабинет, я включил кофеварку. Налил кофе в подаренную Алексом чашку, поставил её на подоконник и сел в кресло.
Было о чем подумать.
Сомнений в том, что  немка, принёсшая собаку Пекке это  Мария у меня не было. Не много иностранок с пуделями найдётся в  Лахти.

Какой был смысл в похищении собаки у самой себя? Может она хочет надавить на мужа, чтобы тот закрыл бизнес и  уехал из Финляндии? Кто такой Пааво? Откуда она его знает? Как она  с ним связана?

Телефонный звонок выдернул меня из размышлений.
Звонила Мария.
-Здравствуйте, Генри. Удалось ли вам что-то узнать?
-Здравствуйте, да кое что удалось.
-Вы нам расскажете? Заедете к нам сегодня?
-Мария, будет удобнее, если вы заедете ко мне. Причём одна. Без Алекса.

-Одна? Почему? Это дело нам обоим очень важно.

Да, если она актриса, то, безусловно, великолепная, подумал я и добавил вслух:
-И всё-таки я настаиваю. Я у себя в офисе, но если вам удобнее встретится где-то в городе, я готов подъехать туда, куда скажете.
-Хорошо, я приеду.

Мария появилась, примерно через час.

 
-О, пользуетесь нашей чашкой, - улыбнулась она, присаживаясь в кресло.
-Да, берегу. Очень красивая, -улыбнулся в ответ я и резко перешёл к делу:-Мария, вы когда ни будь были в Виттоле?
Мария пожала плечами.
-Нет.
-А Пааво вы знаете? Пааво у которого белый «Вольво».
-Нет, не знаю я никакого Пааво, - несколько раздраженно ответила Мария, - у вас есть новости о Марсе? Зачем вы меня позвали?
-Позвольте, - я взял телефон и сфотографировал Марию.
-Это ещё зачем?
-Дайте мне минутку, а пока наливайте себе кофе, если хотите,- я кивнул на кофеварку.

Я отошел к окну и набрал номер Пекки. Тот не отвечал. Наверняка отправился в магазин с моей двадцаткой. Я отправил ему фотографию Марии и  написал: «Эта женщина приезжала с Пааво? Она забрала собаку?»


-Может, всё-таки объясните, что всё это значит.
-Хорошо, -ответил я и рассказал, начиная с того, как отправился на склад «Большой чашки» заканчивая встречей с Пеккой.
-Я могу сказать лишь то, что никогда не была там и не знаю ни Пекку, ни Пааво , ни кого-то ни было ещё , - яростно с возмущением произнесла Мария, - и, да, я позвонила в офис этому Томасу, потому что была уверена, что всё что происходит  это его происки.

-Но подумайте сами, тут в Лахти немного иностранок с пуделями. Я склоняюсь к тому, что именно вы сами и организовали это похищение собственной собаки. Для чего, я пока не знаю.  Может для получения страховки? А я вам нужен как свидетель для страховой компании?
Так я разочарую вас. Для решения о выплате, страховой компании нужен только официальный отчёт полиции. А в полицию вы почему-то не хотите обращаться?  А может вы хотите надавить на мужа, чтобы он свернул дело и вы могли вернуться в Австрию? Возможно вам просто не по душе здешний уклад жизни или здешняя погода? Да и посуда не продается…

-Замолчите, - вскрикнула Мария и резко поднялась,- мы вас наняли как профессионала. Так нам, по крайней мере, сказали в этом дурацком собачьем клубе. А вместо этого вы не нашли ничего лучшего как нас же самих и обвинить в похищении собственной собаки. Это называется профессионализм? Если так, то нам не о чём больше разговаривать.
 Мария выскочила из кабинета, громко хлопнув дверью, так, что даже чашка, стоявшая на подоконнике, чуть задрожала от вибрации.

Я налил себе ещё кофе и уселся в рабочее вращающееся кресло, развернув его к окну, и глядел на Лахти.   Ветер разметал непроглядную финскую серую хмарь и на небе сегодня появилась ну прямо летняя голубизна.
«Какой праведный гнев она изобразила. Надо же», - думал я, - «Не дать  не взять австрийская принцесса в оскорблённых чувствах».
Я снова набрал номер Пекки, тот снова не ответил.

Я сел за компьютер и стал выискивать в сети похожие дела, связанные  с пропажей собак.
Мне надо было выяснить, что же руководило Марией в организации похищения  собственной собаки. Для чего все эти звонки?  Кто тут Алекс? Жертва или соучастник? 
Я расставлял всё «по полочкам».

Скорее всего, собака застрахована. И похищение  инсценировалось  как средство для получения страховой выплаты.  Вдобавок Алексу было выгодно направить следствие в сторону  «Большой чашки» и Томаса Хойкки. Навредить конкуренту всегда приятно.
В таком случае супруги никуда не уедут и бизнес свой закрывать не будут.
А вот если всё таки будет наоборот, значит, Мария действовала одна и заинтересована в том, чтобы уехать из Финляндии.
Не могла она знать только того, что Томас Хойкка привезёт меня к Пекке, которого лично знал.
Иностранцы переезжающие в Финляндию, часто не понимают того, что эта страна –этакая большая деревня,  в которой всё тайное рано или поздно становится явным и каждый человек очень скоро начинает оцениваться по своим истинным достоинствам, без прикрас.

В любом случае дело можно было считать закрытым.

Не найдя в интернете  ничего особенно интересного, я отправился домой, по пути заехав в турецкий магазин. Купил на ужин кебаб  да пару бутылок айрана.

День был тяжелый, да ещё вчерашняя бессонная ночь способствовали  тому, что я задремал перед телевизором с тарелкой на коленях.
Разбудил меня телефонный звонок.
Я протянул руку к смартфону. Звонил Пекка.
-Привет, бро. Это не она. Нее.
-Ты уверен?
-Да, у той лицо такое более круглое что ли. И она рыжая. Ну, темно рыжая такая.
Я помолчал, потом пробормотал:
-Спасибо, Пекка, - и повесил трубку.
Остатки сна слетели с меня.
Я вскочил с кресла, поймав на лету тарелку, которая чуть было, не грохнулась на пол.


                Глава шестая.

Я взглянул на часы. Почти полночь. Звонить Марии и Алексу уже поздно.
Да и что я скажу, кроме извинений. Ну и осёл же я.

Что же это за рыжая иностранка, немка, как утверждает Пекка? Если эта иностранка до сих пор держит Марса у себя, ей надо где-то выгуливать собаку. Где она может жить? У этого Пааво?
Возможно,  но им рискованно оставаться в Лахти. Вдруг Марса опознает случайный знакомый? 
Для чего тогда они забрали собаку у этого Пекки? Готовятся, вернуть её владельцам?  Возможно, они снова звонили Алексу и договорились о месте и времени передачи посуды, а Мария не рассказала мне об этом. Хотя, может, просто не успела. Ведь я накинулся на неё с обвинениями, а после нашего разговора она, возможно, и вовсе перестала мне доверять. Думаю, сейчас супруги вообще не знают, кому им доверять.

Что же, надо это доверие вернуть.

Выключив телевизор, я уселся за компьютер и принялся искать сочетания «Пааво» и «Вольво».
Мне повезло. Я нашёл в «Фэйсбуке» финскую группу «Вольво мафия».

Один из участников группы был Пааво. Возможно, это он. Я зашёл на его страницу. В профиле не было фотографии, зато стоял логотип мороженого «Пингвин» и картинка с пингвином, уплетающим эскимо. Я пролистал его фото. Ралли, рыбалка, хоккей.

На одной из фотографий человек лет сорока стоял возле белого «Вольво». Я увеличил фото и отчётливо увидел номера.
Тут же зашёл в базу владельцев авто, называемую «Трафи», загрузил туда номер «Вольво» и адрес некоего Пааво Хейконнена был у меня перед глазами.
— Есть!

Что ж. Если, и пудель, и эта загадочная рыжеволосая женщина там, я их там накрою.
Но сейчас надо было побороть перевозбуждение от того, что я на верном пути, заставить себя уснуть, а рано утром проверить этот адрес.

Я лёг в кровать, взял планшет и, чтобы отвлечься, зашёл на англоязычный литературный сайт для писателей-любителей. Люблю иногда почитать что-то новое, альтернативное и креативное. Вот и сейчас какой-то автор, кажется, из России, опубликовал там продолжения известных детских сказок. Я немного почитал о похождениях Кая и Герды, и сон взял своё.


