Треугольник

Дверь громко хлопнула, и эхо удара еще какое-то время стояло у нее в ушах. Ушел. Сквозь оконное стекло была видна стоянка, на которой дожидалась хозяина купленная недавно машина. А вот и он, вышел из подъезда и зашагал, на ходу доставая из кармана телефон и всматриваясь в экран. Неужели даже не помашет рукой на прощанье. Иногда он забывал это сделать, и тогда настроение было испорчено на весь день. Похоже, сегодня именно тот случай. С кем же это он разговаривает так увлеченно, что даже голову вверх поднять не может. А она ждет, между прочим. Так ждет, что даже нос к стеклу прижала.

Звук работающего двигателя сменился звуком колотящегося обиженного сердца. Да нет, не обиженного. Оскорбленного!

Вдруг нахлынула тревога. А вдруг он не вернется. Просто больше не придет, и она останется одна в своей квартире. Ерунда какая, придет же в голову...
Но предчувствие нехорошее. Вчера она случайно услышала женский голос в трубке. О чем шел разговор, понять не удалось, но вид у него был довольный. На ее деланно-холодный вопросительный взгляд он рассмеялся и пояснил: "Это насчет Каско, завтра в офис страховой надо будет заехать, скидку пообещали". Каско. Каска. Миска. Сосиска. Сосиски он не покупал- говорил, что это еда плебеев, и в доме, где живет принцесса, им не место.

Так, о чем это она. Ах, да, Каско... Почему бы не оформить эту страховку через интернет, что за причуда - "поездка в офис". Дура. Какая она дура, что отпустила его. Надо было вцепиться, кусаться, царапаться, но не дать ему уйти. Да что с ней такое, в самом деле. Скоро вернется, сказал ведь. Сказал. Но почему так тяжело на душе, откуда этот леденящий ужас. С ума она сходит или действительно должно произойти что-то страшное?

В горле пересохло, пришлось проследовать на кухню и пить, пить. Жадно, много, чтоб утопить этот разъедающий страх. Обессиленная переживаниями, вдруг поняла, что ужасно хочет спать. Хорошо, что на кухне есть диванчик, до комнаты она бы просто не дошла...

     Проснулась от звука открывающейся двери, и как была, растрепанная и сонная, выскочила в коридор. Увидела ЕГО- с бумагами в руках, улыбающегося, такого большого, красивого, родного. В ее груди что-то заклокотало, уши задрожали, и вместо приветствия вырвалось лишь тоненькое: "Мьрь". Бросив бумаги на пуфик, он подхватил ее в объятия и поцеловал в розовый треугольник носа.