Я вдруг поняла: мы сами не даём своим ранам заживать. Храним их, как улики без дела, — кровоточащие, незаживающие. И сами себе судьи, и сами себе палачи. Каждый мастер в этом. По ночам шрамы зовут нас: мы перебираем их, как старые письма, и раздираем снова. Потому что боль — удобное убежище от перемен.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.