 В шесть утра я уже был возле одноэтажного частного дома, окружённого небольшим двориком. Во дворе стоял тот самый белый «Вольво» и рядом с ним небольшой красный «Пежо».
Когда в доме зажёгся свет, я вылез из машины и направился к входной двери.
На звонок дверь открыла женщина. На вид она совсем была не похожа на ту рыжеволосую иностранку, которую я ожидал увидеть.
Она удивлённо смотрела на меня. Нечасто в такую рань приходят гости.
Я улыбнулся.
— Доброе утро. Извините за ранний визит. Мне нужен Пааво.
Лицо женщины ничего не отразило, и она молча закрыла передо мной дверь.
Очень по-фински.
Это означало либо желание прекратить мой визит, либо она пошла позвать этого самого Пааво.
В доме было тихо, и я сначала предположил первое, но остался подождать.
Оказалось, не зря. За дверью послышалось шарканье, какой-то шорох, и вскоре дверь распахнулась.
— Привет, Пааво, — поздоровался я с крупным мужчиной за сорок, во фланелевой пижаме и в шлёпанцах. Рядом с ним стояла крупная лайка.
Я усмехнулся. Вот и лайка. Всё вставало на свои места.
— Меня зовут Генри, — представился я. — Я частный детектив, мы могли бы немного поговорить?
— О чём? — буркнул Пааво.
— Об одной женщине, у которой сейчас небольшая коричневая собака. Пудель. Ворованный пудель.
Пааво резко обернулся, видимо не желая, чтобы его жена услышала мои слова, и, схватив с вешалки куртку, вышел.
Лайка сунулась было за ним, но он удержал её за ошейник и впихнул назад в дом, закрыв дверь.
Натянув куртку, он отошёл на десяток шагов от дома. Я последовал за ним.
— Что вам надо? — хрипло спросил он, затем откашлялся и сплюнул. — Я не обязан отвечать частному детективу.
— Мне надо знать, где пудель. Я очень рекомендую сотрудничать, иначе вам придётся отвечать на эти же вопросы полицейскому детективу.
— А не пошёл бы ты!
Боковым зрением я увидел, как кулак Пааво летит к моему лицу. Я чуть отклонился и получил удар лишь вскользь; тут же ответным ударом в солнечное сплетение я согнул моего собеседника пополам.
Но Пааво не сдавался и, несмотря на мой дополнительный удар ногой, выпрямился и продолжил наступление.
Хлопнула дверь. На крыльце появилась женщина, открывшая мне дверь, с охотничьим ружьём в руках. Вместе с ней выбежала лайка, но не побежала спасать хозяина, а с весёлым лаем ринулась за пределы участка, в сторону парка, через дорогу.
— Вот проклятье, опять удрала! — громко выругалась женщина и шагнула ко мне.
Срез стволов двустволки смотрел на меня.
— Руки вверх! — закричала она. — Отойди от моего мужа, или я сейчас нашпигую тебя дробью.
Я поднял руки и отступил от Пааво.
— Я частный детектив. Могу показать лицензию. Я ищу украденную собаку. Мне нужна только собака.
— Это наша собака! — Женщина чуть повернулась в сторону парка, где не прекращался собачий лай.
— Нет, не эту. Пуделя, которого ваш муж украл вместе со своей сообщницей.
— Сообщницей? Какой сообщницей?
— Спроси у него, — я указал пальцем на Пааво, — с рыжей иностранкой. С немкой вроде бы.
Женщина ловким профессиональным приёмом перевернула ружьё и ударила Пааво прикладом по голове.
— Опять связался с какой-то бабой?
Тот охнул и осел на траву, обхватив руками голову.
Жена Пааво, вновь прижав приклад к плечу, водила ружьём то на него, то на меня.
— Садись рядом с ним.
Я повиновался.
— А теперь рассказывай всё по порядку, иначе я пристрелю тебя.
— Ритва, успокойся, он всё врёт! — возмутился Пааво.
— А насчёт уборщицы Аллы, может, тоже вру? Знаешь её? Можем ей позвонить и спросить, знает ли она тебя. А ещё спросить, как она украла поводок.
— Ах, ещё и с какой-то уборщицей! Сколько раз ты обещал мне, что изменишь образ жизни!
— Я не знаю никакую уборщицу Аллу, — застонал Пааво.
Ритва прижала приклад к плечу.
Глядя на её решительное выражение лица, я испугался, что она не блефует, а действительно может выстрелить.
— Не стреляйте. Этот выстрел испортит вашу жизнь. Испортит навсегда. Если выстрелите, уже ничего нельзя будет исправить.
Женщина отбросила ружьё в сторону.
— Я пойду искать собаку, — жёстко произнесла она, обращаясь к Пааво, — а ты начинай собираться. Если свалишь из дома до моего возвращения — уцелеешь.
Резкими шагами она направилась к выходу с участка.
— Вот дьявол, — выругался Пааво.
— Да уж, — согласился я, поднимаясь с травы.
— Зачем ты только припёрся, — потирая голову, ворчал Пааво.
— Ты же знаешь зачем. Мне нужен пудель. Где он?
— Теперь Ритва дня три будет дуться. И блинчиков никаких не будет. Ты хоть знаешь, какие она печёт блинчики?
— Зачем же ты связываешься с другими женщинами, если так любишь домашние блинчики?
— Да ничего никогда не было. Ритва просто ревнивая. Просто бешеная какая-то становится, если что-то вдруг заподозрит. У них это семейное.
Пааво поднялся с травы и шагнул к ружью.
Я опередил его и поднял оружие сам.
— Оно, наверняка, не заряжено, — буркнул Пааво.
Я повернул рычаг и «разломил» ружьё. В патронниках сверкнули латунные гильзы.
— Ошибаешься, — я извлёк патроны и бросил на траву к ногам Пааво. — Возможно, тебе и впрямь стоит уехать, пока она не остынет. В Виттолу, например.
— Там холодно, — буркнул Пааво.
— Поэтому вы и не оставили пуделя там, а отдали Пекке?
— Да, в нетопленом доме он бы замёрз.
Пааво, поначалу представлявшийся мне отпетым негодяем и злодеем, возможно, был и не совсем таким.
— Послушай, помоги вернуть его хозяевам. Представь, как они там сходят с ума. У тебя же у самого есть собака. Ты же не бесчувственный человек. Я ведь нашёл тебя, я найду и эту женщину…
— Погоди, — встрепенулся Пааво. — Постой, если ты знаешь, что пудель у Пекки, почему не забрал его?
— Его там нет. Эта женщина — как, кстати, её зовут? — забрала его.
— Когда?
— Вчера утром.
— Нет, она не забирала. Я жду её звонка. Мы вместе должны поехать за пуделем.
— Похоже, забрала. На чём она, кстати, ездит?
— Она вчера попросила у меня «Вольво», а потом оставила его возле отеля «Сокос», но я не знал, что она забрала собаку.
— А ну, давай всё по порядку.
Пааво какое-то время помолчал, по-видимому решая, стоит ли откровенничать со мной или уйти в дом и закрыться.
— Я ведь всё равно не отстану, — сказал я.
— Мы случайно познакомились с этой Барбарой в пивной в центре. Она обратилась ко мне по-английски. Предложила подзаработать. Предложила три сотни, потом ещё две. Сказала, что ей нужен человек, который смог бы придержать собаку. Ей надо было выручить одного знакомого, а в отель с собакой нельзя. Ну, я и отвёз её в Виттолу к Пекке. Тот живёт один, и деньги ему всегда нужны.
— Значит, Барбара. А фамилию не знаешь?
— Нет.
— И вы разыграли сцену. Барбара спряталась в лесу, а ты вышел из-за угла дома со своей лайкой. А перед этим твоя знакомая уборщица Алла выкрала поводок, который ты испортил. Через неделю Алла подсунула поводок назад. Потом ты звонил Алексу и угрожал ему, требуя, чтобы тот закрыл бизнес и отдал всю имеющуюся у него посуду.
— Нет, что ты несёшь, какой поводок? Какая Алла? Никакому Алексу я не звонил. Посуду?! Я что, идиот?
— Неужели? А про мейсенский фарфор что-нибудь слышал?
— Эта Барбара говорила, что потом надо будет забрать коробки с фарфором и отвезти ко мне на дачу в Виттолу. Она обещала заплатить за это. Это всё, что я знаю. Но ничего из того, что ты говоришь, я не делал.
— Не делал?
— Да, клянусь. Всё было так: через пару дней, после нашего знакомства, Барбара позвонила и попросила, чтобы я забрал её рано утром в районе Полуострова. Я так и сделал, а потом  отвёз её в Виттолу. С ней был пудель, и она оставила его у Пекки. А насчёт посуды действительно был разговор. Она спросила меня, что это за ангар там, в Виттоле. И когда я сказал, что это склад фирмы «Большая чашка», она будто бы обрадовалась. Вышла из машины, отошла в сторону и кому-то позвонила. Ещё надела наушники с микрофоном, и коробочка какая-то чёрная у неё была. Потом мы посмотрели  мой летний домик, и она сказала, что было бы неплохо, если бы посуда полежала там, примерно с месяц. За это обещала заплатить ещё пятьсот.
Потом ещё брала у меня машину вчера часа на три. Говорила, что ей надо куда-то съездить. Вот и все мои с ней дела. Я не знал, что собака похищена. Я вообще не собирался влезать ни во что противозаконное.
— Но, похоже, влез.
Пааво тяжело вздохнул.
— Я просто хотел подзаработать. Когда она позвонит, я должен буду поехать за пуделем, потом в какую-то квартиру забрать коробки, наверное, как раз с этим фарфором. Загрузить их в мою машину, а потом оставить в квартире собаку. Потом отвезти коробки на дачу. Она сказала, что помогает своим друзьям, которые переезжают и которым просто некогда.
Ну и какое преступление я совершил бы, если бы сделал всё это?
— Хозяев собаки и этого фарфора предупредили, чтобы они не обращались в полицию, иначе собаке крышка. А теперь представь: если хозяева украденной собаки всё же обратятся в полицию. Мужчина звонил и вымогал дорогущую фарфоровую мейсенскую посуду в обмен на похищенную собаку. Потом этот мужчина потребовал, чтобы в их квартире, где будет приготовлена посуда, хозяев не было. Он забирает посуду и оставляет собаку. И если полиция в этот момент схватит этого мужчину — им оказываешься ты. И отправляешься за решётку.
Барбара в этот момент ничем не рискует. Ты знаешь, что за коробочка была в её руках, когда она звонила из Виттолы?
— Нет, — Пааво мрачно покрутил головой.
— Преобразователь голоса. Тот, кому она звонила, слышал не её, а неизвестный мужской голос.
Мы немного помолчали.
— Ну и что теперь? — спросил Пааво.
— Дай мне её номер телефона, для начала.
— Она звонит сама, и номер не высвечивается.
— Тогда дай мне твой телефон. На сегодня. Я тебе его верну, обещаю. И дам сотню в придачу. И никто никогда от меня не узнает, что ты помогал воровать собаку.
Пааво сунул руку в карман куртки и достал потёртый смартфон.
— Пароль есть?
— Нет. Ритва не даёт ставить пароль.
Я покачал головой и протянул руку за аппаратом.
— Только сотню вперёд, — буркнул Пааво.
Лай в парке затих. По-видимому, Ритва поймала свою лайку и вела её домой.
Я достал купюру и протянул ему.
Вставая и направляясь к машине, я посоветовал ему:
— Помирись с Ритвой!

