Хай Рок, часть 3

Хай Рок, часть 3

Другие регионы

Автор А

Здесь нужно сделать отступление на случай, если нас читают граждане империи, по какой-то причине не знакомые с половой культурой Сиродиила, то есть имперской культурой. Сердцем региона является Нибен. Собственно, половая культура здесь очень сильно зависит от социального уровня и сословия.

Здесь нет легального рабства, поэтому и уточнение свободный, актуальное при описании бретонов, здесь лишнее. Большая часть населения, то есть простолюдины – крестьяне, фермеры, ремесленники, мелкие торговцы, имеют довольно четкие представления о благовоспитанности и целомудрии. Это не значит, что они живут как монахи-клинки, но от традиционных бретонов отличаются разительно. Молодой человек до брака в принципе не стеснен в половых связях, и их количество и частота ни на что не влияют. Девушка, напротив, должна выйти замуж невинной. В древности существовал обряд проверки ее девственности, но сейчас таким почти никто не занимается. Девушки выходят замуж рано, обычно в пределах двадцати лет. Измена в браке считается однозначным основанием для развода. В то же время тайные измены не редкость, особенно для мужчин, которые по долгу службы находятся вдалеке от дома.

Помимо благообразной культуры существует большое число бедных, в основном горожан, чьи нравы значительно более свободны. Из этой среды обычно выходят проститутки. Другой источник пополнения числа проституток – трудовые мигрантки из бретонских земель, для которых жить за счет своей вагины в порядке вещей. Некоторые местные бедные горожанки также живут как проститутки.

В сельской местности существуют сельские девки, обычно по одной на село, которые обслуживают мужчин. Ими становятся обычно потерявшие средства к существованию девушки. Они работают недолго. К двадцати годам они нередко перебираются в Хай Рок, где ценятся опытные девушки, и выходят там замуж.

На запад, ближе к бретонским землям, обычаи несколько меняются. Так, на Золотом берегу есть дикий обычай, по которому совокупления в задний проход и в рот не считаются половыми сношениями и изменой. Девушки выходят замуж с девственной плевой, но предварительно обслужив своей попой и ртом немало народу в течение нескольких лет. Уже находясь замужем, девушка нередко продолжает время от времени тайком давать в попу и в рот своим старым партнерам.

В смежных ареалах, где имперская культура еще не окончательно вытеснила бретонскую, но и не доминирует в полную силу, то есть в большей части земель, встречаются очень видоизмененные обычаи, в числе которых есть похожие по смыслу на описанный выше.

В такой среде в подражание имперцам имевшая много связей девушка не приветствуется в качестве жены, но девственность ее никто не проверяет, и обычно на это вообще не обращается внимание. В результате многие девушки до замужества имеют большой опыт, включая вагинальный, но делают это тайно. Причем не только просто тайно встречаются с мужчинами, но и ходят на встречи в маске.

Встреча с одним или иногда сразу несколькими мужчинами организуется тоже тайно. Есть набор мест, где можно оставить записку. Переписка приводит к месту встречи, обычно в укромном месте, в подвале какого-то дома, в диком месте, в заброшенном здании. На встречу приходит мужчина с открытым лицом, ему скрываться нечего, и совершенно неизвестная ему девушка с лицом, обычно покрытым платком с прорезями для глаз. Она может целоваться с ним, сосать его член, но будет при этом придерживать маску.

На востоке Коловии, где нравы наиболее строги, незамужние девушки иногда тайно встречаются с молодыми парнями, но чаще со зрелыми или немолодыми мужчинами. Девушка не совокупляется с мужчиной, но старательно ласкает и удовлетворяет и удовлетворяет его другими способами.

***

Впрочем, имперская провинция велика, она состоит из множества регионов и образована разными народностями, в древности слившимися в один народ. Обычаи некоторых земель имеют исключения из общих правил благочестия. На самом западе Коловии, в глухих местах графства Кватч, где среди редколесья разбросаны небольшие фермы, существует не очень афишируемый обычай полового сожительства молодых девушек с фермерами.

