Далёкая планета Терра

      
                Борис Мишарин
      
      
                Мечты и реальность,
                Фантастика и бытие.
      
      
      
      
   
   
                Далёкая планета Терра…
   
      
      
      
      
      
      Космический корабль-матка бороздил просторы галактик уже около года. И сейчас исследовал группу связанных между собой гравитационным взаимодействием пространств Галактики: Млечного пути, Андромеды и Треугольника. Самая большая из них Андромеда, в два раза меньше Млечный путь и в четыре Треугольник.
      Капитан корабля Зигфрид Онуэл интересовался вопросами эволюций и с удовольствием посещал планеты около желтых карликов, где в разных стадиях развития существовала разумная жизнь. Именно те планеты, обитатели которых еще не развились до уровня космических полетов. Всегда интересно посмотреть развитие жизни, и сравнить её с историей своей планеты.
      Капитан громадного космического крейсера дремал в удобном кресле, вспоминая свой дом. Раннее утро, постепенно поднимается солнце и озаряет верхушки деревьев, еще накрытые легким туманом. Кое-где сверкают росинки алмазными бликами и постепенно высыхают в теплых лучах, освежая изумрудную зелень листьев.
      Воспоминания детства… А в современных реалиях строгость линий металла, пластика, стекла. На три четверти уничтоженная природа восстанавливалась, и для выезда в лес, на речку, в поле необходимо иметь соответствующее разрешение, которое давалось за особые заслуги перед государством. Последствия цивилизации, чудом не перешедшей за смертельную грань.
      Онуэл знал планеты, на которых флора и фауна в результате алчной эксплуатации погибла, постепенно уводя за собой в небытие и всё человечество материков. Может, и возродится там когда-нибудь разумная жизнь из оставшихся многоклеточных существ, но сколько времени это займет? Сотни тысяч лет, миллионы?
      Вошедший в каюту помощник доложил:
      - Господин капитан, в галактике Андромеды, в системе Мирак обнаружен желтый карлик, имеющий десяток планет. На третьей зелено-голубой планете есть разумная жизнь.
      Созвездие Андромеды… Онуэл вспомнил древнюю легенду о царе Цефее, его жене Кассиопее и дочери Андромеде. Хвастовство жены, обиды нереид и нимф, гнев Посейдона. Освобождение красавицы Андромеды Персеем…
      Множество легенд и космических жизней, развивающихся по-своему. Капитан уткнулся в карту, но помощник пояснил сразу же:
      - Господин капитан, планета не исследована ранее и на звездном атласе не обозначена. Разведывательный катер осмотрел ее с воздуха и взял несколько образцов разумных существ. Жизнь в самом начале развития – хижины из жердей и бревен, древесные луки, железные мечи низкого качества…
      За свою долгую жизнь Зигфрид Онуэл побывал на многих планетах различных галактик. Везде одни и те же законы природы, однако, разумные существа могли трактовать их в собственных аранжировках. Но как не трактуй законы, а главный един – каждый человек хочет жить лучше. Отсюда и все его действия. Статус не важен – дерьмократ, простите, демократ, социалист или коммунист, капиталист. На Земле, например, «Кодекс строителя коммунизма» руководители разных рангов сразу похерили, растащив имущество. Растащили именно те, кто учил, судил и управлял. Остались верными догмам лишь большинство рядовых. А почему? А потому, что законы любого государства не должны расходиться с законами природы. Онуэл оставил воспоминания.
      - Приведите ко мне инопланетян, - приказал капитан.
      Он рассматривал их с интересом и, может быть, какой-то ностальгией. Безобразные существа походили на четырехлапых пауков, если их положить на пол. Маленький череп и длинные конечности на торсе. Немного мозга и куча мышц. Но ведь и его раса несколько тысячелетий назад выглядела подобным образом. Это сейчас, обладая левитацией и силой мысли, они могут передвигаться и переставлять предметы, что-то мастерить, не используя мышцы физически. Увеличенная голова и рудементированные конечности… Наверняка этим «паукообразным» мы тоже кажемся уродцами, подумал он.
      Капитан разглядывал инопланетян и одновременно сканировал мыслительный процесс доставленных на корабль существ. Они тоже испытывали определенные чувства. Чувства страха, омерзения и ненависти перемешивались в единый конгломерат эмоций, который они не могли выразить ни словами, ни физически. Преобладала боязнь за собственную жизнь. Они боялись и дрожали от страха, что вполне естественно в их положении, считал он.
      Онуэл ухмыльнулся плебейским мыслям и приказал отправить всех в атомный разложитель. Где-нибудь могут пригодиться их атомы для структурных решеток, и он считал преступным деянием выбрасывать мусор в открытый космос. Нет, больно бы им не было: в космосе, в безвоздушном пространстве они бы лопнули мгновенно, не успев ничего почувствовать. И в разложителе они ничего не успеют понять: каждая клеточка организма улетит в отведенное место практически мгновенно. Было живое существо и рассыпалось на клетки-атомы. 
      Всех в разложитель, кроме одного индивидуума. Он не боялся и не гневался – он, вопреки страху, интересовался пришельцами и желал поучиться, поговорить, узнать что-то новое. Более развитый и пытливый природный ум… такой достоин особого существования. Пусть правит в угоду себе и людям. Людям – это важно!
      
      
      II
      
      
      Небо загрохотало среди ясного дня, жители Терры крестились боязно и поглядывали на небо, не затянутое тучами. Откуда идет этот звук, что грохочет, если нет облаков и колесница Громовержца не несется по ним? Сердится Громовержец, но за что, что сделано не так? Засверкали молнии и высоко в небе появилась маленькая точка. Она опускалась, увеличиваясь в размерах по мере приближения. Вскоре ясно стал виден человеческий контур и обозначился человек, зависший на небольшой высоте.
      Посланец богов – другой мысли не возникало ни у кого и не могло быть в те далекие времена. Никто из людей не мог летать и зависать в пространстве. Гром и молнии в отсутствии облаков… Громовержец явно отправлял на Терру своего сына.
      На базарной площади практически мгновенно собрались все жители города Лесоярска. Все пять тысяч человек от мала до велика.
      Асита, так теперь именовался посланец неба, плавно опустился на деревянный помост для глашатаев, объявляющих с высоты постройки Указы и новости. Жители пали ниц, разглядывая снизу посланца с подобострастием в неведомых доселе одеждах. Но Асита понимал, что время его еще не настало. Он прыгнул с помоста и «растворился», пока все склонялись в почтении. Горожане некоторое время продолжали кланяться, а потом удивленно осматривались, выискивая глазами спустившегося с небес человека. Куда он исчез?..
      Много разговоров и версий случившегося. Большинство подумало, что посланец хочет инкогнито изучить местные порядки и жизнь людей, чтобы потом принимать верные решения. Другие утверждали, что посланцу богов незачем что-либо изучать – они и так знают всё.
      Только князь Лесоярска Газини находился в растерянности и замешательстве, внешне выглядевший уверенным и почтенным. Он понимал, что посланца необходимо почитать или вообще отдать ему власть, чего не хотелось вовсе. Он понимал, что посланец вмешается в его правление, но каким образом, как?
      Асита не вспоминал, что совсем недавно находился на космическом крейсере, что его отец умер от непосильного труда, чтобы прокормить семью. Он помнил, что жил с матерью в простеньком шалаше из веток, который промокал насквозь в сезон дождей. Что трудился не покладая рук, но все равно богатым не становился, даже если охота была удачной. Приходилось отдавать большую часть добычи за прошлые долги.
      Вбежав в жилище, Асита быстро скинул с себя инопланетную одежду – сапоги, брюки, рубашку и кафтан до голени, метровой длины сверкающий меч, положив всё под бамбуковый настил, служивший кроватью. Нацепил одежду из старых холстин. И даже его родная мать ничего не заметила, вернувшись с базарной площади домой. Зачем он это делал? Асита сам не осознавал, словно работал выработанный, но скорее безусловный рефлекс.
      - Сынок, Асита, что теперь будет с нами? Исчез посланец богов, пока мы лежали ниц. Это недобрый знак, - высказала свою мысль мать Аситы Амади, вернувшаяся с городской площади.
      - Мама, - ответил ей сын, - если посланец исчез, то время его еще не настало. Он появится в нужный момент и защитит всех. Я так думаю, мама.
      Амади согласно кивнула головой, не став спорить. Наверное, это так, посчитала она, а может, и нет. И сейчас лучше думать о пище.
      - У нас нечего есть. Я наберу фруктов, а ты бы сходил на охоту, сынок.
      Асита взял в руки лук. Он треснул еще на прошлой охоте и сейчас уже никуда не годился. Изготовить лук – дело непростое. Ветка ясени, дуба или тиса сушится определенным образом. Но эту ветку еще нужно подобрать, найти. Амади поняла, что около месяца мяса у них не будет, пока сын изготавливает лук, а выменять его, естественно, было не на что. Придется влачить существование на фруктах, которые не насытят, но с голоду помереть не дадут. Такова доля большинства людей, когда уже сформировались кланы богатых.
      Асита вздохнул огорченно и достал из-под бамбукового настила нечто, завернутое в тряпицу.
      - Я пойду, мама, может быть, удастся добыть что-нибудь.
      В ответ Амади тоже вздохнула несладко, она понимала, что мясо сын может взять немного только помогая кому-то на охоте на крупного зверя. Разделывая, например, буйвола и таская его мясо в хижину охотника, он может получить кусок в благодарность. Даже небольшую птицу подстрелить не из чего.
      А на космическом крейсере Зигфрид Онуэл улыбнулся, он не вмешивался в процессы развития планет, это не поощрялось Космическим Разумом, но в этот раз не устоял, кое-что усовершенствовал в мозге террянина, подарив лучшее оружие, доспехи и некоторые предметы. Довольный, он приказал проложить курс в спиральную галактику Треугольника. Через столетие интересно будет вернуться и посмотреть, как развивалась планета.
      
      
      III
      
      
      Пятитысячный Лесоярск растянулся на пару километров вдоль широкой реки Званги. Тепло субтропиков позволяло собирать экзотические и питательные фрукты практически постоянно. Население охотилось и рыбачило, занимаясь земледелием в меньшей степени.
      Уже ковали железные мечи, и это означало конец бронзового века, но город Лесоярск, а по сути большая деревушка, жил в древних социальных отношениях. Пятитысячное поселение возглавлял князь, тогда это было совсем не смешным. Все население подчинялось ему и уже образовалась своя иерархия – существовали богаты и бедные. Благодаря уму, силе и удаче кто-то добывал больше мяса и фруктов и имел, естественно, больший вес в обсуждении всемирных вопросов. Но, в основном, богатели те, у кого в семье было несколько сыновей. Отец и трое, например, сыновей могли убивать буйволов достаточно часто без привлечения сторонних лиц и не делиться мясом ни с кем. Могли давать мясо в долг и нанимать работников, увеличивая своё состояние. А что мог один Асита? Только редко и с трудом подстрелить небольшую козу или оленя.
      Асита осторожно брел по саванне. Трава по пояс могла скрывать и прятать естественных врагов из животного мира. Он мог натолкнуться на свирепых гиен, огромного льва, леопарда, наступить на ядовитую змею. Всюду подстерегала опасность и охотники, обычно, по одному не ходили. Не выстоять одному против гиен или львов.
      Асита незаметно ушел в саванну, его бы не понял никто из жителей города – он шел на собственную смерть. Так бы посчитал каждый житель пятитысячного городка. Даже если не наткнуться на свирепых хищников, то лань, газель или другое травоядное не застрелить из лука, не подобраться одному на расстояние выстрела. Можно, конечно, длительное время сидеть в засаде – авось повезет. Потому охотились всегда группами – кто-то загонял дичь, а самые меткие били на повал стрелами и добивали мечами. Но большая охота намечалась через неделю, от которой беднякам доставались лишь крохи. А кушать хотелось сейчас.
      Асита брел осторожно, вынув меч и иногда раздвигая им особо высокие пучки трав. Меч… таких мечей не было ни у кого из горожан. С виду увесистый, но на деле легкий, он был длиннее любого и сверкал сталью, словно лучами солнца. Горожане Лесоярска не были воинами, но некоторые все же имели мечи. Шестидесятисантиметровый железный и часто ржавеющий меч обычного горожанина никоим образом не шел в сравнение с метровой особой сталью Аситы.
      Он помнил, как в детстве на город напало чужое племя. Оно появилось внезапно… Кровь, огонь, слезы… Убитые мужчины, уведенные в плен женщины. Остались лишь те, кто находился за пределами поселения – собирал фрукты и ягоды, охотился, рыбачил.
      Зигфрид Онуэл, капитан крейсера, исключил из его памяти все события, связанные с появлением на корабле. И теперь собственный меч из инопланетного сплава, покрытого серебристо-зеркальным родием, не только рубил и колол врага, но и мог посылать невидимый смертоносный луч на километровое расстояние. Асита получил оружие, которое не будет иметь никто еще многие и многие столетия.
      Он брел по траве и внезапно уловил недовольный рык льва. Тот находился в нескольких десятках метров и разрывал только что убитого бородавочника. Лев не хотел отрываться от обеда, но человек подошел слишком близко и мешал царственной трапезе. Рык не отогнал пришельца, и лев решил наказать его. В несколько прыжков он достиг человека, но Асита, отпрыгнув в сторону, одним взмахом своего сверкающего меча обезглавил царя зверей. Гривастая голова откатилась в сторону, а тело по инерции еще пролетело несколько метров и рухнуло в траву, заливая ее кровью.
      Некоторое время Аситу сотрясал страх от встречи со львом, которая в любые времена не сулила ничего хорошего. Он постепенно приходил в себя, начиная понимать, что действовал интуитивно и разглядывал меч, словно видел его впервые. Потом отрубил от убитого львом бородавочника большой кусок мяса, который смог унести, вытер о траву меч, убирая его в ножны, и прихватил с собой львиную голову. По приходу домой у его шалаша на окраине Лесоярска собралось несколько десятков жителей – никто не ходил в саванну в одиночку и тем более не приносил голову огромного льва, которую Асита воткнул у своего ветхого жилища на кол.
      Довольная Амади развела огонь и готовила на вертеле мясо бородавочника. Сын на многочисленные вопросы отвечал просто: «Лев напал и мне ничего не оставалось, как отрубить ему голову. Со страху отрубил, со страху еще и не то можно сделать».
      Вряд ли кто-то смог бы отрубить голову одним взмахом даже мертвому льву. Меч длиной шестьдесят сантиметров не давал такой возможности, а срез шеи явно показывал, что удар был единственным. Обезглавить льва в прыжке – этого никто представить не мог, но голова на шесте свидетельствовала совершенно о другом. Люди не понимали, стараясь совместить очевидное и невероятное. Даже в группе никогда не убивали львов. Лев… его боялись все.
      В Лесоярске разговоры о пришельце с неба постепенно затихли и вновь разгорелись об отрубленной львиной голове. Как совершить подобное, если длины меча явно не хватает и тем более отрубить голову в прыжке? Никто даже не думал, что лев мог спокойно подойти и подставить голову под меч. Неординарные способности, но Асита такой силой и ловкостью явно не обладал. Бедный крестьянин враз стал известным и почитаемым горожанином. Никому и в голову не могла прийти мысль, что у Аситы находился совершенно другой меч, неизвестный еще никому из террян. Боги помогли Асите, боги, другого трактования событий никто не придумал и не искал.
      
      
      IV
      
      
      Небольшое поселение Лесоярска, именуемое в народе городом, мирно существовало в своих обыденных трудах и заботах. Жители собирали фрукты, охотились, рыбачили, вели бытовые разговоры.  Но однажды на взмыленном скакуне появился иностранный посол. Иностранный, наверное, сказано через чур, но незнакомый представитель совершенно другого города. Скорее всего, из того, чьи воины нападали на Лесоярск пару десятков лет назад.
      На базарной площади собрались все жители города. Посол сообщил следующее:
      - Князь города Верхнегорска и великий полководец одноименной долины Фолами требует от жителей Лесоярска и князя Газини оброк в тысячу женщин и тысячу мужчин, которые станут невольницами и рабами великого князя. Солнцеподобный полководец Фолами дает вам одну ночь на сборы и завтра утром две тысячи рабов князя должны отправиться своим ходом вверх по реке до города Верхнегорска. Ежели неоспоримая воля великого князя не будет выполнена в срок, то его воины уничтожат всех жителей Лесоярска от мала до велика. Никто не останется жить, ослушавшись веления великого и всемогущего князя Фолами. Какой ответ даст князь Газини моему господину?
      Газини сжал кулаки и был готов разорвать в клочья этого наглого посла. Но все понимали, что статус посла неприкосновенен и необходимо принимать решение. Мирный пятитысячный Лесоярск не мог противопоставить силу воинственному тридцатитысячному Верхнегорску. Князь Газини осматривал свой народ с высоты помоста, и уже видел мокрые глаза женщин и сжимающиеся в ярости кулаки мужчин. Его княжество могло выставить против захватчиков всего лишь десяток мечей. А у Фолами их было около пяти тысяч. Жители Лесоярска хорошо понимали, какое решение примет их князь, дабы не погубить всех. Другого выбора нет.
      Каждый житель Лесоярска сейчас думал лишь о том, чтобы выбор пал не на него и мысленно проклинал посла Фолами и его князя. Что делать? Придется смириться с судьбой, другого выбора нет.
      Но на помост внезапно вскочил Асита. Он в ярости закричал:
      - Поганый посол Верхнегорска, собака гиены Фолами, передай своему ублюдку и хозяину, что гордый город Лесоярск никогда не примет никаких унизительных предложений. Я вызываю твоего индюка Фолами на смертный бой. На смертный бой, - в ярости повторил Асита, - победитель которого возглавит оба города и станет повелевать всем. Если собака Фолами откажется от достойного и честного поединка, то все станут считать его трусом, и он не сможет княжить даже в собственной доме. Передай подлецу Фолами, что я стану ждать его и биться у речного водопада, это как раз на середине расстояния между нашими городами. Свободу Лесоярску и смерть гиене Фолами, - крикнул призывно Асита.
      Посол пришел в ярость от оскорблений собственного князя. Он никак не ожидал, что малочисленные мирные жители ответят небывалой храбростью и вызовут его повелителя на честный бой, от которого нельзя отказаться. По неписанным правилам князь мог сам не участвовать в поединке, а выставить своего лучшего воина. Если Фолами победит, то получит не две тысячи рабов, а всех жителей побежденной стороны на вечное пользование. Посол понимал ситуацию, но поделать уже ничего не мог, как и князь Газини. Он поставил коня на дыбы и ускакал в свой далекий город.
      Народ Лесоярска, находясь в шоке, замер. Он одновременно гордился, восторгался и огорчался ответом Аситы. Его поставили на кон, не спросив никого. Многие радовались такому решению, а другие наоборот злились. Если Асита проиграет, то рабами станут все, а что он проиграет – не сомневался никто. Зачем он выскочил со своим предложением? Ушли бы две тысячи, и оставшиеся жители могли жить свободно и беспроблемно. А теперь придется гнуть спину всем мужчинам и стать невольницами всем женщинам и девушкам. Вечные унижения и побои, а в конечном итоге смерть. Смелая и гордая выходка Аситы кидала всех в пропасть. Никто, ни один житель Лесоярска не поддерживал выходку смелого парня.
      Особенно злился князь Газини. Он понимал прекрасно, что его княжество кончилось и придется раболепствовать перед Фолами. Скорее всего, Фолами прикажет отрубить ему и всей семье головы, женщин отдаст для разврата солдатам. В призрачный процент победы Аситы он не верил, не верили в него и другие жители Лесоярска. Его не убивали и не калечили только потому, что кто-то действительно должен выступить против Фолами, что оттянуло бы рабство всего на несколько дней. Газини мог бы спокойно жить и править остатком населения города. А теперь… а теперь ничего. Только презрение и ненависть к выскочке из народа. Именно так в те времена относились к подобным героям и храбрецам.
      Но подленький выход все же имелся. Так считал Газини. Если тайно отрубить голову этому псу Асите и преподнести её князю Фолами, то он сохранит жизнь княжеской семье. О народе Газини не думал, считая его участь решенной. Но подослать убийц не получалось – вечно кто-то крутился ночью около шалаша Аситы. Народ словно охранял его, потому как другой надежды никто не имел. Злился, проклинал и охранял…
      Амади, мать Аситы, естественно, переживала больше всех. Она, как и многие другие, не понимала, как можно вызвать опытного противника на бой человеку, никогда не державшему в руках меча. Но сын сразу же предотвратил все ее попытки поговорить и спросить о чем-либо.
      - Мама, - произнес он серьезно и проникновенно, - еще не настало время задавать вопросы и отвечать на них. Пока ты и другие лесоярцы не поймут ничего. Вернусь с победой – тогда и поговорим. А пока о предстоящем бое ни слова.
      Асита собрал вместе всех жителей города, у которых имелся меч. Таких оказалось десяток. Он обратился к ним:
      - Вы все слышали мой ответ гадюке-послу на базарной площади Лесоярска. Я помню, как двадцать лет назад воины Верхнегорска пришли и убили всех. А сегодня они обнаглели настолько, что даже идти не захотели и выставили условия – прийти самим в рабство. Наш князь не собирался и не собирается защитить жителей Лесоярска, так будем же мы мужчинами. У вас есть мечи, и вы прекрасно понимаете, что воины Верхнегорска никого из вас живыми не оставят. Но они просто так не убьют вас, они станут обучать на вас своих молодых воинов, то есть элементарно забьют до смерти. Ты, Зубери, самый сильный из всех, станешь командиром над десятком солдат и моим ординарцем в том числе. Нас мало, всего десять, но мы с гордостью выступим против проклятого Фолами и победим, я в этом уверен. Мне потребуются храбрые и преданные воины, вы ими станете и поможете мне управлять новой завоеванной великой империей. Большие дела ждут нас, бойцы, а пока станем тренироваться в искусстве боя на мечах.
      Десяток мужчин Лесоярска ничего не понимали, но необъяснимо верили Асите. Верили и повиновались потому, что предпочитали умереть в бою, а не быть позорно забитыми на тренировках воинов Верхнегорска.
      Две недели он тренировал своих бойцов, две недели обучал их искусству фехтования и разным приемам рукопашного боя. Сам он владел этим в совершенстве и не задавался вопросами – откуда. Его тоже не спрашивали – учителю или командиру не принято задавать лишних вопросов.
      Через две недели Асита с бойцами выступил налегке. Оседланный конь, немного продуктов и никаких повозок. На двадцатый день Асита заметил армию Фолами. Князь, уверенный в своей победе, собрал всех своих воинов, чтобы они сравняли с землёй Лесоярск, и отомстили его жителям за обидные и злые слова Аситы. Он уже отдал команду своим воинам грабить, насиловать и убивать. Воины шли в мечтах о добытом богатстве и наслаждении с женщинами. Фолами разрешил насиловать даже маленьких девочек. Не все воины на это были способны, но часть об этом мечтала давно.
      На рассвете к князю Фолами прибыл посол Аситы Зубери. Он прокричал князю и всем воинам послание своего командира.
      - Согласно имеющейся договоренности о битве между великими воинами обеих сторон, сообщаю, что она состоится через час на этом поле. Воины проигравшего дадут клятву верности победившему господину. Верен ли своему слову князь Фолами?
      - Верен, верен, - ответил рассмеявшийся князь, - только кто мне присягать станет? Горстка сопливых бойцов? Десять против пяти тысяч…
      - Победивший возглавит всех, - прокричал Зубери и ускакал к своему стану.
      Цивилизация на планете еще не достигла уровня развития коварной подлости и предательства установленных правил. Князь Фолами мог не принять предложения лесоярцев и напасть на город. Но тогда он бы потерял уважение своих бойцов, ибо его сочли бы трусом все. Асита намеренно поставил врага в положение, когда количество и умение воинов нивелируются. Всё решает схватка двух человек. И оба не сомневались в себе.
      Асита достал из своего тюка полученную на крейсере одежду. Время пришло, и он одевал доселе неизвестную форму из незнакомой ткани. Черные, блестящие глянцем сапоги, зеленые брюки, белую рубашку и шитый золотом зеленый кафтан. На боку длинные ножны, украшенные бриллиантами, рукоятка меча с большим рубином на конце. Его верные воины не видели своего господина в такой одежде и сразу поняли, что он посланец небес. Именно в такой одежде спустился посланец с неба и сейчас сразится с князем Фолами. В победе уже не сомневался никто, одолевавший до селе страх сменился на радость, гордость и величие к своему господину.
      Асита выехал на жеребце до точки соприкосновения. Туда же примчался на своем скакуне и Фолами. Бойцы осматривали друг друга. Асита глядел с ненавистью на крепкого и закаленного в боях врага, он все еще помнил, что благодаря этому князю многие жители Лесоярска остались без своих близких родственников и друзей в недалеком прошлом.
      Фолами выглядел удивленным необычной одеждой противника. Он заметил более длинный меч, но нисколько не испугался таким преимуществом. Искусство боя и техника были на его стороне. Что мог противопоставить еще неокрепший мальчишка против опытнейшего бойца?
      Они медленно сходились друг с другом. Фолами крутил мечом из стороны в сторону, не давая сосредоточить взгляд и уже успел нанести два удара, от которых Асита отпрыгнул легко. Снова излюбленный удар Фолами после отвлекающего взмаха щитом. Асита отскакивает в сторону и наносит ответный удар. От меча Фолами остается лишь рукоятка – отрубленное лезвие отлетело и воткнулось в траву. Высокомерие мгновенно слетело с лица князя под ошеломленный вскрик воинов, и он понял, что сражается с очень достойным противником. Но как выиграть бой без оружия? Страх, обыкновенный страх заползал и сковывал тело Фолами. Асита усмехнулся и произнес громко, чтобы слышали бойцы, стоявшие в стороне, как полагалось:
      - Я разрешаю тебе, князь, взять в руки новый меч и сражаться достойно. Пусть его принесут. Мне не пристало рубить голову безоружной собаке.
      Такое разрешалось правилами и одновременно унижало противника. Опыт боевых действий и искусство владения мечом имели огромное значение в схватке. Пусть не часто, но случай тоже имел место в бою. Поэтому мало кто из опытных бойцов разрешал другому воспользоваться новым мечом. Многие воины Фолами смотрели на него с презрением, как он принимает новый меч из рук своего ординарца. Презрение смоется временем, а жизнь останется – так сейчас рассуждал Фолами. Меч снова в его руках, и он может разить им.
      Князь осторожно и медленно подходил к противнику, все же считая его неискушенным бойцом. Он специально открыл лицо для удара мечом, вынуждая Аситу действовать. Один из излюбленных приемов Фолами, когда противник наносит удар в голову, он отбивает его щитом и мечом свободно разит врага в шею, отрубая голову напрочь. Но меч Аситы взмывает вверх, снова перерубая клинок князя и обрушивается с силой наискось, разрубая туловище Фолами по диагонали. Вздох и вскрик изумления, бьющий фонтан крови из развалившихся половин тела. Всё затихает в наступившей тишине поля.
      Асита поднял над собой сверкающий меч, с которого все еще капала кровь и крикнул в небольшой металлический рупор, заставляя содрогнуться воинов Фолами от невероятно громкого голоса:
      - Признаете ли вы своего нового повелителя Аситу?
      Ошеломленные увиденным, воины встали на одно колено и преклонили голову.
      - Клянетесь ли вы служить мне верой и правдой?
      - Клянемся, - ответили воины хором.
      - Ступайте домой и готовьтесь к встрече своего нового короля Аситы. Я прибуду к вам через месяц. Идите, - приказал Асита.
      Он, не торопясь, возвращался в свой родной Лесоярск. Пять его верных воинов скакали вперед и сообщали о великой победе. Глашатаи кричали с помоста:
      - Властелин Лесоярска и Верхнегорска Асита, король новых земель приветствует жителей города. Больше уже никто не сможет напасть и причинить нам зло. Князя Газини, не способного защитить жителей города, приказываю казнить немедленно и публично, дабы толку от него не имеется никакого.
      Воины скрутили князя и обезглавили незамедлительно. Ошарашенная толпа горожан грабила княжеские покои, выкатывая из подвала бочки с вином. Но прибывшие в город бойцы нового короля приказали вернуть всё имущество назад, ибо это добро принадлежит теперь другому владельцу. А несколько бочек вина разрешили выкатить на помост.
      Горожане кричали здравицы королю Асите и пили вино, истинно радуясь, что не придется идти в неволю и рабство. Удивлялись, как простой горожанин смог победить опытного и могучего воина. Мать Аситы Амади тоже ликовала со всеми, еще не понимая, что она теперь королева.
      Асита въехал в город на вороном скакуне в необычной одежде. Жители сразу же узнали в нем посланца небес и встречали своего повелителя на коленях, опустив голову. Ни у кого не возникали сомнения в победе, ибо посланца небес победить невозможно.
      Он сразу же проехал к своему шалашу и обнял мать. Произнес с радостью на лице:
      - Мама, ты теперь королева Лесоярска и Верхнегорска и должна вести себя соответственно. Мы идем сейчас в бывшие покои Газини, и ты должна переодеться в лучшие одежды. Теперь это будет наш дом по праву.
      
