Под-клад

На днях меня призвали поделиться воспоминаниями относительно истории с кладом монет, когда-то и кем-то обнаруженных в известной калужской усадьбе Билибиных-Чистоклетовых. Той самой, начала XIX века, на улице Ленина 104, которую уже несколько десятилетий занимает Художественный музей.

Буквально докладываю.

В начале 1980-х я работал архитектором в КСНРПМ – калужской научно-реставрационной мастерской. В ряду других работ мне довелось выполнять проект приспособления освободившегося тогда южного флигеля знаменитой ампирной усадьбы для обустройства служб Художественного музея. Тогда учреждение размещалось только в главном доме – с роскошным ризалитом, горельефами, медальонами и конечно гиппокампами.

Теперь не скажу точно, когда мне стала известна старая история об обнаружении здесь «клада монет» рабочими во время ремонта печи или дымохода... Рассказывали, что «золото клада» так затмило разум печников, что они решили преступно умолчать о находке. Говорили, будто бы они классически поссорились при делёжке и только тогда история вышла наружу.

В 1982-м у меня были другие заботы. Требовалось осмотреть сложный комплекс флигеля, уточнить обмерные чертежи, выполнить зондажи и шурфы. Во время осмотра большого зала второго этажа, с высокими арочными окнами, я обратил внимание на дыру в потолке – прямо в северо-западном углу помещения. Приставив длинную лестницу к этому небольшому пролому, я смог подняться наверх и заглянуть в недра чердака. Вначале осветил фонариком чердачные конструкции необитаемого пространства – деревянную стропильную систему, обрешётку, а затем протиснулся в пролом…

Прямо у края отверстия, на поверхности настила и утеплителя, я обнаружил россыпь мелких желтоватых квадратиков. Это были плоские металлические корытца, перемешанные с клочками бумаги. Аккуратно собрав всё это богатство в карман спецовки, спустился вниз. Содержимое кармана изучил уже в проектном кабинете реставрационной мастерской, то есть в алтарной апсиде уже «приспособленного» Успенского храма (у перекрёстка улиц Достоевского и Плеханова).

В помещении с помощью лупы я просмотрел десятки пожелтевших квадратиков бумаги, исписанных мелким почерком, кажется фиолетовых чернил. Это были описания старинных российских монет разных дат и номиналов. Разорённая коллекция не показалась мне уникальной, поскольку в нашей деревне мы частенько находили подобные сокровища – в основном медные кругляши, но попадались также серебряные чешуйки царей Михаила Фёдоровича, Алексея Михайловича…

Время торопило, мне нужно было заниматься адаптацией флигеля, согласованием проекта в объединении «Росреставрация»… Одновременно я готовился к поступлению в московскую аспирантуру. Сдавал кандидатский минимум по философии, обдумывал будущую тему научно-архитектурного исследования… В итоге латунные корытца и бумажные квадратики остались в архиве реставрационной мастерской.

Вот такая простая, но реальная история про «под-клад» – подкладки к монетам…

– Простите, а как же?.. А где же сам клад? – провозгласит почти разочарованный читатель.

По имеющимся сведениям, клад (коллекция монет купца, краеведа и нумизмата Григория Григорьевича Чистоклетова), обнаруженный в 1926 году, был передан калужскому краеведческому музею. Ещё в детстве я видел там целые россыпи старинных монет. (Или это был другой клад?) В любом случае, вопрос «когда и каким образом подкладки для коллекционных монет попали на чердак флигеля» – имеет не совсем архитектурный или даже нумизматический характер… Хотя весьма занимательный.

28.04.2026 Северное Измайлово