Отъехав от дома Пааво и Ритвы, я остановился и набрал Марию.
Ответа не было.
— Может, ещё спит, — пробормотал я и, отложив телефоны, тронулся дальше.

 В рассказе Пааво два раза фигурировал отель «Сокос». Я поехал к нему.
По пути зазвонил телефон. Мария. Я поднял трубку и включил громкую связь.
Но это был Алекс.
— Что вы хотите? Мария ещё спит. Да и вряд ли она хочет с вами разговаривать.
— Слушайте, скажите ей, что я извиняюсь за всё. Я нашёл эту женщину. Рыжеволосая иностранка, кажется, немка. Зовут Барбара. Вам это ничего не говорит? Может, догадываетесь, кто это может быть?
— Нет, — холодно ответил Алекс, — а ещё мы с Марией решили, что больше не нуждаемся в ваших услугах.
— Послушайте, я ошибался, признаю и прошу прощения. Но ошибку свою уже исправляю.
Алекс не дослушал меня и бросил трубку.
 






                Глава седьмая.

Припарковавшись возле отеля «Сокос», я вышел из машины и направился в гостиницу.
На рецепшене никого не было.
Да если бы и был, это вряд ли помогло бы мне. Это в кино, частный детектив подходит к портье и говорит что-то типа:
-Я вчера познакомился с женщиной, с рыжеволосой немкой, но не знаю в каком она номере и какая у неё фамилия, но мне срочно нужно к ней попасть.  Подскажите её номер.
При этом он подмигивает и сует портье смятую купюру.
Тот улыбается в ответ и сообщает детективу номер комнаты.

На самом деле всё не так просто. Особенно тут в Финляндии. Вышколенная девушка-портье никогда не выдаст никакие данные постояльца. А при попытке всучить ей деньги запросто позвонит в службу охраны, те в полицию и обвинение во взятке не заставит себя долго ждать.
Подняться по лестнице или на лифте в покои постояльцев тоже нельзя. Электронная система с картами-ключами надёжно охраняет их покой.
А видеокамеры моментально засекут чужака, если он будет бродить по коридорам и пытаться вычислить, где живёт рыжеволосая Барбара.

Поэтому  я уселся в укромный уголок между двух колонн и, вооружившись газетой, которые во множестве лежали на столике передо мной, принялся ждать.
При каждом звуке опускающегося лифта или стука каблуков на лестнице я  приопускал газету и внимательно  рассматривал выходящих. Рыжеволосой дамы среди них не было.
 Молодая женщина - портье, за стойкой, приветливо кивнула мне и улыбнулась. Я поздоровался в ответ.
 
Её внимание переключилось на вошедшего в отель мужчину, в спортивном костюме,  который направился к ней.
Я поднял газету, чтобы скрыть своё лицо, и напряг слух.
Потому что этим мужчиной был Алекс.

-Здравствуйте, я к Барбаре  Энсер.
-Она ждёт вас?
-Да.
-Вы знаете, в каком она номере?
-Да, конечно. В двести втором.
-Всё верно. Проходите.
С этими словами портье дала Алексу гостевую карточку-ключ, без которой нельзя было попасть на лестницу или в лифт.
Я опустил газету и увидел как Алекс, не дожидаясь лифта, быстрым шагом устремился по лестнице.

Отлично, теперь я знал номер комнаты. Как только за Алексом  закрылась  дверь, я отложил газету и решительным шагом подошёл к портье.

-Здравствуйте, я к Барбаре Энсер, номер двести два.
Почему-то в отличие от Алекса портье не была со мной столь любезна, не выдала ключ-карту, а спросила:
-Она вас ждёт?
Какую-то секунду я заколебался сказать правду или соврать и сам не знаю, почему сказал правду.
Наверное, сказались годы жизни в Финляндии. Здесь врущий человек такая же редкость, как честный на восточном базаре. Иногда мне кажется, что финны генетически не могут врать сами и как то на уровне подсознания  чувствуют ложь других.
-Нет, я хочу сделать ей сюрприз.
-Всё-таки я не могу вас пропустить, не предупредив её.
Я развел руками.
Портье сняла трубку настольного телефона и набрала несколько кнопок.
-Как  вас представить?
-Рэй, Генри Рэй.
-Госпожа Энсер, к вам мистер Рэй, - произнесла портье по-английски.

Как я понял, по затянувшейся паузе, эти слова произвели фурор.  Моё появление явно не входило в их с Алексом  планы.
Портье протянула трубку мне.
У Барбары был приятный, но нервный и возмущённый голос. Она спросила по-английски:
-Что вы хотите?
-Нам есть о чём поговорить. И с вами и с Алексом.
-Хорошо, дайте трубку девушке.
 
Я поднялся, как и Алекс по лестнице на второй этаж. Кто же они такие друг другу эти однофамильцы Энсеры? Вспомнился рассказ Алекса о его дяде. Может  Барбара и Алекс  двоюродные сестра и брат?

Я вошел в номер с видом победителя.  В полной уверенности, что и Барбара, и Алекс сейчас будут оправдываться и вся история наконец-то прояснится.