      
      V
      
      
      Празднование победы в Лесоярске завершилось. Народ принял титул короля Аситы безоговорочно не только потому, что он победил князя Фолами, разрубив его туловище пополам. В большей степени потому, что он спустился с небес. Статус посланца богов неоспорим, и все жители относились к новоявленному королю с глубоким уважением, почтением и признательностью.
      Асита, сидя в кресле, размышлял над последними событиями. Дел предстояло настолько много, что голова шла кругом. Но всё сразу не сделаешь и необходимо решать задачи по мере возможностей. Он пригласил к себе верного воина Зубери.
      - Зубери, я назначаю тебя начальником своей стражи и хранителем королевских покоев. Подбери сотню лучших воинов, обучи их приемам владения мечом и одень в одинаковые кафтаны. Каждый стражник должен быть вооружен секирой и коротким мечом, закажи оружие кузнецам, а пока пусть охраняют с тем, что есть. Никто не должен войти в мои покои без доклада. У королевы тоже охрану поставь и пригласи ко мне казначея.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Зубери поклонился не низко, но достойно и вышел. Через некоторое время он доложил:
      - Ваше Величество, охрана у вас выставлена и у Её Величества королевы Амади тоже. Это пока из наших десяти бойцов, а дальше я наберу и обучу стражников. Казначей прибыл, заводить?
      - Тебе, Зубери, предстоит много работы. Назначь секретарем Рунако, он был с нами на битве с Фолами. Пусть он руководит приемом и приглашает нужных мне людей. Заводи казначея.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Казначей вошел, с любопытством разглядывая Аситу. Но стражники по бокам сразу же уронили его на колени и согнули голову к полу.
      - Как звать тебя? – спросил Асита.
      Казначей хотел встать, но стража разрешила только приподнять голову.
      - Бузиба, - ответил он.
      - Ваше Величество, - ткнула его в бок стража.
      - Бузиба, Ваше Величество, - повторил он.
      - Ты, Бузиба, собирал налог с каждого дома. Сколько и каких ценностей находится сейчас в казне?
      - В казне ничего нет.
      Его снова ткнули в бок, и он добавил:
      - Ваше Величество.
      - Князя казнили, а ты, значит, собака, казну спер. Пытать его жестоко пока не сознается, - распорядился король.
      - Нет, Ваше Величество, нет – я всё скажу, всё отдам, расскажу, где прячут деньги жена и дочери князя. Не казните меня, Ваше Величество, бес попутал, истинно бес.
      Он попытался подползти ближе и поцеловать сапоги Аситы, но стражник сапогом прижал его тело к полу.
      - Так бес попутал или все-таки алчность взыграла? – спросил с иронией король.
      - Алчность, Ваше Величество, алчность, - уже всхлипывая ответил казначей, - князь Газини не платил мне ничего, а жить надо на что-то. Помилуйте, Ваше Величество, я преданно служить стану, помилуйте.
      Асита чувствовал, что казначей говорит правду. Газини забирал весь налог, не оставляя в казне ничего для своих подчиненных и им тоже надо было на что-то жить.
      - Я проявлю к тебе милость, Бузиба, и сохраню тебе жизнь. Ты даже останешься казначеем, но должен вернуть всё в казну, в том числе и спрятанное имущество жены и дочек Газини. Ступай со стражниками и верни краденное на место.
      Король махнул рукой и Бузиба, кланяясь и благодаря, вышел спиной из королевских покоев. Асита не ошибся в нем. Казначей указал страже на все потайные места семейства Газини. Ценностей оказалось не мало – два сундука серебра, три золота и пять с драгоценными камнями. Копи князя Газини теперь перешли в собственность короля Аситы. Король оставался довольным – когда есть деньги: можно осуществлять преобразования в стране. Он издал свой первый Указ, объединив территорию Лесоярска и Верхнегорска в страну Арголанию.
      Через месяц он прибыл в Верхнегорск. Жители встречали его с любопытством и недоверием. Он победил Фолами и не поверить своим воинам они не могли. Но слухи о посланце небес их только смешили. Прилетел с неба – чушь полная. Все верили в бога Громовержца и его крылатую колесницу. Упасть с неба и не разбиться – этого быть не могло. Недавно их житель упал со скалы. Кожаный мешок с мясом и костями – более ничего не осталось от человека.
      Аситу встречали у ворот Верхнегорска с куском прожаренного мяса и стаканом вина или нечто похожего на водку. Его бесспорно признавали князем, но тут глашатай зачитал новый Указ. Король, так король Арголании – никто не спорил, но и ожидаемого почтения Асита не увидел. Он понимал, что казнями уважения не заслужить.
      В середине Верхнегорска находился единственный каменный дом убитого князя Фолами. Асита въехал в него и сразу же приказал привести всё семейство бывшего князя. Два взрослых сына, две дочери и жена. Их привели и бросили на пол. Сыновья возмутились сразу же – не пристало князьям стоять на коленях.
      - Князьям? – усмехнулся вопросительно Асита. – Князьям действительно не пристало. Но тут нет князей.
      Он махнул рукой и сынков Фолами утащили, не поднимая. Их мать догадалась сразу и начала просить:
      - Асита, не убивай моих сыновей, Асита, умоляю тебя…
      - Асита я для своей матери, а для тебя, неблагодарная женщина, я Его Величество король Арголании и правитель Верхнегорска. Всыпать ей тридцать плетей за неучтивость, а потом отрубить голову.
      Он перевел взгляд на дочерей, не обращая внимания на раздающиеся женские визги.
      - Этих приготовить к моему вечернему отдыху.
      Дочерей увели более вежливо. Асита сразу же приказал привести к нему местного казначея. Тот не стал ничего скрывать и утаивать, чем заслужил честь остаться на своем посту.
      Король объявил конкурс на планирование строительства своей новой столицы в районе города Верхнегорска и его окрестностях. Разные мастеровые люди приходили к нему, но никто даже близко не обозначил желаемого проекта. Обычные планы домов разнились лишь количеством комнат.
      На третий день секретарь Рунако вошел к королю, поклонился и произнес:
      - Ваше Величество, в городе есть бедный мастер-строитель Тафари. Его не пускали к вам, так как считают неадекватным. Я сам послушал его и понял, что у него много достойных мыслей. Возможно, они сказочные, но вдруг он сможет воплотить их в жизнь.
      - Хорошо, Рунако, заводи этого мастера, послушаем его мысли.
      Тафари вошел и опустился на колени, склонив голову.
      - Говори, - кратко произнес король.
      - Ваше Величество, позвольте узнать ваши желания. Вы хотите возвести город-крепость, город-замок, обычный город и какова будет численность населения? От этого станет зависеть и возводимое строительство.
      Асита удивленно посмотрел на стоящего на коленях плохо одетого молодого человека. Действительно – вполне обоснованный вопрос.
      - Город на сто тысяч человек в будущем и даже с возможным увеличением через десятки лет. Город, окруженный неприступной стеной с моим замком посередине.
      - Я понял задачу, Ваше Величество и смогу ее выполнить, если будут рабочая сила и строительные материалы. Я бы начал с водопровода и канализации.
      - С водопровода и канализации? – переспросил король.
      - Именно так, Ваше Величество. В дома должна поступать вода, чтобы не таскать ее ведрами, а отходы не выливать на улицу или в разные ямы. Необходимо создать закрытые оттоки испражнений за стены города. Тогда в домах появятся чистота и порядок. Конечно, необходимо строить каменные дома даже для простых людей, просто они будут небольших размеров. У дворян побольше, у князей еще больше, а у вас, Ваше Величество, целый замок.
      Король Асита слушал и изумлялся уму простого мастерового.
      - Как ты станешь подводить воду, убирать нечистоты и возводить дома из камня? Где возьмешь столько обрабатываемого плитняка для строительства? Уровень воды в реке ниже домов и вода, как известно, вверх не течет.
      - Ваше Величество, за городом на холме есть несколько ключей. Вода там абсолютно чистая и прозрачная. По желобам она может скатиться в любой дом. Есть даже горячий гейзер, который можно использовать в банных целях. Но воды из ключей не хватит на такой большой город и придется брать из реки. В реке вода не совсем чистая, особенно в половодье, и брать ее необходимо в два этапа. Специальным насосом закачиваем воду в огромную емкость, где вода отстаивается и светлеет. Потом перекачиваем ее в водонапорную башню, откуда она уже самостоятельно течет в любое жилище. Дома можно строить из кирпичей, а королевский замок и крепостные стены из бетона.
      Еще долго Тафари объяснял принципы получения бетона и кирпича, механизм простого насоса или насоса по типу водяной мельницы. В конце беседы Тафари был назначен главным архитектором и строителем Арголании, ему был жалован титул графа и выделена небольшая охрана.
      Король озадачился рабочей силой. Мастеровые Верхнегорска уже приступили к работам под руководством Тафари, но рук явно не хватало.
      
      
      VI
      
      
      Жители города Верхнегорска признали Аситу своим королем, но относились к нему настороженно. Единственная радость – он не грабил город, не убивал и не насиловал женщин, как бы это происходило в случае с другим захватчиком.
      Поверженный город всегда подвергался насилию в том или ином свете. Но горожане находили сему событию объяснение – Асита прибыл всего с десятью воинами и считался слабым. Он выиграл бой не армией, а своей ловкостью, храбростью, умением и силой. Хотя перед боем никто не поставил бы на него и одной копейки. Поэтому большинство считало, что ему сказочно повезло. Так бывает в сражении. Редко, крайне редко, но бывает. В слухи о небесном происхождении Аситы никто не верил. Никто не видел его спускающемся с неба, как в Лесоярске, и жрецы желали видеть князем своего человека, а потому тайно именовали Аситу самозванцем, настраивая народ и прежде всего воинов.
      Люди присматривались к непочитаемому королю и к его идее строительства. Планов его не знали и считали, что он строит себе еще больший каменный дом. Рабочим обещали заплатить из королевской казны, и они трудились, не пререкаясь.
      Асита владел ситуацией, но не принимал никаких кардинальных мер. Скоро народ увидит его силу и преклонится ниц. Он решил проинспектировать армию Верхнегорска и приказал всем воинам выстроиться в поле за стенами города.
      Нехотя и не торопясь, они все же собрались толпой на ближайшем поле с оружием. Жрецы видели в этом добрый знак – можно враз расправиться с Аситой и его горсткой бойцов, поставив княжить полководца Джеро, командующего армией. Набожный, он всегда благоволил духовенству и давал бы возможность обогащения слугам божьим. Приказ короля жрецы считали подарком судьбы и божеским провидением.
      Асита появился в поле со своей верной сотней стражников из Лесоярска. Никто не встречал его с почтением и не преклонил головы в приветствии. Его вообще никто не приветствовал и якобы даже не замечал.
      Верховный жрец Верхнегорска Джитуку убедил Джеро в самозванстве Аситы и случайной победе над Фолами. Необходимо убить пришельца и возглавить княжество Верхнегорска, а всех жителей Лесоярска сделать рабами и невольницами. Таково веление богов, напутствовал верховный жрец. Несколько сотен воинов уже ждали команды наброситься на Аситу и его стражников, предвкушая насилие и грабежи в соседнем Лесоярске. Жрец заранее торжествовал – стражу Аситы и его самого изрубят на куски доблестные воины Верхнегорска в минуту. Джитуку станет по-настоящему править в городе при боголепном Джеро.
      Верховный жрец отделился от огромной толпы воинов и торжественно-язвительно прокричал:
      - Асита, ты случайно победил достойного князя Фолами. Такая редкость выпадает иногда в мире, и ты правил нашим городом несколько дней согласно существующих правил. Но стражники неоправданно называют тебя посланцем небес. Я, верховный жрец Верхнегорска Джитуку, объявляю тебя, Асита, лжецом. А лжец не может править городом или страной. Убить их! – прокричал в истерике жрец.
      - Убить! – откликнулись три сотни воинов, вынимая мечи из ножен.
      Всего лишь мгновение отделяло несколько сотен воинов Верхнегорска от момента нападения на Аситу и его стражу. Доблестные воины Лесоярска тоже схватились за рукоятки мечей, чтобы стоять насмерть и не опозорить чести воина, погибнув в бою. Никто не дрожал от страха, готовясь биться до последнего вздоха.
      Но Асита громоподобно прокричал в металлический рупор, вынимая свой меч из ножен.
      - Стоять, подлые слуги дьявола!
      Он потряс мечом в вытянутой руке вверх, и ошеломленные страхом воины Джеро замерли в испуге, увидев, как сверкает и искрится небывало удлинившийся стальной клинок. Казалось, он достает до небес и голос подобен грому.
      - Джитуку продался дьяволу, - снова прокричал Асита, - на земле ему нет места и пусть он отправляется в ад вместе со своими прислужниками. Да будет всегда казнен тот, кто обнажит меч против меня.
      Асита взмахнул мечом и клинок, словно молния, перерубил пополам тела Джитуку, Джеро и еще трех сотен воинов, которые достали мечи из ножен. Оставшиеся бойцы в ужасе смотрели на агонирующие и одним взмахом перерубленные пополам сотни тел, из которых фонтанировала кровь. Асита вновь закричал недовольно в рупор:
      - Кто еще считает лжецом своего короля, посланного богами править на земле?
      Все воины и жители города, заранее приглашенные Джитуку и пришедшие посмотреть на свержение ничтожного правителя, в почтении и страхе упали на колени, склонив головы. Никто не осмелился перечить королю, никто не сомневался теперь в его истинной силе и праве на трон, никто не оспаривал его небесного происхождения. Кто из смертных может разрубить пополам одним взмахом меча более сотни тел? Позже, обсуждая произошедшие события, не смотря на жуткую смерть воинов, горожане оставались довольными – теперь никому не победить их народ, никому не справиться с посланцем небес, при котором все начнут процветать!
      
      
      VII
      
      
      Начинались сезонные дожди мягкой субтропической зимы. Снег, конечно, здесь никогда не выпадал, и зима наступала только как время года. Асита с десятком стражников шел по улицам Верхнегорска. Он и его свита теперь с удовольствием замечали истинное почтение горожан к своему королю. Посланец небес – в этом сейчас не сомневался никто. Разрубить триста тел одним взмахом меча… Только через несколько тысячелетий ученые смогут объяснить наличие лучевого меча, способного разъединять межатомарные связи в кристаллической решетке тел и тем самым разрезать их на части. А пока сие не подвластно смертным и статус Аситы однозначно божественен.
      Дождь прекратился всего на несколько часов, и король решил использовать этот короткий промежуток времени. Он уже понял, что его воины не представляют из себя обученную армию, а скорее всего сборище вооруженных людей. Пять тысяч человек собрались толпой в поле. Асита обратился к воинам:
      - Мои доблестные бойцы! Вы должны стать непобедимой армией, а для этого необходимо многому научиться. Я назначаю командующим войском Рутендо и присваиваю ему звание генерала. Тысяча человек станет называться полком и ими станут командовать Адиса, Бапото, Гамюка, Гугу, Симба, которым я присваиваю звание полковников. Командиры научат вас сражаться и побеждать. Вы получите денежное содержание из королевской казны и не станете работать в поле, охотиться или ловить рыбу. Король даст вам одежду и пищу, а вы должны оттачивать искусство владения мечом, луком и действовать в команде. Полковники сами назначат сотников и с этого дня ваша работа – это служение королю и обучение военному делу.
      - Слава королю, слава! – торжественно прокричали воины.
      Асита слушал приветствие и понимал, что это дружно кричит вооруженная толпа, а не дисциплинированные воины. Но командиры научат бойцов владеть мечом, сражаться в строю, выполнять команды и ничего не бояться. Он сам обучал командиров и оставался в уверенности, что они достойно выполнят свою роль.
      Его свита из десяти стражников поредела и за ним следовали теперь только четыре воина. Они направились в кузницу, где изготовляли мечи и щиты.
      В кузнице Асита даже немного поморщился – везде грязь, вещи раскиданы как попало, заготовки мечей валяются в разных местах. Беспорядок в помещении и головах…
      Главный кузнец Боваддин преклонил одно колено на землю, заставляя своих слуг упасть ничком перед вошедшим королем Верхнегорска и всей Арголании. Он почему-то посчитал, что его статус позволяет только склонить голову и встать на одно колено. Сопровождавшие короля стражники уже поняли, что им придется отрубить голову главному кузнецу и оружейнику города. Асита не одобрял непорядок и грязь. Но сейчас он стал разговаривать, словно не замечая ничего.
      - Скажи, Боваддин, сколько мечей ты изготавливаешь в месяц?
      - Ваше Величество, - Боваддин встал с колена без разрешения, но король жестом повелел страже не вмешиваться, - процесс изготовления мечей достаточно сложный и требует к себе достаточно много знаний, умений и профессиональных навыков. Никто в Верхнегорске не умеет ковать мечи – это лишь мои ничтожные подмастерья, - он указал рукой на присутствующих помощников. – Хороший меч изготавливается пять дней, Ваше Величество.
      Асита не возразил и внешне не отреагировал никак, хотя его уже распирала ярость. Он указал рукой на молодого мужчину в лохмотьях, лежащего на земляном полу кузницы. Стража немедленно подняла его.
      - Вот ты…
      - Камо, Ваше Величество, - подсказал подмастерье.
      - Вот ты, Камо, покажи мне последний изготовленный меч.
      - Ваше Величество, - попытался произнести Боваддин.
      Но король приказал ему замолчать и повернулся к Камо. Тот порылся в углу кузни и извлек начавший ржаветь меч.
      - Мы давно не ковали мечей, - пояснил Камо, - господин говорил, - он указал на главного кузнеца, - что сейчас в этом нет необходимости. Все наши воины вооружены.
      - Да, это так, мечи сейчас никому не нужны, - успел все-таки высказаться Боваддин.
      Асита взял меч в руки и произнес с отвращением:
      - Такие мечи действительно никому не нужны. Металлическая палка с рукояткой, а не меч. Что скажешь, Камо?
      Подмастерье удивился и даже испугался – почему король спрашивает его?
      - Ваше Величество, господин не позволяет вмешиваться в процесс изготовления мечей. Только он знает, как лучше изготовить клинок.
      Боваддин довольно улыбался, собираясь позже похвалить своего помощника.
      - Я позволяю вмешаться, - возразил король, - как бы ты сам ковал меч, Камо?
      - Ваше Величество… - Камо немного растерялся, - я бы… я бы добавил в сплав металла немного… хотя, простите, начинать надо с доменного горна. Отдельно получать железо и булат, используя легирующие добавки, а мечи делать трехслойными – железо внутри, а сталь сверху. Такой меч с измененной формой станет намного прочнее, не будет ржаветь и легко перерубит или сломает все имеющиеся доселе. Я говорил об этом господину, но он отверг все мои предложения, не посчитав их достойными. Доменный горн тоже необходимо усовершенствовать, обеспечив подачу принудительно нагнетаемого воздуха.
      - А луки? – спросил довольно король.
      - Луки? Я бы тоже делал их по-другому. Сейчас они стреляют на сто метров и пронзают человека в кожаной защите на расстоянии до тридцати метров, но этого крайне мало. И на охоту с таким луком ходить нерентабельно. Простой дугообразный лук… Я бы изготавливал его с четырьмя изгибами и композитным, то есть из трех материалов. Деревянную сердцевину древка можно усилить роговыми пластинами и жилами. Такой лук будет стрелять на триста метров и убьет на расстоянии ста метров и даже немного более. Изготавливать такой лук дольше и сложнее, но и служить он станет тоже по времени дольше.
      Камо замолчал, довольный произнесенным. Ему не давали ранее высказаться, а тут слушал сам король! За одно это стоило жить!
      - Ты молодец, Камо, я верю в тебя и назначаю главным оружейником и кузнецом своего королевства. Теперь все они твои слуги, - король обвел рукой присутствующих подмастерьев. – А этого, - он указал на Боваддина, - казнить немедленно. Отрубите ему голову. Нет – сначала руки и ноги, а потом уже голову его же собственным тупым и ржавым мечом. Завтра, Камо, прибудешь ко мне домой со своими планами переобустройства кузницы, изготовления мечей и луков.
      Король кивнул головой и стража поволокла на улицу кричащего в истерике и молящего о пощаде Боваддина. Асита еще раз осмотрелся и приказал:
      - Ты наведи здесь порядок, Камо, а то как-то грязно и не уютно тут. Привлекай людей для работы, командуй и создавай оружие, способное разить наверняка. Его потребуется много.
      Король вернулся домой и пожелал отобедать. С удовольствием съел кусок зажаренного бородавочника, запивая фруктовым вином. Задумался над прошедшими событиями. Невероятные, они резко изменили его жизнь.
      Родной Лесоярск, где каждый житель знал в лицо и видел его спускающимся с небес, где его любили и почитали. Захваченный Верхнегорск, где его с трудом приняли, боялись, считали королем, но пока не любили.
      По неписанным законам семья побежденного князя уничтожалась, а город подвергался грабежу и насилию. Именно благими намерениями был выстлан путь к свержению Аситы жрецами и руководством армии. Но король показал силу и его приняли. Добро не возымело положительного эффекта, а зло дало ему власть и повиновение горожан. Это Асита усвоил четко. Здесь уважали и почитали только силу.
      Он ушел в спальню на полуденный отдых и велел привести дочерей Фолами. Девушки семнадцати и восемнадцати лет прекрасно понимали куда их привели и зачем. Их отец развлекался здесь с захваченными в плен юными девочками, которых потом казнили. Казнили потому, что извращенец не оставлял шансов на выживание, и он элементарно облегчал участь загубленных, отрубая головы.
      Но Лузала и Мудива не беспокоились о себе в подобном ключе. Их тела созрели для соития и не будут разорваны в жестком сексе, как казненные малолетки. И они дочери князя, а значит, станут обладать привилегиями среди наложниц. Они смотрели на нового короля свысока и с пренебрежением.
      Но Асита огорчил их сразу, заявив коротко: «Не понравитесь – отдам солдатам, а позже велю казнить». И они старались вовсю…
      
