Младший брат Ивана Грозного lV

Младший брат Ивана Грозного родился глухонемым. При крещении третьего ноября 1532 года в Троице-Сергиевом монастыре получил имя в честь великомученника Георгия Победоносца. И стал называться князем Юрием Васильевичем.

Отец Василий lll перед смертью (+03 декабря 1533 года) объявил своим наследником трёхлетнего князя Ивана, а годовалому князю Юрию назначил в вотчину Черкизово, Углич, Мологу, Бежецк, Калугу, Малоярославец, Медынь и Мещовск. Вдобавок к уделу ему даётся для дворового обихода несколько сёл под Москвой и в Московском уезде.


Предположения:
Можно предположить, что царь надеялся на молитвенное предстательство и исцеление князя Юрия - с девяти месяцев его брали на богомолье сначала родители, потом брат Иван. Желание было велико, но исцеления не случилось. По факту, царь наделил вотчиной недееспособного сына, не назначив ему опекуна.

Страсти по князю Юрию

Официальную ответственность за князя Юрия брат Иван взял в 1547 году, хотя он и до этого не отпускал брата от себя. А в 1547 году князь Юрий (15 лет) осыпает Ивана золотыми деньгами на церемонии венчания брата на царство 16 января.
Вскоре на свадьбе брата и царя с Анастасией Романовной Захарьевой-Юрьевой третьего февраля удостоен "большого места".

И уже третьего ноября того же года князя Юрия женили на княжне Иулиании Дмитриевне (12/13 лет) из рода Палецких. После свадьбы царь Иван указал семье жить при его дворе в Кремле, в перестроенных для них бывших дядюшкиных палатах. Невестки Анастасия и Иулиания поддерживали добрые отношения. Князья Палецкие, не владели, но управляли вотчиной князя Юрия.

Семейная жизнь Иулиании Дмитриевны продолжалась шестнадцать лет. Она родила двух детей за это время, умерших во младенчестве. А 25 ноября 1563 года скончался и её глухонемой супруг князь Юрий Васильевич, едва дожив до 31 года.

Страсти по вотчине от Василия lll

В 1553 году Иван Васильевич сильно занедужил. Сразу между боярами возник вопрос престолонаследия, прежде подогретый недовольством женитьбы царя на простой девице, что воспринималось как укор знатным родам. Бессловесный князь Юрий Васильевич не был опасен, но тесть его, князь Палецкий, послал сказать двоюродному брату царя, князю Владимиру Андреевичу Старицкому, и его матери Ефросинье Старицкой, что он, Палецкий, не будет противить возведению князя Владимира на престол, если они дадут Юрию и жене его удел, назначенный ему в завещании отца.


Предположения:
Вотчину от отца князь Юрий не получил, как недееспособный. Это было, несомненно, в интересах князя Юрия, но этой "несправедливостью" решили воспользоваться князья Палицкие. Юрий де получит должное. На деле - получат Палицкие от Владимира, двоюродного брата.

Напомним, князь Юрий Васильевич, по достижении взрослого возраста (женитьбы) должен был вступить во владение Углицким княжеством, по завещанию отца Василия III. Однако Иван Грозный проигнорировал это важнейшее положение отцовского завещания и оставил недееспособного брата с невесткой при своём дворе, на полном государевом иждивении.

Уведомление Палицкого явилось, по сути, доказательством заговора Старицких-Палецких против царя. Царь выздоровел. Спустя десять лет заговор был раскрыт. Основная цель заговора - освободить трон от Ивана lV в пользу его двоюродного брата Владимира Старицкого. Основное средство - яды.

Немного фактов из хронологии:

В 1553 году умер первенец царя Ивана Дмитрий. В том же 1553 году заболел сам царь Иван. В 1560 году умер первенец князя Юрия. В том же 1560 году была отравлена царица Анастасия, что подтверждается современными методами анализа волос и сохранных тканей. В 1562 году был отравлен князь Юрий, можно и это предположить. Повар на дознании сослался на указание Старицких подмешивать яд в еду.

Страсти по Иулиании

Иулиания имела пятерых братьев, занимавших достаточно высокие государственные и военные должности: Андрея, Бориса, Василия, Семёна и Фёдора Дмитриевичей. Все братья остались бездетными, трое погибли на Ливонской войне: Семён и Фёдор — в битве на Улле в 1564 году, Василий — при защите Суши в 1567 году. В 1547 году братья отправили сестру двенадцати лет на смотр невест. Этот смотр, вернее, скоропалительность смотра, не имеет предположений. Пятнадцатилетнему князю Юрию - двенадцатилетняя жена. До 1558 года брак, может быть, и не был консумирован. А в 23 года рожать пора пора. 

