Дорога к власти

                ДОРОГА     К ВЛАСТИ. 
                ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.
                Глава XII.

     - Вася, взгляни, чего происходит, - в стремлении услышать отклик, Нина ткнула супруга в бок. Вышло не больно, но чувствительно, так, что тот, к  кому она обращалась, едва не подавился.   
Прикрывая рот, Василий откашлялся.
- Тебе плохо, милый, - стреляя по сторонам зоркими глазами, любящая супруга доложила, - Сейчас я тебя спасу, Васенька.
Хлопок по мускулистой спине сидящего на корточках Василия в следующее мгновение едва не свалил того с ног. У мужчины перехватило дыхание, лишь оперативная закалка дала о себе знать, - С ума сошла. Иди в дом сейчас же.
- Вася, хозяин-то наш вторую ночь странно себя ведет. То на калькуляторе что-то высчитывал, а сейчас и вовсе … бессонница сразила его, ходит туда-сюда. Завтра ему на работу, - снова вернувшись с небес на землю, Нина осторожно проронила, - Может, не выбрали его?
Василий благоразумно приложил ко рту супруги ладонь, что на время сдержало ее безудержное красноречие. Оба не сводили пристального взгляда со стройной, одетой во все черное фигуры, которая, казалось бы, хаотично бродила по саду. Слабое освещение, как с небес, так и от электричества, требовало от неугомонного ходока максимум внимания.
- Вася, у тебя тоже, возникло сомнение?
Ответа не прозвучало. Вместо того, вопрошаемый начал подталкивать ее к дому. Вскоре они разобрались, оставалось только занять положенные предписанием места. И тут в происходящее вмешался случай. Подул ветер, где-то высоко прогремел гром, на землю хлынули потоки воды. В руках у Василия раскрылся зонт. Осторожно, чтобы не привлечь излишнего внимания, услужливый охранник предупредил хозяина о своем приближении приглушенным покашливанием, - Виктор Владиславович, промокли?
Через плечо Подорожный бросил, - А, как ты думаешь?
Позже, когда они добежали до коттеджа, Василий ругал себя. Действительно, зачем было задавать глупые вопросы? Лучше узнать, что их ждет в ближайшем будущем? На помощь супругу явилась Нина Петровна со шваброй в руках. Предварительно уловив от мужа знак: «не болтать», Нина следовала полученным указаниям. Некоторое время, на протяжении которого каждый из троих был занят своим делом, Виктор Владиславович в ванной комнате приводил себя в порядок, Василий отправился в сад, обходить который, он должен был по периметру ежечасно. Не исключено, что завтра он поплатиться за эту исполнительность простудой, с самыми непредсказуемыми последствиями, но, тем не менее, свои обязанности он выполнит неукоснительно.
Теперь, после того, как порядок, на пути их следования был восстановлен, водные подтеки на паркете ликвидированы, пора заняться восстановлением хозяйских сил. Для этого на кухне был заварен крепкий чай из трав, в вазочках лежали два сорта меда. Хорошо поразмыслив, Нина выставила на стол стопку водки. Теперь хозяин точно не заболеет.
Переводя дыхание, все-таки, старалась в спешке, она замерла от восхищения. Перед ней стоял импозантный мужчина, облаченный в темно-серый, гармонично сидящий на его стройной фигуре костюм, только, что без галстука. Туалет довершали золотые запонки.
- Ну, Виктор Владиславович, мимо вас уже без трепета не пройти, - восхищенно проронила Нина.
Подорожный позволил себе улыбнуться, - Перед тобой новый Президент России.
- И это уже официально? – с опаской полюбопытствовала его подчиненная.
Усевшись за стол, Подорожный признался, - Официально …Ниночка, ты и выпить поставила. А, себе?
Вытерев руки о фартук, женщина сняла его. Пригладив немного растрепанные  волосы, она объявила, - А, я не пью.
- Я тоже, но по случаю-то можно, - подмигнул ей Подорожный.
Нина, отнюдь, не лукавила, когда отказывалась от спиртного, но в приятной компании, отчего бы ни выпить?  Стопка ее обожгла. Ощущение было такое, будто она проглотила горящий факел, - Ой, какая крепкая, - спустя минуту проронила Нина.
- У нас имеется армянский коньяк.