      
      VIII
      
      
      Асита разложил большой лист бумаги на столе, начертив на нем реку Звангу, города Лесоярск и Верхнегорск. На этом его географические познания заканчивались. И он понимал прекрасно, что этого крайне мало. Наверняка где-то еще есть селения, а это означало потенциальную рабочую силу или войско, которому необходимо противостоять. И противостоять не внезапно, а готовиться к этому. Он позвонил в колокольчик, в кабинете мгновенно появился секретарь Рунако, склонившийся в почтении.
      - Рунако, в Верхнегорске наверняка есть люди, которые неплохо знают окрестности, уходили далеко от города и посещали другие селения. Разыщи их и приведи ко мне, разыщи всех, кто знает, что находится там далеко за лесами.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Рунако поклонился и вышел. Асита отложил лист, на котором еще предстояло нанести обозначения местности. Он понимал прекрасно, что карта жизненно необходима и в будущем даст преимущество в маневрировании.
      Асита понимал, что у него есть пять тысяч бойцов, но это толпа, а не обученная армия, которую необходимо научить и даже выдрессировать до рефлексов. Научить слушать и понимать команды, научить защищаться и нападать, владеть мечом, копьем, луком и щитом в совершенстве, научить прорывать замкнутый строй врага и держать свой в обороне, научить биться в команде. Многому придется научить пока «неотесанное» войско.
      Это первостепенная задача, но существовал и другой ряд не менее важных целей. Армию необходимо вооружить и построить город-крепость. Много дел, много.
      В рабочие покои короля вошла Амади. Асита встал, подошел к матери и поцеловал ее в щеку.
      - Асита, ты давно уже стал взрослым и тебе пора жениться, а мне нянчиться с внуками, - произнесла она.
      - Я услышал тебя, мама, - ответил он, - но позволь мне делать выбор самому. Пока у меня нет достойной кандидатки и время еще не пришло – дел много, мама, слишком много дел. Если у тебя всё, то ступай, я не смогу сейчас уделить тебе больше времени.
      Амади вздохнула и с огорченным лицом ушла. Асита все-таки задумался. Нет времени на женитьбу. Успеть бы создать настоящую армию и построить город-крепость, чтобы не потерять Арголанию насовсем, не дать её на разграбление ворогам. Асита решил отвлечься ненадолго от деловых мыслей и позвонил в колокольчик. Почти мгновенно появился Рунако, склонившись в почтении.
      - Позови мне Мудиву и Лузалу, - приказал он.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Вскоре девушек втолкнули в рабочие покои короля. И по их появлению он понял, что идти они не хотели, до сих пор считая себя на княжеском положении. Отца, мать и братьев казнили, а их не тронули совершенно. Первый секс с ними они посчитали за оказанное уважение. Правда от варвара, но уважение. И Асита сделал для себя важный вывод – добро не всегда приводит к добру. Если бы их выпороли сразу, то они бы сейчас ползли к нему на коленях и целовали ноги.
      - Раздевайтесь, - приказал Асита.
      - Мы дочери князя и с нами не принято так разговаривать, - ответила возражением старшая Мудива.
      - Рунака, - крикнул Асита и указал рукой на Мудиву вбежавшему секретарю, - пусть её отведут и отдадут для развлечения рабам.
      Это было сверхунижением, он даже не отдавал её солдатам. Мудива закричала истошно:
      - Не-е-е-е-е-т, - и стала срывать с себя одежду.
      Но Асита махнул рукой и её утащили мгновенно. Какое-то время слышался её затухающий истерический крик. Он посмотрел на Лузалу, которая судорожно раздевалась и потом стаскивала шаровары с него. Теперь она всё поняла и, естественно, предпочла молодого короля каким-нибудь солдатам или вообще рабам. Приходилось работать усердно, именно работать, а не получать наслаждение. И она трудилась усердно, реально осознавая истину – у короля останется та, которая оказывает услуги лучше. Участь быть использованной сотней солдат или рабов ее не устраивала вовсе.
      Сбросив гормональное напряжение, Асита направился в поле, где военному делу обучались его воины. Но генерала Рутендо он там не обнаружил и сразу же послал за ним. Стражники немедленно отправились за генералом, а Асита стал наблюдать за обучением бойцов. Два полка стояли в обороне, два полка нападали и один полк осваивал приемы владения мечом. Зарождались первые навыки командных действий и индивидуального владения мечом.
      Через час стражники короля доставили генерала Рутендо. Он находился дома и развлекался с молодыми рабынями. Асита глянул на него уничтожающим взглядом и командующий пал на колени.
      - Почему король находит время присутствовать на военных учениях, а командующий армией в это время ублажает свою похоть? Ты, Рутендо, должен лично руководить обучением бойцов и командиров полков в том числе, а ты развлекаешься… Еще раз замечу подобное – не сносить тебе головы и всей семье тоже.
      Асита вскочил на коня и ускакал со стражниками, оставив генерала дрожать на коленях. Пока еще рано делать выводы о качестве обучения воинов, но он дал четко понять, что дилетантов в армии не потерпит.
      Король спешил в кузницу. Армию необходимо вооружить, а бывший кузнец Боваддин делал очень мало мечей отвратительного качества. На нового оружейного мастера Камо возлагались большие надежды.
      Асита сразу заметил перемену в помещении. Весь мусор, грязь и шлак из кузницы удалили и Камо пал ниц на чистый пол, не запачкавшись.
      - Встань Камо, - произнес довольный король, - я дарую тебе титул графа, а графу не принято валяться на земле – вполне достаточно низкого поклона. В чём ощущаешь нужду, Камо?
      Новый кузнец-оружейник поднялся и, склонив голову, отвечал:
      - Только в людях, Ваше Величество, в специалистах, все остальное решу сам.
      - Хорошо, я разрешаю тебе забирать любых рабов у любых граждан Арголании от имени короля и нанимать на службу свободных граждан в необходимом количестве. Потребуется много оружия, очень много мечей, луков и копий, а также щитов. Не стесняйся обращаться ко мне при необходимости и да будет с тобой удача.
      Король покинул кузницу и направился в свои покои. В зале ожидания находились несколько незнакомых людей, которые сразу же пали ниц. Рунако пояснил:
      - Вы приказали, Ваше Величество, доставить путников, знающих ближние и дальние окрестности. Люди найдены.
      - Хорошо, Рунако, дай им листы бумаги, пусть обозначат очертания известной им местности со всеми подробностями с соблюдением масштаба в один день пешего пути и в один день конного пути.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - Рунако наклонил голову, - у одного из них найдены листы с топографическим обозначением местности на три месяца конного пути в одну сторону. Это Айко, он служил картографом у Фолами.
      Асита посмотрел на троих мужчин, лежащих на полу.
      - Пусть все трое составят карты, не подглядывая друг у друга. Завтра к вечеру они должны быть готовы.
      Асита жестом руки приказал убрать их из зала ожидания. Теперь он пригласил к себе Тафари, своего архитектора. Тот прибыл уже с набросками плана города-крепости.
      Король рассматривал представленные чертежи и поражался размаху мысли. Огромнейшая стена высотою в тридцать метров окаймляла дугой реку Звангу. Небольшим участком выглядел на этой территории современный Верхнегорск с населением в тридцать тысяч человек.
      - Скальные породы расположены на расстоянии одного дня пути. Это слишком далеко, чтобы возить камень для стен оттуда. Еще его нужно добыть, что непросто. Деревянные стены для крепости бесполезны, их элементарно сожгут. Что это за план, Тафари? – спросил с возмущением Асита.
      - Ваше Величество, каменные плиты не нужно добывать в горах и возить их сюда. Мы станем делать стены и дома из бетона. Для этого готовится смесь из вулканического пепла, мелкого камня, извести и воды. Тщательно перемешивается в определенных пропорциях и заливается в деревянные формы. Потом уплотняется деревянными трамбовками. Такой раствор застывает через сутки, а через месяц становится тверже обычного камня. На самом высоком месте будет стоять ваш новый замок, Ваше Величество.
      - А это что? – король указал рукой на длинные линии.
      - Это водоводы, Ваше Величество. Их всего четыре, и они будут скрыты под землей, чтобы враг не обнаружил и не перекрыл доступ воды при возможном нападении. Один водовод пойдет от горячего гейзера к вам в замок и в общественные бани, а три с холодной водой ко всему городу. У подножья гор есть ключи, воды от которых будет достаточно. Но для всех, в том числе и для наших горожан, мы, якобы, берем воду из реки Званги – её не перекроешь.
      - Поясни подробнее, - приказал король.
      - Вода в реке, Ваше Величество, для питья не пригодна, ее необходимо отстаивать перед употреблением и кипятить позже. После дождей она становится совсем мутной. А подземные источники с ключевой водой абсолютно чистые и расположены по уровню гораздо выше нашего города. Придется копать траншеи, дно выстилать плитняком и заливать бетоном, а сверху одевать тоже бетонные колпаки и засыпать все землей. Никто даже не догадается, что глубоко в земле прорыты каналы для водоснабжения города. Строить каналы должны только рабы – потом их придется убить всех, чтобы враг не смог добыть для себя нужную информацию.
      Еще долго король обсуждал строительство крепостных стен, городских домов и водоводов со своим главным архитектором. Он понимал, что для стройки необходимы люди, а где их взять? Местным жителям не осилить такого размаха работ, даже если привлечь население Лесоярска. Придется воевать, чтобы получить рабочую силу, но пока король не знал даже с кем и где.
      
      
      IХ
      
      
      После ужина Асита задумался о насущных проблемах. Но решил немного отвлечься и сейчас размышлял о Мудиве. Правильно ли он поступил, отдав ее на развлечение рабам. Самое тяжкое наказание для женщины – умереть от постоянного секса с грязными и потными рабами. Жестокая казнь, но Асита таким образом предупреждал будущих невольниц от неповиновения. Философский вопрос, но он считал себя правым и так бы поступил любой повелитель того времени.
      Он правил совсем недолго и взял себе в наложницы только дочерей убитого князя, одной из которых уже, возможно, нет в живых.
      Помня об участи сестры, Лузала ласкала короля старательно. Нежностью и страстью это не назовешь и Асита чувствовал отношение. При наличии гарема он бы отдал ее кому-нибудь из приближенных – нет, не солдатам и не рабам для развлечения.
      Утром он инспектировал армию в поле, когда к нему прискакал гонец.
      - Ваше Величество, - докладывал он, - прибыл посол из Истограда, требует принять его.
      - Требует?! – возмутился король и, ничего не ответив, вскочил на коня.
      Асита ускакал в свой дом, который замком назвать по размерам и архитектуре не полагалось. Он срочно вызвал к себе картографа Айко и двух сопровождавших его лиц сутки назад.
      Один из них ничего нового не сказал – он обследовал территорию на западе вдоль реки Званги и доходил до Лесоярска, составив все же карту местности с обозначением лесов, лугов и оврагов.
      Другой уходил на север на расстояние двух месяцев конного пути в одну сторону. Ландшафт там сильно менялся. В основном преобладали травянистые луга, редкие кустарники и деревья. Не часто, но встречались деревья-великаны до пятидесяти аршин шириной и очень, очень высокие. Трудно измерить высоту, но путник утверждал, что такие деревья в высоту составляли не менее трехсот аршин. На холме у реки Сенега располагался стотысячный город Совнадол с армией в пятьдесят тысяч человек. Почти все мужчины города владели оружием и были охотниками, специализируясь на луках и копьях. Мечи при себе имели, но профессионально ими не пользовались.
      Осенью и зимой Сенега мелела, а весной и в начале лета разливалась, поднимаясь на пятнадцать аршин и затапливая все низинки. Образовывались озера, в которых водилось много рыбы. В засушливый период многие водоемы все-таки не пересыхали, сильно уменьшаясь в размерах, и рыбу из них женщины черпали ведрами без всяких удочек. Чтобы сохранить, рыбу солили и вялили в тени на ветру.
      Такой рассказ Асита мог слушать часами, но сейчас не было времени, и он приказал говорить Айко, который передал ему уже готовую карту.
      - Ваше Величество, я уходил на восток вдоль реки Званга на месяц конного пути до города Истограда. Он, как и наш Верхнегорск, расположен на берегу Званги и обнесен крепостной стеной из толстых бревен. Дома в Истограде деревянные, но у князя Бонгани каменный замок. Тридцатитысячное войско вооружено мечами, луками и копьями. Армия состоит из полков меченосцев, лучников и копьеносцев. У лучников и копьеносцев имеются короткие мечи для ближнего боя, у самих меченосцев мечи длинные и щиты из дерева, обтянутые кожей.
      Айко поклонился в пояс и замолчал. Асита, глядя на карту, раздумывал. Прискакал посол из Истограда от князя Бонгани и наверняка потребует рабов, мужчин и женщин, денег. Если согласиться на его условия, то Асите никогда не подняться. Не согласиться, значит, воевать. Пятью тысячами плохо обученных солдат против тридцатитысячного войска?! Его бойцы еще полностью не готовы к военным действиям. Бонгани наверняка знает, что я бился с князем Фолами и победил его. Он может не пойти на поединок, но трусость в современном мире не ценится, и армия нападет сама. Она может напасть и после поединка… придется пока воевать самому пока его солдаты не готовы к бою.
      - Айко, - произнес король, - я назначаю тебя главным картографом Арголании. Этих двоих возьмешь себе в помощники и составишь единую большую карту местности.
      Асита махнул рукой, и его картографы удалились в низком поклоне. Король приказал привести посла. Он хотел было сразу заговорить, но стража бросила его на пол и прижала к поверхности.
      - Асита, - в ярости прохрипел он, - так не принято принимать послов. Когда об этом узнает великий князь Бонгани, то прикажет уничтожить весь ваш город до единого человека.
      Рунако отвечал ему с не меньшей злостью:
      - Никто не может разговаривать стоя с королем страны Арголании, в которую входят города Лесоярск на западе, Верхнегорск, Истоград на востоке и Савнадол на севере. Великий король Асита является посланцем небес, перечить которому не позволит сам Бог Громовержец. Говори, собака, что хотел передать твоими устами князь Бонгани, и почему он не прислал подношений своему королю?
      - Асита нам не король, - гневно отвечал посол, - и великий князь Бонгани требует в знак повиновения немедленно направить в город Истоград пять тысяч мужчин и пять тысяч женщин в качестве рабов, а также мешок золота и мешок серебра. В случае неисполнения настоящего указа великий князь Бонгани сотрет с лица земли ваш город и всех жителей возьмет в плен рабами. Тебя же, грязная собака Асита, он лично посадит на кол для всеобщего обозрения. Каждый гражданин Истограда сможет плюнуть и бросить камень в шакала Аситу.
      Король Арголании понимал, что послы неприкосновенны, потому они и позволяли себе непристойные обращения и слова. Но этот перешел все границы и оставить его безнаказанным Асита не мог. Если посла казнить, то более ни один город не станет высказывать свои требования, а нападет сразу и внезапно. С Истоградом отношения уже известны – военные или никакие, можно итак сказать. А Совнадол все равно придется покорять со временем, так что Асита ничего не терял. Он тихо прошептал несколько слов своему секретарю. Рунако торжественно произнес:
      - Город Истоград входит в королевство Арголания и подчиненный Его Величества короля Аситы шакал Бонгани не может посылать к нему людей, имеющих полномочия послов. Поэтому ты будешь четвертован и куски твоего тела выкинут на съедение шакалам.
      Стража подняла закричавшего от ужаса посла и уволокла его из покоев. На центральной площади Верхнегорска Асита решил выступить сам.
      - Граждане моей страны Арголании и жители города Верхнегорска, к нам прибыл представитель востока из города Истограда. Но он не может иметь полномочия посла, поскольку именуемый город входит в моё государство. Он предложил направить на восток пять тысяч мужчин и пять тысяч женщин в качестве рабов и послушниц. Как ваш король и защитник, я не могу допустить подобного. Посланник Истограда будет казнен за неучтивость, как и сам князь, а жители города станут нашими рабами и невольницами. Я возьму по десять тысяч мужчин и женщин, уничтожив всех воинов полностью, чтобы в будущем даже мыслей не возникало о неподчинении своему королю. Завтра со своей армией я выступаю в поход и каждой стоящей здесь матери, жене и сестре обещаю, что все ваши мужчины вернутся домой целыми, здоровыми и богатыми, ибо они воины великого короля Аситы, посланца небес.
      - Слава великому королю Асите, - прокричал его ординарец и начальник стражи Зубери.
      - Слава, слава, слава, - троекратно откликнулись люди на площади.
      Каждый из них рассуждал про себя, одновременно веря и не веря Асите. Слишком мало еще знали своего короля жители города. А он понимал главное – в этой ситуации решается его судьба. Или он получит рабов в случае победы для строительства города-крепости и собственные граждане Верхнегорска станут относиться с трепетным почтением и уважением, или он не получит ничего. И даже за его собственную жизнь никто не даст ни копейки.
      Рано утром его армия выступила в поход. Плохо вооруженная, она смотрелась нелепо. Асита с ненавистью вспоминал казненного кузнеца Боваддина, который ковал бракованные мечи, изготовлял плохенькие луки и считал себя лучшим оружейником. Но все-таки его пятитысячная армия была вооружена.
      Три месяца они шли уже пешим порядком и подошли к окраинам Истограда. Асита приказал замаскироваться и добыть любого жителя города. Он понимал прекрасно, что князь Бонгани может казнить его посла, поскольку не вернулся его человек. Поэтому лучше поймать горожанина и отправить его с поручением к князю. Так и случилось. Бойцы отловили местного охотника и командующий армией генерал Рутендо передал устное послание Бонгани.
      Князь Истограда неистовал. Какой-то выскочка и самозванец называет себя королем и предлагает сразится с ним в честном бою, который и определит победителя. Он ответил, что принимает бой и приказал своим солдатам независимо от поединка напасть на малочисленную армию Верхнегорска, уничтожить ее полностью и потом идти за рабами. «Город отдаю вам на полное разграбление, можете насиловать и убивать всех. Живых в качестве рабов доставить в Истоград» - заявил Бонгани.
      На третий день похода тридцатитысячная армия Истограда встретилась в поле с армией Верхнегорска. Бойцы Бонгани откровенно смеялись над вооружением и малочисленностью верхнегорцев. «Самоубийцы», - хохотали они и показывали неприличные жесты.
      Но как бы то ни было, Бонгани пришлось выйти на битву с Аситой. Он поразился его одежде и мечу, сделанному искусным мастером, в оружии он разбирался неплохо. Черные, блестящие глянцем сапоги, зеленые брюки, белая рубашка и шитый золотом зеленый кафтан. На боку длинные ножны, украшенные бриллиантами, рукоятка меча с большим рубином на конце. Мальчик явно пришел на спектакль, а не на смертный бой, не надев даже защитной куртки из толстой и прочной кожи. Мальчик еще не имел военного опыта, а сорокапятилетний Бонгани сражался во многих битвах и всегда побеждал. Кроме достойного меча Асита ничем не превосходил князя.
      - Мальчишка, - крикнул с превосходством Бонгани, - я подарю тебе жизнь за смелость, если ты встанешь предо мной на колени и станешь просить о помиловании. Все твои воины будут убиты, а ты станешь моим личным рабом, станешь мыть мне ноги и вытирать зад на ветру.
      Он захохотал, упиваясь собственным превосходством, и его солдаты смеялись уничижительно, показывая голые задницы верхнегорцам. Когда хохот немного стих, Асита прокричал в рупор, что немного охладило истоградцев. Они не понимали, откуда у мальчишки, по существу, берется такой мощный и низкий голос.
      - Я тоже не стану убивать тебя, Бонгани, но обездвижу и свяжу, чтобы посадить на кол голым задом на центральной площади города. Каждый горожанин, который пострадает от твоей тупой самонадеянности, сможет плюнуть и кинуть в тебя камень. Воинов твоих убью всех, выходи на бой, подлый трус.
      Бонгани рассвирепел и кинулся на Аситу, рассчитывая с первого раза разрубить его мечом пополам. Асита отскочил в сторону и ударил плашмя мечом по заднице проскочившего мимо князя. Бонгани от неожиданности и сильного удара рухнул лицом и грудью на землю. Войско истоградцев замерло от ошеломления, а верхнегорцы презрительно хохотали. Бонгани вскочил, словно осатаневший бык, и попытался разрубить Аситу поперек, вложив в удар всю свою могучую силу. Но опять промахнулся и получил удар мечом по заднему месту, который сбил его с ног, придав немного больше инерции. Это уже не было случайностью и Бонгани прокричал в ярости своим бойцам:
      - Убить их всех, разрубить на куски.
      Солдаты, повинуясь приказу и ослепленные унижением своего князя, кинулись вперед, выхватывая мечи из ножен. Но один взмах меча Аситы и на километровом поле забились в агонии обрубки фонтанирующих кровью тел. Вторая половина войска Бонгани замерла в непонимающем страхе. Асита отдал приказ свои воинам, указывая на князя:
      - Связать его.
      А сам вскочил на коня и поскакал к уцелевшим солдатам. В живых он не хотел оставлять никого. Через несколько минут все было кончено. Король распорядился собрать все оружие истоградцев, оно было лучше, но и своё не бросать – железо пригодится для изготовления новых и еще лучших мечей.
      
      
      Х
      
      
      Войско Аситы входило в Истоград под удивленные и непонимающие взгляды местного населения. Как их князь мог проиграть битву с малочисленным и плохо вооруженным войском? Этого не понимал никто, но факт оставался фактом.
      На центральной площади бойцы вкопали заостренный кол, на который посадили голым задом уже бывшего властелина большого города. Стража Аситы разыскивала семью Бонгани и местных жрецов. А пока на площади выступал верный Зубери.
      - Поганый князь Бонгани захотел сделать наших братьев, отцов и сыновей рабами, а сестер, жен и дочерей наложницами. Но ему объяснили, что великий король Асита является господином всей Арголании, которой подчиняется и ваш город. Бонгани не послушал мудрых слов и согласился на поединок с собственным королем. В ходе битвы он повел себя как подлый мерзавец и трус, приказав напасть на короля всей своей армии. Великий король Асита сразился один со всей армией Истограда и убил всех до единого бойца. Вашему князю поясняли, что Его Величество Асита является посланцем небес, а потому не может быть убит простым смертным человеком. Он послан богами и находится в их власти, а не в руках обыкновенных террян. Меч великого короля Аситы выкован самим Богом Громовержцем и может рубить лучом-молнией любого на любом расстоянии. Ваш шакал Бонгани виновен в вашей участи. Теперь десять тысяч ваших мужчин станут рабами и десять тысяч женщин наложницами. А остальные станут работать на великого короля, чтобы оплачивать ежегодную дань. Бонгани захотел новых рабов и женщин, а подставил вас, вы сами ратовали за своего князя-урода – теперь пожинайте собственные плоды. Любое неповиновение солдату короля станет наказываться смертью на месте. А сейчас расходитесь по своим домам и готовьтесь к поездке в Верхнегорск. Мы отберем людей сами.
      Асита восседал на коне, когда к нему привели семью князя. Жена и дочери одного возраста. Их мать погибла при невыясненных обстоятельствах и Бонгани женился на молодой. Король махнул рукой и женщин увели в собственный дом. Все понимали зачем. Двоих сыновей девятнадцати и двадцати лет Зубери отвел на другой конец площади. Все подумали, что король отпускает их, а значит, слаб и не достоин править страной. Приведенные стражей жрецы сразу задумались о свержении Аситы с трона. Надо только немного подождать и выбрать подходящий момент. Но король вынул свой меч, сверкающий непривычно ярко в лучах солнца, взмахнул им, и все горожане на площади ахнули от охватившего ужаса – луч от меча сразил наповал сыновей Бонгани, разрубив их пополам на другой стороне центральной площади. Горожане поняли, что король Асита действительно посланец небес и рухнули на колени теперь уже перед своим повелителем. Ибо никто из земных не мог рубить мечом на расстоянии сотен метров. Древние уважали силу и не демократились никогда, у природы нет такого закона, а есть право сильного. Меч-молния самого Громовержца, его видели в действии и теперь даже в тайных мыслях никто не оспаривал власть великого короля Аситы.
      Уезжая с площади в замок, король заметил с удовольствием, что люди в ненависти стали бросать камни в своего бывшего и еще пока живого князя, виня его во всех своих бедах. Идиот, кто же посягает на посланца небес?! Толпа накинулась и разорвала в клочья жрецов, которые потакали князю и считали Аситу самозванцем.
      Живший ранее в лачужке из жердей, новый правитель Истограда осматривал замок, который казался ему настоящим дворцом. Это в современности он бы выглядел каменным угловатым коттеджем средненького бизнесмена всего лишь на триста-четыреста квадратов по площади, а тогда действительно казался дворцом.
      Асита плотно покушал и стал заниматься повседневными делами своего расширенного королевства. Он не намеревался оставаться в Истограде долго и спешил закончить неотложные дела побыстрее. Отправив гонца с благостной вестью в Верхнегорск к матери, он задумался о новом князе в городе. Лучше всех на эту должность подошел бы его начальник стражи Зубери, но у короля были на него совершенно иные дальние планы. С ним всегда находились рядом десять его верных бойцов и помощников родом из Лесоярска, как и сам Асита. Он велел привести к себе Дженго. После приветственных и почтительных поклонов своего подчиненного король произнес:
      - Дженго, ты поддержал меня в трудную минуту в Лесоярске, когда я отправлялся на битву с Фолами, ты предан мне, и я дарую тебе титул князя. Ты станешь правителем Истограда в угоду мне и на благо моей Арголании. Ты займешь этот замок, когда я уеду, а сейчас должен отобрать мне рабов мужчин и женщин по десять тысяч, как я и объявил горожанам. Отбирай крепких людей, чтобы они могли построить новый город-крепость в Верхнегорске. Создай свою небольшую армию тысяч в пять бойцов для защиты города и горожане должны работать, чтобы платить мне оброк. Сколько – я назову позже. Живи и обосновывайся – теперь здесь твой дом.
      Асита позвонил в колокольчик, сразу же явился верный секретарь.
      - Рунако, я присвоил титул князя Дженго, и он станет руководить Истоградом на пользу моему государству. Определи ему комнату в замке пока я нахожусь здесь.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - ответил Рунако в поклоне, - в замке есть гарем Бонгани… там десять наложниц.
      Асита хмыкнул и усмехнулся.
      - Мне не нужны объедки с чужого стола. Освободи наложниц и пусть идут куда захотят. Этих… жену Бонгани и дочерей предложи в жены кому-нибудь из крестьян или простых охотников. Станут артачиться – выпороть и отдать на развлечение солдатам. А в освободившемся гареме пусть временно обоснуется Дженго.
      - Ваше Величество, - Рунако вновь склонился в поклоне, - позвольте мне высказать предположение.
      - Говори, Рунако.
      - Я подобрал вам десять девушек из горожанок и поселил бы их в гареме, а уважаемому князю Дженго выбрал бы другую комнату.
      - Хорошо, Рунако, пусть будет так. Наложниц отправь ко мне в спальню, я посмотрю и сделаю выбор.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      
      
