В тайгу за золотом. 5. У истоков золотого ручья

Глава 5.
                У истоков "золотого" ручья.

             Показав свои спутникам, каким образом искать и разбирать «щётки», двинулся вверх  по гребню. На поверхности практически без растительности громоздились глыбы кварца, под ногами простиралась  породная чересполосица зелено-серого и бурого цвета. Однообразие пород нарушила полуметровая полоса белого цвета, посечённая ржавыми прожилками. Вот, она, жильная зона рудного кварца в самом «сердце» Станового хребта! Встав на четвереньки, а потом и, вовсе, лёжа, начал внимательно сантиметр за сантиметром исследовать эту толщу. Не было сомнений в том, что именно из этой зоны полосчатых кварцевых пород и высвободилось рудное золото. Где-то в этом месте находится «головка» россыпи, отсюда с нулевого содержания появляются первые золотые знаки и тяжёлое весовое золото, самоё богатое и крупное во всей россыпи. Так и не увидев в ржавых прожилках кварца видимое рудное золото, ради которого я и проползал на «пузе» несколько часов, стал спускаться вниз.

          Работа на «щётках» кипела вовсю. Снизу подтянулась, не выдержавшая искушения, команда  драгеров в полном составе. Горячка, возникшая у добытчиков при виде первых самородков, продолжалась многие часы в лихорадочном движении ломов, беготнёй с передачей наполненных золотоносной глиной и песком вёдер, промывкой лотками.

           «Пусть-пусть . Такое, наверное, суждено увидеть раз в жизни», - про себя улыбнулся я.

           Насквозь промокшие артельщики поднялись на гребень распадка. Дрожащими от усталости и возбуждения руками пытались закурить первые сигареты с начала всеобщего помешательства.
          -Уф-ф-ф, - фыркнул устало танкист. - Это, же, надо!

           Что, конкретно, ему было «надо», у него уже не было сил добавить.  Впрочем, и так было понятно, что Андрей хотел выразить полный восторг  от увиденного и сделанного.

          -Да, уж, – не менее многозначительно поддакнул Витёк.
          -Хорош на сегодня работать, ребята. А- а? - попросил их.

           Нестройными рядами, с трудом переставляя ноги, золотодобытчики двинулись вниз. Нести намытое золото доверили мне. Его, оценивая вес приблизительно, было с полкило. Наконец, добрели до вездехода. 

          Первый голод был утолён остатками холодной  баранины. После тяжёлой работы пить алкоголь от усталости, просто, не хотелось. В ожидании, пока сварится мясо, все переместились в салон вездехода, недолго поговорили и, благополучно уснули. Вечер прошёл непривычно тихо. Оставшись один, налил в кружку самогонки, выпил одним глотком, налил в эту же кружку горячего мясного бульона. Сел на походный стульчик  Андрея Пяткова.

          «Как-то нехорошо вышло с этим мешочком с золотом Ларбы, совсем неприлично. Как теперь об этом мужикам рассказать? Если бы сразу показал найденное в развалинах дома золото, наш путь, скорее всего, продолжился  не через Становой хребет, а в обратном направлении. Не заснул бы за рычагами танкист - был бы жив красавец снежный баран - чубука, не будь таким любознательным азербайджанский парень по имени Амаль, не нашлась бы «щёточная» россыпь. Нечто необычное в виде моего нематериального психологического состояния – молчания, почему-то перекинулось к реальному  золоту Станового хребта»…

          Зверский аппетит разбудил моих товарищей чуть свет. Ведро сваренного вчера мяса было съедено с невероятной скоростью. Вид  вновь высыпанного в миску для всеобщего любования добытого золотого песка, улучшил и без того неплохое после обильного завтрака настроение.

          -Так, а сколько мы заработали вчера на каждого? - вслух решил начать обсуждение  важной для всех темы Витёк.
         - Ну, наверное, тысяч по двести выйдет, по сто пятьдесят точно будет на каждого, - ответил танкист.

            Десантник тут же  воскликнул:
           -Так это же - за день. Нет, чего мы тут сидим, погнали в каменоломни разбирать эти чёртовы «щётки», насидимся ещё дома, надо моментом пользоваться.
 
           Впавшие в очередное временное помешательство, мои спутники засобирались в путь. Уже скоро вид золота для них станет привычным. Хотя, нет, это же - золото! Оно, как любимая женщина или любимое дело, не надоедает никогда.

            Сегодняшний мой маршрут был запланирован по соседнему ручью, угаданному при  вчерашнем исследовании верховьев «нашего» водотока. Распадок, по которому бежал новый безымянный ручей, представлял собой очень узкую крутую расщелину, так же изобилующую «щёточными» прижимами. Через километр  ущелье стало выполаживаться, ручей раздвоился, воды в водотоках стало совсем мало, в конце концов, тоненькие струйки полностью исчезли в камнях. На поверхности пород на склонах горного цирка сохранились следы от струй воды во время катастрофических ливней, сходящиеся ниже веером в водотоки. Простая и ровная, как линия судьбы на ладони, была и история этого золотоносного ручья, насчитывающая десятки, а может, сотни тысяч лет. Жёлтые глыбы рудоносного кварца, обломки меньшего размера, кварцевая щебёнка сгрудились в месте формирования ручья. Где-то здесь и была «головка» россыпи – небольшой площади, где происходит высвобождение из кварцевого заточения паутинок, пластинок, зёрнышек и комочков золота, под действием гравитации и эрозии постепенно смещающегося вниз по ручью.

          Я стоял на этой геологической развилке со странным чувством удовлетворения и удовольствия от «прочтения» исторической книги Земли. Набрав в рюкзак кварцевой щебёнки пополам с супесью и суглинком из разных мест  ручья, двинулся через водораздел к вездеходу.

            Итог дневной работы вновь  порадовал – жестяная банка из-под кофе пополнилась новыми сотнями граммов, весело побрякивающих при встряхивании. За вечер она несколько раз прошлась по кругу, и, наверное, для всех это была лучшая в жизни музыка. В конце концов, танкист забрал банку и положил в вездеходный рундук.
          На ужине вернулись к старой традиции - заканчивать день групповым возлиянием. Неожиданным было присоединение к этому мероприятию азербайджанцев.

          Через неделю уловистые «щётки» в ручье закончились, добыча золота резко упала. Запущенная в работу минидрага ниже по течению ручья, выдавала в день пару сотен граммов золотого песка, но это ни в какое сравнение не шло в сравнении с разбором «щёток». Привыкшие к богатым съёмкам дражники как-то неожиданно быстро забыли, что совсем недавно искренне радовались съёмкам пятнадцати граммов золотой пыли с  отработанного полигона Ларбы.

          Неожиданно заработал спутниковый телефон – его счёт был пополнен. Об этом я сказал только Андрею. Он незаметно для всех связался со своим приятелем Дмитричем и запросил прогноз погоды в Амурской области. Выяснив, что через несколько дней в нашем районе  ожидаются обильные осадки с грозами, решил сворачивать добычу под предлогом бесперспективности продолжения работы. Андрей Пятков знал, что выпавшие дожди улучшат видимость и сделают возможной зрительную привязку ручья к местности. А сейчас, в дыму пожаров, догадаться, в каком месте Станового хребта мы находимся, было невозможно.

          Только танкист знал, что в последних маршрутах по окрестностям, мне удалось найти и обследовать два золотоносных ручья.