Совсем молоденькая девушка, обычно будучи ещё девственной, с наступлением совершеннолетия по собственному решению поступает в дом фермера. Там она живет два-три года полностью на содержании хозяина усадьбы и учится, как принято говорить, быть женщиной. Она занимается готовкой, всем домашним хозяйством и помогает хозяину со скотиной и в поле. Девушка живёт с фермером практически в качестве жены и обслуживает его в постели. В отличие от обычаев соседних бретонов, безудержной похоти в этих отношениях, как правило, нет.

Эта связь называется труднопереводимым словом кватченского диалекта, которое означает что-то вроде временного брака. От брака его отличает, помимо конечности срока, также отсутствие обязательств, включая отсутствие верности. Отношения исходят из взаимной выгоды. Девушка получает длительное бесплатное проживание и опыт. Мужчина — помощь в хозяйстве и половую связь. Если девушку что-то не устраивает, она может просто уйти от мужчины. Как правило, в эту связь вступает мужчина немолодой и живущий один. Обычно он старше девушки на тридцать, иногда на пятьдесят лет. Считается, что если девушка научилась возбуждать, удовлетворять старика и выполнять его капризы, она тем более сможет делать это в отношении будущего мужа. В совокупности с получаемым ею опытом хозяйствования эта связь делает ее ценной невестой.

Мужчина приезжает в деревню, сообщает о своем приезде и останавливается в одном из домов или в доме главы деревни. К нему в комнату по очереди приходят желающие девушки. Они сами сообщают ему свои имя, возраст и умения. Обычно в небольшой деревне таких желающих набирается пять-шесть. Часто это младшие сестры тех, кто был у этого мужчины раньше. Фермер даже может устанавливать отношения с конкретной семьей и брать девушек именно из нее по мере их взросления. Если фермер не привязывает себя к одной семье, он, как и всякий мужчина, делает выбор чаще на основе внешних данных. Приходящие к нему обычно девственницы. Их девство считается частью платы ему за будущее содержание и обучение. Выбирая девушек, мужчина не должен их портить, пока не сделает свой выбор. Однако во время смотра они раздеваются, и он осматривает и ощупывает их. Некоторые прибегают к запрещенным приемам, чтобы убедить его, например, сосут ему член или дают ему поиметь себя в попу. Другие просто обнимают и целуют его. Срок оговаривается заранее, но по обоюдному решению может быть изменен.

Мужчина кормит девушку, покупает ей одежду, в случае необходимости оплачивает помощь врача. Тем не менее, считается нормой, если хозяин экономит на сожительнице. Он почти не покупает ей сладостей, обычно не считает себя обязанным покупать ей украшения или дорогую одежду, поскольку эти отношения рассматриваются все же не как любовные, а скорее как трудовой контракт. По этой же причине, несмотря на добровольность отношений, мужчина занимает выраженно главенствующее положение, и обычно всё проживание девушки состоит в основном из выполнения его указаний. Он указывает ей, что делать по хозяйству, рассказывает, как сделать это лучше. Так же и в постели. Принято, что в теплое время года девушка ходит всюду голой и босой, особенно, если ферма находится вдали от глаз посторонних.

Девушка имеет право на отношения с любым другим человеком. Вообще, хорошим тоном считается, если она спит с гостем хозяина. Реже, но бывает, что девушка может обслуживать сразу компанию гостей.

В том же регионе в некоторых северных деревнях мы фиксировали совершенно неизвестный и, по-видимому, весьма древний обычай так называемых общинных девок. При том, что местные жители вовсе не бретоны и в остальном они живут вполне прилично, негативно относятся к добрачным связям, посещают свои святилища и чтят Талоса, в каждой такой деревне есть одна девушка общего пользования.

Таковой становится девушка по собственному желанию. Это настолько не вяжется с их общей культурой, что мы в начале даже пытались выяснить, не принуждают ли ее, но никаких указаний на это не нашли. Никаких сведений об этом явлении нет даже в имперской канцелярии Кватча. Впрочем, позднее другой брат обнаружил  записи кватчанского клирика прошлого века, где описан почти нынешний обычай, но уверено сказано о его связи с местным культом Азуры, что само по себе довольно странно, к тому же никакой такой связи сами мы не нашли. Местные жители не афишируют обычай, почти скрывают его, чтобы не привлечь внимание канцелярии и Храма. По этой причине и мы обойдемся без географии.