      ХI
      
      
      А в это время в бывшем княжеском гареме происходили невероятные события. На десяти спальных местах присутствующих наложниц разместили еще трех человек – Векесу, жену казненного Бонгани, его дочерей Гучи и Дуну. Упитанные и мужиковатые дочери пожелали властвовать и здесь. Они сразу же выгнали с лучших мест двух наложниц и удобно расположились на кроватях. Потом переглянулись и посмотрели с наглой усмешкой на свою мачеху, ровесницу по возрасту.
      - Наша мама умерла из-за тебя, потаскуха, отца нет и защитить тебя некому, - Гучи в ненависти сжала далеко не женские кулачки отъевшейся молодухи, - ты теперь станешь выполнять наши желания.
      Она задрала подол платья, оголяя целлюлитные жирные ляхи и приказала:
      - Лижи, соси и ублажай, сука.
      Бывшие наложницы князя смотрели с ошеломлением и не могли понять – как эти толстые здоровенные «коровы» попали в гарем? Неужели новому властелину нравятся «куски жира». Они даже не догадывались, что король поместил их в гарем совсем не для известных целей.
      Дуна уже похотливо улыбалась. Мужчин у княжеских дочерей не было, никто не хотел брать в жены оплывших от жира девиц, и они развлекались с прислугой, заставляя их делать куни. Не согласных казнили сразу.
      Векеса элементарно показала падчерицам фигу и ответила со злостью:
      - Даже рабы мужского пола предпочитали идти на казнь, чем ублажать ваше вонючее средоточие похоти. И вы отрывались на пугливых девочках-слугах. Кончилась ваша власть и король казнит вас, узнав о извращениях жирных потаскух.
      Дуна в ярости набросилась на мачеху и заломила ей руку, согнув пополам тело. Схватив Векесу за волосы, Гучи ткнула её мордой в собственную промежность, предвкушая наслаждение от ласк.
      - Язычком работай, язычком, сучка, - уже в похоти наставляла Гучи, - иначе ручонку отломают.
      Сестры проделывали подобное не раз с молодыми слугами женского пола, приобщая их к оральному сексу. Ритмично надавливала на заломленную руку, Дуна заставляя таким образом двигаться лицом в промежности сестры, ублажая возбужденный клитор. И сама Гучи, вцепившись в волосы мачехи, управляла её головой в нужном ритме.
      Векеса поняла, что освободиться не сможет и рассчитывала только на одно – смену партнерш. Дуна и Гучи должны поменяться местами, а для этого отпустить голову и вывернутую руку. В этот момент она зарежет обеих, слава богу, небольшой и хорошо отточенный кинжал у нее был при себе с правой стороны бедра. Но именно эту руку заломила Дуна и воспользоваться сейчас ножом возможности не было.
      Ситуация разрешилась до кульминации с приходом в гарем Рунако, Дженго и стражи. Секретарь короля сразу понял в чем дело и стражники растащили девиц в стороны. Рунако распорядился сразу:
      - Этих, - он указал рукой на Дуну и Гучи, - выпороть и отдать рабам для развлечений, пусть познают охочего мужика. А ты, - он посмотрел на влажное лицо Векесы, - ты можешь выйти замуж за крестьянина или охотника. Так повелел великий король Асита.
      Рунако повернулся к Дженго и спросил тихо, чтобы не слышали девицы:
      - Дженго, Ваша Светлость, - поправился он, - желаете кого-нибудь оставить себе?
      - Красивые наложницы, - задумчиво произнес новоиспеченный князь, - очень красивые. Почему король не оставил их себе?
      - Не желает пользоваться после собаки Бонгани. Зачем ему чьи-то об… объедки.
      Дженго сдержался, чтобы не засмеяться и добавил:
      - Мне они тоже не нужны.
      Рунако произнес громко:
      - Всем остальным наложницам король дарует свободу, - и махнул рукой, чтобы они убирались.
      Секретарь направился в комнату, где сейчас временно находились подобранные им наложницы короля. Дженго последовал за ним, но Рунако остановил его.
      - Извини, князь, но сюда вам нельзя. Займитесь делами, а через час-два приходите – это будут ваши покои, пока король находится в Истограде.
      - Я князь и правитель этого города, - высокопарно ответил Дженго, - могу заходить в любые комнаты, кроме временно королевских.
      - И в королевский гарем тоже? – с издевкой спросил Рунако.
      - Извини, Рунако, - испугался князь, понимая, что может нарваться на казнь, - не знал, что здесь… сам понимаешь.
      Дженго быстро исчез, а секретарь вошел в комнату с наложницами.
      - Следуйте за мной, - кратко произнес он и направился в покои гарема, который к этому времени уже освободился. – Здесь вы станете жить, пока король не отправится в Верхнегорск. А сейчас снова за мной.
      Он привел наложниц в королевскую спальню и оставил их наедине с Аситой. Девушки в поклоне разглядывали своего короля. Строен, молод, красив, это не обрюзгший Бонгани, который славился извращениями.
      Король тоже разглядывал девиц и приказал всем раздеться. Голые девушки поворачивались к нему то боком, то спиной, то животом, походили немного, и он приказал всем одеться. Одевались беспрекословно и в недоумении – не понравился никто?
      Асита позвонил в колокольчик и мгновенно вбежал Рунако.
      - Вот этих вечером приведешь ко мне, - Асита указал рукой на двух девиц, - сейчас все свободны. Да, и приведи ко мне местного казначея.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - Рунако склонился в поклоне и указал девушкам рукой на дверь.
      Бамидел, казначей Истограда, в страхе вошел в королевские покои и сразу упал на пол.
      - Бамидел, - обратился к нему король и стража немного приподняла его голову, - ты должен вернуть все драгоценности семьи Бонгани в мою казну.
      Стража подняла казначея, и он стоял теперь на коленях.
      - Да, Ваше Величество, казна Бонгани в вашем распоряжении, и я также покажу все тайники этой семьи.
      - Рунако, отправь стражников с Бамиделом и пусть все сундуки доставят в рабочие покои, выстави там охрану.
      Через пару часов король осматривал доставленные сундуки с золотом и драгоценностями. Двенадцать сундуков… Неплохо обогатился Бонгани, видимо, здорово обирал местное население.
      - Это княжеское богатство? – спросил король казначея.
      - Да, Ваше Величество, десять сундуков князя и два его дочерей, - ответил Бамидел в поклоне.
      - Где сундук Векесы? – жестко спросил Асита.
      Казначей задрожал от страха и упал на колени.
      - Ваше Величество, Бонгани не разрешал жене иметь запас драгоценностей, только дочерям. Не было у Векесы запасов.
      Но даже стражники по виду казначея поняли, что он лжет.
      - Казначеи не погибают в битвах, - с усмешкой произнес Асита, - они гибнут от воровства и жадности. Расплавить золото и залить ему в глотку, чтоб подавился, - сурово произнес король.
      - Не-е-е-т, - истошно закричал Бамидел и рухнул на пол, - не-е-е-т… Помилуйте, Ваше Величество, помилуйте – я покажу тайник Векесы. Он не в замке, она спрятала его в пещере за городом, понимая, что если город захватят и она останется жить, то может сохранить богатство только в лесу. Я покажу тайник, там много золота – три сундука сам увозил.
      Асита махнул рукой, и стражники подхватили казначея, утаскивая его из королевских покоев. Позже они действительно доставят три сундука с золотом и еще один с драгоценными камнями. Золото не станут плавить и заливать казначею в глотку. Рунако прикажет бросить Бамидела в вольер с голодным огромным питоном. Хоть какая-то польза от казнокрада. Жуткая смерть, страшная…
      Король ушел в спальню, где за перегородкой уже играли музыканты на лютнях и свирелях. Они не видели ничего, они только играли плавную расслабляющую мелодию.
      В покои вошла старшая смотрительница гарема Маньяра, и две выбранные девицы появились в тонких полупрозрачных шелковых накидках белого и светло-коричневого цвета, создавая особенно-изящный контраст тел. Девушку с белой кожей покрывала накидка цвета загара, а краснокожую белый шелк. Асита понял, что обе не местные. Одна явно с далекого севера, а другая из джунглей.
      - Я стану называть тебя Белая или Белочка, а тебя Красная или Солнышко.
      Асита не спросил имен, давая свои, и лег на широкую кровать… Вскоре он понял: обе девственницы прекрасно умеют обращаться с мужчиной. Это означало одно – опытные смотрительницы гарема обучали молодых наложниц тонкостям сексуальных услуг.
      Насытившись телами, король решил поинтересоваться родословной наложниц.
      - Откуда ты, Белочка, и как попала в наложницы?
      - Я родилась далеко на севере, - отвечала она, лаская грудь и живот Аситы руками, - два месяца конного пути до моего города, и он гораздо больше Истограда. Летом, когда здесь идут дожди, там стоит зима, выпадает снег. Снег – это замерзшие капельки воды, похожие на алмазы, и они падают с неба. На руках или в тепле они тают, превращаясь в воду. Дома деревянные и внутри находятся печи, в которых горит огонь, согревая жилище. Все жители носят теплую одежду из кожи буйволов. Это такие очень большие и свирепые олени с рогами, покрытые густой шерстью. У нас все мужчины воины, и они охотятся на зверей, на тех же буйволов, оленей и коз. Даже у каждого мальчика есть лук, из которого учатся стрелять с самого детства. Меня погубила любознательность, ускакала далеко на юг, где меня и схватили воины Бонгани. Князь не успел воспользоваться мной…
      Она замолчала, погружаясь в воспоминанья. Король посмотрел на Красную.
      - А я наоборот с юга, - начала она свой рассказ. – О вашем городе у нас знают все, его видно с другой стороны реки. Широкая и бурная Званга разделяет наши народы. Выше по течению она у?же, и воины Бонгани переправились на другой берег, схватив меня. Климат у нас такой же, но еще теплее и дома построены из бамбука и листьев. Все мужчины охотники, есть луки и копья, но нет мечей и щитов. Когда я не вернулась – меня наверняка искали, но не нашли ни крови, ни костей. В племени, наверное, посчитали, что меня проглотил питон.
      Солнышко тоже замолчала, стараясь не показывать королю грустные и влажные глаза. Она вспоминала своих родных, знакомых, свою природу, которая мало чем отличалась от здешней. Те же деревья, но ландшафт свой, знакомый и родной.
      Асита не собирался долго оставаться в завоеванном Истограде. Он решил главные задачи: покорил город, забрал золото и драгоценности, мог забрать с собой любое количество послушниц и рабов для строительства Верхнегорска. Но, как и обещал, возвращался в свою столицу с пятитысячным войском и двадцатью тысячами рабов. В свой гарем взял только Белую и Красную, а в Верхнегорске у него оставалась Лузала. Женщины для снятия гормонального напряжения, большего к ним Асита ничего не испытывал.
      Но Белая его интересовала больше других. Она была с севера и именно там находился самый крупный город Савнадол с пятидесятитысячной армией. Он уже зачислил Савнадол в свою страну Арголанию, но еще не покорил его, а потому интересовался им вполне оправдано.
      
      
      ХII
      
      
      Верхнегорск встречал короля с триумфом. Народ ликовал и радовался победе, все вернулись домой живыми и здоровыми, как и обещал Асита. Иногда только омрачались жены – десять тысяч невольниц временно «отбирали» у них мужей. Но таковы правила и тут ничего не поделать.
      Амади крепко обняла сына.
      - Ты стал такой сильный и мужественный! Отец не дожил… он бы гордился тобой! Кто бы мог подумать, что наш сын станет королем?! Надеюсь, сегодня ты побудешь со мной весь день?
      - Нет, мама, дел государственных слишком много. Но немного побуду.
      - Тогда прими ванну с дороги. Тафари подвел к нам в дом горячую и холодную воду, сделал бассейн. Он молодец, работает усердно.
      Бассейн… Это был не совсем обычный бассейн. Скорее ёмкость с проточной водой. Вода из кипящего горячего источника поступала по водоводам и остывала по пути до сорока градусов, прежде чем поступить в домашнюю ёмкость огромного размера. Можно купаться и мыться – грязная вода заменится новой, чистой.
      Сам же дом Аситы в Верхнегорске был пока самым маленьким по размерам для первых лиц, если не считать Лесоярска. В Истограде и Савнадоле дома правителей размерами превосходили намного. Но ни один из них не располагал бассейном.
      Асита с удовольствием бултыхался в воде. Плавать он не умел, как и все остальные жители Верхнегорска. Поэтому вода доходила ему только до плеч. В последующем, он, естественно, научится плавать. Искупавшись, Асита вызвал к себе Тафари. Тот вошел, упавши на одно колено и согнувши голову.
      - Тафари, графу достаточно уважительного поклона, незачем падать на колено. Но о деле. Сейчас у тебя достаточное количество рабочих. Ты должен построить мой замок и крепость, которую невозможно взять штурмом и осадой. Предусмотри тайные выходы за пределы крепости. Иди, работай, Тафари.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - поклонился Тафари и вышел спиной в дверь.
      Асита присел в кресло и задумался. Город-крепость будет построен, но его должна защищать обученная и хорошо вооруженная армия. Хорошо вооруженная… Асита проследовал в кузнецу.
      Камо в почтительном поклоне докладывал:
      - Ваше Величество, я набрал необходимое количество мастеровых людей, которые по моей технологии куют мечи и изготавливают луки. Я же сам занимаюсь исследованиями. Не знаю, как получилось, видимо, случайно, но в древесный уголь попали селитра и сера, а потом всё взорвалось от искры.
      - Взорвалось? – переспросил Асита, - это что такое?
      - Это, это… это трудно объяснить, это надо видеть… сейчас покажем, - пытался объяснить Камо.
      Помощники сыпанули в чан горстку угля, серы и чуть больше селитры. Камо попросил отойти, заявив, что сейчас будем гром. Он бросил в чан горящую палку и произошел взрыв, разорвавший чан на куски.
      - Это взорвалась смесь Громовержца, - пояснил Камо, - я назвал её бухлом. Взрыв – бух, - он сделал жест руками. – Сейчас я подбираю количественный состав ингредиентов для усиления мощности взрыва, который можно сделать направленным. Ваше Величество, это будет чудо-оружие, которого ни у кого нет. Но позвольте мне ещё поработать и через месяц я представлю вам это оружие в готовом виде. Оно будет убивать на расстоянии сотен метров.
      Асита находился в растерянности, его испугал внезапный взрыв, который разорвал металлический чан в клочья. Но королю не пристало показывать нерешительность или испуг. Он объявил чётко:
      - Действуй, Камо, доложишь результат через месяц.
      И Камо усердно трудился, опытным путем усовершенствуя состав бухла. Он понял, что порошок должен состоять из 75% калиевой селитры, 15% древесного угля и 10% серы. Теперь он рисовал, чертил и раздумывал над орудием, которое сделает взрыв целенаправленным. После долгих опытов и трудов Камо отлил медную бушку, способную стрелять. Всё от искомого слова бух. Сделав несколько выстрелов, он пришел к Королю. Рунако доложил, и он вошел в покои.
      - Ваше Величество, - склонился он в поклоне, - я готов продемонстрировать изготовленную бушку, способную разить врага на расстоянии в тысячу метров.
      Асита с личной охраной выехал в поле, где уже были подмастерья Камо. Он пояснял:
      - Эта бушка отлита из меди, но необходимы ещё опыты, которые определят лучший металл для бушек. В ствол мы помещаем зарядный пакет с бухлом, закатываем ядро, тоже снаряженное бухлом и через отверстие в основании поджигаем.
      Бушка грохнула, оглушив и задымив всех присутствующих. Снаряд улетел далеко и вскоре взорвался. Асита и Камо поскакали к месту взрыва. Увиденное поразило и порадовала короля – в огороженном загоне находились разорванные трупы десяти козлов. Бушка действительно разила насмерть на расстоянии и особенно поражал её гром-взрыв, который мог напугать и обратить в бегство целую армию. Асита это хорошо понимал.
      - Если Его Величество позволит, то я еще поработаю над бушкой месяц или два для её усовершенствования.
      - Я разрешаю, - повелительно произнес король, - но мечи и луки нам тоже необходимы.
      - Да, Ваше Величество, мечи и композитные луки изготавливают мои помощники под присмотром, их изготовление не прерывается ни на секунду, - ответил Камо.
      - Молодец, Камо! – король бросил ему мешочек золота и распорядился об усиленной страже для кузницы.
      Дома он решил немного отдохнуть, поплавать в бассейне, вода успокаивала и расслабляла натянутые эйфорией нервы. Но всё замечательно, бушки и бухло (пушки и порох) – это его разящее насмерть оружие, которое повергнет врагов в трепет и ужас.
      Накинув халат, Асита позвонил в колокольчик. Мгновенно вбежал Рунако.
      - Слушаю, Ваше Величество, - произнес он в поклоне.
      - Позови ко мне Зубери.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Рунако спиной вышел в дверь. Зубери появился минут через десять, он как раз обучал личных стражников короля.
      - Слушаю, мой господин.
      - Ты, Зубери, один из самых преданных мне людей и был со мной в непростые дни. Ты был со мной, когда я ещё был простым лесоярцем, ты был моим ординарцем и сейчас возглавляешь личную стражу. Кого ты можешь предложить назначить начальником личной стражи? – спросил король.
      - Чем я не угодил своему королю? – Зубери пал ниц.
      - Встань, Зубери, я хочу назначить тебя на другую и более ответственную должность. Так кого ты предлагаешь вместо себя?
      - Абрафо, Ваше Величество, он лучший воин и предан своему королю, он был с вами с первого дня.
      - Да, Зубери, я помню, передашь дела ему, а сам займешься созданием тайной стражи. Тайная стража – это будут мои глаза и уши. О чем говорят люди между собой, какие у них проблемы, что они замышляют, какие помыслы у врагов наших и соседей. Я должен знать всё. Я даю тебе право, Зубери, наказывать непослушных розгами или другим способом, но казнить только с моего разрешения. Ты должен иметь своих людей-агентов не только у врагов, но и у друзей, ты должен знать мысли каждого человека в моем королевстве, любого человека, кроме королевы Амади. Например, верен ли мне князь Истограда Дженго. Ворует ли он из казны и сколько? За один день тайную стражу не создать, работай, подбирай людей, учи их быть незаметными, а самим видеть и слышать всё. Ответственное дело я поручаю тебе, Зубери, не подведи своего короля. Ситуацию докладывай мне каждую неделю, а экстренную тотчас же.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, приложу все силы и буду стараться до последнего дыхания, до последнего биения сердца, но своего короля не подведу, - ответил Зубери в поклоне.
      Оставшись один, Асита с удовольствием присел в кресло, немного расслабился. Начало положено: возводятся крепостные стены, создается и обучается армия, тайная стража… Много дел ещё предстоит, архи много, но зараз всё не свершить, он это понимал прекрасно.
      В кабинет вошла Амади. Асита поднялся ей на встречу, обнял.
      - Как чувствуешь себя, мама? Давно не заходил к тебе…
      - Я понимаю, сынок, ты теперь король и дел много. Жаль, что отец не дожил до твоего величия… У тебя всего лишь две девушки в гареме, я подыскала ещё нескольких, - резко сменила тему Амади, - но пока достойной жены не вижу. Посмотришь наложниц сейчас, чтобы выбрать себе на вечер и ночь? Я оставила их в приемной.
      - Хорошо, мама, посмотрю.
      Он позвонил в колокольчик, появился Рунако и впустил девушек. Амади подала знак кистью руки и наложницы закрутились в танце. Девушки не были голыми, но прозрачные шелковые халатики позволяли разглядеть все прелести тела.
      Асита почувствовал желание и выбрал двоих, ещё двоих приказал привести вечером. Амади тоже ушла с остальными девушками. 
      Расслабившись, он искупнулся в бассейне и решил отправиться в город. Верхнегорск строился ударными темпами, строителей и рабов хватало вполне и Тафари разворачивался вовсю. Он увидел короля и сразу же подошел к нему, поклонился, стал объяснять:
      - Ваше Величество, я решил первым делом выстроить стены крепости и одновременно построить торговую площадь, чтобы люди могли процветать.
      - Что это за проёмы вверху крепостных стен? – спросил король, - для стрельбы из лука они слишком велики.
      - Это бойницы, Ваше Величество, для бушек. Ко мне подходил Камо и сказал, что необходимы именно такие проемы для зашиты города-крепости от врага.
      - Хорошо, Тафари, работай, - ответил король и проследовал дальше.
      Работа кипела везде и город походил на большую стройку. В центре разместились торговые ряды, которые не пустовали. Торговля шла вовсю, но что-то смущало Аситу. Он остановился и стал наблюдать. Через некоторое время понял – товар обменивался на товар и нужный товар не всегда находился под рукой. Необходим единый, на который можно обменять или купить всё.
      Асита думал над этим вопросом несколько дней и решил ввести в стране денежную систему. Он пригласил к себе казначея Бузибу и главного кузнеца Камо, поставил задачу. А через неделю уже получил первую пробную партию денег. Асите представили деньги, отлитые из меди, на аверсе которых красовался королевский профиль, а на реверсе в зависимости от стоимости: «1 Деньга», «3 Деньга», «5 Деньга», «10 Деньга». Монеты, отлитые из серебра достоинством «25 Деньга» и «50 Деньга». Золотые монеты стоимостью «100 Деньга».
      Казначей предложил расценки, и король утвердил их. Например, среднюю тушу бородавочника можно было приобрести за «10 Деньга». Королевский Указ издан, но всё только начиналось и приходилось изобретать меру длины и веса. В дальнейшем это помогало здорово и, например, расстояние уже не мерили днями конного или пешего пути.
      Естественно, новинки внедрялись не сразу и переходный период существовал несколько лет. Но постепенно новые меры прочно входили в обиход, вытесняя старые измерения в днях пути или мешках соли, ведре воды.
      
      
      ХIV
      
      
      Строительство города завершилось и Асита теперь проживал в настоящем замке с множеством комнат, залов и потайных ходов. Про все знал только Асита, многие были известны Амади и некоторые начальнику тайной стражи Зубери.
      Дел ещё предстояло много, но уже можно было немного расслабиться. Асита распорядился и Маньяра, старшая фрейлина гарема, привела девушек. Их было немного, но к своему удивлению и огорчению, Асита не увидел среди них Белочку, а Солнышко стояла очень грустной и расстроенной.
      - Белочка где? – гневно спросил король, - заболела?
      - Да, она приболела немного, - потупив глаза, ответила боязливо Маньяра.
      - Почему мне не сказали сразу? – возмутился Асита.
      Маньяра, опустив голову, молчала.
      Король понял, что здесь что-то не чисто, что-то скрывают от него и впредь допустить подобного не мог. Он вызвал Рунако, приказал, указывая на старшую фрейлину:
      - Пороть её розгами, пока не сознается, а потом отрубить голову.
      - Ваше Величество, - обратилась к нему Солнышко, - не казни и разреши сказать.
      Король поднял руку, давая понять Рунако, чтобы пока не уводили Маньяру.
      - Говори, Солнышко, - позволил король.
      - Уважаемая Маньяра ничего не скажет вам, господин. Её Величество запретило ей говорить под страхом лютой смерти. Её Величеству не нравится Белочка, и она была выпорота нещадно розгами за то, что не отказалась идти к вам в прошлый раз. Теперь меня тихо удавят ночью…
      Солнышко замолчала, а из её глаз закапали слезы.
      Асита понял, что его мать полностью управляет его гаремом, и свои планы попытается довести до конца. Белочка – дочь северного народа, непонятного ей, потому и непринятого. А у него были свои планы.
      Он распорядился отправить к Белочке лекаря, а сам прошел в покои к матери. С порога заявил твердо и безапелляционно:
      - Если с Маньярой или Солнышком, другими девушками что-нибудь случится, если они случайно запнутся и упадут, получив шишку или синяк, то ты, мама, будешь заточена в башню пожизненно. Тебя не казнят, но вмешиваться в мои дела, как и общаться с другими людьми ты не сможешь. Тебя даже кормить станут через окошечко в двери камеры.
      - Но сынок…
      - Молчать, - резко оборвал он мать, - я всё сказал.
      Король повернулся и ушел, направившись в комнату к Белочке. Там уже находился лекарь и осторожно втирал в раны на спине девушки какую-то мазь.
      - Белочка, тебя больше не обидит никто, - ласково произнес Асита, - и если у неё кожа не заживёт, - он посмотрел в сторону лекаря, - то с тебя живого её снимут.
      Асита вернулся в покои. Приказал сразу:
      - Рунако, найди того, кто выполнял приказ моей матери. Запороть его розгами до смерти – пусть все знают, что наказывать моих наложниц безнаказанно не может никто.
      Расслабленно отдохнуть не получилось, и король решил заняться делами. Но в начале обдумать ситуацию.
      Почему Амади поступила таким образом? Она же прекрасно понимала, что я выделяю среди наложниц Белочку и Солнышко. Насолить сыну или унизить – это вряд ли. Упрочить таким образом свой статус, откусить немного от пирога власти? Это возможно. Она рассчитывала, что я буду недоволен, но не до такой степени. Она не политик и не просчитала ситуацию: Солнышко и Белочка – дочери вождей! Это может пригодиться в последующих отношениях с севером и югом.
      Асита решил отправиться на базарную площадь в одежде простолюдина, накинув капюшон на голову, чтобы его не узнали. Интересно посмотреть, чем занимается народ, когда не обращает на тебя внимания.
      Он встал в неприметном месте и наблюдал. Потом походил между торговыми рядами. Люди приходили, торговались, покупали и уходили, приходили другие. Но все-таки одну странность Асита заметил: с одного прилавка скидывали тюки тканей в тележку. Он решил подойти и спросил купца:
      - Хорошие ткани. Почему вы уезжайте?
      - Это уже не мои ткани, у меня их изъяли за неуплату налога, - ответил купец.
      - Какого налога? – не понял Асита.
      - Чего тебе здесь надо, голодранец? – недовольно возмутился подошедший с охраной смотритель базара, - беги отсюда, пока тебе плетей не всыпали.
      - Хотелось бы знать: о каком налоге идет речь? – спокойно спросил Асита.
      - Всыпать ему плетей! – гневно приказал смотритель базара своей страже.
      Асита скинул накидку с головы, присутствующие узнали своего короля и упали ниц. Остался стоять непонимающий ничего купец, который не знал короля в лицо. Но его тоже уронили быстро.
      - Взять смотрителя, - приказал Асита страже.
      Стража смотрителя мгновенно вскочила и скрутила своего хозяина.
      - Я король Арголании, - достойно пояснил Асита, - о каком налоге ты говорил, купец?
      - Ваше Величество, - поднял голову купец от земли, но Асита подал знак и его подняли на ноги, немного склонив, - смотритель базара заявил, что я должен оплатить ему налог в виде трети товара за предоставленное место торговли. Что это Указ короля и ему должны платить все. Я возмутился, потому что никто из местных налоги не платил. В результате у меня забрали всё за пререкания.
      - Понятно, - произнес король, - вернуть купцу товар, - приказал он страже, - а этого выпороть здесь же. Полагаю, что пятидесяти плетей смотрителю хватит.
      Король постоял, немного подумал и приказал снова:
      - После плетей отрубить смотрителю голову, а всё его имущество определить в казну государства.
      Он вернулся в свой замок и задумался. Какой-то смотритель базара решил посягнуть на его имидж своим воровским разбоем. Король вызвал к себе начальника тайной стражи Зубери. Спросил сразу:
      - Ты знал, что смотритель базара обирает купцов?
      - Нет, господин, моя стража ещё только формируется. Но я проведу расследование и все пострадавшие, если таковые есть, будут реабилитированы от имени короля. Это укрепит власть Его Величества короля Арголании и привлечет новых купцов для торговли.
      Асита понял, что Зубери мыслит в правильном направлении и жестом руки отпустил его.
      Оставшись один, Асита снова задумался. Он построил город-крепость, где у каждого жителя каменный дом, есть вода и канализационные трубы-каналы, уносящие отходы и не создающие вонь, как в других городах. Инновационное решение его поданного Тафари. Великолепный у него архитектор, лучший в мире! Надо бы его наградить получше. Торговля пошла интенсивнее при введении денежной системы, стали приезжать иногородние купцы, жизнь налаживалась, а тут такой облом со смотрителем базара. Да, он правильное принял решение о наказании, впредь никому неповадно будет. 
      
      
      ХV
      
      
      Камо, главный кузнец короля, отдыхал в кресле-качалке прямо в кузнице. Кузницей, в обычном понимании этого слова, вряд ли можно назвать это помещение. Это был целый кузнечный цех, где изготавливались мечи; отдельное помещение для сушки деревянных частей для луков, изготовления пластин и сборки композитных частей; комната для дум и опытов, а по-современному: конструкторское бюро с испытательной базой.
      Камо рассуждал: при плавке железной руды он увеличил количество дутья в шахтных печах и заметил, что из домницы вместе со шлаком вытекает рыхлый ком размягченного железа. Остыв и затвердев, этот ком становится прочным и тяжелым, а на изломе имеет металлический блеск. Но в отличие от железа эта металлическая чушка не могла коваться. Он назвал этот металл чугуном и попробовал отливать из него бушки и ядра. Получалось неплохо и гораздо дешевле, чем отливать бушки из меди или бронзы.
      Камо отлил бушки из меди, бронзы и чугуна. Отлить-то отлил, но на руках их не перетащишь на дальние расстояния и мастер обдумывал следующий вопрос. Он чертил разные схемы, пока не изобрел сооружение, именуемое лафетом в современности. Колеса позволяли перевозить орудия на дальние расстояния и сохраняли бушки при выстреле, откатываясь назад. Тем самым лафет не разрушался от отдачи выстрела. В начале Камо применил клинья для определенного поднятия ствола и его фиксации, а потом посадил ствол на ось лафета. Для изменения углового возвышения вместо клиньев стал употреблять подъемный винт, что упрощало задачу наведения и прицеливания.
      Камо отошел в сторону и сам залюбовался бушками. Медные и бронзовые сверкали в лучах солнца, а чугунные, почему-то, как ему казалось, отдавали самой смертью. Теперь можно было приглашать короля на смотрины. Что он и сделал.
      Асита объехал все бушки на лошади, потом обошел каждую, потрогав руками. Спросил:
      - Почему разные?
      - Это пробные бушки, Ваше Величество, медные, бронзовые и чугунные, а также разного калибра, то есть диаметра ствола, - отвечал с поклоном Камо. – Приходилось пробовать много раз, чтобы подобрать необходимый калибр, толщину стенок и заряд бухла. Только при правильном подборе ствол бушек не разрывался на части. Медные и бронзовые бушки, конечно, красивые, но чугунные гораздо дешевле в изготовлении. А вот это ядра к бушкам, - Камо указал на горку черных круглых изделий с воткнутой короткой веревочкой. – Это запал, Ваше Величество, он загорается при выстреле, а когда ядро упадет, то догорает и взрывает бухло внутри ядра. Происходит бух и ядро разлетается на части, поражая противника осколками. Дальность стрельбы я увеличил, Ваше Величество, сейчас бушки бьют на расстояние в два километра пятьсот метров. Но раньше бушки при выстреле отлетали назад, и я поставил их на колеса, всё приспособление назвал лафетом. Теперь бушка при выстреле откатывается назад и возвращается невредимой на своё прежнее место. Разрешите произвести выстрелы, Ваше Величество?
      - Действуй, Камо.
      - Вон там, - Камо указал рукой, - мы построили несколько домов. Как раз на расстоянии два с лишним километра. В эти дома и будем стрелять.
      Подручные Камо уже заряжали бушки и встали рядом с зажженными факелами. Он кивнул головой и факелы коснулись бушек. Взрывы оглушили присутствующих и всё заволокло дымом. Но вскоре дым рассеялся, звон в ушах притупился и Асита поскакал на коне к уже горящим и разрушенным домам от выстрелов. Картина его впечатляла: развороченные взрывом бревна полыхали вовсю.
      - Ваше Величество, - обратился к королю подъехавший Камо, - прошу еще месяц или два на доводку бушек и ядер. Вместо ядер хочу сделать снаряды – это такие небольшие цилиндры с заостренным концом и капсюлем. То есть взрывающего шнура не будет, а капсюль взорвет снаряд при ударе. Снаряд позволит стрелять более точно и на расстояние уже в три километра. Экспериментируя, я добавил в бертолетову соль немного гремучей ртути и сурьмы, получился ударный состав, который я помещу в капсюль на острие снаряда. При ударе о противника или о землю под противником, или о дом капсюль взорвет снаряд. Прошу также, Ваше Величество, набрать и обучить отряд бушкарей, которые будут стрелять из бушек и обслуживать их.
      - Всё тебе разрешаю, Камо, ты молодец! Действуй и дальше на благо моего государства.
      Король наградил Камо мешочком золота.
      