В ходе смотра невест, представлявших различные знатные семейства, Юрий Васильевич, по свидетельствам летописных источников, будто бы сам сделал выбор в пользу дочери заслуженного воеводы Палецкого. Современные историки усматривают за таким решением политический расчёт - родство с правящей династией. Возможен и обратный вариант - царю понадобилось родство с военной аристократией.

В перечне гостей свадебного торжества преобладают не родственники невестки царя Палецкие, а родственники царицы Анастасии Романовны — Захарьины-Юрьевы и Захарьины-Яковлевы

31 мая 1550 года Иулиания (Ульяна) упомянута в разряде свадьбы двоюродного брата своего мужа князя Владимира Андреевича Старицкого и Евдокии Александровны Нагой.

Сам факт разрешения Юрию Васильевичу на брак до рождения наследника у правящего монарха был против правил. В гипотетическом случае бездетности Ивана Васильевича рождённый у его младшего брата мальчик автоматически становился бы законным престолонаследником. Ребёнок при недееспособном отце имел бы регента (опекуна). Скорее всего, бездетный царь стал бы регентом, а не кто другой.

Опасения оказались тщетны - у Ивана Грозного в 1559 году (когда Ульяна родила мальчика) было уже два сына — шестилетний Иван и двухлетний Федор (первый сын царя Дмитрий умер во младенчестве в 1553 году).

Сын князя Юрия, Василий, умер 20 февраля 1560 года, не дожив двух недель до года. Известно, что через какое-то время у царской невестки родилась дочь Дарья, которая также умерла во младенчестве.

После смерти брата 25 ноября 1552 года Иван Грозный щедро обеспечил его вдову: на нужды Иулиании Дмитриевны отписывались доходы от двух городов — Кременца и Устюжны со всеми волостями и сёлами, Кацкой волости и двух дворцовых сёл Углицкого княжества, двух подмосковных сёл с деревнями, а также мельницы на Клязьме с одиннадцатью приданными к ней деревнями. Кроме того, два села Углицкого княжества — Красное и Хороброво со всеми подведомственными им деревнями жаловались княгине в полную личную собственность.

30 апреля 1564 года, через пять месяцев после кончины супруга, княгиня Иулиания, которой в то время было, очевидно, 28 или 29 лет, приняла иноческий постриг в Новодевичьем монастыре, где за пять лет до этого умерла в иночестве её мать. Её участь решил царь, как это и было положено делать.

Иван Грозный вновь проявил немалую милость к овдовевшей в 29 лет невестке, обеспечив ей пребывание в обители на весьма привилегированных условиях. Княгине-инокине были предоставлены внушительные помещения с собственной домовой церковью и отдельным хозяйственным блоком. Известно, в частности, об обслуживавшей её персональной поварне с отдельным погребом и ледником.

Вместе с высокопоставленной инокиней в обители поселили группу приближённых к ней женщин благородного происхождения и немалый штат прислуги. Часть персонала составили те, кто ранее состоял при московском дворе углицкой княгини, часть была доставлена из пожалованных Иулиании Дмитриевне городов. В приходной книге Новодевичьего монастыря сохранился список имён «стариц», присланных из Устюжны для того, чтобы быть приставленными к удалившейся от мира царской невестке. В штат была включена даже группа златошвейных мастериц, для размещения которых оборудовали отдельную светлицу.

Для обустройства быта Иулиании в монастырь завозилась роскошная утварь: так, в собрании Государственного исторического музея сохранилось принадлежавшее ей в годы монашества изысканное серебряное блюдо с выгравированной по окружности надписью Ульяна Удельная. В средствах на содержание этого «двора», расположившегося в стенах женского монастыря, недостатка не было: за Иулианией Дмитриевной и после её пострига остались абсолютно все отписанные ей ранее царём города и волости.

В пользу пребывания Иулиании до конца жизни в Новодевичьем монастыре есть официальные государственные юридические документы высокой степени достоверности. Так, в духовной грамоте Ивана Грозного, составленной им в июле-августе 1572 года, вскоре после его четвертой женитьбы на Анне Колтовской содержится распоряжение о перераспределении большей части городов и территорий, жалованных в своё время царской невестке, в пользу сына, на которого монарх рассчитывал в новом браке.

