Крейсера. Роман. Глава 24

Глава 24.
    Рано утром 4 января, мы отдали швартовые концы швартовой команде из соседней бригады, и отошли от причала. Отряд кораблей в составе ТАРКР «Калинин», ЭМ «Безупречный», РКР «Маршал Устинов», и БПК «Симферополь» под командованием командира 120 БРК капитана 1 ранга А. И. Бражника вышел на боевую службу в Средиземное море.

    На выходе из Кольского, нас встретил корабль разведки «Марьята-2». Как знали, что из главной базы будет выходить целый отряд кораблей. Ради мелких целей они обычно так близко не подходят.
    - Ну вот вам и «главная разведмать», - буркнул командир, разглядывая в бинокль удаленный силуэт. – Разведка? Что там в эфире?
    - Есть радиоразведка! Товарищ командир, эфир переполнен, идёт интенсивный радиообмен между полутора десятков кораблей. Та и норвеги и бриты, и даже американский фрегат какой-то!
    - Это что, у них учения в этом районе?
    - Так точно, совместные учения по поиску лодки. Охотятся за нашей лодкой!
    - Понятно. Ну, пусть ищут…- командир опустил бинокль, и было забылся в своем командирском кресле.
Флагман на переходе ТАРКР «Калинин», и старший на переходе комбриг Бражник,- там! Потому, у нас тишь да гладь, да божья благодать. Только изредка флагман выходит на связь по УКВ, напоминая о том что он есть и он тут главный.
    - Вахтенный офицер! Доложите на флагман данные радиоразведки!
    - Есть!
Пока вахтенный офицер докладывает, командир дремлет в своем кресле. Наконец, после нескольких минут тишины, с флагмана дают команду:
    - «Ноль восемьдесят восьмой! Курс 350, скорость 17 узлов! Идём в район учений! Командование приняло решение немного подпортить праздник «союзничкам»! И …примите меры уже к «Марьяте» сколько она будет болтаться хвостом за нами!
    - Есть! Ответил вахтенный и вопросительно посмотрел на командира. Командир открыл глаза, посмотрел вдаль через иллюминатор и вскочил со своего кресла.
    - Штурман? –крикнул командир, благ штурманская рубка на крейсере через переборку.
Из-за шторы выглянула голова командира группы штурманов Андрея Собгайды.
    - Да товарищ командир?
    - Что ты знаешь про «Марияту-2»?
    - Ну, что это вражеский РЗК, принадлежность ВМС Норвегии, но экипаж американский! Ведут разведку против Северного Флота СССР .
    - И всё?
    - Никак нет! Ещё, что мы постоянно ведем с ней противостояние в международных водах, и на наших полигонах БП.
Командир поскучнел на секунду, потом уточнил.
    - Хороша, но я не об этом хотел вас спросить. Какие меры кроме звуковой и частотной наводки можем предпринять против неё!
    - Насколько мне известно, наши сторожевые корабли пробовали гонять «Марьяту» всеми способами, вплоть до стрельбы по ее кильватерному следу из РБУ или 76-мм установки АК-762. А стандартные меры, это только воздействие на её звуковые, частотные, магнитные приемники. Кстати, у неё скорость 14 узлов. От неё же без проблем можно оторваться! – воскликнул штурман.
    - Так, хорошо, - командир что-то в голове кумекал, точнее, составлял план противодействия вражескому разведчику
Любопытно, что название «Марьята» взято из скандинавской мифологии. Девушка Марьята, гуляя по лесу, съела всего одну ягодку бруснички... и забеременела от нее.
    Можно было кончено влепить «Машке» в борт «ягодку» с фугасно-куммулятивной БЧ! И кстати, это было бы абсолютно законно с точки зрения международного права, поскольку вторглась она в нашу исключительную экономическую зону, с агрессивными целями! Существует официальный порядок запрета захода судов в зону проведения учений, ракетных стрельб, и от стороны, проводящей учения, не требуется никаких иных мер ограждения района.
    - Ладно. Спасибо штурман. Вахтенный?! Дайте команду: Старшему боцману на ходовой мостик»!