      
      ХVI
      
      
      Амади вовсе не собиралась откусить кусочек власти у своего сына. Но ей очень хотелось быть в курсе всех дел в замке. Не только в замке, но и во всей стране. Именно поэтому она приказала выпороть Белочку, которая отказалась сообщать ей всю информацию, которой владела или могла владеть от короля. И показать свою власть в гареме – тоже неплохо. Как говорится, к хорошему привыкаешь быстро. Вот Амади и захотелось стать настоящей хозяйкой гарема, поставлять королю девушек для развлечения таких, которых выберет она сама лично. Которые бы не перечили монарху, естественно, но подчинялись бы ей. О том, чьими дочерями были Белочка и Солнышко, Амади не знала и даже не задумывалась, ей это было вовсе не интересно. Политика её не интересовала. Как Аситу не интересовали и её фрейлины.
      Амади приказала привести к ней Маньяру, старшую смотрительницу гарема.
      - С этого дня ты станешь докладывать мне ежедневно о чем говорят между собой наложницы. Особенно, после спальни короля. Ты всё поняла, Маньяра?
      - Всё поняла, Ваше Величество, - ответила с поклоном Маньяра.
      Она уже знала, что король остался недовольным матерью за порку Белочки. Докладывать королеве не собиралась ничего серьёзного, на её взгляд. Но перечить ей очень опасно.
      - Пошла вон, - приказала королева.
      Маньяра ушла с думами: как попасть на прием к королю? И ей здорово повезло: Асита сам пришел в гарем посмотреть, справиться о здоровье Белочки. Конечно, охрана Маньяру к королю не пропустила, но она сумела переговорить с Рунако и тот доложил о ней.
      Король принял её. Маньяра завела правую пятку за левую и склонилась в низком поклоне.
      - Встань и говори, что хотела, - приказал он.
      Маньяра выпрямилась, но всё равно держала голову наклонившейся.
      - Ваше Величество, Её Величество Амади приказала мне докладывать ей о всех разговорах в гареме и, особенно, следить за Белочкой и Солнышком. Что мне делать?
      - Что тебе делать? – повторил король, выполнять указания Амади. Но также будешь следить за ней и её приближенными. Станешь докладывать всю информацию по гарему и королеве Рунако. Тебя будут пропускать к нему. Если королева задумает сделать что-то плохое Белочке или Солнышку, то ты немедленно сообщишь об этом Рунако. Ты все поняла, Маньяра?
      - Я всё поняла, Ваше Величество, всё исполню, как вы приказали.
      - Свободна.
      Маньяра вышла спиной из покоев.
      Белочка чувствовала себя гораздо лучше. Раны от плетей затягивались и, слава богу, не воспалялись. Она уже была готова прийти в королевские покои, но Асита жалел её и оставлял пока на лечении в отдельной спальне гарема. У него были на неё дальние планы, а для этого она должна быть вполне здоровой.
      Асита вернулся к себе и стал размышлять. Его мать, которую он, конечно же, любил, ненамеренно и неумышленно вредила. Хотела сделать как лучше, а получилось не совсем так. Да, решил Асита, необходимо по-доброму переговорить с мамой. И если не поймет, то заточу её в тайную комнату замка, где связь с внешним миром она не будет иметь.
      Асита со своей стражей вышел из замка и направился на торговую площадь. Торговля шла бойко, приезжали купцы из других стран, и особенно теперь, когда он ввел в государстве денежную систему. Ещё, наверное, и потому, что Асита приказал построить над торговыми рядами навесы. Это очень радовало купцов – не приходилось в дождь убирать товары и прятать их от воды. Благосостояние народа постепенно вырастало и король оставался довольным.
      Его верный архитектор Тафари уже возвел вокруг Верхнегорска каменные стены с бойницами наверху, превратив город в неприступную крепость. Задумки короля постепенно превращались в явь. И Асита решил проверить свои армейские подразделения. На своем скакуне он выехал в поле, где тренировались полки. Тридцатитысячное войско уже не походило на необученную толпу. Обученное командирами, оно могло успешно противостоять любому противнику.
      Довольный Асита проследовал в кузницу. Хотя назвать кузницей это учреждение теперь уже было вряд ли возможно. Но все равно так назывался комплекс строений, состоящий из отдельных блоковых помещений. Блок непосредственно кузницы с горном и даже небольшой доменной печью для плавки металла; блок сборки изделий; конструкторский блок с химической лабораторией; испытательный блок; блок отдыха персонала.
      В своё время Асита вовсе не зря назначил молодого паренька-подмастерья Камо главным кузнецом его государства. Из обыкновенного кузнеца Камо уже давно превратился в механика, химика, физика, изобретателя.
      Главный кузнец, поклонившись, докладывал:
      - Ваше Величество, на крепостных стенах уже поставлены бушки из чугуна, а проёмы закрыты досками, покрашенными под цвет стен. Это сделано для того, чтобы ни у кого не возникало вопросов и интереса к бушкам. Для возможного противника бушки должны оказаться сюрпризом, Ваше Величество. Также изготовлены сто бушек для конной тяги в случае похода нашей армии к потенциальному противнику. Бушкари обучены стрельбе и делают это достаточно неплохо. Я вот что подумал, Ваше Величество, если отлить бушку более мелкого масштаба, то есть калибра, то можно будет использовать изделие в ручном варианте. Не стану вдаваться в подробности изысканий и опытов, но кое-что уже показать могу. Я назвал это изделие громобоем. Прошу пройти на внутренний полигон.
      На полигоне Камо демонстрировал металлическую трубку диаметром немногим более сантиметра с приделанной к ней необычной деревяшкой, как потом выяснилось – прикладом. Его прикладывали к плечу.
      - Ваше Величество, начал объяснять Камо, - вы видите ряд щитов. Первый установлен на расстоянии в сто метров, второй на сто пятьдесят и третий на расстоянии в пятьсот метров. Проведем выстрелы из лука.
      Он кивнул головой и трое его подмастерьев выстрелили практически одновременно. Трое других убежали за щитами.
      Первый щит был пробит стрелой насквозь. Во второй стрела попала, но не пробила его, а до третьего просто не долетела. Теперь вышел четвертый подмастерье и взял в руки громобой.
      - Ваше Величество, - предупредил Камо, - сейчас будет выстрел в сторону дальнего щита, возникнет гром и дым, как из бушки, только тише немного.
      Подмастерье по команде приложил приклад к плечу, прицелился и выстрелил. Раздался бух, повалил дым, но гораздо меньше, чем из бушки. Другой подмастерье побежал за щитом и принес его. Асита с удивлением разглядывал дыру в щите, пробитой на расстоянии в пятьсот метров, что было недосягаемо для луков. Камо продолжил объяснение:
      - Ваше Величество, громобоями необходимо вооружить хотя бы три линии бойцов каждого полка. При приближении противника первые стрелки делают бух и встают на колени, заряжая громобои. Потом стреляет вторая линия и тоже встает на колени для зарядки. Конечно, можно заряжать и стоя, но таким способом бойцы позволяют производить выстрелы поочередно, не мешая друг другу. Противнику будет нанесен физический урон, а психологически от внезапного грома и дыма он будет шокировано испуган и побежит, наверняка разбежится.
      - Я понял, Камо, ты молодец, - Асита протянул ему кошелёк-мешочек с золотыми монетами. – Да, изготавливай громобои и вооружай армию. От меня что-нибудь нужно?
      - Да, Ваше Величество, прикажите командующему армией Рутендо направить ко мне для обучения по десять человек от каждого полка. Потом они научат обращаться с громобоями своих воинов в полках.
      - Я тебя услышал, Камо. Когда ты сможешь вооружить армию громобоями? – спросил король.
      - Тридцать полков по три линии – это… потребуется девять тысяч громобоев. По десять в день – это… Полагаю, что сумею нарастить количество производимого оружия за день и управлюсь за один год. А за два года вооружу всю армию полностью, Ваше Величество. Но мечи и луки в небольшом количестве всё равно должны остаться, например, для разведки.
      - Действуй, Камо, - приказал король и удалился.
      Довольный, он отправился в свой замок. Верный секретарь Рунако сразу же доложил, что приходила старшая смотрительница гарема Маньяра и заявила о желании Белочки переговорить в вами, Ваше Величество.
      Асита удивился не очень и приказал привести Белочку. Она появилась не в обычной прозрачной накидке, а в платье. Он сразу же приказал ей раздеться и осмотрел спину. Несколько заживших рубцов всё-таки остались на теле Белочки. Белый цвет кожи манил Аситу, и он стал ласкать её. После любви предложил одеться.
      - Ты пришла ко мне переговорить. Что хотела сказать или попросить, Белочка? Говори.
      - Господин, - она немного наклонила голову, - я полагала, что моё тело со шрамами больше не будет привлекать ваш взгляд. И вы в праве отдать меня наложницей какому-нибудь графу или князю. Вы, господин, лучший из всех мужчин и быть с другим мне станет противно. Поэтому хотела попросить, чтобы вы отпустили меня домой в свой родной и далёкий город Совнадол.
      Асита задумался. Наложница просила отпустить её – такого ещё не бывало. Даже если она принадлежала княжескому или царскому роду. Да, её выпороли и теперь она желает вернуться домой, чтобы мстить? В Совнадоле действительно большое войско, но пятьдесят тысяч его бойцов не смогут одолеть мою тридцатитысячную армию, уверенно считал Асита. Но Белочка об этом не знает. Нашла причину, чтобы я её отпустил. Но она лучшая из наложниц и я хочу её.
      Асита стал гладить её ножки, задрал платье и вошел в тело со страстью. После секса он заметил её повлажневшие глаза. Белочка, всхлипывая, произнесла:
      - Господин, вы насладились мной, чтобы уже сегодня отдать меня другому? Тогда я зарежу себя, но другого у меня не будет, - твердо заявила она.
      Асита даже отпрянул в сторону от такого заявления наложницы. Ответил незамедлительно:
      - Белочка, я никогда не отдам тебя никому другому. Об этом можешь не думать и не переживать. Ты скучаешь по родительскому дому, расскажи мне о нем, о своей стране, - попросил он.
      - Правда! – воскликнула она и кинулась ему на шею. Потом, словно опомнившись, извинительно поклонилась.
      - Белочка, - назидательно произнес Асита, - тебе нет нужды кланяться и будь со мной, как с равным. Расскажи о свой стране.
      Довольная и радостная Белочка заговорила немного с ностальгической грустью:
      - Я уже рассказывала, что родилась на далеком севере в городе Совнадоле с населением сто тысяч человек. Это страна Словения, в которой совершенно другая погода. Здесь всегда лето и с мая-июня по октябрь идут дожди. В Словении в это время тоже лето, но дожди не льют так сильно. Зимой здесь сухо и жарко, а у нас стоит жуткий холод и идет снег. Снег – это замерзшие капельки воды, похожие на алмазы-пушинки, они падают с неба. На руках или в тепле они тают, превращаясь в воду. Дома у нас деревянные из толстых бревен, внутри находятся печи, в которых горит огонь, согревая жилище. Все жители носят теплую одежду из кожи буйволов. Это такие очень большие и свирепые олени с рогами, покрытые густой шерстью. У нас все мужчины воины, и они охотятся на зверей, на тех же буйволов, оленей и коз. Даже у каждого мальчика есть лук, из которого учатся стрелять с самого детства. Да, у нас нет львов или тигров, леопардов и слонов, но есть медведи и волки, другие звери. Медведи – это мохнатые звери и весят они больше, чем львы или тигры. На родине меня звали Беляна, а моего отца, правителя Словении, Бронислав. Мама Василиса, княгиня Словении. Я, как княжна Словении, была вольна в передвижениях, ускакала далеко на юг, где меня и схватили воины Бонгани. Я бы непременно зарезала себя, если бы не оказалась у тебя, мой господин. Ты расспрашиваешь меня о Словении, ты хочешь захватить мою страну? – с озабоченностью спросила Белочка.
      - Словения… - в раздумьях произнес Асита, - страна, которую нужно видеть, чтобы понять, что такое снег. Нет, Беляна, теперь я так стану тебя называть. Нет, я не стану захватывать твою страну Словению. И не только потому, что ты её дочь. Её, наверное, невозможно захватить, но можно разграбить и сделать множество людей рабами. Но этого я тоже не стану делать. Весной мои послы отправятся в Словению, как раз появятся там к лету.
      - Зачем? – недоуменно спросила Беляна.
      - Чтобы подписать вассальский договор и установить размер дани, - ответил король.
      - Князь Борислав никогда не пойдет на это, - гордо ответила Беляна. – Славяне свободный народ и его не поработить никому.
      - Поработить, - усмехнулся Асита, - я и не собираюсь порабощать. Ты говоришь, Беляна, что у вас там холодно, а мои воины не любят холод. Они придут в начале лета, заберут ценности и людей в качестве рабов и наложниц. И так станут делать каждый год, пока твой отец не согласиться оплачивать обговоренную заранее дань. Я король, Беляна, и моя страна должна стать империей.
      - Господин, - она наклонила голову в знак повиновения, - вы можете покорить весь мир, но славян арголанцам не одолеть никогда. Теперь вы убьёте меня за пререкания?
      - Нет, - уверенно ответил Асита, - я отправлю тебя своим послом в Совнадол. Ты расскажешь и объяснишь Брониславу мою позицию. И если к осени не вернешься, то мои воины следующей весной пойдут в поход. Ежели Бронислав, зная об этом, пожелает устроить засаду на пути в Словению, то будут уничтожены все до единого человека. Совнадол будет разграблен, мужчины убиты. А девушки и женщины станут наложницами. Маленьких и старух убьют. Дерзко? Но никто не может перечить королю, посланцу богов. А сейчас ступай и готовься к отъезду с посольством. Подумай, что может предложить мне твой князь-отец в качестве дани. Золото, серебро, алмазы, ткани… что-нибудь из того, чего нет у нас.
      Асита остался один и снова стал размышлять. Он понимал, что у Беляны других мужчин не было, кроме него, естественно. И она к нему прикипела. Но как она отреагирует на его предложение, на чьей стороне будет в будущем разговоре со своим отцом. Он не сомневался, что его слова будут переданы без искажений. Но что посоветует Брониславу дочь на его территории?
      Асита вызвал к себе Зубери. Начальник тайной стражи докладывал:
      - Ваше Величество, в государстве всё спокойно, обзаводимся агентурой в разных местах и слоях общества.
      - Понятно, - перебил его король, - у тебя есть кто-нибудь, кто может осветить обстановку в Словении? Есть люди, знающие язык словян?
      - Есть такой человек, - довольно ответил Зубери, - это купец, который прибыл к нам из Совнадола с тюками различных тканей. Я приставил к нему своего человека, который помогает продавать ткани, одновременно изучает язык словян и уже многое понимает. Его зовут Баака. Белогор, так зовут купца, обязан Бааке – он спас его от воров, которые хотели тайно похитить тюки тканей.
      - Зубери, я собираюсь отправить посольство в Совнадол с определенными предложениями. Если Белогор поедет с посольством, то будет ли он истинно отражать суть переговоров. На чьей стороне он будет, если князю Брониславу предложат платить нам дань? Станет нам врать, если князь задумает ответить нам войной?
      Зубери немного задумался, но ответил быстро:
      - Ваше Величество, Белогор приехал к нам с женой и сыном. Они помогают ему в бизнесе. Если сына с женой оставить у нас, а его отправить с посольством, то Белогор врать не станет. Он поймет, что в случае обмана мы казним его родственников.
      - Хорошо, Зубери, готовь Белогора к поездке, распорядился король. – И пусть он всё держит в тайне.
      
      
      ХVII
      
      
      Асита вновь вызвал Беляну к себе. Она явилась в дорожном платье (костюме). В том, в котором её захватили ранее воины Бонгани, теперь казненного.
      - Ты уже собралась в Совнадол? – спросил с ухмылкой Асита.
      - Мне снять одежду, господин? – почтительно спросила она в ответ.
      Асита ненадолго задумался. Беляна ему нравилась, это бесспорно. Только она и Солнышко доставляли ему удовольствие в сексе. С другими он сбрасывал напряжение, не более того. Но и наложниц у него было ещё совсем немного.
      - В твоем городе, Беляна, проживает сто тысяч жителей, - заговорил словно сам с собой Асита, - это действительно большой город. Но в Истограде, где я тебя взял, тоже проживает не меньше. Моя армия к моменту захвата этого города ещё не была готова к битвам и мне пришлось выйти против войска Бонгани одному. И я убил всех! Никто не может противостоять безнаказанно сыну бога Громовержца. А сейчас моя армия готова к любым военным действиям. Ты, Беляна, поедешь в Совнадол с моим посольством и в качестве моего посла. Ты объяснишь уважаемому князю Брониславу, что ему выгодно принять моё вассальное предложение. Дань, которую он будет мне платить ежегодно, обернется для него выгодой – народ останется целым и не пойдет ко мне в рабство; будет неплохая выгода от торговли. Что ответит мне на такое предложение Бронислав?
      - Да, я слышала, господин, что у вас есть меч-молния, которым вы сразили армию  подлеца Бонгани наповал; что вы сын бога, которого не сможет одолеть ни один террянин; что вы спустились с небес на глазах у всего города Лесоярска. Но жители Словении – это вольный и свободный народ, и никакого ига они не потерпят. Не потерпят даже тогда, если князь Бронислав согласится на ваше предложение, господин. Большинство выберет смерть вместо рабства.
      - Никакого рабства не будет, если князь Бронислав будет платить мне дань. Сумму мы обговорим отдельно. Будет свободная торговля между купцами наших городов. Но ежели Бронислав станет упорствовать, то я обрушу на Совнадол гром и молнии. Мои солдаты отберут себе среди девушек наложниц и рабынь. Все остальные будут убиты, а город будет разрушен молниями. Езжай моим послом в Словению и через пять месяцев я жду тебя здесь с ответом. Жду только тебя и другого посла не приму, а вашу страну уничтожу. Ступай, тебе дадут карету и свиту.
      Беляна рассчитывала получить коня для поездки и два-три сопровождающих воина. А тут целая свита с каретой и повозками.
      К ней подошел мужчина странной наружности, как ей показалось. В его одежде было нечто среднее между воином, купцом и обычным дворянином.
      - Меня зовут Баака. Я старший от сопровождающих и стану охранять вас в пути, госпожа.
      Беляна удивилась – к ней подошел не евнух и назвал госпожой. Это было что-то новенькое в обиходе. Что этим хотел сказать Асита? То, что она не наложница, а действительно посол? Но послами не отправляют женщин! Так и она не просто женщина – она дочь правящего князя. Да, ей оказано уважение. Но надо проверить этого Бааку.
      Беляна произнесла оскорбительную для мужчины фразу на словянском языке. Неподдельно-удивленное лицо Бааки даже немного рассмешило её. Он произнес:
      - Госпожа, я не понимаю сказанного вами. Что это было?
      - Ничего, Баака, - ответила она, - просто я вспомнила свою Родину.
      Три с половиной тысячи километров разделяли города Совнадол и Верхнегорск. Два месяца пути и, наконец, потерянная дочь предстала перед своим отцом и матерью.
      Бронислав обнял Беляну, прижал к груди со слезами на глазах. Она сразу заметила, что Баака схватился за кинжал, тихо, но с яростью произнес: «Никто не может обнимать женщин короля Аситы. Мне придется умереть, но я зарежу вашего князя!» «Успокойся, Баака, это мой отец», - ответила Беляна и сразу заметила, что он убрал руку с ножен.
      Княжеская чета ушла в свои покои, а посольство разместили на подворье. Пока Беляна с дороги принимала водные процедуры и отдыхала, Баака осматривал город, посетил торговые ряды, то есть местный рынок и вслушивался в разговор местных. Его, естественно, сопровождал Белогор, который и переводил речь. Зная язык, Баака проверял и его.
      Только на следующий день Беляна начала серьёзный разговор с отцом, правителем Словении.
      - Папа, я, конечно, виновата, что очень далеко уехала на юг без соответствующей охраны, чтобы осмотреть природу, где не бывает зимы. Там меня схватили воины Бонгани. Это был князь Истограда, города в сто тысяч человек, как и наш Совнадол. Этот князь жестоко насиловал плененных девушек, но меня не успел тронуть. Город захватил Асита, князь Лесоярска и Верхнегорска. Он объявил себя королем страны Арголании, включив в неё названные города и наш Совнадол.
      - Это ещё с какой стати, - возмутился князь Бронислав, - нам не нужны чужие земли, но и своей мы не отдадим и пяди. Если сюда придет Асита, то получит достойный отпор.
      - Не горячись, папа, король Асита сын бога Громовержца и его победить невозможно. Он вооружен мечом-молнией и одним взмахом может разрубить пополам десятки тысяч воинов. Подлец Бонгани решил захватить Верхнегорск и пошел на него с тридцатитысячной армией. Асита вышел один против его войска и несколькими взмахами своего божественного меча убил всех воинов Бонгани, а самого взял в плен и посадил в Истограде на кол. Это факт, папа, и тебе Аситу не победить.
      - Меч-молния, сын бога… Насколько это достоверно, Беляна, - спросил Бронислав.
      - Все жители города Лесоярска утверждают в один голос, что лично видели, как Асита спускался с неба. Не падал камнем, а именно тихо спускался в неземных одеждах. А его меч… все воины Бонгани были перерублены пополам. Асита провел мечом и все воины в поле были перерублены одни ударом… десятки тысяч зараз. И это не сказки, папа.
      - Да-а-а… - задумчиво протянул Борислав, - значит, придется умереть всем в бою. Но славяне ни под кого не лягут!
      - Вы предпочтете умереть в бою, - язвительно произнесла Беляна, - а что делать нам, девушкам и женщинам? Стать наложницами и рабынями? Что может быть хуже? Зарезаться?
      Борислав долго молчал в раздумьях, хмурился, тёр виски пальцами. Потом заговорил:
      - Ты, Беляна, какое-то время находилась в этой проклятой Арголании… Что посоветуешь ты, если выхода нет. У нас не поднимется рука, чтобы убить своих женщин, но мы будем биться насмерть. Славяне – свободный народ! – гордо произнес Борислав.
      - Выход есть, папа, из всех зол выбирают меньшее. Король Асита беседовал со мной перед поездкой…
      - Подожди, как тебе удалось сбежать? – перебил её Борислав.
      - Папа, король Асита очень неглупый человек. Я не сбежала, он отправил меня к тебе в качестве посла.
      - Но послами не могут быть женщины! – воскликнул Борислав.
      - А чем мы хуже вас? – усмехнулась Беляна, - умный Асита заранее предугадал, что ты, папа, не воспримешь адекватно слова другого посла. Он предлагает своеобразную дружбу. Ты, папа, остаёшься князем Словении, которая войдет отдельным княжеством в страну Арголанию. В случае нападения Асита защитит наше княжество от ворогов. Наши народы будут торговать друг с другом и только богатеть от этого. Разве это не выгодно? Но тебе придется платить ему небольшую ежегодную дань. Твой имидж князя не пострадает, если всё правильно объяснить своим подчиненным, что для укрепления могущества Словения входит в состав страны Арголания. Никто из внешних врагов не посмеет напасть на такую большую страну, а народ будет только богатеть. И ещё, папа, я беременна от Аситы, и твой внук в будущем станет королем всей Арголании.
      - Сволочь, он взял тебя силой, я убью этого подонка Аситу, - яростно прокричал Бронислав и схватился за меч.
      - Нет, папа, Асита не брал меня силой… Он молод и очень красив, я люблю его. Но он ещё не знает, что у меня будет ребенок. А когда узнает – я стану королевой Арголании. Ты подчинишься мне, папа?
      - Ты всегда была умницей, Беляна, а теперь ещё стала политиком…
      - Но я же в тебя, папа…
      