Но Барбара сидела в кресле у окна одна. На стене довольно громко работал телевизор, шли мультики. Большая двуспальная кровать была прикрыта покрывалом.
Я снисходительно улыбался.
-Здравствуйте, я Генри Рэй. Я частный детектив. Меня наняли супруги Энсер, чтобы найти их собаку.
Барбара ничего не ответила, но тоже слегка улыбалась.
-Вы сестра Алекса? Или бывшая жена? Почему у вас одинаковые фамилии? И, кстати, где Алекс? Я был уверен, что увижу его. Мне кажется, ему есть о чём рассказать мне.

Вместо ответа я почувствовал сильный удар в затылок, затем ощутил, чьи то пальцы на шее, и то, что проваливаюсь  в какую-то ватную темноту и тишину.



Я открыл глаза и огляделся, узнавая знакомый номер.  Стены, кровать, кресло. Только в номере уже никого и телевизор выключен.
Я пошевелился, всё тело отозвалось болью.  Я был связан. Причём очень крепко.  Голова болела. 
Я мысленно стал восстанавливать события. Я что-то спрашивал у Барбары. Потом боль и темнота.  Кто-то на меня напал. Да не кто-то, а наверняка Алекс. Боль до сих пор ощущалась в области шеи.
Ударили, а потом зажали артерию. Да, есть у спецназовцев такой приём.
Кто же такой этот Алекс? Похоже совсем  не тот безобидный торговец чашками, которым хотел казаться. Ловко он меня вырубил.
 Узлы, которыми я был связан, тоже явно профессиональные.
При шевелении верёвки лишь затягивались ещё туже и уменьшали возможность выбраться.
Настенные часы показывали, что с того момента как я появился в номере, прошло минут сорок-сорок пять.

Я закрыл глаза и  попытался расслабить мышцы.  Может так путы хоть немного ослабнут. Ещё я чётко понимал, что самое страшное в этой ситуации - это паника.

Где-то рядом послышался шум. Какой-то шорох. В номере явно был кто-то ещё. Затем я услышал стон.
-Кто здесь? – крикнул я.
Стон повторился. Затем стук.
В номере был кто-то ещё.
-Эй, помогите, - повторил я.
-Мне самому бы помочь, - раздался знакомый голос.
-Пааву? Ты?- спросил я.
-Я
-Ты что тоже связан?
-Проклятые немцы, - вместо ответа  разразился ругательствами Пааво.
-Они австрийцы, - усмехнулся я.
-Какая разница, вырубили и связали меня верёвками.
-Послушай Пааво, я же предупреждал тебя не вмешиваться в это дело. Зачем ты припёрся?
-Она обещала мне деньги. Она обязана заплатить.
-Ну и как? Заплатила? Жадный ты болван.

Пааво промолчал, потом буркнул.
-Слушай, ползи сюда. Они не проверили карманы. Попытайся влезть в мой задний карман, там складной нож.
Минут пятнадцать мне понадобилось чтобы, словно червяк доползти до коридора и нащупать нож.
Когда мы выбрались из номера, то увидели на двери табличку «Не беспокоить»
Выбежали на улицу.
-Моей машины нет,-воскликнул Пааво и сунул руки в карманы, -и ключей тоже.
Моя была на месте. Возможно потому, что ей  никаких ключей не надо. У меня в кармане лежал транспондер –метка. И машина заводилась, если только метка была рядом с ней.

Мы помчались по улицам Лахти. Пааво начал рассказывать:
— Я вхожу в номер, передо мной Барбара. Я говорю: «Почему ты забрала собаку?»
Она говорит: «Я не забирала собаку».
Я отвечаю: «Но её нет у Пекки».
Она говорит: «Как нет? Откуда ты знаешь?»
Я говорю: «Частный детектив сказал».
Тогда она открывает дверь в спальню и показывает, как ты связанный лежишь, и спрашивает:
— Этот?
Я говорю: «Что это такое? Я не подписывался на уголовщину».
Она в ответ:
— Так ты с ним заодно?
Я говорю: «Нет. Я просто хочу получить обещанные деньги».
Тут я почувствовал темноту и провалился куда-то.
Шея болит до сих пор.
Ну а потом очнулся в коридоре.
А как ты узнал, в каком она  номере, если ты  даже фамилии её не знал?
Пааво усмехнулся.
-Теперь знаю.  Девушка на рецепшене племянница Ритвы.
-Понятно, - ответил я,  и подумал о том, что мои убеждения о кристально честных работников отелей претерпели изменения.
Затем спросил:
-Мы были в отключке около часа. Они могут быть уже далеко. Ты точно не хочешь обратиться в полицию?
-Нет,- буркнул Пааво.
Потом помолчал и добавил:
-Я не мог пошевелиться, но когда они уже связали меня я слышал их разговор.
Барбара сказала, что в мой «Вольво» влезет всё и что там около  тридцати коробок.
Потом, этот мужик увидел, что я смотрю на них и понял, что я всё слышу и схватил за шею. Потом я уж полностью отключился.
-Значит они сами должны забрать фарфор, вместо тебя. Вряд ли они успели нанять кого-то ещё.
-Скорее всего.
-Послушай, а ты не рассказывал Барбаре о том, что у тебя есть большая лайка.
-Рассказывал, она много спрашивала, вроде как из интереса.
-Теперь понимаешь, почему тот, кто тебя вырубил, его зовут Алекс, придумал историю о мужике с лайкой, по описанию похожим на тебя.
-Ну, кажется да.
-После того, как фарфор исчезнет, единственным подозреваемым останешься ты и никто не узнает, что была какая-то Барбара, которая всё и организовала


Мы подъехали к дому Марии и Алекса.
Вышли из машины.
Я нажал на кнопку домофона.
 Раздался зуммер и дверь открылась.
Я вбежал по лестнице.
Мария стояла в дверном проёме.  Увидев меня, она попыталась закрыть дверь, но я успел вставить ногу.
-Где Алекс? – влезая в квартиру, спросил я.
-Я сейчас вызову полицию! Вы не имеете права…
-Ваш муж только что вырубил двоих человек, угнал машину, а ещё, именно он организовал всю эту историю с похищением собаки . Полиции очень интересно будет всё это узнать.
-Что вы несёте. Я ничего об этом не знаю, Алекс мухи не обидит.
-Не знаю насчет мух.  А кто такая Барбара, у которой тоже фамилия Энсер, тоже не знаете?
-Какая Барбара?
-Рыжеволосая Барбара, австрийка или немка, судя по акценту.
-Не может быть.
Мария отступила в квартиру и дала нам зайти.
Я бросил взгляд на комнату-склад.
-Кто забрал посуду?
Алекс.
-Один?
-Да
-Давно он уехал, и на чём
-Он уехал буквально за пять минут до вас. На большой белой «Вольво» универсал.
-Поехали, - сказал я Пааво.
-Я с вами! – требовательно произнесла Мария.
Я махнул рукой.
-Поехали.

Через минуту мы мчались по шоссе в Виттолу.
-Мы успеем их догнать. Если конечно они направились в Виттолу, а не ещё куда нибудь.
-В Виттолу, в Виттолу, - закивал головой Пааво, - Я ведь сам показал Барбаре, где ключ от дачи. 
-От  дачи? – спросила Мария.
Я начал рассказ с того момента как поехал на склад «Большой чашки» и закончил тем как рухнул без сознания сегодня утром в отеле.
-Алекс служил в спецназе или ещё где- нибудь?
-Боже, я ничего не понимаю, это какой-то сюр. От начала до конца! – вскрикнула она.
-Вот они! – Пааво ткнул пальцем в стекло.

Я резко нажал на газ, невзирая на ограничения скорости и дорожные камеры.
В «Вольво» похоже, это заметили и  тоже увеличили скорость.
Хотя их автомобиль и был явно мощнее, но от моего спортивного турбированного  «Фиата» им далеко не уйти.
Неожиданно «Вольво» свернула на лесную дорогу и помчалась по грунтовке, оставляя за собой пыль.
Не снижая скорости на поворотах, я погнался за ними.
Было видно как корму «Вольво»  заносит на поворотах.
-У неё что задний привод? – спросил я.
-Да, это классическая модель «Вольво-940», ей в этом году тридцать лет,  сейчас таких не делают, - гордо ответил Пааво.

Впереди, за поворотом показался мост через протоку между двумя озёрами.
Тяжелая заднеприводная  тридцатилетняя махина не удержалась на дороге и, не попав на мост, полетела в протоку.