Сделав глоток горячего чаю, она ответила, - Мне хватит, Виктор Владиславович. Может, вы еще покушать хотите? – любезно предложила Нина.
- Куда уж теперь … в час ночи, - вздыхал теперь Подорожный. – Нина, хорошо бы и Василия пригласить. Мне нужно сообщить вам кое-что важное.
Растирая слезы, Нина отправилась исполнять данное ей поручение. Под дождь она выскочила с абсолютно мокрым лицом, с размазанными по щекам слезами. Она не станет скрывать свою горечь от Василия. Вероятно, и он уже успел пожалеть о грядущем, - Вася, нас с тобой зовет Виктор Владиславович. Желает сообщить нечто важное.
Ощутив на лице поток ослепляющего света от электрического фонаря, Нина зажмурилась, молча протестуя. Вася посоветовал ей, - Косметику сотри. На тебя без страха не взглянешь.   
- Косметику …  - всхлипывая, повторила Нина, - Дадут теперь нам с тобой отставку. Что будем делать?   
- Что, что? Жить будем дальше, - практично заметил Василий.
Пока Нина заперлась в ванной комнате на первом этаже. Василий скинул с себя мокрую одежду в прихожей. На смену ей был найден джинсовый костюм, в котором он окинул себя критичным взглядом. Нужно выглядеть приемлемо, Виктор Владиславович не терпит нерях. Заняв место за столом в гостиной, Василий терпеливо ожидал, пока на него обратит свое внимание хозяин, стоявший у окна. Чего он там разглядывает, в полной темноте, гадал Василий.    Чай ему был налит, но охранник взглядом указал на водку. Нина укоризненно покачала головой, на что ей ответили улыбкой. И тогда страж  порядка предложил, - А, что, Виктор Владиславович, может, нам выпить для храбрости?
К ним повернулся совсем иной человек, самоуверенный, с далеко идущими планами, презирающим бытовые помехи. Взгляд его кристальных глаз был устремлен куда-то, поверх их голов, будто не замечая их. В атмосфере гостиной повисла пауза, на протяжении которой каждый из присутствующих думал о своем. Сейчас, в переходные годы, быстро найти работу, вряд ли, удастся.  Потом всякая его не устроит, лучше всего вновь обратиться в охранное агентство. Супруга Василия смены места работы опасалась более всего. Не пройдет для нее бесследно, пусть даже временная утрата квалификации.
Прервал затишье хозяин дома. Встряхнув жидкой, точнее, прилизанной шевелюрой, он вновь стал душой-парнем, лучом света в темном царстве, - Ну, что, ребята, испугались? Похож я был на генсека?
На обведенных помадой губах Нины застыла односторонняя улыбка, так, будто правую сторону лица ее парализовало. Подкрашенные глаза ее смотрели печально, словно предчувствуя скорую разлуку. Василий и вовсе не улыбался. Шумно отодвинув стул, он поднялся из-за стола, - Нам готовиться к отъезду, Виктор Владиславович?
- Почему … чудаки. Возможно, скоро у вас появится новый шеф, и он будет ничуть не хуже старого.
- А, мы вас не устраиваем? – осторожно полюбопытствовала Нина.
И, вот он уже, близко, до него можно дотронуться, а ласковая улыбка делала его еще ближе и доступнее, - Конечно, устраиваете. Но мы с вами, друзья, переходим на новый уровень, где все будет другим.
В глазах у Нины появилась предательская сырость. Двое симпатичных мужчин не сводили с нее доверительного взгляда. А, Нина, закрыв глаза, выбежала из-за стола.
- Побежала грим смывать, - прокомментировал Василий.
 Полуоткрытый рот его свидетельствовал о том, что он сказал не все, что собирался. За это время оба успели выпить горячий чай и, перепробовав мед, остановили свой выбор на алтайском. Василий продлил себе удовольствие, опустошив стопку, - Перед выходом под ливень, это – самая малость, - пояснил он хозяину.
Виктор Владиславович пожал плечами, - Твое дело. А, под ливень тебе вовсе необязательно выходить. Там и без тебя есть, кому охранять. Я завтра переезжаю в резиденцию в Подмосковье.