      
      ХVIII
      
      
      Довольная Амади пила чай со сладким печеньем. Куда-то исчезла эта стерва Белочка, и она не желала спрашивать сына о ней. Исчезла и слава богу! Но необходимо найти ей замену, хотя Асита и приказал не занимать её апартаменты и называть Беляной. Сейчас он приглашает к себе только эту черножопую Солнышко. Но эта девица не вызывала раздражения у Амади – она черная и власти у неё никакой и никогда не будет. Спит с ней Асита и пусть спит себе на здоровье. Но наложниц ему надо подыскать. Она уже отдала приказ и поисками занялись её фрейлины и стражники.
      После чаепития в зал ввели несколько десятков девушек. Стража удалилась на время и Амади осматривала молодых женщин в поклоне. Потом приказала всем выпрямится, а ещё чуть позже раздеться догола. Оглядывала каждую, заставляя крутиться и даже танцевать. Отобрав десятерых, велела отвести их и разместить пока всех вместе. Смотрительницы гарема, дамы зрелого возраста, должны были обучить новеньких таинствам любовных утех. Остальных прибывших определила в прислугу, фактически на статус рабынь. 
      Довольная Амади направилась в покои короля. Но Рунако просто ошарашил её, заявив, что без доклада пускать не велено.
      - Значит ты, пёс, можешь входить к Асите  в любое время, а я, его мать, не могу войти? – злобно произнесла она. – Прочь с дороги, смерд!
      Амади оттолкнула его, но стража закрыла вход своими телами, не доставая мечи. Они понимали, что использование оружия здесь неуместно. Королеве-матери пришлось смириться.
      Секретарь Рунако вошел в личные покои короля и через некоторое время вышел. Произнес с легким поклоном:
      - Ваше Величество может войти.
      Амади вошла и сразу же заговорила с упрёком:
      - Ты, сынок, возжелал унизить меня уже не один раз. Чем я заслужила такое отношение? Тем, что родила тебя не от бога?
      - Ты хотела видеть меня, мама…
      Асита никак не отреагировал на её слова, но оторвался от просмотра большой карты, лежащей на столе.
      Амади пришлось подавить в себе возмущение, и она заговорила спокойно:
      - Ты, Асита, сейчас приглашаешь к себе только эту черную…
      - Она не черная, а красная! И зовут её Солнышко! – с напрягом прервал мать Асита. – Если это всё, то ты свободна.
      - Нет, это не всё, - возразила Амади, - я подобрала тебе десять красивых девушек. Пообщайся с ними. Может быть, кого-то оставишь для себя, а кого-то определишь в рабыни.
      - Я услышал тебя, мама, тебе пора…
      - Даже не обнимешь меня, сынок?
      - Пока нет, - ответил он, - много работы.
      Амади ушла, а Асита задумался. Мать приготовила ему наложниц… От чистого сердца или опять для слежки через постель? Да-а-а… надо определиться, решил он. Если опять козни, то заточу её в отдельную башню с комфортом, но без связи с внешним миром. Жестоко, но ничего не поделать, если мать вмешивается в политику. Иногда такое хуже явного врага.
      Король вызвал к себе Маньяру, старшую смотрительницу гарема. Она пришла и склонилась в поклоне.
      - В моём гареме появились новые наложницы. Что можешь сказать о них? – спросил Асита.
      - Её Величество Амади дала указание своим фрейлинам и стражникам подыскать наложниц для Вашего Величества. Среди доставленных она отобрала десять по внешнему виду, не беседуя с ними, - ответила Маньяра.
      - И зачем она это сделала? – снова спросил Асита.
      - Ваше Величество, в гареме осталась только одна Солнышко. Её Величество недолюбливает её из-за цвета кожи, но никаких негативных мер не предпринимает. Возможно, как считает королева, белые наложницы затмят Солнышко.
      - Понятно, Маньяра, приведешь ко мне сегодня под вечер парочку новеньких на свой выбор. Ступай.
      Маньяра поклонилась и спиной вышла из королевских покоев.
      Если это так, то мама правильно поступила, подумал Асита. Время покажет.
      А время показывало, что он скучал по Беляне. И в сексе Солнышко была лучше белых наложниц, хотя те старались вовсю. Видимо, сказывалось особенное строение внутренностей.
      Дни тянулись, но как-то незаметно пролетели пять месяцев. Вскоре прискакал гонец с благой вестью – посольство Беляны возвращалось.
      Король принял её достойно, как посла. А она заявила просто:
      - Мой господин, я соскучилась…
      Только на следующий день Беляна поведала о результатах своей поездки.
      - Мой господин, князь Словении на ваше предложение заявил, естественно, что славяне народ свободный и гордый. Если арголандцы сильнее, то они все погибнут в бою, но рабами не станут. Но я убедила его изменить своё мнение, спросив: что будет с девочками и женщинами? Станут рабынями и наложницами? И ещё один фактор сыграл свою роль. Я заявила, что его внук станет наследным принцем Арголании. Я беременна, господин, и рожу сына, в этом уверена.
      Беляна смотрела на реакцию короля. Как он отреагирует на её признание о беременности? Для неё это было очень важно, как и для каждой женщины. Но лицо Аситы не изменилось: ни улыбнулось, ни дрогнуло. Через минуту он произнес:
      - Я слышал, что в Словении нет гаремов и у мужчины только одна жена. В Арголании и на той стороне реки Званги другие обычаи. Мужчина может иметь столько жен или наложниц, сколько сможет прокормить. Ты не только красива, Беляна, но и умна. Для женщины это не частое совпадение. Отныне ты станешь моей женой, а не наложницей, и королевой всей Арголании. Рунако объявит моё решение всем. Выбери для себя в замке лучшие покои, подбери фрейлин в свою свиту. Теперь ты, как королева, не ограничена территорией гарема и можешь выходить в город со стражей. Я стану приходить к тебе сам, а ты можешь входить ко мне в любое время без доклада.
      Счастливая Беляна кинулась на шею Асите, и он унес её на кровать… После Асита решил поместить Беляну рядом со своими покоями. Он показал её соседние помещения: большой зал для приёма гостей или подданных, кабинет для отдыха и приема приближенных, спальню с широкой кроватью. Благо, выстроенный Тафари огромный замок позволял по площади множество помещений и даже несколько бассейнов с теплой водой из горячего источника – в покоях короля, теперь королевы и королевы-матери.
      Асита вызвал к себе Абрафо, начальника личной стражи.
      - Абрафо, - заявил он, - теперь Беляна, дочь правящего князя Словении, моя жена и королева Арголании. Пусть объявят всем, что князь Борислав дружественной нам Словении отдал свою дочь Беляну мне в жёны. Поставь стражу у её покоев и организуй эскорт для похода или поездок по городу. Беляна может входить ко мне и королеве-матери без доклада. Также объясняю для ясности – королева Амади: почетная королева, а королева Беляна правящая вместе со мной страной Арголанией.
      - Всё будет исполнено, Ваше Величество.
      Удаляясь, он немного поклонился не только королю, но и королеве в том числе.
      - Беляна, ты подбери себе свиту сама. Назначь фрейлину, которая будет твоим секретарем, - произнес Асита.
      - Из Совнадола я привезла с собой несколько девушек. Они и будут моей свитой. Если вы позволите, Ваше Величество, то секретарем я назначу Маньяру. Она ко мне всегда хорошо относилась и знает местные обычаи и правила, - ответила Беляна.
      - Когда мы одни, то называй меня Асита. А насчет Маньяры ты решила умно. Она сама подберет старшую смотрительницу гарема вместо себя.
      - В Словении нет гаремов, Асита, - осторожно заикнулась Беляна.
      - А в Арголании есть, - жестко ответил он, - и тебе придется с этим смириться.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - она немного наклонила голову.
      
      
      ХIХ
      
      
      О, времена! О, люди!.. бывшая старшая смотрительница гарема получила статус графини и должность фрейлин-секретарши. Предугадывая наклонности и желания королевы, именно она определяла порядок в приемных покоях – кто может войти к Беляне, а кто нет. Руководила фрейлинами-посланницами и фактически всем штатом придворных на этой половине замка.
      Королева-мать Амади восприняла новость огорченно-болезненно. Где это видано, чтобы наложница становилась королевой-соправительницей, а она только почетной, возмущалась она про себя. Вслух говорить боялась – за Беляну уже была наказана, хоть и не сильно. Но проявить себя не мешало бы. Она приказала своей фрейлине отправиться к Беляне и привести её для разговора.
      Ответ вернувшейся фрейлины привел Амади в ярость. Но внешне она постаралась сдержаться. Фрейлина заявила, что королева Беляна сейчас занята и прийти не сможет. «Не сможет, так не сможет», - вроде бы простецки заявила Амади. Но все поняли, что война объявлена. Амади станет ждать и надеяться на удобный случай, который позволит нанести удар без ответа. Но станет ли «гнобить» её Беляна? Фрейлины королевы-матери на этот вопрос ответить не могли.
      Амади выросла в бедности и не знала особенностей поведения уже тогда формирующейся знати. Во времена своей молодости она не общалась с князьями, а богатые простолюдины просто игнорировали её или нанимали для обслуживания – помыть, постирать, еду приготовить. И сейчас её хотелось править по-настоящему.
      Огорченно-рассерженная Амади решила пойти к сыну со своей свитой. Фрейлины, естественно, останутся в приемной. Но вновь не смогла зайти к нему сразу – Рунако заявил, что доложит. В этот момент появилась Беляна и сразу прошла к королю. Через мгновение вернулась и приказала выпороть всех фрейлин Амади за не почитание королевы Арголании – никто из них не поклонился ей.
      Стража мгновенно утащила моляще-кричащих женщин, не смотря на протест и возмущение королевы-матери. А Беляна вернулась в покои короля. Все поняли, что это был ответ на собственную порку в прошлой бытности. Униженная Амади вернулась в свои покои, так и не принятая в этот раз собственным сыном. И она приняла решение вернуться в свой домик из жердей в Лесоярске. Но королевская стража догнала её уже к вечеру и вернула назад в Верхнегорск. Обращались с ней вежливо и сразу привели к сыну.
      - Мама, ты с первого дня невзлюбила Беляну, и я тебя по-своему понимаю. Но ты, извини, выросла простолюдинкой и не знаешь княжеского и уж тем более королевского этикета. А Беляна знатная особа, княжна Словении. Дела государственные иногда заставляют короля принимать решения вопреки велению сердца. Да, Беляна могла быть просто наложницей, но мне это не выгодно – она дочь правителя Словении. Сейчас, когда она стала королевой, наши страны могут дружить и торговать, а Словения вообще войдет в моё государство вассальным княжеством без всякого применения военной силы. Это политика, мама, а ты мне мешаешь, чего я позволить никак не могу. Поэтому отдыхай с почетом, руководи гаремом. В противном случае мне придется, я повторяю – придется заточить тебя в башню без какой-либо связи с внешним миром. А своим фрейлинам объясни, что королева – это всегда королева, к которой необходимо относиться соответственно уважительно. Вы, две мои любимые королевы, должны приветствовать друг друга при встрече легким кивком головы. Ты всё поняла, мама?
      Асита подошел и обнял её.
      - Я всё поняла, сынок. Здравствуй и правь на благо страны! Я видела своими глазами, как ты спустился с небес на землю. Но как ты попал туда? Все зовут тебя сыном бога, но я-то знаю, что родила тебя от своего мужа.
      Асита улыбнулся и вновь обнял маму.
      - Бог Громовержец вселился в твоего мужа, мама, а потом забрал меня на небеса. Но он не оставил меня там, а направил своим наместником править на земле, на планете Терра. Громовержец дал мне главное – знания! И я стану великим правителем этой планеты. А сейчас ступай, мама, к себе. У меня ещё много дел государственных, действительно много.
      Асита внезапно появился в покоях Беляны и она по-настоящему испугалась, её фрейлины дрожали от страха.
      - Ты не входил ко мне через дверь, Асита… Ты действительно бог и можешь проходить сквозь стены? – ошарашенно спросила она.
      - Нет, Беляна, я всего лишь сын бога Громовержца, - ответил он и махнул рукой, чтобы фрейлины удалились.
      Испуганные дамы выбежали в страхе в приемный зал, где дрожащим голосом рассказывали взахлёб, как король появился в покоях сквозь каменные стены. Данная весть быстрее ветра разнеслась по городу и понеслась за его пределы: сын бога Громовержца, великий король Асита проходит сквозь каменные стены в покои своей жены, королевы Беляны.
      - Ты уже набрала в свою свиту часть фрейлин, Беляна. Это хорошо! Но я не вижу здесь Солнышко. Дай ей титул графини, она будет нужна нам в будущем.
      - Я поняла, Асита, и всё сделаю. Она тоже беременна, - тревожно произнесла Беляна.
      - Прекрасно! – воскликнул Асита. – Её ребенок станет принцем или принцессой. А наш с тобой сын – наследным принцем. Так что на этот счет не беспокойся.
      - Ты сделаешь Солнышко второй женой, чтобы мирно захватить территорию на другой стороне реки Званги? – спросила Беляна. – Она же тоже дочка южного князя…
      - Нет, Беляна, второй женой Солнышко не будет. Она станет княгиней, не более того. И у тебя неверное представление о территориях по ту сторону реки Званги. Вся местность там поделена между племенами и у руководства стоят вожди, что синхронно князьям. Её отец, благодаря моей помощи, подчинит все племена себе и станет моим наместником на всей территории.
      - Ты останешься сегодня у меня, Асита?
      - Нет, Беляна, тебе скоро рожать… береги себя.
      Асита вернулся в свои покои и вызвал к себе Солнышко. Она вошла и сразу же скинула с себя одежду. Король не удержался и занялся с ней любовью. Позже спросил:
      - Солнышко, как тебя звали на той стороне реки, как называл отец?
      - Адеола, - ответила она, - меня все называли Адеола.
      - Я слышал, что ты дочь вождя племени. Как зовут его?
      - Моего отца зовут Зикимо и он вождь племени Адваров, то есть охотников, - гордо ответила она.
      - Хорошо, Солнышко, с этого дня все станут называть тебя Адеолой и ты более не наложница в моем гареме. Я дарую тебе титул княгини и проживать ты станешь в соседних покоях с королевой Беляной. А твой ребенок станет принцем или принцессой. В своё время я помогу твоему отцу стать верховным вождем всех племен. Как называется ваша страна, Адеола?
      - У нас нет страны. Всю территорию мы называем Экинава.
      - Хорошо, твой отец, Адеола, объединит племена и станет верховным вождем Экинавы. Так я задумал и так повелевают небеса! – торжественно произнес Асита.
      
      
      ХХ
      
      
      Асита уже не приглашал в спальню Солнышко-Адеолу, как и свою Беляну. Но в покои королевы приходил регулярно. Там общался с обеими и частенько оставался наедине с Беляной для обсуждения государственных вопросов. Умная женщина иногда подсказывала ему неплохие решения проблем или вопросов. Например, он заговорил о науках и, прежде всего, о письменности и арифметике. 
      - Ты пригласи к себе казначея Бузибу, архитектора Тафари, главного кузнеца или уже оружейника Камо, картографа Айко и поставь им задачу. Это продвинутые люди, им и карты в руки. Пусть подскажут, составят план действий по обучению, - рекомендовала Беляна. – Мы тоже с отцом думали, что настало время обучения купечества и дворянства определенным наукам, но пока руки ещё не дошли.
      - Да, Беляна, ты права – необходимо созвать продвинутых личностей и поставить им задачу. Ты, конечно же, права, милая, - он поцеловал жену в щёчку, - как там мой наследник поживает?
      Беляна улыбнулась ласково и демонстративно погладила уже явно заметный живот.
      - Ничего, развивается помаленьку, пинается уже вовсю. Особенно, когда слышит голосок своего папочки.
      Беляна взяла руку Аситы и положила к себе на живот. Он почти сразу почувствовал толчок.
      - Узнал руку и хотел поздороваться, - с улыбкой произнес Асита, - да живот помешал. Но ничего, скоро появится на свет божий.
      - Месяца через полтора рожу, - согласилась Беляна.
      Асита обнял жену, поцеловал и ушел к себе. Там сразу же вызвал к себе выше названных лиц.
      - Вы самые продвинутые люди моей страны, - начал разговор король, - настало время, когда Арголании необходима письменность и арифметика. Чтобы появилась возможность написать и потом зачитать королевский Указ, чтобы сообщить новости или другую информацию. Чтобы купцы знали счет и не только купцы. Вам поручается изобрести алфавит, научить дворянское и купеческое сословие читать и писать, научить счету. Через неделю жду с конкретными предложениями. Все свободны.
      Приглашенные вышли, пятясь назад. Асита понимал, что дело пойдет, что будет создана письменность и счет, а Камо организует учения по физике и химии. Король Арголании размечтался немного, но его мысли прервал вошедший в спешности Рунако.
      - Ваше Величество, к вам по срочному делу Зубери.
      - Зови, - ответил король.
      Начальник тайной стражи вошел и поклонился в пояс. Так низко он прежде никогда не кланялся и Асита понял, что что-то случилось неординарное.
      - Я с плохими вестями, господин… Ваше Величество…
      - Говори, не тяни резину, - подтолкнул его Асита.
      - На Лесоярск напали вороги. Их много, очень много. Они пришли на больших лодках, весь морской горизонт в лодках и устье Званги тоже, Ваше Величество. Грабят дома, насилуют женщин и даже детей, убивают сопротивляющихся мужчин, но на свои лодки пока никого не уводят. Из этого можно сделать вывод, что пришли они надолго. Их язык нам незнаком, но в Лесоярске отыскался Бараса, которого двадцать лет назад выловили на большой деревянной доске в море. После кораблекрушения он много дней оставался на этой доске, и его прибило к берегу еле живого. Он оклемался, женился, а сейчас вороги изнасиловали его жену и десятилетнюю дочку. Дочка умерла через несколько дней после насилия многих мужчин. Бараса знает язык ворогов и готов служить нам, Ваше Величество.
      - Значит, Бараса из страны ворогов и знает, где она находится. Что он говорит по этому поводу? – спросил король.
      - Страна называется Уэссекс и находится за морем. Это воинственная страна, у них много кораблей-лодок с веслами и парусами. Они называют себя саксами, вооружены длинными копьями и короткими мечами для ближнего боя, а также луками и деревянными щитами, обтянутыми кожей. Тактика боя у них следующая: в начале в бой вступают лучники, потом копьеносцы. Отдельных меченосцев нет. В ближнем бою копья отбрасываются и они сражаются на коротких мечах.
      - Бушки, бушки у них есть? – спросил взволнованно Асита.
      - Нет, Ваше Величество, ни бушек, ни бушкетов у них нет. С бухлом они незнакомы, - ответил в почтении Зубери.
      - Что известно о их планах? – спросил король.
      - Почти ничего, Ваше Величество. Они пытались пройти вверх по течению на своих больших лодках, но течение победить не смогли. Но на маленькой лодочки всё-таки доплыли до водопада, что на середине между Лесоярском и Верхнегорском. Поняли, что дальше пути нет. Сейчас забирают все подводы у местных жителей и, видимо, планируют идти пешим порядком с обозом. В начале я хотел дать команду, чтобы все телеги сожгли, но потом отменил этот приказ, Ваше Величество. Я исходил вот из чего: в районе водопада дорога сужается. И если саксов пропустить по узкому месту с обозом, а потом ударить с тыла и спереди, то ни одному ворогу не уйти. Убьём всех, а обоз и оружие захватим. Что предпримут саксы? Естественно, они организуют разведку. Но в узком месте мы сможем перехватить всех. Оставшись без информации, вороги или уплывут, или пойдут на Верхнегорск всем своим войском и сгинут.
      - Есть и третий вариант, Зубери. Саксы останутся в Лесоярске и начнут массовый террор, чтобы выманить нас на бой. Но мы этого им не позволим. В Лесоярске сейчас пять тысяч населения и тысяч десять саксов может разместиться там, не больше. Где сейчас остальные вороги? На кораблях или разбили большой лагерь на побережье?
      - Основная масса остается на кораблях, Ваше Величество. Но каждые три дня проводится замена. Женщин приказано не убивать, они ими пользуются, а мужчин согнали в один большой лагерь и огородили забором, - ответил Зубери.
      - Понятно. Ты, Зубери, создай временный лагерь в джунглях. Туда станешь переправлять женщин и мужчин из Лесоярска, которых удастся отбить у ворогов. Ночами организуй набеги и вырезай вражеских солдат, а наших женщин уводи с собой в лагерь. Посмотри, как тайно напасть на охрану и освободить всех мужчин. Необходимо посеять у ворогов страх за свою жизнь. А я подготовлюсь к встрече врага в узком проходе у водопада. Действуй, Зубери, и держи меня постоянно в курсе событий.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Зубери поклонился и вышел спиной в дверь.
      Асита позвонил в колокольчик. Верный секретарь Рунако вбежал сразу же и застыл в поклоне.
      - Рунако, необходимо объявить в городе Верхнегорске военное положение. Казнить всякого, кто попытается выйти без разрешения за стены города. Объяви, что на город Лесоярск напали враги из-за моря, приплыли на больших лодках в огромном количестве. Объяви, что вороги будут частично взяты в плен в качестве рабов, а остальные будут убиты без сожаления. Всем жителям Верхнегорска необходимо соблюдать спокойствие, ибо они находятся под защитой великого короля Аситы, посланца небес. Ступай, Рунако. Ко мне позови командующего Рутендо.
      Рутендо вошел и поклонился достойно, весь во внимании.
      Асита пригласил его к карте.
      - Смотри, Рутендо, вот здесь у водопада очень узкое место, которое не обойти по сторонам. Если ударить спереди и сзади, когда враги войдут в этот узкий проход, то мы можем легко их победить. Отбери четыре полка… нет, шесть полков. Я выступлю с ними в поход. Ты, Рутендо, остаешься в городе и станешь оборонять его до последнего солдата, до последнего жителя, если потребуется.
      
      
      ХХI
      
      
      Асита выступил в поход с шестью полками, вооруженными до зубов щитами, мечами, луками, бушками, бушкетами. Бушки на конной тяге проблем в походе не создавали, как и легкий обоз с вооружением и продовольствием.
      Асита уже знал, что из Лесоярска выступила целая армия ворогов в количестве пятидесяти полков. Но количество вражеских солдат его не смущало. Через узкий проход он провел только один свой полк и спрятал его в джунглях по обеим сторонам от дороги. Остальные пять полков расположил на широком участке перед проходом, так же замаскировав их в джунглях. Он определился с тактикой боя и довел её до каждого командира, до каждого воина.
      Через несколько дней появились первые саксы. Не заметив никакой опасности, они вошли в узкий проход и стали выходить из него, растекаясь в ширину и поджидая своих воинов. Все пятьдесят полков саксов вышли из узкого прохода и в него стал входить обоз с продовольствием и запасом стрел. Как только обоз основательно «закупорил» проход, лучники Аситы ударили по нему, уничтожив сопровождавших возниц и кучеров практически сразу. Лучники Аситы заняли позиции за телегами обоза, понимая, что саксы побегут назад. За лучниками встали бушкари, готовые встретить врага своими бушкетами.
      Одновременно с этим лучники пяти полков в широкой долине ударили по врагу стрелами. Ошеломленные саксы гибли сотнями, пока не прозвучала команда: «Щиты к бою». Закрывшись от стрел щитами, они приходили в себя и пытались осмотреться, не понимая, почему кони врага с какими-то повозками несутся поперек дороги – то в боевую линию выстраивались бушки. А в это время с боков ударили бушкеты. Пули пронзали щиты насквозь. Грохот, дым, воины гибли тысячами и началась паника. Обезумевшие солдаты бросились назад в проход, давили друг друга, бежали и ползли по телам. Но там их тоже встречал грохот, а пули разили наповал.
      В бой вступили бушки, снаряды разрывали солдат десятками. Живые метались в безумии и даже пытались бежать в джунгли, но там их встречали лучники, разя стрелами наповал. Через несколько часов было всё кончено. Оставшихся в живых солдат саксов заставили таскать трупы к реке Званге, оставляя их на берегу.
      Оружие врага собрали и отправили на подводах в Верхнегорск с сообщением о первой победе.
      Лесоярск никогда не был воинственным городом и саксы ходили по нему расслабленными и часто вообще без оружия. Этим, естественно, воспользовался Асита. Как только произошла смена личного состава, то есть нагулявшиеся воины вернулись на корабли, а на смену им прибыли «голодные», Зубери со своими бойцами напал на город. Саксы, занятые пьянством и сексом, сопротивления не оказали и были тихо вырезаны все начисто.
      Одновременно с этим воины Аситы тихо сняли охрану пришвартовавшихся к берегу кораблей и загружали на большие лодки бушки. Затем отплыли от берега, огибая вражеский флот и заходя к нему с тыла. На берегу остался один полк с бушками. А пять полков погрузились на корабли.
      На рассвете Асита приказал открыть огонь. Стоявшие на якорях вражеские суда расстреливались практически в упор, горели и тонули десятками. Обезумевшие от страха и непонимания командиры саксов не отдавали никаких приказов и старались спрятаться в трюмах, уходя с кораблями на дно залива. Солдаты же прыгали за борт, бросая оружие, стараясь доплыть до берега, где их встречала картечь из бушек и стрелы лучников.
      К вечеру бой закончился, если можно назвать расстрел вражеских судов и солдат боем. Но никто не звал их сюда, не заставлял насиловать женщин и убивать гражданских мужчин и детей. Весь залив был заполнен обломками корабельных досок и снующими между ними обжирающимися акулами.
      Можно сказать – победа! Но не всё ещё кончилось. Это хорошо понимал Асита. Младенцы и старушки убиты, а все женщины изнасилованы. И наверняка часть из них беременны от вражеских солдат. Вернуться их мужья и что станут делать? Вот в чем вопрос, и разве женщины виноваты?
      Асита приказал собрать всех жителей на торговой площади Лесоярска. Он вышел к людям. Многие помнили его ещё простым жителем города и позже спускающегося с небес. Помнили освободителем от рабства князя Фолами. И сейчас он уничтожил ворогов. Да, народ Лесоярска истинно почитал и чествовал его. Но сейчас душу каждого гложил факт насилия над женами, матерями и сестрами, дочерьми выпущенных из плена мужчин. Как жить с женой, которая может родить тебе чужого ребенка?
      - Мои лесоярцы! – обратился к ним король Асита, - враг повержен и уничтожен, но душу каждого из вас омрачает факт свершившегося насилия. Трудно, сложно, но вам необходимо пережить и этот момент. Я не стану упрекать никого из вас, кто не сможет полюбить, как своего сына или дочь ребенка от врага. Таких детей я готов забрать к себе, организовать им ясли и вырастить из них преданных воинов и верных служанок. Живите в мире и согласии, лесоярцы, и помните, что я всегда с вами.
      Мужчины, скрепя сердце, вернулись к своим женам и никто не укорял друг друга ни в чём. Ни в том, что мужья не смогли защитить своих любимых жен, ни в том, что они понесли не от них. Так повелел король, которого лесоярцы любили и уважали больше всех других жителей Арголании.
      Асита задумался. Уэссекс – страна за морем и жители называют себя саксами. Надо бы допросить их. Он вызвал к себе Зубери. Он зашел с поклоном.
      - Я весь внимания, Ваше Величество…
      - Сейчас в Лесоярске более тысячи пленных саксов. Ты можешь кото-то из них использовать в качестве агентов, такие наверняка найдутся. Остальных пусть лесоярцы используют в качестве рабов. Но сначала подбери среди них самых знающих о их государстве, о его политике. Подбери мастеровых по кораблестроению. Я должен их допросить, Бараса должен быть переводчиком. Ты веришь ему, Зубери?
      - Верю, Ваше Величество. Бараса не простит соплеменникам смерть десятилетней дочки и порчу жены. Он уже давно стал арголанцем, а не саксом.
      - Хорошо, действуй, Зубери.
      Поклонившись, начальник тайной стражи вышел спиной в дверь.
      Уже на следующий день Зубери привел к королю первого сакса на допрос. Его втолкнули в зал и бросили к ногам Аситы. Сакс захотел встать, но его прижали ногой к полу.
      - Кто ты? – спросил Асита через Бараса.
      Сакс снова захотел подняться, но ему не позволили этого.
      - Я герцог Норбумбрийский, со мной невозможно так обращаться. Я герцог, второе лицо в Уэссексе. Наш король Убельстан уничтожит вас всех. Вы варвары и можете быть только рабами.
      Асита усмехнулся.
      - Ты здесь не герцог, ты враг и можешь быть только рабом. Всю твою стотысячную армию вместе с кораблями я уничтожил за полдня. Ты, неблагодарная тварь, напал на сына бога громовержца и видел, как я швырял гром и молнии на твои корабли, которые все сгорели. Рассказывай: зачем ты прибыл сюда с войском и напал на мою империю?
      Асита слушал переводчика и понимал, что саксы живут на очень большом острове или даже континенте. Имеют много кораблей и большую вооруженную армию. Живут за счет обнаружения стран за морем и их колонизации, порабощения народов и разграбления. Асита понимал, что сейчас флот и армия, прибывшая в его страну, разгромлены и в течение пяти лет, примерно, вряд ли смогут прибыть новые войска из-за моря. Но готовиться к этому необходимо сейчас.
      Асита приказал своему верному секретарю Рунако:
      - Эту тварь мы казнить не станем, - он указал рукой на герцога, - она ещё может нам пригодится через несколько лет. Оскопить его и определить рабом в солдатский бордель. Пусть моет ноги проституткам и вытирает им задницы. За неповиновение бить нещадно, но не убивать. Распорядись, Рунако.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - ответил он в подобострастном поклоне. – Зубери ещё хотел к Вам зайти, Ваше Величество.
      - Пусть войдет, - ответил король.
      Зубери вошел и поклонился.
      - Корабелы среди пленных найдены, Ваше Величество, и могут приступить к строительству кораблей. Но в Лесоярске нашелся житель, который давно грезит судостроением. Это Делмар, он в вашей приемной, Ваше Величество, - пояснил Зубери.
      - Да, я помню его, путь войдет.
      Делмар вошел и упал ниц.
      - Встань, Делмар, - приказал король, - я слышал, что ты мечтаешь о судостроении, мечтаешь строить корабли. Что скажешь о кораблях саксов, они хороши?
      - Ваше Величество, вороги приплыли к нам на кораблях разного ранга и строить необходимо тоже разные корабли. Например, каравелла – это морское однопалубное парусное судно с высокими бортами и надстройками в носовой части и корме. А галеон – это высокобортное судно с очень высокой башеноподобной кормой, менее возвышенным полубаком, плоским удлинённым форштевнем и единственной пушечной палубой. Может служить своеобразной крепостной башней во время абордажных схваток от лучников. Каравелла – это маневренный корабль, а галеон тяжелый и не очень поворотливый, но боец. Строить необходимо те и те корабли. Но сначала необходимо построить верфь, Ваше Величество.
      - Хорошо, Делмар, будешь строить верфи и корабли. Я присваиваю тебе титул графа и ты можешь взять хоть всех пленных для этой работы. Кораблей потребуется много, очень много, чтобы мы сами могли навестить страну Уэссекс, где живут эти проклятые саксы. Действуй, Делмар.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Асита решил немного отдохнуть от праведных дел, задремал прямо в кресле. И ему приснился сон: земной шар с материками и океанами. Только вот откуда он знал или догадывался, что это земной шар? Его страна Арголания, река Званга с выходом в море. Длинное море с выходом на западе в океан. К северу от выхода эта самая страна Уэссекс на громадном острове. На севере и востоке необъятная земная поверхность; на юге несколько тысяч километров неизведанной земли. И всё окружено океанами. Интересно, Асита только ходил на восток по реке Званга до Истограда. Знал, что на севере есть река Сенега и город Совнадол, откуда родом его Беляна. На этом его географические познания заканчивались, а хотелось знать больше.
      Асита проснулся, вспоминая увиденное во сне. Понял, откуда приплыли эти саксы. Далековато, однако, более месяца пути при хорошем попутном ветре. Но пока до Уэссекса не дотянуться. А вот на юг сходить можно. Но сначала домой. Да, домой в Верхнегорск, но прежде необходимо посетить свой старый домик, где он родился.
      Асита подошел к нему и увидел разваленный простенький шалаш из веток. Пустующий, он заманивал саксов, которые затаскивали в него женщин и девочек для насилия. И его наверняка развалили местные. А вот кол с высохшей головой льва остался стоять. Голову никто снять не решился. 
      