Раздался грохот.
Мы остановились и подбежали к берегу.
Протока была неглубокой и бурной. «Вольво» скрылась лишь до половины, и сильно ударившись днищем о камни, замерла.
Пааво схватился за голову и причитал:
-Моя машина! Моя машина!
-Алекс! Алекс! – кричала Мария.
Я подумал о том, что весь этот несчастный мейсенский фарфор, от удара, скорее всего, превратился в черепки.

По воде поплыли бензиново-масляные  радужные пятна.
Дверцы открылись и из «Вольво» выбрались Алекс и Барбара.  Оказывается, за рулём была Барбара.
По пояс мокрые, но похоже, не пострадавшие, они направились к нам.
Я подошёл к берегу и протянул Барбаре руку, помогая ей выбраться из воды.
Выбравшись, та ударила меня с силой ногой в пах. От боли глаза застлали слёзы, дыхание перехватило.
Пааво без перерыва  ругался, то на финском, то на английском, тыкая пальцем то в Барбару, то в свой автомобиль.
-Алекс, кто эта женщина? Алекс что происходит.
Алекс бешеным взглядом смотрел на Марию и на меня.
Вдруг в его руке появился небольшой пистолет, который он направил на меня.
-Ключи от машины! – заорал он, - быстро! -Барбара! В машину!
Барбара запрыгнула в мой «Фиат»
-Ключи! – вновь заорал Алекс.
-Там кнопка старт, никакого ключа нет.
Алекс с Барбарой кинулись к моему «Фиату»


Никакого ключа у меня не было. Мой «Фиат» действительно заводился с кнопки, но только тогда, когда я был рядом, потому что в кошельке у меня лежал смарт-транспондер, чип которого и давал разрешение на старт мотора.
Так и получилось,  мой автомобиль заглох, как только заехал за поворот дороги.

Алекс выскочил из «Фиата» и снова направил  на меня пистолет. Я побежал к лесу и укрылся за ближайшей сосной.
Грохнул выстрел.

Вслед за ним раздались звуки сирен.
Полицейский бело-синий микроавтобус  показался на дороге.
Я облегчённо вздохнул.
Ещё после того, как   я очухался  в номере отеля, пришла уверенность, что без полиции тут не обойдётся. Налицо самые настоящие преступления. И когда мы начали догонять «Вольво», я достал телефон и незаметно для своих попутчиков в приложении «Экстренная помощь» нажал кнопку полиции. С этого момента все мои перемещения, а вернее не мои, а моего смартфона фиксировались полицией, и ближайшая патрульная машина отправилась по координатам.

При виде полиции Алекс кинулся в лес.  Двое офицеров, довольно полных бородатых, крепких парней, со сверкающими лысинами,  выскочив из своего микроавтобуса, бросились было за ним, но из леса раздался выстрел и они тут же повалились на траву, моментально достав свои пистолеты.
-Ложись, - крикнул я Марии и Пааво и тоже лёг на землю.
Я увидел как из «Фиата» выскочила Барбара, и её рыжие волосы замелькали между стволов сосен.
 
-Стоять! – проорал ей вслед один из полицейских.
Другой, что-то кричал в рацию. Возможно, вызывал подкрепление или даже вертолёт.

Но Алекса и Барбары и след простыл.

 
Прибывали новые полицейские автомобили. Группа полицейских устремилась в лес.  Вдалеке послышался стрёкот вертолёта.

Из белого седана «Шкода» вышел инспектор полиции Палму. Я его немного  знал.

Он пригласил Марию, Пааво и меня в микроавтобус, где сидя напротив него,  я рассказал вкратце историю  похищения  Марса, про моё расследование и как автомобиль Пааво нагруженный мейсенским фарфором попал в протоку.
Пааво пару раз поддакнул мне.  Мария выглядела подавленной.
Палму что-то записывал в блокнот.

Через час нас отпустили.
-Вы не должны уезжать из Лахти в ближайшее время.

 За это время подъехал тягач и вытащил автомобиль Пааво на берег.
 Мы, все трое подошли к «Вольво». Пааво хотел было  открыть машину, но полицейский остановил его. Через стекло было видно, что в нескольких коробках, посуда явно разбилась, но основная масса коробок выглядела целой.
- С автомобилем  будут работать эксперты.
Пааво тихо выругался и проворчал:
-Наверное, думают, что там наркотики.


 Мы, с Марией сели в мой автомобиль и медленно тронулись, покидая место расследования.  Пааво остался неподалёку . Навстречу нам проехали ещё два микроавтобуса.
-Давно вы женаты? – спросил я Марию.
-Скоро уже  два года.
-Кто эта женщина с Алексом? Что вы знаете о ней? Почему у них у обоих фамилия Энсер?
-Я не знаю! Я не знаю её. Я устала! Я не хочу больше не о чём слушать! Я хочу только найти свою собаку и уехать.

Я подумал, что и действительно, ведь меня наняли лишь для того, чтобы найти пуделя. Со всеми остальными загадками пусть разбирается полиция.
Куда же Барбара дела собаку после того как забрала у Пекки?
 Стоп! Но ведь Барбара сказала, что не забирала её. После всего, что произошло, у меня  из головы совсем это выскочило.

Пааво  же рассказывал мне по пути, что спросил Барбару, почему та забрала собаку, и та ответила, что не забирала.
Значит Пекка морочил мне голову.

-Вот что! – решительно сказал я Марии, - Едем-ка к Пекке.


Я с силой толкнул входную дверь  и мы резко зашел в дом Пекки.
В коридоре у двери стояла клюшка для гольфа, какой-то хлам, дверь ударила по стене и с полок с грохотом покатились  мячи для гольфа.

Пекка был на кухне и от неожиданности чуть не упал с табуретки, на которой сидел с кружкой кофе.
-Что тебе надо!  Не имеешь права врываться!
-Где собака! – громко сказал я и шагнул к Пекке. Тот, не долго думая,  выплеснул не меня кофе из кружки и, вскочив, рванул к двери, но тут же отпрянул, увидев Марию вооруженную  клюшкой для гольфа.
-Где моя собака! – закричала она, как мне показалось, на всю Виттолу.
Алкоголь, ежедневно подтачивавший Пеккино физическое здоровье, по всей видимости, подточил и душевное.
Ноги у него подкосились, и он неожиданно рухнул на пол.

Мария размахнулась и со всей силы ударила клюшкой по столу. Грохот от удара смешался с треском разбиваемых немытых тарелок и чашек и звоном полетевших на пол ложек и вилок.
-Последний раз спрашиваю!  Где собака. Если не ответишь, проломлю тебе башку!
-Пекка ты понимаешь английский? - спросил я.
Тот покачал головой.
-Так вот, перевожу!  Сейчас она проломит тебе голову этой клюшкой – продолжил я, отряхивая кофе с куртки, - только сначала переломает ноги.
-Нет! нет! Я продал его. Продал!
-Как продал?
-Кому?
-Цыганам, цыганам. Роману Сипулайнену.
-Где живёт этот Роман.
-В Ахтиале, сразу за заправкой…
-Ты мерзавец. Гадкий, гнусный мерзавец! – не унималась Мария по-английски.

Я приподнял руку, пытаясь успокоить Марию, чтобы она в ярости и впрямь не отделала Пекку клюшкой. Судя по её выражению лица это было вполне реально.

-Почему ты это сделал? Почему не рассказа всё, когда мы с Томасом приехали к тебе?
Пекка молчал.
-Почему! – повысил я голос.
-Я понял, что собака ворованная и та рыжая немка вряд ли пожалуется в полицию.
Я хотел было перевести Марии, но судя по тому, что клюшка вновь взмыла в воздух она и так всё поняла.
-Стой, Мария. Тяжкие телесные повреждения  тут вряд ли помогут. Он сейчас поедет с нами и покажет, куда отдал Марса.


Мы подъехали к дому Сипулайнена.  Цыганский дом, по крайней мере, издалека, особенно не отличался от других финских домов. Одноэтажный, невысокий.
Но войдя во двор, видишь много необычного.
Старинное колесо от телеги, прикрученное к стене.  Верёвки с узелками, развешанные по всему двору на деревьях.  Вырезанное из фанеры изображение ладони с глазом, приколоченное к входной двери.  Вход в дом украшала подкова, покрашенная золотой краской и повешенная над косяком двери.  Из окна сарая стоявшего в стороне торчал муляж головы лошади.

