Глупость руссиян не лечится

     «И еще, — подумал Брэдли, — я люблю историю и хочу сам ее творить; я люблю эту страну и чувствую, что призван защищать ее». Льюис Сицилийский специалист
     - Арестованный требует лист бумаги и карандаш.
     - Вот как ? - деланно изумился Менжинский, не вставая с дивана. - Прямо - таки требует, не просит ?
     - Требует, - подтвердил начкар, с любопытством осматривая кабинет начальника, куда, он точно знал, имели ход только особы, особо приближённые.
     - Ну так и дай, - буркнул начальник ОГПУ, серея.
     " Снова приступ, - думал начкар, возвращаясь в подвал, где размещались одиночные камеры внутренней тюрьмы, - вот если дуба даст, кого пришлют ? Ладно бы, если своего брата душегуба, но могут и партийца прислать, а уж тот яйца нам всем так выкрутит, что проще прямо сейчас в МУР перебраться ". Он подал в кормушку лист бумаги и карандаш, в очередной раз отметив странную способность арестантов быстро обрастать щетиной. Захлопнул кормушку и прислушался к шагам Блюмкина. Тот бросился к столу и принялся скрипеть карандашом. " Пиши, пиши, - думал начкар, поднимаясь по лестнице, - тебя уже списали, толку от твоей писанины ".
     - Алё, гараж ! - шутил он в телефонную трубку.
     - Всё шуткуешь, - отозвалась трубка хрипловатым решительным баритонцем начальника отдела по борьбе с. - Надумал ?
     - Надумал, Глеб Егорыч, - сказал начкар, срывая с себя опротивевшие голубые галуны, - перебираюсь к вам.
     - Значится, так, - шумел голос Жеглова в ухе начкара, - придёшь сразу в мой кабинет, там будет дожидаться один демобилизованный, Шарапов его фамилия, для начала будете работать в паре.
     Сделав так, как велел начальник отдела по борьбе с, бывший уже начкар обнаружил дверь кабинета Жеглова запертой. Ткнулся в соседнюю.
     - Таким мы тебя примерно и представляли, - сказал забавным голосом сидевший за столом очкастый и плюгавый мужчина. - Видишь, Шарапов, даже из ОГПУ к нам бегут, понимают, где дела, а где делишки.
     Прибитый железнодорожными костылями к стене молодой человек в офицерской форме застонал.
     - Обмануть хотел, - дребезгливо рассмеялся очкастый, - Шараповым назвался, а все же знают, что он Хилкс. Это баба его Шарапова, а он Хилкс. Американец, - веско добавил от двери Жеглов, незаметно и бесшумно появляясь в кабинете Гриши - шесть - на - девять.
     - Шпион ? - удивился начкар, обретая наименование Коли Тараскина, так как именно Колей Тараскиным он и был, просто в ОГПУ привыкли обращаться к сотрудникам по занимаемой ими должности, оставляя почётность в полном имени лишь руководящему составу.
     - Пидарас, - презрительно процедил Жеглов, - старьёвщик, позарившийся на морально устаревшую тварь.
     Лишь покрутив головой от такой резкости начальника, Коля Тараскин шёл следом за вёртким Жегловым.
     - Прыгай на ходу, Тараскин, - предложил Жеглов, испытывая нового подчинённого. Многолетняя выучка на Лубянке не подкачала и сейчас. Коротко разбежавшись, Коля Тараскин прыгнул прямо на стену, влипая в её слегка окрашенную охрой поверхность. Выбежавший из своего кабинета Гриша - шесть - на - девять принялся деловито приколачивать железнодорожными костылями тело молодого оперативника к стене.
     - Второй натюрморт за день, - одобрительно высказался идущий по коридору прокурорский Ипать Епатич. - Молодец, Жеглов, не растерял хватку. Не зря тебя начальство хвалит.
     Жеглов, закатив враз побелевшие глаза, упал на пол.
    - Дозанулся, что ли ? - спросил, нахмурившись, Ипать Епатич.
    - Похмелье, - ответил Гриша - шесть - на - девять, оттаскивая тело павшего на производстве начальника отдела по борьбе с в муровский морг.