      
      ХХII
      
      
      Из маленького городка, где он родился, король Арголании возвращался в свою столицу Верхнегорск, отстроенную его архитектором Тафари. Столица, весьма удобно расположенная, от Лесоярска находилась на расстоянии пятисот километров. Да, теперь уже километров, а не дней конного или пешего пути. Вес определялся не ведрами с водой, а граммами и килограммами. И была введена денежная система оплаты, что прогрессивно выделяло Арголанию среди других соседних стран, о которых мало что знали.
      Асита проезжал по известному ущелью, которое из-за своей узости не давало возможности проникнуть сразу большому количеству людей на территорию Верхнегорска. И как бы являлось разделительной меткой между двумя городами.
      Проезжая по ущелью, Асита оценивал прошедшую ситуацию. Незнание местности негативно отразилось на саксах, пытающихся завоевать Арголанию. Они, понятное дело, сразу решили проникнуть внутрь территории, но их корабли смогли дойти вверх по реке Званге только до водопада. Поняв, что дальше не пройдут, саксы успокоились. И гораздо позже решились пойти пешим путем, и могли бы дойти до Верхнегорска, где бы их всё рано разбили, но жертв было бы больше. Но вот это «бы» им помешало и не только – ущелье дало возможность разбить отряд саксов малыми силами. А это означало одно: знание местности один из столпов победы.
      В Верхнегорске Аситу встречали с помпой. Народ торжественно отмечал возврат своего короля с победой.
      От радости или уже срок подошел, но Беляна родила сына, которого Асита назвал Олуджими и даровал ему титул наследного принца.
      Асита прямо-таки с порога ворвался в покои королевы Беляны и схватил на руки только что родившегося ребенка.
      - Ты родила мне сына Олуджими, дарованного богами! И наследного принца Арголании! – торжественно произнес Асита, высоко подняв над собой ребенка
      Потом он поцеловал жену и спросил:
      - Ты уже послала весточку отцу, князю Брониславу?
      - Нет ещё, мой король, я только что родила Олуджими, - ответила Беляна.
      - Хорошо, отдыхай, набирайся сил. Я подберу гонцов и согласую их с тобой, дорогая. Вечерком ещё загляну.
      После Асита сразу же прошел в покои матери, обнял её.
      - Ты уже была у Беляны, поздравила её с рождением внука и наследника престола? – спросил он.
      - Нет ещё, мне только что сообщили. Но схожу сразу же, как только пообщаюсь с тобой, сынок.
      - Я хочу, чтобы две самые близкие мне женщины подружились. Будь и для неё мамой, родная.
      - Конечно, буду, - ответила Амади.
      Она прошла в покои королевы Беляны. Ребенку уже обрезали пуповину, убрали слизь из носа и рта.
      - Положите наследного принца, Его Высочество Олуджими, на животик мамы и прикройте сверху пеленкой, - распорядилась Амади.
      На немой вопрос Беляны ответила:
      - Это согреет и успокоит ребенка, а его кожа впитает нежность матери, придаст сил. Олуджими должен обязательно выпить молозиво, которое укрепит его здоровье. Я родила твоего мужа, Беляна, и знаю, что необходимо делать в таком возрасте.
      - Благодарю, Амади, - ответила Беляна без всяких титулов, что означало близкие и доверительные отношения.
      - Ну что ты, Беляна, ты подарила мне самое дорогое – внука, - ответила Амади. – Надо оповестить твоих родителей, Беляна, и пригласить их к нам.
      - Да, Амади, Асита отправит гонцов в Словению.
      Асита, выйдя из покоев Беляны, первым делом решил смыть с себя дорожную пыль и отправился в бассейн. Туда же доставили двух наложниц и он с большим удовольствием облегчился.
      Вернувшись к себе в кабинет, вызвал Зубери. Тот, после приветственного поклона, докладывал, что работа по внедрению в разные слои общества проводится успешно.
      - Удалось завербовать несколько купцов из Словении и простых граждан тоже. Они поясняют, что князь Владислав и его супруга Василиса проводят в своем государстве дружественную нам политику.
      - В нашем государстве, - поправил его король. – Ты вот что, Зубери, подыщи надежного купца, чтобы отправить его гонцом в Совнадол, чтобы сообщить Владиславу о рождении внука и пригласить его с супругой к нам, в Верхнегорск. Я должен переговорить с этим купцом через три дня. Если у купца есть непроданный товар, то купить его. Продолжай дальше.
      - Слушаюсь, Ваше Величество. Князь Истограда Дженго несколько заигрался, на мой взгляд, Ваше Величество. Он управляет княжеством от своего имени и все налоги отправляет в собственную казну. Дженго был с нами, Ваше Величество, с первого дня, но сейчас власть затмила его разум, и он вряд ли исправится.
      - Я услышал тебя, Зубери. Подбери кандидата на место Дженго и доложи. Продолжай дальше.
      - Это всё, Ваше Величество.
      - Тогда ступай и пусть войдет Рунако.
      Зубери вышел спиной.
      - Слушаю, Ваше Величество, - произнес в поклоне Рунако.
      - Рунако, перед отъездом в Лесоярск я приглашал к себе наших продвинутых светил науки: Камо, Тафари, Айко…
      - Да, Ваше Величество, они ждут приглашения для доклада.
      - Так приглашай, - приказал король.
      Троица вошла, все поклонились.
      - Говорите, - повелел король.
      - Ваше Величество, - начал Камо, - мы посоветовались, обдумали ваше указание…
      - Без лирики, Камо, без лирики, времени нет, - оборвал его король.
      - Мы считаем, что необходимо создать единый центр науки, где и обучать продвинутых граждан Арголании. Можно назвать центр королевским университетом, организовав в нём отдельные направления письменности, арифметики, химии, физики, медицины. Направления назвать кафедрами и письменность с арифметикой сделать обязательными для купцов и знати страны. Всё остальное по желанию граждан, Ваше Величество. Мы создали алфавит…
      Король ещё долго выслушивал своих продвинутых ученых и в конце объявил Камо главой университета с широкими полномочиями. Отправив Тафари и Айко, он попросил Камо о личных занятиях по письменности и арифметике.
      Позже он пригласил к себе Солнышко-Адеолу. Она вошла, склонив голову и понимая, что её пригласили не для постели – через неделю должна рожать.
      - Здравствуй, Адеола, присядь, - король указал ей на удобное кресло. – Расскажи мне о своей стране.
      - Моя страна… - она вздохнула, - я уже считаю своей страной Арголанию. Но ты, мой господин, наверняка хотел услышать рассказ о Экинаве. Арголанию и Экинаву разделяет только река Званга и там все жители краснокожие, как и я. На Экинаве нет единого лидера, но есть племена и мой отец, Зикимо, вождь племени адваров. У нас все мужчины охотники, хорошо стреляют из луков и метко бросают копья. Мечей и щитов нет. А женщины собирают фрукты, готовят еду и растят детей. Почему ты спросил об этом, мой господин?
      - Ты скоро родишь, Адеола, и твой сын или дочь станут в ранг княжеских детей. Хотелось бы пригласить к нам твоего отца, чтобы он увидел внука или внучку. Переговорить с ним о имеющихся проблемах и помочь объединить племена под его началом. Пусть он правит за речкой и подчиняется мне, а я окажу ему любую помощь. Как ты думаешь, Адеола, твой отец придет ко мне и подчинится?
      - Подчиниться… это слово будет для него неприемлемым. Лучше использовать другое – старший брат, например.
      - Да, Адеола, ты права. Но если отправить к нему гонца, то твой отец вряд ли поверит ему.
      - Верно, мой господин, верно, - согласилась Адеола. – Когда я рожу и мой ребенок перестанет сосать грудь, то сама отправлюсь к отцу на переговоры. С твоего позволенья, конечно, Асита.
      - Хорошо, пусть будет так, торопиться не станем.
      
      
      ХХIII
      
      
      Зубери отыскал купца из Совнадола и привел его к Асите.
      - Белогор, ты уже один раз ездил со свитой королевы Беляны в свой родной город. И тебе предстоит ещё одна поездка. Необходимо сообщить князю Брониславу и княгине Василисе, что их дочь, королева Арголании Беляна, родила сына, наследника трона. И что мы приглашаем их посетить наш город Верхнегорск на радость всей королевской семьи.  Тебя сейчас проводят к королеве, которая скажет напутственное слово. И после ты сразу же отправишься в Совнадол.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - с поклоном ответил Белогор и вышел спиной.
      Асита позвонил в колокольчик и приказал вбежавшему секретарю пригласить Тафари и Камо. Своим новоявленным князьям он объявил:
      - Поезжайте в Лесоярск. Там Делмар начинает строить судоверфь, а в последующем и корабли разных типов. Ты, Тафари, как главный архитектор страны поможешь ему в строительстве. А ты, Камо, в размещении пушек на будущих кораблях. Постоянно находится в Лесоярске необходимости нет. Дадите указания, оставите помощников, если потребуется, и назад. Организуете контроль по мере надобности. Ступайте.
      Вскоре в кабинете короля появился его верный Зубери.
      - Ваше Величество, я подобрал человека для вашего рассмотрения на пост князя Истограда. Это Готто. Он коренной житель Истограда и, естественно, хорошо знает этот город, все его особенности. Он не из нашей среды, но верен вам, Ваше Величество, и будет править на благо горожан и вас, мой господин.
      - Готто… А что он делал при Дженго? – спросил король.
      - Он фактически управлял городом, Ваше Величество, собирал налоги. Только Дженго всё присваивал себе. В нём проснулась алчность, высокомерие и кичливость.
      - Хорошо, Зубери, возьми стражников и отправляйся в Истоград. Назначь от моего имени князем Готто. Всё нажитое имущество Дженго определить в государственную казну, а его самого привезти в Верхнегорск в цепях и кандалах. А заковать его в кандалы на главной площади Истограда, чтобы все видели и понимали, что с королем шутки плохи. Ступай, Зубери.
      Взяв с собой десять королевских стражников, Зубери отправился в Истоград. По прибытию в город заметил, что на него обращают внимание. Вернее, не на него, а на стражу – такой в городе не было. Красные одинаковые кафтаны на всех, и главное, секиры с длинными древками и насаженным стальным вытянутым полумесяцем.
      Зубери со стражей проследовал сразу же в княжеские покои и застал там Дженго, развлекающегося с наложницами.
      - Дженго, мы выросли с тобой в одном городе и вместе верно служили посланнику небес и нашему королю Асите. Но ты, став князем, забыл о своем короле, перестал посылать ему оброк, обираешь горожан и не управляешь городом во славу нашей Арголании. Его Величество король Асита лишает тебя, Дженго, княжеского титула и желает видеть тебя, закованным в кандалы.
      Зубери подал знак и стражники немедленно схватили Дженго, заковав его в кандалы и цепи. А горожане и без глашатаев поняли, что если прибыли стражники короля, то должны произойти важные события. И они собрались на главной площади города. Туда же в клетке на колесах вывезли бывшего князя Дженго.
      - Достопочтенные жители Истограда, - обратился к ним Зубери, - ваш, теперь уже бывший князь Дженго, впитал в себя непомерную алчность, высокомерие и жестокость. За что, по велению короля, был закован в цепи, и будет доставлен к нему для более полного разбирательства. По велению Его Величества короля Аситы, князем Истограда назначается Готто, которого вы все знаете. Король уверен, что Готто станет править Истоградом на благо жителей города и всей Арголании. Слава королю!
      - Слава, слава, слава! – трижды прокричал народ.
      Готто знал, где спрятаны награбленный ценности бывшего князя и собрал оброк королю Асите. Так же он заявил, что буквально только что для Дженго были доставлены десять наложниц, которые были взяты в плен на границе Словении.
      Зубери с обозом двинулся в Верхнегорск. Через неделю он уже предстал перед королем и передал ему собранный оброк и десять девушек-северянок, которых Асита определил в свой гарем. И только потом к нему доставили Дженго.
      - Что скажешь в своё оправдание, смерд? – грозно спросил король.
      - Ваше Величество, я верно служил вам все годы, но алкоголь и алчность затмили мой ум, который сейчас уже прояснился, - ответил Дженго. – Я виноват, но умоляю не казнить меня, Ваше Величество, - он заплакал.
      Асита махнул рукой и Дженго утащили в подвальное помещение городской тюрьмы. Что с ним делать король ещё не решил. Вскоре он придумал наказание. И Дженго объявили, что за имеющиеся ранее заслуги его не казнят отрубанием головы. Сейчас большой питон в вольере короля сыт. Но он проголодается через три месяца, и тогда Дженго бросят к нему. Ужасная весть для Дженго, ужасная! Но король не собирался бросать его к питону – пусть помучается немного, а потом необходимо определить его в рабы. Но задуманное не получилось – Дженго умер незадолго до назначенного срока от разрыва сердца. Но это произойдет позже. А сейчас к королю вошел Рунако с радостной вестью – княгиня Адеола родила дочку. И Асита поспешил в её покои.
      - Здравствуй Адеола, моё Солнышко, - приветствовал он её, - ты родила дочку и это славно! Я найду способ сообщить твоему отцу, что ты жива и у него есть внучка Ния – так мы назовём девочку. А через год ты сама посетишь своего отца.
      Королева Амади тоже пришла посмотреть на свою внучку. Приветствовала Адеолу и заявила, что отныне она может в любое время приходить в покои королевы без предупреждения и поклонов.
      Королева Беляна тоже пришла с поздравлениями, но чуточку позже. 
      В кабинет короля Аситы вошел Зубери.
      - Ваше Величество, мои люди сообщили, что к нам едут родители Её Величества королевы Беляны. Их карета со слугами в недельном пути от нас.
      - Хорошо, Зубери, как там Готто в Истограде, что слышно?
      - Готто местный и его все там знают, - отвечал Зубери, - он снизил налоги на торговлю и владение имуществом, чем заслужил уважения граждан города. Укрепляет свою пятитысячную армию. В общем у него всё в порядке, Ваше Величество.
      - Ясно. А что у графа Делмара в Лесоярске?
      - Он строит судоверфь, Ваше Величество, задействует на строительстве тысячу пленных саксов. Еще укрепляет город, разграбленный ворогами, - пояснил Зубери.
      - А в нашем городе? – спросил король.
      - В нашем городе всё нормально, Ваше Величество. Были некоторые недовольства среди купцов и знати в связи с обязательным обучением письму и арифметике. Но сейчас всё нормализовалось и недовольные поняли, что это необходимо.
      - Ты, Зубери, держи на контроле всех этих недовольных. Из таких в тяжелые времена и появляются предатели. А мне представь их полный список. Ступай.
      - Слушаюсь, Ваше Величество. - Зубери с поклоном вышел.
      
      
      ХХIV
      
      
      Князь Бронислав и княгиня Василиса уже почти два месяца находились в пути. И сейчас с интересом рассматривали природу из окна своей кареты. Рассматривали  этот захватывающий мир, полный чудес природы: многочисленные деревья, лианы, папоротники, а также тысячи видов цветов, включая пленительные орхидеи.
      Вскоре они подъехали к городу Верхнегорску, окруженному полукольцом высокой каменной стеной, которая упиралась в полноводную реку Звангу. И кроме того, город был окружен глубоким и широким рвом, который мог очень быстро заполняться водой из реки. Поднимался клапан шлюза и Верхнегорск становился островом.
      Местное население в реке Званге не купалось не потому, что там водились крокодилы и могли плавать питоны, а из-за особых небольших рыбешек с очень острыми зубами, которые нападали стаей и могли обглодать до костей за пять минут зашедшего в воду буйвола.
      Каменный город… А Совнадол построен из дерева… В особых обстоятельствах может сгореть полностью. Всё подмечал князь Бронислав, всё.
      Князя Бронислава с супругой провели в каменный дворец. В большом зале они увидели три трона, на которых восседали король и две королевы; подошли ближе.
      - Князь Бронислав и его супруга Василиса, правители страны Словении, приветствуют Его Величество Аситу, короля Арголании, королеву Беляну и королеву-мать Амади, - Бронислав слегка склонил голову, а Василиса, отведя одну ногу назад, немного присела. – В знак предстоящей дружбы между нашими народами и правителями стран мы преподносим Вашему Величеству ларец с драгоценными камнями. А также наши природные богатства – меха горностая, рыси и соболя.
      Бронислав махнул рукой, слуги поставили перед Аситой ларец с драгоценными камнями и положили доставленные меха.
      Король встал с трона для осмотра подарков, а Беляна подошла и обняла отца с матерью. Позже Асита сел в кресло и произнес:
      - Мы всегда рады желанным гостям нашего королевства, уважаемые Бронислав и Василиса. Будьте как дома, отдохните и посетите покои королевы Беляны, пообщайтесь с внуком – наследным принцем Олуджими, который в будущем возглавит страну Арголанию, куда войдет и Словения. Словения – великая северная страна, которая находится под нашей зашитой.
      - Папа и мама, - произнесла королева Беляна, - вы устали с дороги и я предлагаю вам сначала принять ванну. Для этого у нас есть теплый бассейн. А потом вас проводят в мои покои.
      Бронислав с Василисой удивлялись, увидев бассейн достаточно больших размеров. Дивились они и теплой проточной водой. Такую не подогреть в каком-нибудь котле. Они плавали с удовольствием, наслаждаясь водными процедурами. В своей стране они плавали только в реке Сенеге летом. Но зато в Верхнегорске не было обычной славянской бани, где можно попариться.
      После водных процедур они прошли в покои королевы Беляны, своей дочери. Удивлялись размеру и богатствам обстановки.
      - Не стоит изумляться, папа и мама, я люблю Аситу, своего мужа. И он действительно сын бога Громовержца. Про его меч-молнию я уже говорила вам. Но он может проходить сквозь стены, так он проходит в мою спальню под вечер. Сначала мои фрейлины падали в обморок от его внезапного появления сквозь стены, но сейчас уже привыкли и сразу уходят при его появлении. Асита уже покорил несколько городов, но первым битву никогда не начинал. Он мирный король, обладающий неимоверной силой. И горе тому, кто посягнет на нашу страну. Вы подарили королю, моему мужу драгоценные камни и меха. Этого достаточно и более никакого оброка не потребуется. Наше княжество, папа, будет под защитой короля Аситы. Народы станут торговать друг с другом на благо обеих сторон. А когда мой сын и ваш внук вырастет, то возглавит всю страну Арголанию. Разве это плохо, папа и мама? Вы молодцы, что приехали, а сейчас идем смотреть маленького наследного принца Олуджими.
      Бронислав и Василиса гостили в Верхнгегорске целый месяц. Осмотрели неприступные крепостные стены и особенно базарную площадь. Они увидели там своих купцов и остались довольными – торговля шла бойко на радость всем. Договорились с королем Аситой о связи между городами почтовыми голубями, чтобы экстренные сообщения доставлялись быстро.
      
      
      ХХV
      
      
      Асита разложил на столе карту местности. Восток и запад от реки Званги находился в его подчинении. На севере от княжества Словении теперь он подвоха и захватнического умысла не ждал. А вот другая сторона Званги населена краснокожими племенами и серьёзно угрожать не может в связи с разрозненностью. Он уже давно думал над их объединением и подчинением. Много задумок крутилось в его голове, и он вызвал к себе верных Камо и Тафари.
      - Вся правобережная местность вдоль реки Званги находится под моим подчинением. А теперь и север, то есть Словения, - начал говорить король. – Но юг, то есть левый берег реки Званги нами даже не обследован, и мы знаем о нем только со слов отдельных личностей, проживающих там и попавших к нам разными путями. Присоединение юга укрепит наше государство и пополнит резервы. Но нас разделяет быстрая полноводная река. Поэтому не возникают никакие стычки, распри и боестолкновения. Поручаю тебе, Тафари, построить переправу через реку Звангу. Но это не должен быть обычный мост, по которому возможно нападение со стороны южан. Это должен быть мост, середина которого может опускаться и подниматься по нашему желанию. Ты понял задачу, Тафари?
      Тафари склонил голову и произнес?
      - Я всё понял, Ваше Величество. Подъёмный мост – это гениальная задумка, неподвластная обычным земным существам. Я продумаю этот вопрос и доложу вам, Ваше Величество, его проект.
      - Хорошо, Тафари, работай, - Асита махнул рукой, отпуская своего главного архитектора и строителя. И посмотрел на Камо, начав тему издалека: - Южные территории – это практически сплошные джунгли и там негде развернуться большим войсковым соединениям. Племена там вооружены копьями, луками и своеобразными мечами, похожими на тесаки. Наши бушки там станут неэффективными, как и бушкеты в том числе. В джунглях потребуется оружие ближнего боя. И ты, Камо, должен создать такое, способное разить врага в лесном массиве гораздо лучше лука, копья или тесака.
      - Я понял задачу, Ваше Величество, - ответил главный кузнец и оружейник Арголании.
      Оставшись один, Асита решил посетить Адеолу. Но не для любовных утех, а для разговора. Солнышко-Адеоле выделили в замке короля несколько комнат. И она, как княгиня, имела служанок. Король сразу прошел в детскую и взял на руки дочку Нию. Покачал её, посмотрел и отдал нянькам, а Адеолу пригласил присесть в кресло напротив, сделав знак рукой, чтобы ушли все гости и служанки с ребенком.
      - Ты, Адеола, нечасто рассказывала о своей родине, о своей Экинаве. Расскажи подробнее, - попросил король.
      - Это сплошные джунгли, Асита. И никто, наверное, не проходил их до конца. Но есть небольшие участки, где нет лесов. На этих участках располагаются разные племена в количестве от трехсот до тысячи человек. Я могу на листе схематично нарисовать места их расположения и указать расстояние между ними. В джунглях между племенами проделаны тропы и, примерно, на середине выставляются по своеобразному часовому, который не пропустит чужака в лагерь. Но можно отправить посла с миром. Жители Экинавы строят своеобразные жилища. Они расчищают небольшую площадку, а верхушки деревьев вокруг связывают. Получается такой конус, бока которого выстилаются лианами, листьями, травой. Мужчины охотятся, рыбачат, женщины собирают плоды и готовят еду, растят детей. У каждого подростка и мужчины имеется лук и тесак, а у некоторых охотников ещё и копьё. Без тесака в джунглях не пройти. Обычная война в джунглях невозможна, Асита. Там каждый куст и дерево – своеобразное поле боя. Но ты ведь не просто так спросил об Экинаве, Асита?
      - Да, Адеола, хочется, чтобы твой отец Зикимо стал верховным вождем всех племен Экинавы. Надо с ним встретиться и обсудить этот вопрос. Но это позже, сейчас мне необходимо побывать в Лесоярске.
      Асита ушел в покои своей жены Беляны, а Адеола заскучала немного. Нет, она по сути не заскучала – она тайно обозлилась. Всегда были вместе с Беляной на равных, любили Аситу чувственно и нежно, а теперь она стала королевой и её сын наследным принцем. Это потому, что она белая, а я краснокожая, рассуждала Адеола? Да, были на равных в постели и разговорах, а теперь я в её свите, и моя дочь Ния тоже всегда будет в чьей-то свите. Теперь отношения определяют не чувства, преданность и прочее, а цвет кожи…
      Разные мысли посещали голову Адеолы… А Асита действительно убыл в Лесоярск. Он сразу же вызвал к себе карабела Делмара.
      - Рассказывай, что сделано, - приказал король.
      - Слушаюсь, Ваше Величество, - Делмар склонился в поклоне, потом выпрямился неполностью и начал говорить: - Из тысячи пленных саксов я отобрал тех, кто знаком с корабельным делом. И тех, кто знаком с судовождением. Улучшил им условия жизни и показательно казнил несколько человек, чтобы оставшиеся понимали, что своё существование необходимо заработать. И они действительно стали честно служить нам. С корабелами я уже практически построил верфь, а бывшие капитаны кораблей саксов стали обучать судовождению наших будущих матросов. Я планирую, Ваше Величество, построить линейные корабли, фрегаты и немного галеонов и каравелл. Линейные корабли составят основу нашего флота. Это трехмачтовые корабли с прямыми парусами, две-три батарейные палубы и мощное артиллерийское вооружение (до 120 пушек). Фрегат – трехмачтовый корабль, отличается быстроходностью, маневренностью, но имеет одну закрытую батарейную палубу. Каравелла тоже отличается хорошей маневренностью и возможностью плавать против ветра. Галеон…
      - Хорошо, Делмар, - перебил его король, - ты знаешь, что делать, работай.
      Асита пообщался с местным населением, которое его прекрасно помнило спускающимся с небес, и вернулся в Верхнегорск. Хотел было сразу пройти к жене с сыном, а потом к Адеоле с дочкой, но Зубери настоятельно просил о немедленной встрече. Асита понимал, что его начальник тайной стражи настаивать просто так не будет. И он принял его.
      - Говори, Зубери, я тебя внимательно слушаю, - произнес король.
      - Простите, Ваше Величество, мне трудно говорить. Речь пойдет о Её светлости Адеоле.
      - Об Адеоле? – удивился Асита, - говори.
      - После вашего отъезда в Лесоярск Её светлость стала искать контакты с бывшим своим племенем адваров. И нашла их. Один из воинов адваров тайно несколько раз на лодке пересекал реку Звангу и встречался с Её светлостью Адеолой.
      - Ну да, Зубери, мы обсуждали с Адеолой некоторые моменты подобных встреч с целью сделать её отца верховным правителем в Экинаве. Она, видимо, искала прямых встреч с отцом.
      - Простите, Ваше Величество, - Зубери упал на колени, - я этого не знал и решил подслушать их разговор. Речь у них шла совершенно о другом. Простите, Ваше Величество…
      - Не тяни, Зубери, говори. Я для этого и поставил тебя начальником тайной стражи, чтобы знать всё. И встань с колен, я тебя слушаю.
      - Речь шла о вашем сыне, Ваше величество, который в будущем займет трон Арголании. Но если его застрелить из лука с другой стороны реки Званги в узком месте, то, возможно, трон унаследует её дочь Ния.
      - Что-о-о?! – закричал король, - ты всё это слышал своими ушами. Зубери?
      - Простите, Ваше Величество, я всё это слышал. Ещё Её светлость говорила, что в  том узком месте реки адвары не находятся. Там другое племя расположено, поэтому тень на её отца не упадет. Я пока никаких мер не принимал, но приказал от вашего имени не подпускать королеву с сыном к реке.
      - Ступай, Зубери, я подумаю и распоряжусь.
      Оставшись один, Асита задумался. Его любимая Солнышко-Адеола предала. А он был в ней уверен полностью, однако сработал принцип власти и денег. Большинство людей верны именно этому принципу, а не дружбе или любви, о чём любят глаголить с уверенностью некоторые личности. И что теперь делать с Адеолой? Понятно, что казнить, но как? Показательно и не говорить за что. Казнь он уже придумал и сейчас раздумывал – посоветоваться с Беляной или нет? Решил не советоваться, но предварительно сообщить о казни. Вернее, взять Адеолу в апартаментах Беляны.
      Асита вошел к жене не через тайную дверь. Её придворные фрейлины сразу же намерились уйти, но король оставил всех в зале, в том числе и Адеолу, чего никогда ранее не делал. Вошедшей с ним страже сразу же приказал:
      - В кандалы её.
      Под изумление всех и ошеломление самой Адеолы стражники мгновенно заковали в цепи любимую фрейлину Беляны. Никто ничего не понимал, хотя Адеола наверняка догадывалась о причинах её задержания. Она не кричала, не возмущалась и не спрашивала о причинах такого приказа Аситы. Только слезы грустно и печально текли из её глаз.
      Король махнул рукой, и все фрейлины со страхом выбежали из зала. На немой вопрос Беляны он пояснил:
      - Верил ей, но ошибался. Она это заслужила.
      Более ничего не сказал Асита и ушел к себе. Вся придворная знать, естественно, тихо и тайно шепталась. Почему, за что? И выдвигались разные версии, среди которых основной была измена. То есть её связь с кем-то из слуг, что никем не поощрялось. Все были уверены, что Адеоле отрубят голову. Но никто не обратил внимание на строительства помоста на реке, на котором сооружалось нечто похожее на кран.
      В назначенный день казни почти все жители Верхнегорска собрались у воды. Доставили закованную в цепи Адеолу и подвесили её к крану. Вздох изумленного ужаса охватил толпу, догадавшуюся о предстоящем действии. Так жестоко ещё никогда и никого не казнили. Зубери зачитал королевский Указ:
      - … За предательство и измену государству Арголании княгиню Адеолу разжаловать в простолюдинки и казнить путем опускания тела в воду реки Званга. Её дочери Нии княжеский титул оставить…
      Кран повернули на реку и стали медленно опускать в реку тело Адеолы. Вода вокруг ног девушки «закипела» и окрасилась кровью. То ненасытные пираньи накинулись на свежее мясо. Толпа в ужасе замерла, а Адеола не проронила ни звука. Только тонкая струйка крови стекала по её подбородку от прикушенных губ.
      Тело Адеолы подняли из воды, обнажая голые кости стопы и голеностопного сустава. Толпа ахнула и теперь тело опустили в воду по колено. Адеола потеряла сознание и дальше её мучать не было смысла. Через полчаса из воды извлекли только цепи.
      Асита прошел в покои матери. Амади, естественно, хотела знать причину такой жестокой казни. Но сын ничего не сообщил ей. Но он попросил:
      - Мама, моя дочка Ния ни в чем не виновна. Поэтому прошу тебя воспитать её, как свою внучку. Проследи, чтобы она ни в чем не нуждалась. Возьми её к себе и пусть она играет с моим сыном Олуджими.
      - Хорошо, сынок, я всё сделаю. Но в чем провинилась Адеола, она тебе изменила, почему ты так жестоко казнил её?
      - Нет, мама, Адеола мне не изменяла. Она казнена за измену моему государству, а потому наказана жестоко. И без подробностей, пожалуйста.
      - Ты вернулся из нашего родного Лесоярска…
      - Да, мама. Наш с тобой дом-шалашик уже почти полностью развалился от времени. Но голова льва до сих пор остается воткнутой на кол. Делмар, если ты его помнишь, построил судоверфь и начинает строить боевые корабли. Всё идет по плану, мама. Саксам не будет прощения за нападение на нашу страну, на наш Лесоярск.
      Асита обнял мать и ушел в покои жены. Беляна тоже спросила его о причинах такой жестокой казни. Асита не стал говорить о сыне и сослался на государственную измену. Он прекрасно понимал, что казнь с другой стороны реки видели и задумают отомстить. Но как? Это возможно только двумя способами. Стрельба из лука на узком участке реки или переправиться на лодках-пирогах и напасть ночью на спящий город. Асита решил демонстративно предотвратить агрессивные действия краснокожих. Он надел свою одежду, в которой спустился с небес, и вышел на берег реки. Краснокожие его сразу увидели и лучшие их лучники принялись стрелять из лука. Стреляли они действительно метко и все стрелы попадали в цель. Но шитый золотом зеленый кафтан, полученный на инопланетном корабле, являлся непробиваемым. И стрелы отскакивали от него, как от куска железа. Краснокожие ясно видели прямые попадания стрел, который отскакивали от тела Аситы, и ничего не понимали. Потом Асита достал меч, клинок-луч которого вырос до небес под ошеломленные взгляды краснокожих, и раздался гром среди ясного неба. То громыхал листом железа один из бойцов и усиливал звук рупором. Луч-молния сверкнул и срезал всё на расстоянии километра на другом берегу реки Званги. Краснокожие лучники, разрубленные пополам, срезанные кусты и деревья… Ничего не осталось на другом берегу реки. Но один воин уцелел, спрятавшись в яме. Он и поведал всем о произошедшем явно божественном явлении – вождь бледнолицых призвал на помощь гром и молнии, которые убили всех и очистили берег от джунглей. Теперь краснокожие зареклись от нападения на жителей другого берега реки, ибо их защищал сам бог Громовержец. Многие верхнегорцы тоже видели боевые действия своего короля и ещё раз убедились в его могуществе и величии.
      