Уточнять адрес хозяин не стал. Василий провожал его взглядом, в котором было все: от сожаления до неприязни. Увидев Васю, окаменевшим от горя, Нина растерялась, но с расспросами не приставала. Глядя, как дрожащей рукой супруг разливает стопки, Нина, все-таки, не удержалась, - Это в честь чего?
- Завтра он уедет.
- А, мы? Виктор Владиславович что-нибудь тебе обещал? Вася, не молчи!
Супруг ее лишь вздыхал. Глядя на заплаканную Нину он не мог найти слов утешения. Еще неизвестно, что больше пугало его: неопределенность или расплывчатые перспективы устройства на новую работу? От внимания женщины не укрылось, сколь уменьшилось содержание бутылки. Задвинув ее под стол, заботливая домохозяйкаа не угомонилась, - Вася, может, нам к нему на новое место попроситься? 
Василий в ответ лишь пожимал плечами. После того, как он оставил службу в органах, в подобной, чуть ли, не безвыходной ситуации он очутился впервые, - Вот, если бы Виктор Владиславович уступил другому претенденту.
- Такие обычно не проигрывают.
На лице Василия обозначился вопрос, - Тебе, откуда известно?
- Потому, что все заранее просчитывают, исключая ошибки. За тот год, что мы здесь проживаем, ты когда-нибудь видел, чтобы обстоятельства застали Виктора Владиславовича врасплох?
- Вроде, нет. Он, вообще, идеал. Не пьет, не курит, не обжорством, не девочками не увлекается.
Нина согласилась, - Да, не найти нам более такого идеального хозяина. Вася, что же ты не идешь во двор?
- Там и без меня есть, кому порядок наводить, - спустя некоторое время Василий добавил, - Меня шеф отпустил.
Нина подошла к Василию и стала за его плечом. Глазам их было нелегко привыкнуть к темноте. Стоя в полосе яркого света, они щурились, всматриваясь в расплывчатые очертания участка, где располагался коттедж, - Видишь кого-нибудь?
Брови Василия вылезли на лоб. Нина расценила свой знак по-иному, - Что и спросить нельзя?
- Тебе самой видно. Зачем спрашивать?
- Завтра что мы будем делать? – задавалась вопросом расстроенная женщина. Растерянность ее постепенно утихала, ее сменяла озабоченность.
- До завтра надо дожить, - мудро заключил Василий, - А, Виктор Владиславович …
Кинув взгляд в сторону второго этажа, Нина и Вася переглянулись, - Спать пошел, - после паузы Нина добавила, - Теперь у него будет целый штат прислуги и охраны, и жить он станет, если ни в Кремле, то в пригородных дворцах.
Оба пару минут помолчали, рисуя в воображении перечисленные условия. Богатая их фантазия рисовала каменные двух - трехэтажные здания с колоннами, окруженные дорожками, посыпанные гравием. В прошлые века по ним подъезжали к царской резиденции конные экипажи. Нина завистливо облизнулась. Вот бы, прокатиться в одном из них. Перед ней услужливо распахивались двери, она отдавала приказания одним лишь взглядом. Челядь не просто боялась ее, скорее уважали. Прислуга исполняла свои обязанности не за страх, а за совесть, считаясь с аристократическими замашками и с видным положением в обществе, у дамы, признанной их госпожой. – Вася, ранее люди не выступали против неравенства в обществе. Почему теперь так много недовольных?
- Грамотных много становится, образованных. Они способны подобрать аргументы, склоняющие к обучению. Кроме того, возможностей стало больше.
- Ты считаешь, в обществе скоро станет больше довольных жизнью?
Василий постарался успокоить сомнения Нины, - Конечно. Теперь Виктор Владиславович порядок быстро наведет. Он же бывший военный, требовательный к себе, но и с других привык спрашивать.
Вновь послышались вздохи. Если мы сегодня расстанемся, то более никогда не встретимся. У каждого будет свой путь, размышляла Нина, возвращаясь в сторожку. Расстилая кровать, она услышала слегка приглушенный вертолетный шум, - Вася, десант высаживается.
Прислушиваясь, Василий застыл, словно радар, улавливая каждый посторонний звук. Неужели Нина не ошиблась и это так и есть, легкая авиация? Ответ он получил скоро. В ярком свете фонарной иллюминации опытный пилот посадил машину в тридцати метрах от дома.
