В никуда...

- Та-та-дам, та-та-дам, та-та-дам...

Коли не задумываться о происходящем, а только прислушаться, то покажется... окажется! - все пассажирские едут в никуда. Даже если табличка, что приникла к окошку за занавеской у титана напротив купе проводника, возвещает об обратном.

Что с того, что там чёрным по белому начертаны названия пунктов отбытия и назначения. У состава своя голова на плечах, он прямолинеен и не умеет лгать, а посему - чётко выговаривая слова, сообщает о том, что едет «в никуда, в никуда, в никуда...»
И даром, что в одном из его вагонов льётся с потолка вода в поддон дУша, а туалетная комната не заперта за тридцать минут до прибытия на крупные станции и открыта теперь во время стоянки в конечном пункте, - душА поезда осталась прежней.
Даже несмотря на то, что гравитационный туалет, - простецкая дырка в полу, - перестал орошать придорожную насыпь, стальные чайные ложечки, как и раньше, звенят язычками в колокольчиках стаканов, а подстаканники с гербом во всю грудь им как бы на вырост.

В чае, по обыкновению, нет привычной, подобающей всякой дороге, крепости и вкуса, но один лишь цвет. Кажется, заместо заварки - придорожная пыль в пакетике с мокрым хвостом нитки, что свисая через край, касается руки безвольно и искательно. Впрочем, не отыщется нынче в кармане проводника тонких брусочков рафинаду, обёрнутых в бумажку.
Прежде сахар в вагоне был лучше иной конфеты, независимо - вприкуску он шёл или внакладку. Его было вкусно касаться, вдыхать приторный, стеснённый фантиком вкус. Да что там - на него приятно было просто смотреть, держать в руке, предвкушая сладость, или зажать в кулаке, с тем чтобы не потратить ненароком, а угостить по приезду братишку с сестрой, поровну - каждому по блестящему, будто лаковому лакомому кусочку. Хорошо, догадливый проводник не жадничал и с лукавой ласковой улыбкой доброго волшебника всегда приносил лишнюю порцию «для молодого человека», либо «барышни».

Кажется, пассажир  поезда едет куда-то? Из провинции в столицу, в отпуск или командировку? Да никуда-то он не едет, но проводит сутки-двое собственной жизни в плацкарте или купе, пережидая разлуку с близкими или совершая побег от себя в «ни-ку-да, в ни-ку-да, в ни-ку-да...»

Минуя воображение и впечатлительность, несложно представить, что поездам и вагонам, им тоже, как людям, хочется поскорее домой,  дабы проскочить с молодецким посвистом мимо безымянных полустанков и обходчиков, вымотанных прогулками по неудобной для ходьбе полосе отвода, да - под сень родного депо...

80 лет Победы или Одуванчики/ рассказы, новеллы, эссе, // И. Сержантова. - Саратов: Амирит, 2025. - 144 с.\ISBN 978-5-00207-888-2