      
      
      ХХVI
      
      
      
      Температурный режим в Арголании практически не менялся в течении года – всегда тепло или жарко. Но вот влажность не была постоянной. Сезон дождей и засухи…
      Месяц май, начало сезона дождей. В это время походы в джунгли прекращаются – может смыть и унести потоками воды. Река Званга поднималась на тридцать метров и затапливала все низинки и низменности. Но город Верхнегорск стоял на возвышенности и вода только подступала к его окраинам.
      На другой стороне реки трупы краснокожих склевали и съели падальщики, а кости и срезанные мечом Аситы деревья с кустами река унесла в море.
      Король находился в покоях матери, где играли его дети Олуджими и Ния. Они росли вместе, воспитывались как принц и принцесса, как брат и сестра. И Асита был благодарен матери и особенно Беляне, которая приняла Нию, как собственную дочь.
      Ничего не предвещало плохих известий, но в покои королевы Амади вошел с извинениями начальник тайной стражи Зубери.
      - Ваше Величество, получена голубиная почта от Его светлости Бронислава. На его город Совнадол напала орда азиатов, и он умоляет о помощи. У азиатов огромная конница, все они вооружены луками и кривыми саблями, дротиками, огнестрельного оружия не имеют. Но у них есть метательные катапульты и стенобитные орудия. В городе Совнадол дома деревянные и могут быть сожжены из катапульт. Также у азиатом имеются стенобитные орудия. Его светлость Бронислав умоляет о помощи и говорит, что больше месяца они не продержатся. Азиатов слишком много, их сотни тысяч.
      - Понятно, Зубери, немедленно вызови ко мне командующего Рутендо.
      - Слушаюсь, Ваше Величество.
      Рутендо спешно явился в кабинет короля, ничего пока не понимая.
      - Рутендо, азиаты напали на северный город Совнадол, и мы обязаны оказать им помощь. Немедленно отбери десять артиллерийских полков и столько же стрелецких войск. Войска должны быть на лошадях, чтобы через месяц уже быть под Совнадолом и разбить там орды варваров. Войска должны выступить рано завтра утром. Промедления не потерплю. Я лично возглавлю армию, но ты будешь рядом. Свободен.
      В кабинет вошла Беляна, обняла мужа.
      - Амади сказала мне, что на Совнадол напали азиаты.
      - Да, Беляна, я получил голубиную почту от твоего отца, - ответил король, - он просит о помощи.
      - Я не сомневаюсь, Асита, что ты поможешь разбить азиатов, - ответила Беляна. – Но разреши подсказать тебе кое-что.
      Асита удивленно посмотрел на жену.
      - Ты хочешь предложить план боевых действий?
      - Нет, милый, ты никогда не бывал в тех краях. И с учетом моей информации сам составишь план боевых действий. Город Совнадол стоит на возвышенности, а перед ним простирается огромная равнина, где не растут сплошные леса. Это лесостепь с травой и кустарниками. Именно в таких местах и обитают азиаты, это их родной дом. И они по сути кочевники. Когда ты нападёшь и станешь разить их из бушек и своим волшебным мечом, то они придут в ужас и побегут на восток. Именно на восток. За Совнадолом, то есть на севере тайга. И на конях по тайге не ускачешь. На западе широкая река, а азиаты не умеют плавать. С юга их громишь ты, и им остается только один путь – на восток. А там степи – это их стихия, и они уйдут от тебя на конях. Тысяч двести-триста вполне могут сбежать.
      - Так много? -удивился Асита.
      - Да, я полагаю, что их там не менее пятисот тысяч. Они сбегут, чтобы снова напасть. Поэтому их надо уничтожить на корню и сразу.
      - Я понял тебя, Беляна, это очень ценная информация, спасибо. Пусть бегут, на востоке их тоже встретят мои  полки.
      Асита обнял жену, и они занялись любовью.
      Король заранее готовился к подобным событиям и на рассвете выступил в поход с двадцатью полками. Впереди шла разведка, которая захватывала всех на своем пути, не давая возможности противнику узнать о походе. В том числе попадались и разведчики азиатов, которые под жестокими пытками выдавали необходимую информацию о своих войсках. Особенно они боялись от своеобразного «мытья» ног. Подвешенных на крюке азиатов опускали по колено в чан с водой, в которой находились рыбы-пираньи. Эти рыбы мгновенно обдирали плоть с конечностей, оставляя одни кости.
      Про подобных рыб азиаты ничего и никогда не слышали, а потому считали, что их опускают прямо в ад, где черти обгрызают мясо до костей. Вода мгновенно окрашивалась в красный цвет и «закипала». Азиаты теряли сознание не столько от боли, сколько от страха. А когда их со спущенными штанами намеревались опустить в воду по гениталии – они рассказывали всё, выдавали все свои тайны.
      Войска Аситы приближались к Совнадолу. Король уже выработал план действий и с половиной войск уходил на восток. А генерал Рутендо с оставшимися войсками двигался прямо к городу, не задействуя пока бушек. В мелких стычках участвовали только лучники.
      Азиаты уже знали о приближении помощи Совнадолу и усмехались над её малочисленностью. Но пока лучники Рутендо действовали более эффективно. И верховный хан азиатов Сааган решился на встречный бой на равнине перед Совнадолом. На десять тысяч воинов Рутендо Сааган направил сто тысяч своих янычаров. Он приказал изрубить всех арголанцев на куски и скормить мясо волкам, чтобы даже следов не осталось.
      Войска стояли друг против друга в полной боевой готовности на расстоянии трех километров. И Сааган дал команду о наступлении. Его янычары с дикими криками понеслись на своих конях к арголанцам, размахивая кривыми саблями. А Рутендо разворачивал свои бушки в боевой порядок и пока не давал колманду «огонь», хотя на три километра они могли уже разить врага.
      При приближении на два километра арголанцы ответили огнем. Залп был мощным и ужасающим для азиатов. Грохот, дым и разлетающиеся в стороны куски разорванных тел. Остановиться мгновенно азиаты не могли и живые продолжали нестись по инерции вперед. Их встречали новым огнем и позже в бой вступили уже громобои.
      Обезумевшие от страха азиаты метались, не выполняя никаких команд. Сообразив, они понеслись на восток, в родные им степи. Но и там из-под замаскированных настилов встали в ряд пушечные полки. Гром и молнии гремели и здесь, разя насмерть обезумевшего врага. Это уже были не воины, а ошалевшая от ужаса многотысячная толпа, тьма обыкновенная, неподвластная никаким командам. И они бы смели своим количеством ряды бушек, если бы не разящий меч Аситы, рубящий своим лучом тела азиатов наполовину. И они неслись прямо по разрубленным телам своих воинов, поскальзываясь на крови и запинаясь, падая и вставая, мчались дальше, пока меч не расчленял их надвое. Фонтаны крови и горы трупов…
      К концу дня всё было кончено. Единицы азиатов всё-таки сумели уйти в степи, чтобы рассказывать потомкам о вмешательстве в битву небесных сил: грома и молний, разящих насмерть.
      Жители Совнадола наблюдали за битвой со стен своего города и тоже все находились в шоке. Но в торжествующем шоке! Они открыли городские ворота и встречали Аситу с воинами на коленях.
      Князь Бронислав и княгиня Василиса лично встречали хлебом-солью своего короля, кланяясь ему в пояс.
      - Дочка говорила мне, что вы, Ваше Величество, посланец небес, но в это с трудом верилось. Но сейчас в этом никакого сомнения нет. Уничтожить за день пятисоттысячное войско азиатов – это невообразимо! Это небесное чудо! – говорил с восторгом князь Бронислав.
      - Да, да, - вторила ему Василиса, - Беляна говорила, что вы можете проходить сквозь стены. Теперь я этому верю полностью. Как там она и как наш внук?
      - Всё хорошо, - ответил король, - Беляна скучает по вам и ждет в гости. Вы можете приезжать в любое время без приглашения.
      Погостив недельку в Совнадоле, Асита с войском отправился в родные края. А легенды об этой битве в Словении ещё станут рассказывать многие века. И азиаты зарекутся от нападения на эту страну, которой покровительствует сам господь Бог.
      
      
      
      ХХVIII
      
      
      
      Асита первым делом направился в покои жены. Обнял Беляну и спросил о детях.
      - Олуджими и Ния сейчас играют у королевы Амади. Ты же не против, Асита, чтобы они дружили и росли вместе?
      - Конечно, не против, это же мои дети – ответил король.
      - Как ты съездил в Совнадол? До нас дошли слухи, что армия азиатов разбита вся.
      - Да, уничтожены все, сбежать удалось всего лишь нескольким десяткам воинов. Но это нам на руку – станут рассказывать о непобедимости моей армии. Это благодаря тебе, Беляна, они разбиты все. Это ты указала путь их бегства и я вовремя преградил им дорогу. Но как ты узнала?
      - Я не знала, Асита, просто я знала местность не по карте. И у них был один путь – на восток. С юга подошел ты, на западе широкая и глубокая река, а они не умеют плавать. На севере тайга, а азиаты кочевники, дети степей.
      - Понятно, какие новости в моем городе? – спросил Асита.
      - Всё обыденно и как всегда. Конечно, все волновались, но были уверены в возврате с победой, - ответила Беляна. – Пойдем к детям?
      - Нет, - возразил Асита, - сначала необходимо смыть дорожную пыль.
      Они вместе прошли к теплому  и проточному бассейну, где разделись догола…
      Амади встречала сына с огромной радостью. Дети, пока он отсутствовал, уже научились ходить, и сейчас бежали к нему своими маленькими ножками. Обнялись все.
      - Какое это счастье, когда все вместе, вся семья! – произнесла вдохновенно Амади.
      Она смотрела на внучку Нию и вспоминала её мать Адеолу. Что надо было этой женщине, у которой было всё? Но, видимо, не всё, если решилась на убийство наследника. Хотелось власти для дочери. А так ли верна Беляна Асите и его государству? Ведь она из другой страны, где запрещено многоженство. Не лелеет ли она чего-нибудь подленького, когда король приглашает к себе наложниц. Но они ведь не жёны и власть не отберут. Все женщины Арголании воспитывались и понимали, что мужчина мог иметь столько женщин, сколько мог содержать. А в Словении всё по-другому. Там одна и на всю жизнь, что достаточно скучно. Да, надо за всем присматривать, и я что-то давно не подбирала наложниц для сына, мысленно рассуждала королева-мать.
      И она подбирала, осматривая лично каждую. Предпочитала молодых и фигуристых девушек из Лесоярска, где каждый житель видел и помнил её сына, спускающимся с небес. А потому его там, естественно, боготворили.
      Асита вызвал к себе начальника тайной стражи Зубери. Спросил сразу:
      - Что произошло за время моего отсутствия в городе и стране, хорошие или плохие новости?
      - Особого ничего не произошло, Ваше Величество. Не велите казнить, господин, разрешите мысли высказать…
      - Говори, Зубери, говори.
      - Ваше Величество. Её Величество королева Беляна пользуется своей голубиной почтой, и месяц назад она получила уведомление о Вашей полной победе на врагом. Но никому об этом не сказала, даже Вашей королеве-матери. Все узнали о победе позже, когда прискакал гонец и сообщил великую радость. На лице и в поведении Её Величества Беляны не было радости Вашей победы. Она лишь погрузилась в думу и через неделю голубиной почтой заказала злую колдунью Тичаону, которая только что прибыла в Верхнегорск. Она прославилась тем, что умеет варить из разных трав зелье: приворотное и убивающее. Яды могут быть мгновенного действия и отсроченными. Мои люди тайно схватили Тичаону и поместили её в башню. И я пока не знаю, зачем понадобилась она Её Величеству королеве Беляне. Но кого-то отравить или приворожить.
      - Вряд ли Тичаона прибыла одна, - заявил Асита.
      - Совершенно верно, Ваше Величество, люди, её сопровождающие, тоже схвачены. Никто не сможет сообщить королеве о прибытии Тичаоны.
      - Тичаона… Разве это славянское имя? – спросил король.
      - Она мулатка, Ваше Величество, смесь славянки с азиатом.
      - Понятно, Зубери, хотя мало что понятно пока, - в раздумьях произнес Асита. – Тичаону и её людей держать в тайне и никого к ним не пускать. Яды говоришь… пусть она изготовит эти яды и пояснит их действие. Яды, действующие сразу и через неделю. Пусть ей принесут необходимые травы. Её охрану усилить, чтобы не смогла сбежать, отравив стражников. И держи меня в курсе. Свободен.
      Зубери, пятясь назад, вышел из кабинета. А Асита задумался. Почему Беляна не сообщила всем о победе? Хотела всеобщей и большей радости по моему возвращению? Может быть. Но зачем она вызывала ведьму-колдунью? Для чего её понадобился яд? Она же может приказать и любого уничтожат мгновенно. Нет, не любого: меня и маму уничтожить приказом она не может. Мама… она ей не конкурент, и от её смерти она ничего не выгадает. А я? Хочет поиметь безграничную власть, став единственной правительницей Арголании? Дура… Она не понимает, что здесь женщина не может быть руководителем даже небольшой фирмы. Тут не Словения, где и жена-то всего положена одна. Значит… Я-я-я! Разберемся.
      Асита снова вызвал Зубери и поставил ему задачу. После решил расслабиться и приказал привести наложниц. Но пришла Амади.
      - Мама!? – удивленно произнес он.
      - Да, сынок, я подобрала тебе девушек, посмотри их.
      Она махнула рукой и в комнату вбежали, танцуя, десяток девиц в прозрачных халатиках. 
      - Я пойду, Асита. А за девушками присмотрит Маньяра, - произнесла Амади.
      - Маньяра? Она же секретарь у Беляны… - удивленно спросил Асита.
      - Уже нет, - пояснила Амади, - Беляна отправила её снова в гарем старшей смотрительницей, а себе взяла секретарем дамочку из Совнадола, дав ей титул княгини Василины. А Маньяра была графиней по твоему указу, сынок. Но теперь всего лишь наложница, хоть и старшая.
      - Ты молодец, мама, что не стала вмешиваться в этот процесс. Я разберусь, ступай.
      Асита сначала пригласил к себе Маньяру. Она вошла и упала ниц.
      - Встань, Маньяра, графине не принято падать на пол – достаточно поклониться, - произнес Асита.
      - Ваше Величество, я уже не графиня, а старшая наложница, смотрительница, - возразила она, - Её Величество корлева Беляна лишила меня звания графини.
      - Этот титул тебе дал король! Никто не может, кроме меня, конечно, лишить тебя этого титула. Почему ты была незаконно лишена этого титула? Рассказывай.
      Маньяра поклонилась немного.
      - Ваше Величество, Её Величество королева Беляна перестала доверять арголанцам, и на должность секретаря назначила простолюдинку Василину из Словении, дав ей титул княгини. Сейчас большинство фрейлин из свиты королевы – это выходцы из Словении с титулами графинь и княгинь. Они не знают нашего языка и разговаривают с королевой на своем языке, нам непонятном.
      - Ясно, пусть девушки заходят. Я посмотрю их.
      - Ваше Величество, разрешите пояснить…
      - Что ещё? – недовольно спросил король.
      - Её Величество королева Амади подобрала вам девушек из Лесоярска. Но Её Величество королева Беляна заменила их на наложниц из Словении.
      - Но их же сейчас привела сюда Амади, - возразил король.
      - Темная вуаль скрыла их лица и королева не ведала, кого ведет к вам, - пояснила Маньяра.
      - Даже так… - удивленно-разочарованно произнес король и крикнул: - Рунако!
      В комнате мгновенно появился секретарь, поклонился.
      - Слушаю, Ваше Величество.
      - Рунако, там у тебя в приемной находятся девушки-наложницы. Всех задержать и отдать рабам для развлечений. Отныне вход в гарем королеве Беляне запрещён, передай моё распоряжение охране. Ступай, Рунако.
      Рунако вышел и через минуту из приемной послышался женский визг. То стража хватала наложниц и волокла их к рабам для плотских утех.
      - А где те девушки, которых отобрала для меня Амади? – спросил король.
      - Её Величество королева Беляна определила их на нижний уровень гарема. Теперь они должны мыть ноги вашим любимым наложницам, стирать их бельё и ухаживать, - пояснила Маньяра.
      - Приведи их ко мне. И если нужно, то пусть помоются, - приказал Асита.
      - Будет исполнено, Ваше Величество.
      Маньяра, кланяясь, вышла спиной из спальни короля. А он снова вызвал к себе Зубери.
      - Зубери, Королева Амади подобрала мне десяток девушек для гарема. Но Беляна заменила их на своих из Словении. Я приказал отдать их рабам для развлечений. Но мне нужно допросить их: что поручила им Беляна? Действуй, Зубери, эти девушки мне живыми не нужны.
      - Понял, Ваше Величество, будет исполнено.
      Зубери, поклонившись, вышел спиной. А уже на следующий день он докладывал королю:
      - Ваше Величество, под пытками все десять девушек сознались, что им было поручено убить вас, Ваше Величество. Ведьма из Словении Тичаона специально обучала их находить на шее определенные точки, при нажатии которых человек теряет сознание. Потом ему зажимают рот и ноздри, пока не наступит смерть от удушья, а на теле не остается никаких следов. Я даже не поверил такому рассказу, но девушки при соитии умертвили рабов, брошенных им в клетку. Ведьму мы тоже отыскали и заковали её в цепи.
      - Эти де… дряни ещё живы? – спросил король.
      - Живы и закованы в цепи, Ваше Величество, - ответил Зубери.
      - Хорошо, я подумаю, как их казнить. А сейчас возьми побольше стражи и за мной – навестим мою супругу, - с усмешкой бросил Асита.
      Он вместе со стражей вошел в зал Беляны и с удовольствием для себя отметил её удивленно-испуганное лицо. Она склонила голову в поклонном приветствии, а фрейлины попытались выскочить из зала, но были остановлены стражей короля. Асита обратил внимание, что привычно знакомые лица из окружении Беляны исчезли. Он поманил пальчиком одну. Стража мгновенно бросила её на пол к ногам короля. Он спросил:
      - Ты кто?
      За неё ответила Беляна:
      - Это княгиня Ольга, она по-арголански не говорит. И не пристало, Ваше Величество, княгине лежать перед вами на полу: вполне достаточно вежливого поклона, - произнесла недовольна Беляна.
      - Княгиня Ольга, - усмехнулся Асита, - что-то я не припомню, чтобы дал её такой титул. Рабыня Ольга – это ей подходит как раз.
      Асита махнул рукой и стража мгновенно утащила кричащую в страхе Ольгу. Он продолжил:
      - Пусть подойдут ко мне фрейлины, говорящие по-арголански.
      Никто не сдвинулся с места. Беляна перевела им сказанное королем, и они все подбежали, подобострастно кланяясь.
      - Значит, -усмехнулся Асита, - вы все тут княгини, графини, оккупировали двор королевы Арголании, а по-арголански не говорите. Но кончилось ваше время. Определить их рабами на тяжелые работы: пусть хоть какую-то пользу принесут стране. А эту в цепи и башню, - он указал на Беляну, - позже с её наказанием определюсь.
      Стража кинулась исполнять приказ короля. Долго ещё, отдаваясь эхом, разносился женский визг по королевским покоям…
      
      
      
      ХХIХ
      
      
      
      Асита поиграл с детьми в покоях Амади. Позже няньки забрали их, а он подсел на диван к матери.
      - Я уверен, что ты сможешь заменить им родную мать. Это мои дети и пусть они растут вместе, - произнес Асита.
      - Конечно, сынок, это же мои внуки, - ответила Амади. – А что ты решил с Беляной?
      - Не знаю, мама… Она была княгиней в Словении, а у нас королевой. Но ей захотелось абсолютной власти, и она отдала приказ о моём убийстве. Только глупая не домыслила, что в Арголании женщина не может стать правителем, это не Словения. Не знаю, мама… Может быть её бросить в вольер к крокодилам или к большому питону? Казнь должна быть тихой и не публичной. А тех десять девиц, которым Беляна поручила убить меня, отправлю в джунгли через реку Звангу. Плавать они умеют, вот и пусть плывут к адварам или другому племени на Экинаве.
      - Но пираньи ещё никому не позволили переплыть эту реку вплавь, - возразила Амади, - даже до середины реки никто не доплывал.
      - Вот и пусть эти рыбки полакомятся, - усмехнулся Асита, - нечего об их подлые головенки мечи марать.
      - А что будет со Словенией? – спросила королева-мать.
      - А что будет со Словенией? – повторил вопрос Асита, - ничего не будет. Они видели мою силу и войной не пойдут. Будем взаимовыгодно торговать и общаться. Рыпнутся – облажу непомерной данью и многих превращу в рабов. Но это политика, мама, а в политике есть враги и попутчики. Бывают друзья, но временные. Ты же видела, мама, что львы иногда не реагируют на проходящее мимо стадо ланей, когда они сыты и стоит полуденный зной. Но это вовсе не означает, что они друзья. Пройдет время, изменятся обстоятельства, и лань будет съедена. Я очень надеюсь на тебя, мама, в воспитании детей. А мне скоро необходимо отъехать в Лесоярск. Там заканчивается строительство нашего флота и пора отправится за моря, в страну Уэссекс. Необходимо наказать саксов за нападение на Лесоярск, на нашу страну. Так наказать, чтобы на века отбить у них желание даже смотреть в нашу сторону. Иначе нельзя, мама, правитель должен быть действенно сильным и не оставлять недобитков. Слабаков даже могут уважать и ценить какое-то время. А потом всё равно съедят.
      Асита обнял мать и ушел. А она осела на диван, переваривая его слова.