- Вася, его на руках переносить будут?
Раздалось возмущение, - Что ты ерунду городишь! Под зонтиком добежит.
Нина переживала за Виктора Владиславовича, потому поток вопросов у нее не иссяк, - Но Виктор Владиславович у нас теперь самый главный.
Василий не смирился с подобным утверждением, - Главные у нас те, кто работают.
- Но мы с тобой такими привилегиями не пользуемся.
- Нина, Подорожный заслуженно будет пользоваться и многочисленными резиденциями с шикарным убранством, и административными зданиями, выполненными в стиле барокко и   классицизма, а также бассейнами, яхтами, авто и авиапарком, будет направо и налево отдавать распоряжения, пользуясь тем, что он лицо представительского класса. Не в блочных многоэтажках ему жить, поразмысли-ка.
Уголки обрисованных губ Нины фигурно изогнулись, - Он первый сбежит оттуда, только вообрази его под руку со своими изысканными манерами.
- Не исключено, что теперь он на нас и внимания не обратит, а на него теперь все будут взирать как на некое божество. Руководители это любят.
Вдруг собеседник заметил, как ярко по периметру среднего по размеру участка зажглись сигнальные огни. Воздушные лопасти были запущены в работу. – Мотор разогревается, - пояснил Василий.
Теперь никто из них не сомневался в том, что развязка скоро. Из центрального коттеджа быстрым шагом к вертолету направились две фигуры, в руках второй из них была ручная кладь. Не прошло и пары минут, как легкая машина взмыла в воздух, унося с собой их надежды и чаяния на перспективное будущее. В кабине, кроме двух пилотов, находились два пассажира. Один, тот, который позади, не спускал глаз с сидящего напротив. На границе полутьмы и яркой полосы света вырисовывался гордый профиль Человека, перед которым все дороги открылись. Пойдет ли он известным маршрутом или отважится на эксперимент? Каким он окажется для окружающих, быстро ли забудет, что когда-то и сам был таким, как они? Подорожный лишь скользнул взглядом по ближайшим соседям, не на ком не акцентируя внимания. Такова специфика его новой работы: сегодня – здесь, завтра – там. Преданный своей отчизне солдат вздохнул. Теперь он обеспечен ненормированным рабочим днем, расписанными по всем дням недели поездкам, ему гарантирована масса впечатлений и вполне приличное денежное вознаграждением. До боли зажмурив глаза, Виктор через пару секунд широко открыл их. Ничего не изменилось, он, как и прежде летит над Москвой, словно в детской песенке, с юго-запада они переместятся на запад, вот только погода их здорово подвела. И еще, ему стоит свыкнуться с мыслью, за свой «геркулесов» труд он, вряд ли, услышит слова благодарности. Скорее всего, люди станут винить в своих бытовых, финансовых неурядицах его. «Сегодня отключили электроэнергию, живем, как в глухой сибирской деревне. Власть виновата?» «При чем тут власть? У нее и без нас дела найдутся» «Домоуправление не умеет руководить и держать все под контролем. Верховная власть для того, и требуется, чтобы везде порядок был». Сценариев разрешения ситуаций с поломкой может быть масса, но для себя он должен выбрать тот приемлемый вариант, который не спровоцирует множество подобных неурядиц.
В какой-то момент Виктор поймал себя на мысли, что вертолет садится. Последняя попытка сопровождалась зависанием летающей техники, создавалось впечатлением, что она была отдана на милость усиливающемуся ветру.
- Садимся, - предупредил второй пилот.
Всматриваясь в залитый светом круг, Подорожный разглядел посадочную площадку, представляющую собой подстриженный газон. Из-за того, что ветер часто менял свое направление, посадка на приспособленную для определенных целей площадку, заняла несколько больше времени, чем изначально предполагалось. Наконец, парящий полет завершился. В резиденции его уже дожидались, встречали несколько человек, под зонтом. На флагштоке развевался трехцветный флаг с гербом. К ожидающим обратилось официально строгое лицо, -  Почему гимна не слышно?
Пауза среди персонала длилась совсем недолго, - Пожалуйте в зал приема делегаций. Гимн сейчас будет запущен. 
