Слушатель

Мои родители разговаривали. Всегда. Между собой и со мной. Мы говорили о том, что происходит у них на работе, в школе, о книгах, о планах на выходные. Мы обсуждали театральные постановки и выставки. Мои родители любили друг друга и меня. В нашем доме не было скандалов и криков. И я всегда спешил домой. Я мог рассказать родителям что угодно, и они никогда меня не критиковали. Они были моей опорой.

А потом, когда мне было пятнадцать, мой отец внезапно умер. Инфаркт. И мы остались вдвоём. Тогда никто не слышал о депрессиях. Но мама просто лежала отвернувшись к стене и молчала. В нашем доме воцарилась тишина.

Сначала я ждал, что она оклемается. Потом понял, что нет. И я начал сам с ней говорить. Просто нёс всё подряд. И потом она начала мне отвечать.

И через год мы смогли начать жить вдвоём. Мы беседовали обо всём и часто вспоминали отца. Мы договорились считать, что он просто уехал в командировку, и говорили о нём как о живом.

Так я привык разговаривать и слушать женщин.

Я женился на своей первой и единственной девушке. И у нас всё хорошо. Идеально. Хоть и говорят, что этого не бывает. Я был настроен создать хорошую семью, я вкладываюсь в жену и двоих детей. Мы беседуем. Ходим в театры и музеи. И у нас всё хорошо. Конечно, подростковый возраст взбаламутил нас, но мы держимся. Я опора своей жены, а она моя. И я её слушаю.

Я работаю редактором в издательстве. Читаю чужие книги, мечтаю написать свою. На работу мне к десяти. В девять в кофейне у офиса встречаюсь с Лизой.

У нас есть час. Лиза работает в соседнем офисе, бизнес-консультантом. Она разбирается в экономике и финансах. И не разбирается в жизни. Она невозможная красавица, мама годовалой девочки. С ребёнком сидит её мать. Они живут вчетвером: Лиза, её муж, её мама и дочка.

Муж терроризирует Лизу. Он классический абьюзер. Упрекает её за то, что она работает, но когда она собирается сидеть дома с ребёнком, он вопит, что она не думает о деньгах. Лизина мама не отстаёт. Она постоянно критикует дочь. Защищает зятя. Потом, когда зять перегибает палку, становится на сторону дочери. Дурдом на выезде.

Мне не ясно, почему Лиза с её зарплатой не выгонит их обоих. Выгнала, наняла няню — и работай. Но я не даю ей таких советов. Я слушатель.

И парадокс: кажется, чем больше козлит её муж, тем она сильнее его любит. Он буквально вытирает о Лизу ноги. Но ей всё мало.

Ей надо выговориться. И мы встречаемся каждое утро. Она жалуется — я слушаю. Я реально слушаю, а не делаю вид.

Ей не нужны мои советы. Она не пойдёт к психологу, хотя я намекал. Ей приятно проводить со мной время. А я готов ей помогать. Без задних мыслей.

После работы я иду гулять с собакой. У нас бордер-колли Трой. Он довольно глупый, миролюбивый пёс. Мы гуляем с Кирой. У неё тоже бордер-колли, и наши псы дружат. Кира мне жалуется на дочь-подростка: хамит, закатывает глаза, скатилась по учёбе. Я утешаю. Делимся советами из интернета.

Вечером я спрашиваю у жены, как прошёл её день. Слушаю.

Потом звоню маме на десять минут. Слушаю.

Перед сном болтаю с детьми. Слушаю их.

Ложусь спать. Я слушатель, и в этом моя миссия. Способ сделать этот мир чуть лучше. Помочь кому-то. Сделать их жизнь чуть легче.

— Я тебя люблю, — говорит мне жена.

И я отвечаю: «Я тоже тебя люблю».

И это самое ценное, что есть у меня в жизни. Может, я не стал бизнесменом, политиком или миллионером. Но я рад тому, кем я стал. Просто маленьким человеком, который готов выслушать.