Я нажал на звонок, но тот, похоже не работал.  Тогда я постучал. Через полминуты послышались шаги, потом дверь открыла молодая девушка, лет четырнадцати-пятнадцати,  в черной толстой юбке и в шерстяной малиновой кофте.
-Привет, - поздоровался я.
-Привет, -ответила она.
-Мы ищем Романа Сипулайнена. Он дома?
-Нет, родители уехали в магазин.
-Может ты нам поможешь? Нам нужна собака. Пудель.
Девочка рассмеялась и показала пальцем на поникшего Пекку и спросила у него:
-Что, никак нашлись хозяева пса?

Тот ничего не ответил, лишь отвернулся в сторону.
-И ты тут же привёл их сюда? Недаром мама говорила папе не связываться с этим типом.
-Зря он её не послушал, -ответил я. –А теперь  верни нам собаку, потому-что следующий раз мы придём с полицией и твой папа, как скупщик краденого будет арестован.
 -Но я не могу этого сделать.
-Почему?
-Дело в том, что папа договорился продать  эту собаку одной женщине из Инкеройнена.  И сегодня утром, уже собрался отвезти её, но я решила дать пуделю шанс, отцепила поводок и открыла дверь.
-Утром сегодня?
-Да.
-И куда он убежал?
-Вот туда, в лес.
Я перевёл всё Марии, затем спросил девушку:
-Ты пожалела собаку?
-Я просто за свободу. У каждого должен быть выбор.  Вот и пуделю я его дала. Он мог остаться и уехать в Инкеройнен. Но я дала ему шанс найти дорогу домой, собака ведь из Лахти? Я права?
-Да ты права. Но что на это сказал твой отец?
-А, ерунда, - улыбнулась моя собеседница,– кричал конечно, но в итоге сказал, что я должна ему двести евро, за которые он купил пса.
-Двести?! – поняла без перевода Мария, - знали бы вы, сколько я выложила за него в Таллинне.
Оглянувшись, я увидел, как Пекка, воспользовавшись, тем, что на него не смотрят,  быстрым шагом удаляется от дома Сипулайненых. Отойдя подальше, и вовсе перешёл на бег.
Я не стал его догонять, он нам был больше не нужен.


Мы подошли к опушке лесопарка.
-Давайте, походим, поищем его, - предложила Мария и несколько раз прокричала в сторону леса, сложив руки рупором:
 -Марс! Марс!
 -Знаете что, мы пойдём его искать, но не отсюда.
Я достал смартфон и установил точку нашего местонахождения.
-Сейчас мы подъедем к вашему дому и оттуда пойдём к этой точке кратчайшим путём. Как бы навстречу Марсу.
-Как? Вы думаете Марс отправился домой?
-Причём кратчайшей дорогой.
-Откуда вы знаете?
-Ну, я же, всё-таки, собачий детектив, - улыбнулся я.
-Но это же лес. Он не заблудится?
-Единственное, что может ему помешать, это лисы, но будем надеяться, что не помешают.


Когда мы тронулись, я, поначалу немного поколебавшись, спросил:
-Мария, вы меня наняли лишь, чтобы я нашел собаку, но дело оказалось сложнее, чем просто побег пса. И я полностью увяз в этом деле. Поэтому расскажите мне, всё с самого начала. Кто такая эта Барбара?
-Я не знаю, кто она.
-А Алекс? Кто такой Алекс, вы ведь знаете?
-Мой мужчина, муж. По крайней мере, я так думала.
-Расскажите всё с самого начала. Давно вы вместе?
-Мы вместе 2 года.  Мы не регистрировали брак официально. Я не была раньше замужем, Алекс был.  И его первую жену звали….

Мария замолчала, потом поднесла руку к лицу и срывающимся голосом произнесла:
-Барбара.
-Значит, вы догадывались, что с ним именно она.
-После того как вы спросили не знаю ли я кто такая Барбара, да. Но я никогда её раньше не видела.
 Мы немного промолчали. Потом я спросил:
-За время вашего брака, Алекс часто отлучался, уезжал по делам, например?
-Наверное… да.

У меня была ещё масса вопросов, но я видел, насколько Марии было больно рассказывать это. На глазах у неё навернулись слёзы.

-Но для чего Алексу с ней вся эта история с вымогательством посуды и похищением собаки.

-Я не знаю. Могу только предполагать.
-Предположите.
-Алекс взял деньги на этот фарфор у моего отца. В долг. За то время что мы здесь, Алекс почти ничего не продал. А деньги возвращать надо.  Сто тысяч евро.
-Ваш отец богат? – спросил я.
-Ну, в общем-то, да.
-Похищение посуды, конечно, не освободило бы Алекса от долга, если бы он был должен банку, но отец ведь не станет силой требовать у мужа своей дочери долг. Так ведь?

Мария кивнула.
-Похоже на афёру, - предположил я и спросил: - А какую сумму должен был выручить Алекс, в случае продажи этого мейсенского фарфора?
-Примерно двести.
Я кивнул.
Остаток дороги мы провели молча.  Мария была подавлена, и я не хотел больше мучить её расспросами. Тем более о прошлом Алекса, она, по всей видимости, имела очень смутное понятие, судя по тому, как он умеет вырубать людей, да ещё и не стесняется открывать огонь по полицейским.

Я же выстраивал логическую цепочку. Представитель обедневшего рода, женат на некоей Барбаре. Но встречает Марию и решает, что её папочка будет неплохим инвестором для фарфорового бизнеса, который он придумал.
Но, похоже, что любит он по-прежнему Барбару. И они решают разыграть весь этот спектакль с похищением собаки.
В таком случае Алекс просто неудачник, выбравший неудачный товар и страну для бизнеса. Но его образ совсем не вязался  с неудачником.
Что ж, надеюсь, полиция их скоро схватит. Возможно тогда, всё и выяснится.

Мы увидели ЕГО, как только въехали во двор дома, Марии.
ОН, словно столбик, сидел напротив дверей подъезда и ждал.
Ждал свою хозяйку.

Мария закричала от радости. Как только я остановил машину, она выскочила из неё и бросилась к собаке. Та с громким лаем помчалась к ней навстречу.
Схватив пуделя на руки, Мария  прижала его к груди и закрыла глаза от счастья.
Похоже, сейчас ей было глубоко плевать на Алекса, на Барбару, на деньги и на весь мейсенский фарфор, какой только есть в мире.

Я смотрел на них и думал, насколько собаки более честны и открыты чем люди. Как их простые хитрости приносят нам радость. А хитрости людей скорее наоборот.

 Я подошел к ним.
Протянул руку к Марсу, чтобы погладить его, но тот предупредительно зарычал.
Я убрал руку. Не хватало сегодня быть ещё и покусанным .
-Спасибо вам огромное, -  сквозь слёзы радости произнесла Мария.
-Ну, не за что. Он сам пришёл.
-Нет, нет, если бы не вы.
-Всё случилось само собой. А если кого и благодарить, так это ту девчушку, цыганку.
-Я должна вам остаток гонорара. Вы зайдёте?
-Нет, вы мне ничего не должны, того, что вы дали в виде аванса вполне хватило.
-Но…
-Ни слова больше. Я уезжаю. Звоните мне, если будет нужна помощь.               


Я ехал домой с ощущением, будто огромный камень свалился с души.  Я наслаждался видами Лахти, золотыми кронами деревьев, елками и соснами, чистыми застеклёнными лоджиями и фасадами зданий. Радовало всё.  Было приятно, что тут я нашел дело по душе. И дело это связано с помощью людям, с тем, что я возвращаю им потерянную радость.

Я подъехал к своему одноэтажному рядному дому, так называемому ривитало.  В нем было четыре квартиры. У каждой свой вход, а перед входом небольшой личный газон, отделённый от соседей декоративными кустиками.   Слева от меня жила пожилая дама, а справа квартира уже давно пустовала.
Я поставил машину на парковку и, оглядев свой газон, решил, что завтра же, с самого утра очищу его от опавших с берёзы, росшей неподалёку, листьев. А сегодня приму душ, включу какой-нибудь сериал и буду дремать под него на диване.

Но, этим планам не суждено было сбыться. Как только я закрыл за собой дверь, почувствовал, что в квартире кто-то есть. И тут же, передо мной возникла фигура Алекса с пистолетом, направленным на меня.



