История из самолёта

Эту историю рассказала одна женщина, возвращавшаяся из отпуска.

Это был семичасовой перелёт, чартерный рейс, на котором возвращались с отдыха из далёкой тёплой страны в уральский родной город. Видно было, что люди едут "отдохнувшие": некоторые с красной, "сгоревшей" на непривычно ярком солнце, кожей, в национальной одежде принимающей стороны, с украшениями и в головных уборах, странных для уральской обстановки.

Все были немного уставшими: сборы, задержавшийся самолёт, предстоящий ночной полёт. Люди поднимались на борт с надеждой отдохнуть и поспать.
Но не тут-то было.

Как только самолёт начал взлетать, внимание всех пассажиров привлекла середина салона, откуда раздался пронзительный крик.

Как оказалось, там летела семья: бабушка, дочь и внучка. Внучке было около четырёх лет и кричала именно она. Крик её был почти непрекращающийся, очень громкий.

Пассажиры стали перешёптываться:
— Что же она так кричит-то, а? — тревожно спросил пожилой мужчина.
— А мама с бабушкой вообще... Ноль внимания, как будто не их девочка?! — возмущённо отметила женщина рядом.
— Может, они сильно устали? Мы такое по психологии проходили, — робко предположила девушка в наушниках.
— Наверное, у ребёнка ушки закладывает. Сейчас взлетим — и перестанет? — предположила с надеждой молодая мама.

Но самолёт взлетел, а крик не прекратился. Девочка продолжала кричать. Мама с бабушкой сидели рядом с закрытыми глазами и не реагировали на крик. Соседи попытались вмешаться, потрясти перед девочкой какими-то сувенирами, поговорить с родственниками — ничего не помогало, и девочка продолжала кричать.

Подходили по очереди стюардессы, пытались помочь: предлагали воду, плед, даже конфеты, но ничего не помогало. Наступала ночь, самолёт летел, а девочка всё так же истошно визжала.

Пассажиры начали терять терпение и некоторые уже напрямую говорили родственницам девочки о необходимости что-то предпринять, но те не реагировали. Кто-то пытался шутить:
— Вот они на отдыхе-то отдохнули, обалдевшие возвращаются!

Кто-то возмущался громко, кто-то тихо бурчал себе под нос, кто-то мрачно пытался заснуть — получалось не у многих.

— Мне завтра на работу!
— И мне тоже, — роптали пассажиры.

Опять всё то же — стюардессы, сувениры — ничего не помогало: девочка кричала, обе женщины рядом с ребёнком молчали.

Лететь оставалось ещё часов пять-шесть: девочка кричала уже почти два часа.

Тут с задних рядов поднялась пожилая женщина. Она тихо подошла к ряду, беспокоившему весь самолёт, спросила тихим голосом:

— Разрешите? Пойдём ко мне?

Девочка кричать не прекратила, но не сопротивлялась, когда женщина взяла её на руки.

Женщина стала носить ребенка по салону, тихонько покачивать и напевать: "Баю-баю-баю-бай". Девочка замолчала, пассажиры начали выдыхать.

Когда женщина попыталась вернуть девочку на место, она вновь закричала, пришлось продолжить укачивать и носить на руках. Ребёнок заснул.

Несколько раз женщина пыталась положить девочку, но она всегда просыпалась и кричала.

Так женщина носила на руках девочку всё оставшееся время полёта. Девочка спала, а пассажиры самолёта вместе с ней.

— А когда мы выходили из самолёта, — продолжила рассказ моя знакомая, — мы хотели в пол поклониться нашему герою. Многие проходили мимо неё и говорили: "Спасибо Вам, женщина, спасибо!"

А она растерянно улыбалась и только пожимала плечами.

Даша Гутьеррес