Девушка в таком статусе прибывает два-три года, потом уезжает в город, где о ней ничего не известно, и обычно выходит там замуж. Избирается новая из нескольких кандидатур совсем юных девушек, только вступивших в совершеннолетие, но не из этой деревни, а из другой, иногда довольно отдаленной, чтобы не пересекаться с родственниками. Выборы происходят в доме сельского старосты и решение принимает кружок местных мужчин. Кандидатки раздеваются и собирают голоса. Выбранную, которая нередко и вовсе еще девственна, первым имеет староста.

Девушку поселяют в отдельном доме, обычно на окраине деревни. Ее кормят и одевают за счет деревенского общака. К ней приходят все желающие мужчины в любое время, но обычно по одному и не больше трех в день. И, словно бы речь идет о бретонах, сношения с общинной девкой не считаются изменой.

***
Автор Б

Коловианские половые обычаи описывать сложнее бретонских, в том числе потому что они, конечно, намного более прозаичны, и описывать культуру изнутри намного сложнее. Религия Девяти наложила серьезные нравственные ограничения на архаичную культуру этого лесистого нагорья. Женщины любого возраста и состояния должны закрывать ноги ниже колена и руки ниже локтя. С другой стороны обязательности ношения головного убора нет вовсе. Обнажение недопустимо, кроме как при брачном партнёре или враче. Храм предписывает половые отношения только а браке. Само собой, никакого аналога периода мирисэ здесь по общему правилу быть не может. Сразу после совершеннолетия или через пару лет после него коловианки выходят замуж, за мужчину своего сословия.

Наибольший интерес представляют здесь как раз нарушения этих базовых принципов. Если у бретонов половые нормы представляют собой сложный винегрет из влияния пуританской имперской культуры, довольно заметных местных обычаев, которые на многих территориях считаются нормами, в различных сочетаниях первого и второго, то у коловианцев есть явное разделение на норму и более или менее распространённую аномалию.

Среди знати мораль соблюдается более явно. Девушка здесь часто выступает политическим товаром, который не должен быть порченным. Половые связи до брака или вне брака редки и скрываются. У простолюдинов обычаи проще. Есть явная зависимость от удаленности храма и городской цивилизации в целом. В небольших поселениях, где нет храмовых служащих, а верования переходят в домашние с теми же богами или вовсе с какими-то древними культами, половая культура более активна.

Почти в любой коловианской деревушке мы находили симпатичную девушку, которая после разговора с нами сама приглашала нас в сарай или иногда к себе домой, где мы имели ее по очереди. Закончив, мы платили ей деньги или дарили что-то ценное. Давать деньги или вещи до секса для них оскорбительно, но после считается приятным подарком.

В нескольких холдах в более глухих местах есть обычай общей девушки. Это обычно довольно симпатичная девушка, которая по собственному желанию становится любовницей всех мужчин селения. Они встречаются в специальном укромном месте. Формально это скрывается, но обычно всем известно, кто она. Жены или не знают, что их мужья ходят к этой девушке, или не считают это изменой.

За связь с ней нет установленной цены, но она живёт обычно целиком за счет подарков своих партнёров. Если в селении четыреста человек, мужчин из них около семидесяти, из которых регулярно посещают ее не меньше сорока. Никакой очередности у них нет. Чаще всего она просто приходит в условленное место и ждет. Иногда к ней приходит сразу несколько посетителей, которые становятся в очередь. Она берет с собой ведерко с водой и старается подмываться и полоскать рот между ними.

Если в обычных отношениях у коловианцев секс в рот или в попу считается унизительным, то обращение с общей девушкой походит на обращение с бретонкой. Мужчина имеет ее сначала в рот. При желании он может поиметь ее в попу, она обычно хорошо справляется с этим. Он ложится на нее всем весом, давит, зажимает, довольно сильно шлепает.

***

Известно также такое явление, как подражание бретонкам со стороны женщин некоторых других рас. Особенно это распространено среди сиродиилок, как ввиду того, что из всех иностранцев именно сиродиильцев больше всего в бретонских землях, так и из-за того, что сиродиилки, если они достаточно светлокожие и не очень высокие ростом, больше всего похожи на бретонок.

