Зайка-барабанщик

                (УДИВИТЕЛЬНЫЕ ИСТОРИИ) 

    Жил дед Иван один возле самого леса. А он, как известно, кормилец. И сенца для скотины запасёшь, и дровишек на топку, и ягод-грибов насобираешь...  В общем, всё из него. Так, бывало, с утра до вечера и отмерял километры. И чего только не увидит за день!
   
    Случай, какой запомнился особо, произошёл в конце мая. Трава к тому времени в пояс стояла. Зелёная, сочная. А колыхнётся, будто волна пробежит. Засеребрится на солнышке, переливами прокатит по земле. Глядел бы – не наглядишься…

    Так вот, любуясь красотой, увидел он однажды – среди зарослей что-то серенькое шевелится: то ли мышонок, или птичка какая? Потянулся, чтобы на руки взять, да не тут-то было: ускакал от него малыш, оказавшийся зайчонком. И матери почему-то нет поблизости...
    «Пропадёт ведь ушастик», – подумал старик.
   
    И хоть прыткий оказался найдёныш, изловчился и поймал его. Завернул в тряпку и принёс домой. Настелил в прихожей травки, да и отпустил в неё испуганного зайчишку. А он, словно тут и был, – свернулся комочком и затих.
    
    Правда, через несколько дней повеселел, стал менее пугливым. На руки не давался, но на голос реагировал. Стоило позвать, тут же трусил через все комнаты. За это и получил от нового хозяина кличку Трус. Только скажет дед: «Трус, ко мне!», зайчишка сразу насторожится, встанет на задние лапки, пошевелит ушами, и на всех четырёх припрыгает к деду. Подбежит, схватит, что лежит на протянутой ладони, и – юркнет в сторону, чтобы полакомиться. А вот ручным так и не стал...
    
    Однажды старик проснулся среди ночи от мелкой барабанной дроби. Прислушался: кто-то по окну, словно чечётку отбивает. «Что за наваждение?», – подумал дед Иван. Встал, включил свет – никого. Трусишка сидит в своём углу, поджав ушки. Тоже, наверное, испугался...
    
    Каково же было удивление старика, когда однажды он всё-таки застал проказника за его любимым занятием. Приморившись от жары, хозяин Труса крепко заснул среди дня. Но долго поспать не удалось: очнулся от знакомой барабанной дроби. Открыл глаза, а его любимчик стоит на подоконнике на задних лапках и старается изо всех сил, словно на параде.
   
    «Вот, оказывается, кто заделался барабанщиком!», – рассмеялся тогда старик. И не только ни обиделся на маленького шалуна, даже уже скучал без его «концертов», если зайчишка почему-то долго не веселил по ночам.
   
    К осени Трус стал большим и сильным. Радовался старик, что спас кроху от верной гибели в лесу. А как привязался к своему нежданному гостю! С ним и время проходило веселее, и жизнь приобрела какое-то смысл: есть о ком заботиться…
   
    Никогда из леса с пустыми руками не возвращался: и травки посочней нарвёт, и молодую поросль от кустарников нарежет – всё для своего любимчика.
   
    Можно представить, каково было его горе, когда однажды, возвратившись с гостинцами, не нашёл своего приёмыша дома. Выскочил, видно, на улицу – и всё. Может, собаки испугался. А, может, Природа-матушка позвала…
   
    Затосковал старик: ни сон, ни еда на ум не шли. Бродил часами по лесу: вдруг встретится косой? Может, и узнает своего спасителя. Да только не попадался бродяга! Словно в воду канул…
   
    И вдруг однажды среди ночи дед снова услышал до боли знакомую барабанную дробь по стеклу.
    «Пришёл всё-таки, бездомник!», – чуть не закричал Иван от нахлынувших чувств. Подбежал к окну, а Труса и след простыл… Но, значит, вспомнил, где ему было тепло и уютно! Значит, не забыл дорогу к родному дому?! Вот радость-то!
   
    Теперь каждую ночь старик с надеждой поглядывал в холодное стекло: вдруг появится в нём весёлый барабанщик?! Зайчишка, словно услышал его: и раз пришёл, и два, и три… Будил деда по ночам знакомой дробью, какая отзывалась в сердце одинокого старика радостной песней. А по утрам Иван видел следы гостя на огороде: то морковку украдёт, то капустой побалуется…
    
    Однажды, уже совсем под зиму, встретились старые друзья в лесу. Вышел старик с вязанкой дров на поляну, а заяц стоит на задних лапах и смотрит, словно поджидает его. «Трус, Трус! – закричал обрадованный старик, и даже дрова уронил. – Иди ко мне», – и руку протянул, как раньше. Но заяц отбежал в сторону, и снова – в стойку смирно. А сам ушами – прядь, прядь. Слушает, значит. Но как только старик пытался подойти, отбегал в сторону и вновь поднимался на лапы...
   
    Если бы чужой, не стал бы так играть со своим бывшим хозяином. В общем, покрутил-покрутил возле Ивана, и был таков. С тех пор старик его больше не видел. «Может, прощаться приходил косой? – размышлял после.  - Может, и так...»
   
    Только с тех пор исчез его Трус навсегда. А дед так и не смог потом забыть эту удивительную историю со своим маленьким барабанщиком, который оставил в его сердце такой неизгладимый добрый след. И при каждой встрече с односельчанами взахлёб рассказывал, как подружился с косым.