Глава восьмая

Следом за ним из ванны вышла  Барбара, по всей видимости, приводившая там себя в порядок.
Оправившись от секундного  шока, я спросил.
-Как вы вошли?
-Алекс сунул свободную  руку в карман, достал оттуда набор отмычек и потряс ими в воздухе.
-Это не проблема.
-Ты подготовился к жизни в Финляндии, - усмехнулся я, - да ещё и адрес мой узнал.
-Не умничай,- грубо оборвала меня Барбара,- проходи в комнату и сядь в кресло.
-Когда я узнал твой адрес, просто на всякий случай, то я не думал, что он мне пригодится. Но на сегодня это самое безопасное место для нас.
- И что вам это даст? Рано или поздно вас найдут.  Ваша игра проиграна, чтобы вы там не затевали с этим дурацким фарфором.
-Мы отсидимся тут какое-то время. Потом ты увезешь нас подальше отсюда, на границу со Швецией.
-И давно вы тут? – поинтересовался я.
-Буквально минут десять-пятнадцать перед тобой.
-Как же вам удалось, расскажите, просто интересно?
Барбара рассмеялась.
-Когда полицейские развернули операцию, мы  уже убрались из леса, потому что болван лесоруб оставил пикап с ключами прямо на нашем пути.
-Повезло.
-Надеюсь, повезёт и дальше,  - буркнул Алекс, - а пока сиди тихо. Барбара поищи, там у него что -то поесть?
-В туалет хотя бы можно зайти?

Алекс потребовал, чтобы я отдал телефон и снял куртку.

Вопреки моим ожиданиям, Алекс оставил дверь туалета открытой и не сводил с меня ствол пистолета.

Я сделал вид, будто собираюсь сходить по-большому и приготовился снять джинсы, потом смущённо посмотрел на Алекса
-Ну, сейчас-то может, закроешь дверь?
-Услышу подозрительный звук, пристрелю,- буркнул Алекс и закрыл дверь.

Туалет был устроен вместе с душевой, за ней стеклянная дверь в сауну, в которой небольшое окно. Но в это окно я вполне смог бы пролезть. Если только будет время.
За стиральной машиной висела швабра. Ею можно подпереть дверную ручку и не дать ей опуститься вниз.  Если только размер подойдёт. Я попытался приладить швабру , но она не подходила. Упереть её было не во что.
Это только в кино в такой ситуации у героя всегда найдётся какой-то план. Например, можно молниеносно вооружиться крышкой для унитаза  и наотмашь сразить бандита ударом по голове  или вырвать  из раковины смеситель и воткнуть его в злоумышленника. Или…
Стараясь действовать бесшумно я открыл дверь в сауну и достал  из печки каменки пару самых крупных камней.
-Ну что там за возня! – раздался голос Алекса, и дверь резко открылась.

Я с силой запустил камень прямо ему в лицо, даже особо не ожидая, что попаду с первого раза. Алекс тоже этого не ожидал, и на мгновение потерял ориентировку.  Ствол пистолета  лихорадочно искал цель, то есть меня, но искры в глазах не давали Алексу прицелиться.
Я подскочил и, перехватив кисть его руки левой рукой, камнем, который держал в правой, несколько раз ударил Алекса по ладони и по пистолету, потом размахнувшись врезал ему камнем в переносицу.
Крутой парень, тут же обмяк и выпустил пистолет.
Пришедшая ему на помощь Барбара вооружённая  кухонным ножом увидела ствол, который я направил на неё, но не остановилась.
Она словно почувствовала, что я не смогу выстрелить в женщину.

Она была права. Я нажал на курок, хотя перед этим отвёл ствол чуть  вниз. Пуля попала в пол со страшным грохотом, потом срикошетила, по всей видимости, в потолок.
Пнув, на секунды замешкавшуюся  Барбару ногой, я выскочил в коридор и затем на улицу. Подняв пистолет я несколько раз выстрелил в воздух.
Потом без остановки начал кричать:
-Эй! Вызовите полицию! Помогите! Помогите! Помогите!

После этого ещё выстрелил пару раз и отбросив пистолет подальше в кусты, навалился на входную дверь.
- Вызовите полицию! Помогите! – не останавливался я.

Изнутри кто-то, судя по силе толчков, сначала Барбара потом Алекс толкали её,  но безуспешно. 
Звук сирен раздался довольно скоро. Затем послышался звук открываемого окна и из него один за другим  выпрыгнули мои  гости.
Алекс подпрыгнул ко мне и сильным ударом свалил меня с ног.  Затем они бросились наутёк, но далеко уйти им не удалось. Полицейские патрульные микроавтобусы  уже окружали двор. Мигалки освещали сгущающиеся сумерки.
На Алекса и Барбару надели наручники, и повели в разные микроавтобусы.

Я попытался объяснить полицейским, что я лишь жертва нападения и стрелял, лишь чтобы кто-то вызвал полицию, а  эти люди мошенники и похитители собак,  но патрульных это не остановило и я, тоже  в наручниках, отправился в полицейское управление.
Похоже, в глазах полицейских, стрельба в населённом пункте была гораздо более страшным преступлением, чем все аферы вместе взятые, несмотря на то, что я сам показал им, где лежит пистолет и описал всю ситуацию.

Камеры в финской полиции напоминают банковские хранилища с двумя дверьми. Первая  огромная сейфовая, вторая дверь- решётка.
Когда меня посадили в камеру, закрыли только решётку, сейфовую оставили открытой. Я прождал почти час. От усталости закрывались глаза. Всё тело ныло.  Сколько же всего произошло за сегодняшний день. Вскоре  полицейский открыл дверь и велел следовать за ним.
Меня привели в кабинет к инспектору Палму.
Я сел напротив него. В углу расположилась женщина полицейский, на треноге стояла видеокамера, направленная на меня.
-Похоже, сегодняшний день никогда не закончится, Генри, - улыбнулся он мне и предложил:
-Рассказывайте с самого начала.
-Мы с Марией рассказывали там, в лесу, как было дело, потом я приехал домой, а они там.
-Стоп, - остановил меня Палму,- теперь послушай, как всё это выглядит. Одни иностранцы у других похитили собаку, занимаясь вымогательством посуды, потом догоняли друг друга, потом собака нашлась.  Потом те, кого догоняли, пришли домой к тому, кто догонял, и началась разборка из-за дорогостоящей посуды, которая привела к стрельбе, в результате которой лишь чудом никто не погиб. Вот так это увидит судья и вам, как стрелку, перепугавшему до полусмерти соседей,  грозит полгода тюрьмы или, как минимум, огромный штраф или и то и другое.
-Но я же хотел вызвать полицию.
Инспектор вздохнул.
-Для этого есть телефон.
-Но я не мог…
Палму снова перебил меня.
-Вот поэтому я и прошу начать всё сначала. С самого начала, с того момента, как вы познакомились с этими людьми.

Я вздохнул и начал с того, как увидел Марию, в слезах пришедшую ко мне.
Рассказывая, я сам удивлялся, сколько всего произошло за какие-то четыре дня.

-Ну что ж, мы продолжим расследование. Ну а вы пока никуда не уезжайте из города.
-Да я и не собираюсь.

Меня продержали в полиции ещё около часа. Я подписал протоколы о своём задержании, написал объяснительную по поводу стрельбы и получил извещение о том, что действие моей лицензии частного детектива временно приостановлено.

Когда я вышел на улицу, то увидел, что с чёрного осеннего неба заморосил дождь.  Моя куртка и телефон остались дома. Я вернулся в полицейское управление и попросил дежурного вызвать мне такси.
 В этот момент в холл спустился инспектор Палму.  Он махнул дежурному.
-Пойдёмте, я вас отвезу.
Мы сели в белую «Шкоду» инспектора и, несмотря на то, что полиция и мой дом были в разных концах города, уже  через пятнадцать минут я был дома.
-Кто всё-таки такие эти Алекс и Барбара? – спросил я Палму когда мы подъехали к моему дому.
-Послушайте, пока идёт расследование . Я не могу делиться его деталями с подозреваемым. Я и подвозить то вас не должен был. Так что, извините.
Я улыбнулся.
-Спасибо, инспектор. Я думал, я свидетель.
Палму лишь улыбнулся в ответ.
«Подозреваемый!» - как больно и неприятно это звучит.
Проведя осмотр моей квартиры, полицейские предусмотрительно захлопнули дверь. Мой ключ оставался внутри в куртке. Хорошо, что я держу запасной под  водоотливом окна. Я достал его и вошел в дом.
В коридоре бросился в глаза след от пули.  В комнатах всё было истоптано полицейскими сапогами. На полу душевой валялись камни из сауны, которыми я отбивался от Алекса.
Но желания и сил наводить порядок не было.
Не раздеваясь, я рухнул на кровать.