Рядом стояла представительного вида женщина, судя по ее манерам, прошедшая немалую школу этикета. Не успел Подорожный дать «отбой» гимну, как его уже запустили, и вся представительная делегация, застыла в почетном карауле. Позже, поднимаясь в спальню на третий этаж, новый жилец, краешком глаза заметил, как искусно испарилась челядь, что тщетно пыталась пробиться к нему поближе. Дверь в шикарные апартаменты  перед ним распахнула все та же дама средних лет. Сделав шаг в сторону и, слегка поклонившись, она промолвила, - Валентина Сергеевна, ваш администратор, - держалась говорящая достойно и выглядела подобающим образом: минимум макияжа, аккуратная прическа и строгий деловой костюм.
Что оставалось делать Подорожному?
Реагировать подобающим образом, - Благодарю. Для ведения дел мне необходим личный секретарь – мужчина высокообразованный, владеющий двумя – тремя иностранными языками, следящий за собой и своими манерами, ответственный, честный. И еще, запомните, Валентина Сергеевна, более остального я не приемлю ложь и некомпетентность.
При расставании на лице администратора была написана готовность ко всему, к чему хозяин изъявит интерес. Такие, как она, видимо, не умеют отказывать.
Стоило бравой леди исчезнуть из ее поля зрения, как Виктор Владиславович тут же выкинул ее из головы. Лежа в кровати с балдахином, Подорожный наслаждался одиночеством. С подобным изыском, пожалуй, не отказались бы вздремнуть и вельможи царского рода. Недавно он посетовал своему тренеру по у-шу об отсутствие тренировок. Будет, все будет в его разнообразной жизни: верховые прогулки и полеты на истребителях, опускания в глубины морские, катание на горных лыжах и парение на дельтаплане. Главное теперь – слиться воедино с Россией, изучить досконально все ее беды, чтобы отыскать тот единственный и верный путь спасения.
Утро наступило гораздо быстрее, чем его ожидали. За окном уже рассвело, в резиденции нового лидера давно кипела работа. Охранники уже закончили свой ежедневный обход по территории в несколько сот гектаров, заставленных Дворцом лимонного цвета на фасаде, выполненном в стиле классицизма, с теплицами, игровым комплексом, конюшней, спортивным залом. На подступах к резиденции располагался пруд, красиво поделенный на четыре части, в центре которого имелся фонтан. В целях безопасности дворцовый ансамбль, с прилегающими постройками и парком был обнесен шестиметровой стеной.
Проснулся он, несмотря на поздний отбой, рано. Сказалась многолетняя практика служивой жизни. С его вышколенной исполнительностью можно было все совершить, но теперь в его обязанности входит – отдавать распоряжения, в государственном масштабе. Бросив мимолетный взгляд на настенные часы, Виктор заметил, что отдыхал он всего лишь около пяти часов. Большой ковер, настеленный на пол, заглушал его шаги, сама спальня своей торжественностью и изысканностью походила на королевские апартаменты. Именно в такой непринужденной обстановке, вероятно, любили поваляться в постели, понежиться его далекие предшественники. Однако, правильнее будет сразу не позволять себе лишнего. Так Подорожный и поступил.
Через полчаса, облаченный во вчерашний костюм, он имел вполне презентабельный вид. У дверей помещения, где он почивал, его уже дожидались. Уловив вопросительный взгляд нового жильца резиденции, Валентина Сергеевна откликнулась не сразу. От нее ждут вовсе не пожарного реагирования. Для начала Президенту должен быть подобран пресс-секретарь. Обходиться подмогой одного Медляева немыслимо. Ему бы со своим «Газпромом» еще разобраться, - Я жду, Валентина Сергеевна. 
- Завтрак уже накрывают.
Они прошли вдоль длинного коридора второго этажа и остановились у ничем непримечательной двери. Валентина Сергеевна предупредительно распахнула перед ним покои, - Пожалуйста.
Стол, вероятно, накрыт только для него, а в дверях выстроилась шеренга подобострастно застывших, - Стало быть, это про мою честь, Валентина Сергеевна?
- Так оно и есть, Виктор Владиславович, перед вами наш персонал по сменам. Где бы вы ни были, можете не волноваться. Достойно принять вас мы всегда сумеем.