Царская духовная грамота июля-августа 1572 года:
"А бог даст мне сына с женою моею Анною, и аз его благословляю город Углечь, и Устюжная, Холопей с волостьми, и селы, и с двумя селы, которые даны старице Александре княжо Юрьево Васильевича…" Княгиня Иулиания тридцати семи лет была уже старицей? Шутка - намёк на возраст?

Таким образом, в случае рождения нового царевича владения, закрепленные за Иулианией Дмитриевной, сокращались бы весьма радикально. В её распоряжении оставались бы только два подмосковных села, составлявших её личную вотчину. Соответственно, многократно же сокращалось бы и финансирование её содержания в монастыре. Иулиания (в иночестве другое имя) счастливо избежала лишений - недолгий брак царя с Анной Колтовской остался бездетным.

Забегая вперёд укажу на одну странность - останки Иулиании, в иночестве Александры, были идентифицированы по надписи княгиня-инокиня, но без имени. По мирской логике, умерла либо княгиня Иулиания, либо старица Александра (так её именовал Иван Васильевич). Ну, или хотя бы инокиня Александра.И это не единичный случай.

У царя Ивана Грозного был шурин Никита Романович Захарьин-Юрьев. Его сын именовался в миру Фёдор Никитич Романов (Романов-Юрьев). Почему не Захарьин-Юрьев, как другие братья и сестра? Принял постриг и в русской историографии обычно именовался Патриарх Филарет Никитич.

Будучи родителем государя, до конца жизни официально был его соправителем. Использовал титул «Великий государь» и совершенно необычное сочетание монашеского имени «Филарет» с отчеством «Никитич». Фактически руководил московской политикой. Государственные грамоты того времени писались от имени царя и патриарха - в одном лице, в случае Филарета. Умишком бога не понять.

Два года спустя, в июле 1574 года, в приходной книге Новодевичьего монастыря появляется прямое свидетельство кончины Иулиании Дмитриевны в стенах этой обители: запись о том, что по преставлении инокини Александры (не старицы) принадлежавшее ей село Хороброво жалуется царём самому Новодевичьему монастырю.

Предполагалось современниками, что Иван Грозный мог усмотреть в Иулиании «противницу, строившую козни под чёрной рясой», и её отношения с деверем испортились. Современники называли Иулианию второй Анастасией. Что они имели в виду?

Параллельно одной биографии Иулиании существовала другая биография. В ней Иулиания была переведена из Новодевичьего монастыря, где имела автономное житие со всеми удобствами, в Горецкий монастырь, где находилась Ефросинья Старицкая, основательица монастыря. Обеих инокинь в реке Шексне утопили монахини, а приписали убийство Ивану Грозному. 

Эпилог

В 2007 году, после обнаружения там же фрагмента утраченной раки с написанным на нём именем Иулиании Дмитриевны местные священники по благословению архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилиана приступили к сбору материалов для подачи в Комиссию по канонизации святых Русской православной церкви. И это несмотря на то, что в начале 2000-х годов историк Е.В.Пчелов не только доказывал, что княгиня никогда не покидала пределов Новодевичьего монастыря, но и определял в качестве времени её кончины май 1574 года, а в качестве места её захоронения — подклет Смоленского собора Новодевичьего монастыря.

В 2025 году произошло открытие, в полной мере подтвердившее доказательство Е.В.Пчелова. В рамках реставрационных работ, приуроченных к 500-летию Новодевичьего монастыря, специально сформированная экспедиция Института археологии РАН обнаружила в апсиде под главным алтарём Смоленского собора более двадцати погребений различных периодов, среди которых в наиболее престижном месте непосредственно под алтарём находился склеп с останками Иулиании Углицкой. В соответствии с хорошо сохранившейся эпитафической надписью на крышке белокаменного антропоморфного саркофага, княгиня-инокиня "преставилась в день памяти святого и всехвального апостола и евангелиста Иоанна Богослова» в мае 1574 года — то есть 8 мая 1574 года."

Страсти по Евфросинье Старицкой не рассматриваются, по причине того, что она причислена к лику святых. Там знают, за что.

P.S.
Перед царём Иваном Грозным никто не извинился, хотя за брата он был благодарен невестке и очень щедр. Время скажет своё слово, надеемся.

27-30 мая 2026

Источники:

https://ru.wikipedia.org/wiki/,_ - Иулиания

https://ru.wikipedia.org/wiki/() - Юрий