Хороший, не значит любимый. 6 Новый роман

6
Поезд нес меня к любимой, так я это назвал. Уже в этом была загадка. Любимая. Смешно. Пока я не понял, почему, пережив смерть друга и сам чудом оставшийся в живых, не полностью восстановив сознание, я требовал отправить меня к ней. Время думать об этом не пришло, было еще два дня пути, а если точнее, почти три.
Сейчас я сидел в купе проводницы один, Галя понесла дополнительные одеяла женщине с ребенком.

Она, слегка запыхавшись, быстро вернулась, устроившись поближе к окну, всем своим видом демонстрировала нетерпение. Ей хотелось меня слушать.

- Как я оказался в твоем вагоне ты знаешь. Я был так подавлен, что не мог никого видеть. Мне не сразу сказали, что Жени  больше нет. Я же после удара ничего больше не видел. Как только я пришел в себя окончательно, речь, к счастью восстановилась почти сразу, соображал я медленно, я спросил – что с Женей, где он, почему он не приходит. В тот момент я еще не знал масштаба катастрофы.
А случилась именно катастрофа. Произошло сильнейшее 9-бальное землетрясение, вызвавшее цунами. Оно подстегнуло сейсмическую активность.  И действующие, и спящие вулканы региона начали выбрасывать пепел на значительную высоту. В результате землетрясения разрушилась дамба на реке Студеная около Ключевского вулкана. Кроме того, южная часть Камчатки сдвинулась на 2 метра на юго-восток и, по словам ученых, немного опустилась.

Выбросы пепла продолжались и сейчас под влиянием непрекращающихся афтершоков. Активней всего вел  себя вулкан Ключевской, к нему присоединился и вулкан Крашенинникова, который молчал более 600 лет. Ты только представь – молчал 600лет.  Проснулся также вулкан Мутновский, но пока он проявлял только внутреннюю активность. Женька все это предчувствовал, но хотел сам убедиться на месте. Именно поэтому он туда рвался. Только сейчас я начинаю это понимать.  Все эти названия он не раз произносил, вернувшись  из командировки. Он же мог часами рассказывать о Камчатке.

Авачинский, он давно его интересовал, первым активизировался после этого землетрясения, сильней которого не было более 70 лет. Его считали самым безопасным, там принято было праздновать День вулканов. На камчатке это настоящий праздник. К вулканам принято относится с почтением,  хотя времена шаманов давно прошли. Кроме того, Ключевской вулкан, выбрасывающий пепел на высоту до 11 км, стал опасным для авиаперелетов, и в регионе пришлось изменить авиационные маршруты. Все это мне рассказали уже в больнице. Я слушал ребят и не сразу смог их перебить. Понимание масштаба того, что происходило вокруг, делало мои проблемы ничтожными.

Галя, я тебе уже сказал – соображал я тогда медленно. В какой-то момент я почти вскричал – а где Женя? Женя где? Все молчали. Потом кто-то тихо произнес – не кричи. Нет его, Вулкан забрал. Дальше я опять ничего не помню, мне поставили укол, я долго лежал, как бы вновь онемев. Первое, что я смог им сказать – отправьте меня на землю, к любимой. Смутно что-то такое я вспомнил.
Ну а дальше ты встретила меня.

Галя задумчиво сказала:
– Далась же ему эта Камчатка, эти вулканы. Жил бы себе спокойно в Москве. Вулканы и вулканы. Ну что там интересного.

- Галя, для вулканолога Камчатка – лакомый район. Это одно из самых вулканически активных мест на Земле, ты знала об этом?
- Конечно, нет. Давно я училась в школе, да и не очень прилежно. Рано работать пошла, мать одна надрывалась, у меня же еще 2 брата были.
- А отец?
-Их несколько было, да все непутевые. Или время такое было, работы не было, все закрывалось.
- Тогда рассказываю тебе - регион входит в огненное кольцо вулканов по краям Тихоокеанской плиты. Оно протянулось на 40 000 км по берегам Южной и Северной Америки, Японии, Индонезии, Новой Зеландии, Аляски и Дальнего Востока России, это то, что я запомнил из Жениных рассказов. Я относился с легкой иронией к его погруженности в эту тематику. Кое-что вложить в мою голову он сумел. Видишь, смог тебе пересказать все, о чем мне потом рассказали уже ребята. Интересно, я вроде и не все понимал, но, оказывается, запомнил.
Давай заварим чай. Я бы еще выпил с удовольствием, - я хитрил, воспоминания вновь подняли внутреннюю волну скорби.

Галя, конечно, поняла, что мне нужно дать передышку. Быстро заваривая чай, она неожиданно спросила
- Александр, ты сказал – его поглотил вулкан. Так тело не нашли? А отпевать как теперь? Он крещеный был? А ты сам крещен?
- Он был верующим человеком. Думающим много на эту тему. У него бабушка была верующей. А у меня бабушек и дедушек не было. Родители были крещеными в младенчестве. Мама иногда говорила отцу – надо бы его в церковь повести и крестить. Отец не возражал, но они были молоды, много работали, жизнь их была активной, так и не собрались. Женя хотел исправить это, я вроде уже отошел от отрицания всего этого. Пойми, после ранней смерти родителей мне было трудно поверить в справедливость Бога. С годами этот протест поутих. Только вот и он не успел сходить со мной в свою любимую церковь.
- Ты знаешь, где она?
-Знаю, конечно.
- Вот туда и сходи и скажи все батюшке. Не знаю как, но отпеть надо. Не положено душе маяться. Да, получилось как в Писании сказано,  из праха создан - в прах и ушел.
- Я подумаю, - но встретив ее возмущенный взгляд,  почти поклялся – схожу сразу, как вернусь в Москву.
Ее лицо стало дружелюбнее.
- Галя, я вспомнил, Женька как-то мне сказал, что с раем пока не знаком, но что есть ад – догадывается.