- Благодарю, - приподняв крышку на ближайшем приборе, Подорожный тут же опустил ее на место. Взмахнув безымянным пальцем правой руки, он проронил, -  Думаю, персонал может быть свободен.
Добившись аскетизма в окружении, после Подорожный, слегка насытившись, полюбопытствовал, - Скажите, уважаемая, в каком ВУЗе учат так искусно распоряжаться?
Глаза уставились в глаза, пауза затягивалась. Но, если один из них взирал с чувством превосходства, то другая зрительница, беспомощно оглядываясь, скользила по окружающему интерьеру.
- Валентина Сергеевна, отвечать вам, все-таки, придется. Только вы подумайте, что сейчас будете мне говорить? Я могу повторить свой вопрос, - деликатесы и закуски исчезали в глотке Подорожного с синхронной периодичностью.
- Я прекрасно его помню. Благодарю, Виктор Владиславович. В свое время, я окончила институт иностранных языков, факультет ретро-романтики.
Подорожный слушал и посмеивался, - Я не обманул ваших ожиданий, Валентина Сергеевна?
- Если желаете, мы можем изъясняться на английском или немецком языках.
- А, финский вам знаком?
- Увы, нет. Я не знала, Виктор Владиславович, что вас интересует северная языковая группа. Но я могу изучить его, ради того, чтобы поддержать вашу практику общения.
Подорожный игнорировал ответ на вопрос, - Прислуга также вся имеет высшее образование?
Над его чашкой клубился пар, но ни одной капли не упало мимо. Руки Виктора Владиславовича оставались сухими, в то время, как ответа ожидали от его собеседницы. Разрушив строгость личика, вопрошаемая позволила себе маленькую слабость, - Нет, что вы … весь персонала у нас идеально вышколен, кроме основных своих навыков обладают еще и дополнительными.
- В первую очередь, желаю обзавестись пресс-секретарем. Но имейте в виду, Валентина Сергеевна, вас на роль секретаря я не рассматриваю.    
Собеседница его деликатно промолчала, хотя в глубине души ее раздирало множество эмоций. Многолетняя школа и практики общения в любых условиях сказалась на ее выдержке. Ее желают демобилизовать? Не выйдет, а порукой нам будет выдвинутые в противовес этому самовыдвиженцу политические силы. Пережили мы уже ни одного диктатора, справимся и с этим. На Подорожного взирало иное  личико законопослушного человека, - Что вы, Виктор Владиславович, я не претендую, тем более, что требованиям вашим я и не отвечаю.
Разговор сошел на «нет» сам собой. Ему оставалось только встать из-за стола. Отойдя к окну, он через плечо наблюдал, как умело и аккуратно действует вышколенная прислуга. Если так пойдет и далее, ему останется двигать эскадрильи взглядами, вести военные действия на глубине, замахиваться на глубины большого Космоса. Однако, и теперь к нему не пришло ощущение, что именно для этого он появился на свет Божий.
Когда он повернулся, администратор уже удалилась, его удел – ждать … час, два, может, более. Валентина Сергеевна – продукт, который ему умело в свое время подсунули, снабдив необходимыми инструкциями. Вероятно, сначала они будут к нему присматриваться, нумеровать ошибки, при случае они  расправятся с ним, без всякого сожаления. Он – не пешка, и никогда не опустится до подобного уровня. Устремив взгляд на парковые дорожки, Виктор Владиславович ликовал, и … даже в таких, безразмерных хоромах он поселился один. Государственный деятель не должен ни от кого зависеть – правило, по которому он отныне будет существовать. Вокруг него будет виться назойливая масса людей, многочисленная свита. Остается только выяснить, чем некоторые из них готовы пожертвовать ради общего дела?
- Виктор Владиславович, машина пришла.
Вот она – первая загадка. Валентина Сергеевна успела незаметно проникнуть сквозь двери.
- Хорошо.
Спускаясь вниз, Подорожный еще раз прокручивал в голове предупреждение своего администратора о грядущем среди множества претендентов конкурса на должность его пресс-секретаря. Кроме внимательно изученных анкет претендентов, определенную роль играло заключение медицинской комиссии. Самое решающее слово за того или иного претендента, сыграет именно его голосование. Стало быть, критерии отбора стары, как мир … а он … еще долго будет оставаться самым главным.