В тайгу за золотом. 17. Зимовальная яма Б. Олонгро

 Глава 17.

Зимовальная яма на речке Большая Олонгро.               

        В прохладную погоду и долгие ночные заморозки, как сказал танкист, можно ехать неделю без опасения, что мясо пропадёт. К тому же, большие куски мы разделали с максимальным отделением мяса от костей, немного присолили. Вся добыча была уложена в низ десантного отсека вездехода, где уже находились фляги с рыбой, укрыта брезентом. Ближе к обеду вездеход заполз на невысокую речную террасу и, тронулся дальше, объезжая валунистые места и пересекая многочисленные протоки. Андрей свернул в широкий  распадок и, стальная машина, натужно ревя дизелем, полезла в крутую сопку. На самой вершине водораздела танкист заглушил двигатель. Он выпрыгнул из люка, внимательно обозрел окрестности и подвёл итог наблюдений довольным голосом:

         -А эти места мне уже знакомы. Дальше ниже будет речка Малая Олонгро. А вчера мы были в долине Алдакая. Мы протропили вездеходом новую дорогу, теперь отсюда не так далеко до городского водозабора. Ну, не молодцы, ли мы?
         -Здорово, конечно, - согласился Витёк. Тем более  тут и дорога повеселее будет, без этих длинных  марей.

         На спуске расстегнулся замок гусеницы. Вездеход по инерции пролетел метров тридцать по дороге, оставив позади себя всю ленту. Она была слишком тяжёлой, пришлось разбивать её на фрагменты и подтаскивать частями к вездеходу. Вся операция по ремонту, сборке и натяжке гусеницы для нашей бригады, слаженной такой частой работой, заняла от силы час.

        До Большой Олонгро – правого тока Алдана,  доехали за день. Напротив устья стояла крепкая изба с высокими потолками, пластиковыми окнами тройного остекления, со стальными  решётками от медведей. Этот деревянный дом  воздвигли  работники артели «Пламя» для отдыха и рыбалки. Сразу за устьем речки начиналась длинная полукилометровая зимовальная яма. Поставленные  по приезду пять сетей выдали к вечеру улов в виде ведра. На ночь вновь поставили  снасти, постреляли на меткость из карабина по валуну через речку. Завели электрогенератор, перекинули от него проводку  в избу, при свете лампочек поиграли в карты и, легли спать.

        Ситуацию с малым количеством рыбы пояснил подошедший рано утром морщинистый  мужичок неопределённого возраста. Он пришёл с рыбацкой базы «нового русского» из Беркакита Коли Южакова. По молодости Коля попал в колонию после пьяного гоп – стопа. Выйдя на свободу  после двухлетней отсидки, устроился водителем бензовоза в автобазу Якутугля. В наступившие «лихие» девяностые начал заниматься бизнесом. Был общительным, наглым и предприимчивым. Эти качества и изворотливый деревенский ум, позволили найти незанятую нишу в сфере автоперевозок из Беркакита в Якутск. Крепко встав на ноги, Коля, будучи заядлым рыбаком, переоформил в частную собственность оставшиеся после развала геологии домики геологоразведочной партии ниже устья речки Большая Олонгро на реке Алдан. Теперь на рыбалку он стал ездить на вездеходах. Позже, разбогатев,  стал вылетать на базу на арендуемых вертолётах. Надо отдать ему должное: в этих поездках он всегда был гостеприимным и хлебосольным хозяином, любил находиться в тайге в окружении большого количества приятелей, не беря с них за доставку в свои угодья ни копейки. Добытое на охоте и рыбалке,  всегда делил между всех по -честному - поровну.

      Один раз и мне довелось попасть с такой рыбацкой командой на его таёжную базу. Наловив удочками (Коля сети категорически не признавал и запрещал ставить) килограммов двести хариуса, мы его благополучно проквасили в июльскую жару к концу поездки. Из морозильной установки на крыше вездехода, в которой хранился хариус, испарился хладагент. И вот теперь на вездеходе Андрея Пяткова мы доехали до его угодий с другого, западного направления.

       Рыбацкая избушка артельщиков «Пламени» находилась в двух километрах от Колиной базы, поэтому наш заезд со стрельбой из карабина не остался незамеченным. Нанятый охранять домики  земляк Коли из посёлка Соловьёвска Амурской области по имени Гена пояснил:

       - Неделю назад Николай Геннадьевич был здесь сам, выловил на яме одиннадцать мешков рыбы и уехал на своём «Хивусе» в город.

        Вид мужичка был весьма занимательным, как и его речь. Богатое алкогольное прошлое явственно отразилось на худом морщинистом лице.
 
        - Сам- то ловишь рыбу? – спросили его.
        - Нет, далеко ходить сюда надо. Да и зачем она мне. Есть два мешка муки, ящик тушёнки и сгущёнки, пять мешков сахара.   
        - А зачем сахара столько? Варенье, наверное, делаешь?
        -Нет, я чай с сахаром люблю пить. А ягоду не собираю. Это бабье дело.
         -А витамины на зиму?
         -Зачем они, баловство всё это.
        - Бражку же можно поставить.
         -Так-то можно было. Но дрожжей нет.
         -Так можно же без дрожжей. Есть такие народные дрожжи, как…

          Танкист, стоящий сбоку от мужичка, сделал мне страшное лицо и замотал головой.  В какой-то книге я прочитал, что человеческие выделения имеют в своём составе «бродильные грибки», способные вызвать реакцию брожения  «сахарной воды». Об этом я и хотел сказать незнакомцу.

         -Вы не договорили, - явно заинтересованный моей фразой, спросил мужичок.
         -Да нет, сморозил я не то. Конечно, без дрожжей брага не получится.

        Разгорающийся огонёк жизни в его блёклых серых глазах угас, так и не вспыхнув. Он как-то сразу поскучнел, потерял всякий интерес к продолжению общения. Видимо, в  этом разговоре была затронута  важная страница его прошлой жизни.

           Когда он ушёл, не попрощавшись, танкист высказал своё недовольство:

          -Ну, ты даёшь, наука. Он же спалит всю базу с этой брагой, или сам помрёт, пока всё не выпьет. Это же Колин контингент с Амурки, знать надо, там в деревнях трезвых мужиков не осталось, да и баб, наверное, тоже.

      
          За ночь из зимовальной ямы речушки Большая Олонгро пятью сетями уловилось ведро рыбы. Пока разделывали её с десантником, Андрей с Витьком притащили вездеходом, спутанную тросом связку сухостоин. Изба  стояла на краю протяжённой мари без леса с почти пустым дровянником. Закрыв дом ставнями, переехали в сонме брызг кристально прозрачный Алдан. На противоположном берегу сориентировались и поехали на ручей, впадающий в Большую Олонгро. Кто подсказал «танкисту», что водоток золотоносный, он мне так и не сказал. Пробовали мыть песок в разных местах ручья. Всё без толку. В конце концов, Андрей согласился со мной, что золото на поверхности мы не найдём.