С чисто психологической точки зрения разница с нашими девушками в первую очередь в том, что они воспринимают себя как дающую, одаривающую сторону, которая по своей милости, доброте или из любви одаривает мужчину сексом. Либо она получает что-то взамен, деньги, блага, статус. Бретонка воспринимает секс как что-то необходимое в первую очередь ей самой, как еду или иные блага. Отсюда различие в восприятия количества секса. Дарить и отдавать нельзя слишком много. Тогда как чем больше благ имеешь сама, тем лучше. У сиродиилок много секса признак распущенности или социального дна. У бретонок прямой связи между количеством секса и уважением в обществе нет. Конечно, секс с богатым мужчиной, аристократом или иноземцем повышает статус девушки, но только в глазах ее подруг. С другой стороны толочницы или всякого рода извращенки, которые практикуют благотворительность, то есть сношаются с бездомными или заключёнными, воспринимаются бретонским обществом совершенно нормально, а последние часто с уважением.

Подражание может быть вызвано разными причинами. Наша культура предоставляет не слишком много способов хорошего удовлетворения особенно активным молодым особам. Некоторые едут из Сиродиила и прикидываются бретонками. Поскольку в бретонском обществе за любовь обычно не платят, такое могут позволить себе в основном обеспеченные девушки. Они на некоторое время селятся в городах и собирают вокруг себя небольшой круг мужчин. Впрочем бретоны всегда могут распознать чужую в первую очередь по ее неопытности и худшей натренированности. Не всем бретонам это нравится, поскольку в этой культуре ценится опытность и активность девушки.

Самые извращеные юные особы подобно бретонкам посещают тюрьмы, где сношаются по очереди с несколькими охранниками или заключёнными. Некоторые подражательницы получают опыт, тренируют вагину и задний проход, и уже мало отличаются от бретонок.

***

Во всех владениях северян при дворе ярла в прежние времена обязательно имелись тронные девки. Ярла, наряду со старшей дружиной и прислугой сопровождала молодая нагая девушка. Во время официальных приемов она стояла в тронном зале слева от трона, немного позади советника. Справа стоял первый дружинник. В войну этих девушек брали из пленных, в мирное время чаще всего это была долговая рабыня. Иногда она была обута в сапоги. По помещениям и по улице в теплое время она передвигалась нагишом, зимой – в простой одежде.

Некогда такая девушка была официальной наложницей ярла, но постепенно отношение к ним изменилось. Распространенной была практика, когда делегация крестьян или горожан, пришедшая к ярлу просить о чем-то или договариваться, получала эту девушку в свое распоряжение на несколько часов или на ночь, особенно, если людям предстоял долгий обратный путь и они ночевали на дворе ярла. В остальное время тронная девка сходилась с кем-нибудь из прислуги. Обычно это были молодые люди, двое-трое человек, которые делили ее между собой. У каждого из них она проводила по очереди ночь, либо они имели ее по очереди в течение каждого вечера.

***

В некоторых отдаленных северных холдах знатные женщины содержат рьеклингов, южную разновидность этих существ с темноватой кожей, ростом чуть выше колена, которых зовут реки. Вопреки распространенному мнению, они вполне разумны и немного выучиваются говорить на бретонских диалектах. Реки попадают к бретонам добровольно, приходя к ним в голодные зимы. Они довольно крепкие и могут выполнять мелкую работу. У них представления о деньгах, поэтому они работают за еду и денежную плату.
 
Некоторые поселяются у женщин, если те достаточно обеспеченные, чтобы их содержать. Рек обычно живет довольно неплохо, спит в кровати хозяйки, ест вместе с прислугой. У них узкий и длинный член, шириной со средний палец бретонского мужчины и длиной в полтора пальца, но женщины ценят этих существ за их активность, большой объем спермы и способность кончать не один раз подряд. Впрочем, наверное самое главное, что рек, в отличие от бретонского мужчины, подчиняется им. Женщины обучают их разным долгим ласкам. Член река хорошо подходит для легкого сношения в задний проход.

Связь с реком не воспринимается как измена, и замужние женщины часто живут с ними. Обычно сначала жену имеет муж, а потом дело завершает рек. Женщина почти всегда спит с реком в постели. Многие имеют по двое этих сожителей, иногда по трое. В этом случае реки обычно имеют женщину по очереди.