Об Ижоре, катаракте и отслоении стекловидного тела

Ветер.
Апрельский ветер.
Ветер сильный, холодный, пронизывающий до мозга костей.
Ветер надувает куртку, как парус, пытается её распахнуть — расправить парус и унести (меня)  вдоль по руслу Ижоры.
Ветер нещадно треплет соломенные волосы Ижоры, которые после зимы ещё не причесаны и не уложены.
За зиму Ижора постройнела, подготовилась к лету. Она сбросила свою белоснежную фату, которая укрывала её еще в марте, обнажив непокрытую, неухоженную голову, и теперь ветер, как умелый цирюльник, наводит красоту. Лишние русые пряди безжалостно убираются. Некоторые застревают в ближайших кустах, а некоторые, кружась, падают в воду, и стремительное течение их уносит.
Яркое солнце купается в Ижоре. Проплывающая утка или вынырнувшая ондатра создают на поверхности небольшую волну, на гребне которой мерцает несметное количество ярчайших звёздочек. Эти звездочки, как и само солнце, слепит глаза, но притягивают взор. Даже не хочется смотреть в небо, в котором вслед за клёкотом чаек появляется новый звук. Это огромная стая гусей, крича на многие голоса, летит в синем небе по только им ведомому маршруту.
Небо синее.
Но синева какая-то бледная. Это не яркая зимняя синева и не глубокая синева осени. Синева прозрачная, как прозрачный лес, ветви деревьев в котором покрылись разбухшими почками, но ещё не оперились листвой.
Чайки и гуси пролетели, даже пролетел самолёт на Пулково. Самолет блестит в синем небе, а за ним летит звук, который безуспешно пытается догнать самолёт.
Улетели.
Высоко-высоко в небе появляется маленькая точка. Пытаюсь навести фотоаппарат, но объектив видит только синеву.
Точка пропадает и появляется. Пропадает и появляется.
Наконец понимаю, что это ястреб. Он накручивает круги, то удаляясь, то приближаясь.
Выискивает добычу.
Я вдали вижу лучше, чем фотоаппарат, а ястреб видит лучше, чем я.
Видимо, сегодня он не спустится ниже.
Опускаю глаза. Внизу раздаётся «плюх» - это ондатра вынырнула, увидела меня и приняла моментальное решение уйти под воду.
Пока смотрел на ондатру, недалеко вспорхнула пара уток, затем ещё одна, и ещё, и ещё...
Вот это и называется: «ворон считать».
Смотришь на одно — на вчерашний день, а пропускаешь более интересное.
Утки сначала удаляются, делают круг, а потом летят прямо на меня.
Утки дикие, пугливые. Это в дворцовых парках их прикармливают, а здесь бродят охотники.
Но почему они летят на меня? Загадка.
Не охотник, не знаю.
Хотя через мои руки прошло огромное количество охотничьих ружей, но не охотник.
Смотрю на уток. Вдруг справа взлетает какая-то огромная птица. Хватаюсь за фотоаппарат. Вот сейчас будет чудесный кадр.
Но нет.
Это совершенно не птица.
И даже не взлетает.
Это в глазу плавают ошмётки стекловидного тела.
Современные технологии позволяют бороться с катарактой, и благодаря им, технологиям, и благодаря врачам я получил, как дар, возможность прекрасно видеть. Чем теперь и наслаждаюсь.
Но, как обычно, не совсем хорошо распорядился этим даром. В один глаз при побелке курятника залил жидкой извёстки, что предоставило врачам возможность ещё раз проявить свои волшебные качества и спасти глаз.
А вот во втором глазу после поднятия тяжести образовалось отслоение стекловидного тела.
Однажды ранним утром заметил стремительно пролетающую искру в глазу. Думал, что ерунда, а оказалось ещё хуже.
Но не так страшен чёрт, как его малюют.
Чтобы понять, что такое катаракта, надо взять чистый прозрачный стакан, налить в него воды и добавить пару столовых ложек крахмала. Перемешать. Потом посмотреть на мир через эту смесь.

В полной мере я ощутил, что такое катаракта, за месяц до операции.
Делали небольшой ремонт в квартире с большими окнами, выходящими на юг. Был яркий солнечный день. В помещении горела люстра с пятью лампочками. Мне нужно было карандашиком отмерить нужный размер наличника и отпилить на торцовочной пиле. Я ничего не видел. Пришлось пойти в магазин и купить мощный налобный фонарик «Яркий луч». Он почти на сто метров бьёт...


К сожалению, я не доктор, а скорее пациент, поэтому советы о том, как надо беречь глаза, давать не буду. Тем более помню о том, что незабвенный граф де Ла Фер рекомендовал не давать советы, так как люди поступят наоборот или, в случае неудачи, обвинят того, кто дал совет.
Поэтому поделюсь своими виршами на тему болезни глаз.

Если встали вы с утра,
И не видно ни черта
Из раскрытого окна -
Это, может, просто темень
Дожидается утра.
Но, быть может, это старость
Катаракту привела -
Ни покрышки ей, ни дна.
Значит, время - не зевать
И чаи не распивать.
Надо быстро ноги в руки –
К офтальмологу бежать.
Офтальмолог вас осмотрит,
Глаз промоет и просветит,
Оглядит со всех сторон.
Лоб нахмурит, бровь поднимет,
Нос наморщит
И диагноз изречёт.
Катаракта – это плохо,
Глаукома - ещё хуже,
Отслоение сетчатки
Тоже радость не несёт.
Но бывает, без причин,
Самое обидное,
Отслоится вдруг с утра
Тело стекловидное.
Что же делать?
Вот беда.
Дело очевидное.
Остается лишь признать,
Состояние больного -
Дело незавидное.
Что ж, не будем унывать
И себя оплакивать.
Надо к финишу бежать
Смело и уверенно.
Будь ты стайер,
Будь ты спринтер,
Марафонец, наконец,
Ожидает впереди
Тебя с ленточкой конец.
А за ней - простор и воля.
Описал её в стихах
Добронравов Коля:

«Ленточка моя финишная!
Всё пройдет, и ты примешь меня,
Примешь ты меня нынешнего…
Нам не жить друг без друга».