В субботу я приводил в порядок квартиру, намывал, так, будто хотел вымыть всю скверну, которую внесли сюда и непрошенные гости, и полиция. 
В воскресенье провалялся в постели, читал. Смотрел подряд всё, что шло по телевизору. В Финляндии это не самое весёлое занятие, но я особо не вникал в сюжеты передач, в голове крутились мысли об Алексе и Барбаре. Я пытался выстроить логическую цепочку их действий и понять смысл их аферы.  Неужели Алекс всего лишь наивный неопытный бизнесмен, а бывшая жена примчалась его спасать?


                Глава девятая.
 В понедельник, с  утра, я отправился в офис.  Начиная с сегодняшнего дня, я не имел права работать  частным детективом на период расследования, а возможно и  не смогу больше получить лицензию никогда..
Подозреваемый,  - это слово не выходило из головы. Слухи по Лахти расползутся быстро. Обрастут нелепыми домыслами и даже если меня оправдают, наладить заново деятельность частного детектива вряд ли получится.
Смысла продолжать  содержать офис и платить за него аренду, нет никакого.
Поэтому, сегодня надо было забрать из кабинета документы и личные вещи, дать объявление о продаже мебели. Хотя, кому сейчас нужна офисная  мебель. В Финляндии с ней просто бесплатно расстаются и хорошо ещё, если не приходится доплачивать за вывоз её на свалку.

Я, уже подъезжал к офису , когда позвонил  Томас Хойкка.
-Привет.
-Привет.
-Наслышан о ваших приключениях.
-Да, было дело.
-Говорят, ты перепугал весь район.
-Да, так получилось.
 -Слушай, я рядом с твоим офисом, ты не там?
-Буду через  пару минут.
-Ставь кофе. Я зайду, расскажешь, как  было дело?

Желания рассказывать всё сначала никакого желания не было, но Томасу я чувствовал себя обязанным и он мне импонировал.

Сегодня Томас собрал свои волосы в пучок. Он был в джинсовой тёплой куртке и напоминал скорее не состарившегося рок певца, как в прошлый раз, а какого-то кутюрье.
На его пальце сверкал перстень. На запястье золотые часы, а кабинет наполнился тонким запахом парфюма.
Томас явно не был типичным финном.
Я, налил, кофе в  чашку подаренную Марией и протянул ему. Мне показалось, что к его сегодняшнему  облику подойдёт именно такая чашка.
Пока мы пили кофе, я рассказывал о погоне и о том, как эта парочка аферистов появилась именно в моём доме.

-Что ж, они решили, что это будет самое безопасное место. Только теперь вы выглядите как сообщник.
-Ну, возможно Палму разберётся что к чему, - улыбнулся я.
-Возможно, - улыбнулся в ответ Томас.
Допив кофе, он посмотрел на чашку.
-Ишь ты, с претензией на мейсенский фарфор.
-Ну да, это он.
Томас улыбнулся.
-Ну да, что-то подобное.
-Что вы хотите сказать? По-вашему это не мейсенский фарфор?
-Это стилизация под мейсен. Но это, безусловно, не он.
-Вы уверены?
-Я? – Томас, кажется, чуть обиделся,- уж я то разбираюсь в этом.
Томас посмотрел чашку на свет, потом блюдце. Достал авторучку и постучал по чашке, прислушиваясь к звуку. Потом перевернул блюдце и долго изучал фирменный знак мейсенского фарфора – синие скрещенные сабли.
-Безусловно, это стилизация. Или, попросту, подделка. Тут всё не так, от фарфоровой массы до угла, под которым скрещены сабли. Надеюсь, вы не дорого заплатили за эту чашечку?
-Мне её подарили. Хотя, подарили как мейсенский фарфор.
-И я не ошибусь, что это были ваши замечательные  клиенты с пуделем?

Я кивнул.
Томас расхохотался.
-Вдобавок ко всему, этот Алекс ещё и торговал подделками. Хотя и неплохими, возможно даже они брали их не в Китае, а где-нибудь в Польше.
В ответ я смог лишь пожать плечами.
-Если полиция попросит, я смог бы дать экспертное мнение. Подкиньте эту идею Палму.
-Я подозреваемый и не моё дело давать ему советы.
-Что ж, возможно я сам ему позвоню. Мы как-то с ним знакомились на новогоднем приёме у мэра.
Перед тем как Томас ушел, мы ещё немного поговорили о ценах на фарфор, и на подделки. Я был поражён как много он знает о такой, казалось бы, обыденной вещи, как посуда.

После его ухода я ещё какое-то время разбирал бумаги, потом решил позвонить Марии.
-Здравствуйте, как вы?
-Да, всё хорошо, только что пришли с прогулки.
-Мария, вы знали, что вся эта злосчастная посуда – это не мейсенский фарфор, а подделка?
-Подделка?
-Да, похоже, Алекс использовал деньги вашего отца, но купил товара не на сто тысяч, а гораздо дешевле. По примерным оценкам Томаса Хойкки, хозяина фирмы «Большая чашка»  он затратил не более пяти – шести тысяч. Остальные деньги благополучно положил себе в карман. Я думаю, он специально выбрал для продажи Финляндию. Он прекрасно знал, что тут эта посуда никому не нужна. И именно здесь они с Барбарой решили провернуть операцию с пуделем.

Мария какое-то время молчала, потом произнесла упавшим голосом:
-Мне больно узнавать обо всём этом.
-Простите, я не хотел сделать вам больно, - ответил я, и вдруг, сам не зная почему, произнёс, то, что говорить совсем не планировал. Это вырвалось как-то само:
-Мария, могу я пригласить вас в ресторан сегодня вечером?
Снова пауза.
-Вы, хотите поухаживать за мной?  - тихо спросила она, и я почувствовал, что она улыбается в этот момент.
-Наверное, да, - тоже улыбаясь, ответил я и почувствовал на щеках предательское тепло. Хорошо, что она не видит, того как я покраснел.  - Так я заеду за вами часов в семь?
- Вынуждена вам отказать, - ответила она.
 -Почему же?
 -Потому что зарплаты частного детектива не хватит на финский вечерний ресторан.
Я засмеялся.
-Как-нибудь, справлюсь. Возьму кредит, например.
-Ну, нет. У меня другое предложение. Приходите лучше ко мне на ужин. Гарантирую, что будет точно  не хуже чем в ресторане.
-Договорились.
-Жду вас в семь.

Положив трубку, я крутанулся на своём вращающемся кресле.
Странно получилось, будто это не я, а моё подсознание само пригласило Марию в ресторан.
Подсознание ведь не обманешь. Оно- то знало, что Мария понравилась мне с того самого момента, как впервые вошла в мой кабинет.

Мои романтические грёзы прервал телефонный звонок.
-Здравствуйте. Господин Генри Рэй? – спросил взволнованный женский голос.
-Да, это я.
-Думаю, только вы можете мне помочь.
-Чем же?
-У меня чихуа-хуа. Его зовут Лео. Мы сейчас живём на даче, в районе лыжного курорта. Он прогрыз входную дверь и удрал. Сначала набросился  на соседского ротвейлера, хотя я думаю, тот сам его спровоцировал,  напугал до полусмерти пару шпицов, а теперь убежал в лес. Там олени и зайцы.  Он всегда стремиться на них напасть. Если он покусает их, то представляете что скажут защитники природы? Они засудят нас с Лео. Это будет катастрофа.
-Послушайте…
-Проблема в том, что имя часто определяет характер. Но когда я называла его Лео, никак не могла подумать, что он действительно станет вести себя как лев.
-Но я сегодня очень занят…
-Помогите, прошу вас.  Говорят, что  вы удивительно ловко находите собак.
-У меня временно нет лицензии, дело в том…
-Мне не нужна ваша лицензия, говорят, что только вы можете справиться с моим Лео.
-Хорошо, я попробую, но ничего не обещаю…
-Отлично, записывайте адрес.

Я посмотрел на часы.  Хотя время до ужина было предостаточно, но эти маленькие собачки, состоящие наполовину из агрессии и наполовину из страха, не лыком шиты.
Так что  надо поторапливаться.
Я спустился, сел в свой «Фиат» и помчался спасать лесных зверей от распоясавшегося  чихуа.