    - Есть!
    - И вызовите ко мне командиров БЧ-4 и БЧ-7, и дивизиона разведки и РЭБ!
    - Есть!
Искомые офицеры явились буквально через минуты, как будто только и ждали что их вызовут на Ходовой мостик.
    - Так, боцман, вынеси на ют два сварочных аппарата от механика, и организуйте сварочные работы! Пусть режут, варят и снова режут лист палубной брони который мы сперли в заводе! Аппарат сварочный должен работать на максимальной мощности! Понял меня?
    - Так точно, товарищ командир!
    - Всё, иди! Теперь вы, командир БЧ-4. Врубить по верхней палубе какую-нибудь патриотическую песню, ну например: «День Победы», на максимальную громкость!
    - Есть!
    - Ну и тебе Коля. По моему сигналу, включить станцию РЭБ на максимальные помехи. Пусть «цэрэушники» немного оглохнут, пока отряд будет уходить. По возможности, захватить как можно большую полосу частот. Надеюсь этого хватит,- командир потёр руки и скомандовал:
    - Вахтенный офицер! Связь с флагманом!
    - Есть!
Флагман долго не отвечал, видимо на Ходовом «Калинина» чем-то заняты.
    - «Слушаю вас ноль восемьдесят восьмой?!».
    - «Товарищ флагман! Предлагаю отряду увеличить скорость до двадцати узлов, и уйти в отрыв. У РЗК «Марьята» максимальная скорость 14 узлов! Я буду замыкать строй, и некоторое время буду сопровождать РЗК, подавляя её своими средствами, потом догоню отряд! Как поняли меня, прием?».
Почти минуту на флагмане совещались после чего проскрипела гарнитура и раздался голос флагмана: - Одобряю! Молодцы. Можете начинать!

    Через несколько минут, отряд начал увеличивать скорость, уходя в отрыв от идущего сзади РЗК. Мы же наоборот, снизили обороты, как будто дожидаясь его подхода.
Наконец, «Марьята» пошла параллельным курсом в двух кабельтовых от нас, и командир дал команду по боевой трансляции:
    - Командирам БЧ-4, БЧ-7, добро!
Тут же по верхней палубе загремела музыка и раздались слова песни «День Победы»!
    - Боцман работы начал?
    - Так точно товарищ командир! Две минуты как доложился что начал сварочные работы на юте!
    - Хорошо. Выставите там противопожарный пост с пожарным рукавом и огнетушителями в кормовом коридоре правого борта!
    - Есть!

    Противник терпел недолго. Уже через десять минут, раздался вызов по международному каналу.
    - «Устинов», ответьте «Марьяте»! – на чистейшем русском языке.
У командира брови полезли на лоб.
    - Да ну! Противник пошел с козырей. Так, вахтенный, английский знаешь?
    - Э-м-м-м…
    - Понятно, умеешь только снаряды подавать. Штурман?
    - Есть товарищ командир?! – тут же ответил штурман.
    - Английский знаешь?
    - Так точно! Разговорный и ограниченно специальный!
    - Ну ответь ему, по-английски!
    - Есть!... Reconnaissance vessel «Mariata!» The cruiser «Ustinov» is in touch! – буквально выдохнул штурман в гарнитуру связи.
    - «Ustinov», you are interfering with the peaceful navigation of an unarmed vessel in international waters! (Устинов, вы мешаете мирному судоходству невооруженному судну в международных водах! – ответил РЗК уже по-английски.
    - Надо же! А я думал международные воды, это где-то в окрестностях Флориды, - рассмеялся командир.
    - Что, так и передать?
    - Нет. Скажи, что международные воды находятся миль в сто семьдесят севернее, практически у кромки паковых льдов. А здесь исключительная экономическая зона СССР, и мы имеем право в своей зоне проводить любые корабельные и другие работы!
    - International waters are about a hundred and seventy miles to the north, almost at the edge of the pack ice. And here is the exclusive economic zone of the USSR, and we have the right to carry out any ship and other work in our zone!
    - Ок, ок I got it all figured out, I'm wrong! (Хорошо, хорошо! Я всё понял, я не прав!).
