Быть нужным

Всю свою жизнь я хотел, чтобы меня любили. Не восхищались, не хвалили — а именно любили. И чтобы я был нужен. Позарез, до дрожи, до невозможности представить без меня своё утро. Я рано понял: просто так, за факт существования, любовь не дают. Её нужно заслужить. И я начал заслуживать.

Я старался быть удобным. Подстраивался под желания дорогих мне людей раньше, чем они успевали их озвучить. Чувствовал малейшие перемены настроения, улавливал тени на лицах, читал молчание. Если тебе грустно — я стану весельчаком. Если тебе одиноко — позвоню среди ночи. Если ты устал — исчезну, чтобы не раздражать. Я так боялся оказаться лишним, что делал всё, чтобы таковым не стать. Соглашался, когда внутри всё кричало «нет». Молчал, когда слова жгли горло. Улыбался, когда хотелось выть. Казалось, ещё чуть-чуть — и я стану незаменим. И тогда меня наконец полюбят. По-настоящему.

Я был удобным другом. Тем, кто всегда выслушает, не перебивая, кто даст взаймы, не спрашивая, когда отдадут, кто подменит на работе в выходной, кто приедет в три часа ночи. Я был удобным мужчиной для женщин, которые искали опору — я становился фундаментом, забывая, что фундамент всегда в земле, его не видно. Я был удобным сыном, выполнявшим ожидания, которые не совпадали с моими мечтами. Я выреза;л из себя неудобные куски, как скульптор, только я не творил шедевр — я методично уничтожал себя.

Я думал: «Быть нужным — это когда без тебя не могут». Но постепенно превратился в функцию. Удобную, надёжную, предсказуемую. Во мне перестали нуждаться в самые важные моменты — во мне нуждались, когда было что-то нужно. А когда всё хорошо, обо мне можно и не вспоминать. Я стал телефонным номером, по которому звонят, только когда сломалась машина, пропали деньги или ушёл муж.

Самое страшное — я это понял. Но продолжал. Потому что даже такая псевдону;жность давала иллюзию, что я существую не зря.

С годами я так привык примерять на себя чужие роли, что забыл, где во мне настоящем заканчивается боль и начинается притворство. Я стою перед зеркалом и не знаю, чего хочу на завтрак. Не знаю, какую музыку люблю. Я разучился злиться, хотя, наверное, должен был. Я стёр собственные границы настолько тщательно, что теперь сам не могу найти, где заканчиваюсь я и начинаются ожидания обо мне.

Я хотел стать нужным, но так и не узнал, как это — когда ты нужен весь, целиком, со своими «нет», со своей неудобной правдой, со своей не всегда хорошей погодой внутри. Мне не дали этого узнать, потому что я сам никому не показывал эту погоду. Я всегда светил чужим солнцем.

И вот итог: я потерял себя. Не героически, не в бою. А тихо, незаметно, по кусочку. Отдавал — и не пополнял. Любил — но не давал любить в ответ то, что прятал. Может быть, меня и любили — да только не меня, а ту тень, которую я старательно отбрасывал в нужную сторону.

Теперь я сижу в пустой комнате, и единственный человек, которому я отчаянно нужен — это я сам. Тот я, которого я не знаю, но которому предстоит заново учиться жить. Без оглядки. Без страха, что отвернутся. Без подстилания соломки каждому встречному. И я понятия не имею, с чего начать. Потому что первая фраза всегда была: «Что ты хочешь?», обращённая к другому. А спросить у самого себя — язык не поворачивается. Мне незнаком этот голос.