    - Ну вот, хорошо что понял сразу, без принуждения, а то бы пришлось включать соображалку, и отгонять тебя силой, пробурчал командир.
    - Так что ему сказать? – спросил стоящий с гарнитурой в руках штурман.
    - Скажи: «Тогда хорошей погоды и счастливого плавания Фрэнк!».
    - «Ок.Good weather, then, and have a nice swim, Frank!» (Тогда хорошей погоды и счастливого плавания Фрэнк!).
    - «Have a nice voyage, too, Gregory». – ответил РЗК.
    - А что, вы его знаете, товарищ командир? – полюбопытствовал вахтенный офицер.
    - Весь флот знает кто командует «Марьятой». Так и они знают кто у нас какими кораблями командует. Это же разведка!
    - Товарищ командир, РЗК «Марьята» застопорила ход! – доложил вахтенный офицер.
    - Ну вот, что и требовалось доказать! – улыбнулся командир. – Выключить музыку на верхней палубе. Она уже бесполезна. А вот рэбовцам и боцману, пока находиться на местах и работать. У «Марьяты», очень чувствительные приемники, она может вести разведку на дальности до 50 миль. А радиоразведку так вообще до 200! Так что, мы пока погодим отключаться. Дайте команду в ПЭЖ, - «обе машины вперед полный»! Будем догонять отряд! – закончил командир, и откинувшись на спинку командирского кресла, закрыл глаза.
Не скажу что метод борьбы очень действенный, но в хорошую погоду, - идеальный!
    Однако, «Олафы» окончательно отпускать нас не стали. Весь путь до «поворота», нас время от времени сопровождал Р-3С «Орион», самолет боевой патрульной авиации ВМС Норвегии.

    Переход до «угла» закончился более-менее спокойно, хотя море было зимним, штормовым. Недалеко от входа в Северное море, мы зафиксировали интенсивный радиообмен, с десятка кораблей «противника» Именно в этом районе силы НАТО как раз проводили учения по поиску нашей подводной лодки.
    Командиров боевых частей и начальников служб, собрали на Ходовом мостике для объявлений, и командир сообщил:
    - Товарищи офицеры! Только что пришла шифрограмма из штаба флота! Нам надлежит обеспечить форсирование Ферреро-Исландского противолодочного рубежа нашему стратегическому подводному крейсеру!
    - Так «олафы» нашу лодку ищут?
    - Нет. Они пока только учатся, - прокомментировал командир БЧ-7. – Искать будут когда мы мимо пройдем!
    - Это да, - подтвердил командир. – Наша лодка идёт с нами в ордере с самого побережья. А вот пытаться прощупать наш ордер на наличие лодки «олафы» будут! Так что нам надо принять меры заблаговременно.
    - Надо увеличить скорость хода, - предложил механик.
    - Да, в рамкам мероприятий прикрытия, отряд кораблей сейчас будет перестраиваться в две колонны. Между ними и пойдёт лодка. А вот скорость надо уменьшить, до 8 узлов. На этих скоростях лодка наименее шумна, тем более располагаясь между двумя мощными источниками шума. Что мы ещё можем сделать?
    - Разрешите, товарищ командир? – поднял руку командир БЧ-5.
    - Давай.
    - Мы можем повысить шумовую сигнатуру двумя способами: начать перегон забортной воды с одного борта на другой. Включим ГОНы, главные осушительные насосы и просто будем ее перекачивать. А работают они очень шумно! Начнем перекачку топлива из носовых цистерн в кормовые, мы как раз собирались этим заняться перед дозаправкой. И в дополнение, выведем турбины на высокие обороты и выпустим успокоители качки! Эти то шумят знатно!
    - Так, хорошо! Командир БЧ-7. А вы включайте РЛК в режим излучения. Будем проводить общие учения ПВО, для отвлечения внимания противника. Надеюсь, лезть в середину строя отряда им в голову не придет!
    - А если придет?  - спросил штурман.
    - А если придёт, начнём маневрировать, меняя скорости и углы поворота, чтобы отогнать фрегаты противника. У них здесь в отряде больших кораблей нет, так что мощность ГАК не очень
Большая. Проскочим! А тебе штурман, быть готовым к возможной циркуляции, и подготовить к этому рулевых! А лучше, замени рулевого на своего старшину команды! Пусть этот отрезок на вахте постоит наиболее опытный рулевой!
    - Есть!
    - Ну что, с Богом?! Лодка уже под нами!
    - Откуда известно?
    - Мы на связи по ЗПС. Сейчас они нырнут под слой скачка. Здесь он чуть глубже 50 метров, и будут держаться нас. С одной стороны их прикрывает ТАРКР «Калинин», с другой БПК «Симферополь». Так и пойдем. Вопросы есть? Вопросов нет! Разойтись!

    Казалось бы, из года в год, корабли флота решают одни и те же задачи, с упорством обреченных оттачивают мастерство в одних и тех же тактических приемах. Ничего нового, всё старо как мир! Уже и противник мог бы привыкнуть к этой последовательности и разработать новые техники решения. Но нет! Склад с граблями у наших друзей капиталистов всё так же забит старыми экземплярами, которые они с такой же завидной обреченностью достают и с упоением прыгают по ним!
    Для начала, КПУГу противника был подсунут «троянский конь», под названием ЭМ «Безупречный». Эсминец ворвался в район поиска на скорости в 18 узлов и пытался пересечь район по перпендикуляру. «Олафы» конечно возмутились, и пытались урезонить этого разбушевавшегося русского по международному каналу. Увы, на эсминце англоговорящих офицеров «не оказалось», так что достучаться до их «совести» не удалось. Наконец, пройдя насквозь через район, эсминец развернулся и вторым галсом, поперся почему-то во главу КПУГа. Натовцы этого уже стерпеть не могли, и выполнили команду «Поворот все вдруг», устремив свои поиски в другую сторону отдаляясь противоположным курсом от советского отряда.
Не вписавшись в КПУГ противника, ЭМ «Безупречный занял место в строю, и двинулся дальше. Правда, друзья-капиталисты проверить нас всё-таки решились. Буквально через минут сорок к отряду подлетел «Орион». Покружил, покружил, но видимо ничерта не смог увидеть и улетел вовсвояси. Через пару часов, когда отряд подошел ближе к Исландии, прилетело два вертолёта, которые начали тыкать своими опускаемыми антеннами вокруг отряда. Но было уже поздно! В этих широтах, теплое атлантическое течение разделяется на два рукава, поэтому глубины больше, и слой скачка глубже 50 метров. Лодка ушла под слой скачка, и акустики противника могли слушать только шумы четырёх надводных кораблей, к тому же специально шумевших на половину океана, как будто дразня противолодочные силы.
В конце концов, противник решил, что русские специально так делают, чтобы их разозлить, и нарушить порядок проведения учений!
    - Штурман! Курс двести!
Понятно, примем правее чтобы выпустит крейсер в горную гряду, где его никакая SOSUS уже не обнаружит. Нам повезло. С приближением к Фареро-Исландскому рубежу, в северной Атлантике разбушевался шторм баллов на семь, и противнику пришлось сворачивать свои противолодочные зизгзаги. А нам не привыкать форсировать штормовую зону через эпицентр. Поболтало нас знатно, но задачу выполнили.
    - Таш? - обратился оператор надводной обстановки, матрос Кузнецов!
    - И? Спросить что-то хотел, или проснулся в самый неожиданный момент, - с сарказмом спросил его вахтенный офицер БИП.
    - Да не, я про подводников подумал. Как там их качает в воде!
    - Кузя, в «учебке» учиться надо было а не кемарить на лекциях!
    - Так, я учился товарищ старший лейтенант!
    - Боец! Если бы ты учился, то ты бы знал, что на глубине турбулентность потоков существенно меньше, подлодки практически не болтает. Правда в зависимости от глубины, но всё же! Так ка болтает нас на поверхности, их там не болтает!
    - А у нас крылья подводные есть? – в глазах матроса была сама наивность.
    = Есть, есть, только мы летать не научились пока, - усмехнулся старлей.