Старинные часы

                СТАРИННЫЕ  ЧАСЫ

      Как  известно,  время – деньги,  а  его  фиксируют  и  показывают  часы.  Припоминается:  в  каком-то  старом   фильме  разбитной  молодчик   пел  задорную  песенку:  «Всюду  деньги,  деньги,  деньги,  всюду  денежки  друзья,  а  без  денег  жизнь  плохая,  не  годится  никуда».  И  получается,  что  и  без  часов  она  не  лучше,  тоже  никуда  не  годится.
     Часы  везде  с  нами,  они  привычный  атрибут  повседневности.  Они  на  руке,  в  карманчике,  в  каждой  комнате  дома,  в  телефоне,  в  автомобиле,  а  таймеры,  так  те,  чуть  ли  на  каждой  кастрюле.  Есть,  которые  проще:  на  батарейках,  заводные,  ходики  с  гирями,  есть  и  сложнее,  настоящие  произведения  искусства,  мировые  шедевры   по  красоте  и  стоимости.  Есть  и  настенные,  и  напольные,   уличные   и,  даже,  башенные.  В  общем,  часы  разные,  и  они  везде.
     Минули  те  времена,  когда  они  были  редкостью,  достоянием  только  узкого  круга  имущих  и  богатых  людей.  Часы  берегли,  передавали  по  наследству,  и  они  исправно  служили  людям  разных  поколений    многие,  многие  годы.  Не  мудреный  механизм:  набор  шестеренок,  маятник,  кварц,  компактно   собраные   вместе,  а  какая  слаженная,  точная и  неустанная  работа,  какая  безупречная  служба.
    Но,  увы.  Это  только  внешняя,  зримая  сторона  дела,  есть  и  другая.  Они,  как  любой  механизм,  подвержены  влияниям  времени:  стареют,  изнашиваются,  допускают  неточности  в  показаниях,  выходят  из  строя,  ломаются.  И  получается,  что  им  тоже  нужны  целители,  которые  найдут  болезнь,  определят  причину  ее  возникновения,  вылечат,  реанимируют   и  вернут  к  продолжению  активной  службы.  И  зовутся  они  не  лекарями,  а    по-простому – часовщики.  Так  считается,  что  это  люди  особой  профессии,  знатоки  и  фанаты  мелких   предметов,  подчас,  даже  не  подвластных  простому,  не  вооруженному  оптикой,  человеческому  глазу.  По  своей  приверженности  и  любви  к  линзам,  лупам   и  микроскопам   они,  в  части  миниатюрных  поделок,  сродни    Левше,  а  в  части  внешности -  одноглазому  Циклопу.
     Профессия  редкая,  держится  на  энтузиастах,   одним  из  них  и  является  мой  хороший  знакомый.  Зовут  его  Вадим,  для  своих - Вадик.   Мужик  основательный,  выдержанный,  степенный,  спокойный  и  усидчивый:  только  такие  там  и  котируются.
     Случайно  встретились,  разговорились.   Как  любой  человек,  любящий  свою  работу  и  увлеченный  своим  делом,  он  обрадовался  неожиданному  слушателю   и  моему  интересу,     с  нескрываемым  удовольствием  и  азартом  начал  раскрывать тайны  и  нюансы  профессии.
    - Раньше  нам  было  тяжелее:   ведь   с  часами  полный  разнобой,  что  не  механизм,  то  индивидуальность,    уникум,    оригинальность,     единственный  экземпляр  или  небольшая  партия,  подчас,  изготовленные  давным-давно,   никому  не   известным  мастером.  А,  он  своими  задумками,  хитростями  и  секретами  ни  с  кем  не   делился,  держал   в  тайне.   У  них   уже  ничего  не  узнать,  авторы  давно  в  земле  покоятся:  ни  чертежей,  ни  документации,  никаких  следов.   Запчастей  не  найдешь  и  подавно.  В  общем,  вертись,  как  хочешь,  но  марку  держи.  Ремонтируй,   как  можешь,  глядишь,  повезет.
    -  Нынче  проще.  Большинство  современных  хронометров  отличаются  только  внешним  видом  и  эстетическим  оформлением,  начинка  же  почти  везде  одинаковая:  каркасик  с  лабиринтом  шестеренок,  маятник  с  кварцевым  или  полимерным  подпятником  и  обычная  батарейка.  Запчасти  в  избытке.  Весь  ремонт:  прочистить,  сдуть  пыль,  убрать  грязь  и  паутину,  заменить  элемент  питания,   получить  с  клиента  плату,  и  все дела.
    - Тут  особая  квалификация  уже  не  требуется:  все  просто  и  доступно.  Это,  в  какой-то  степени,  избаловало  нас,  сушить  мозги  стало  лень:   зачем  мучится  с  разгадками  хитростей  былых  мастеров.  Поэтому  старые  модели  стараемся  в  ремонт  не  принимать.  Возни  много,  а  навара  никакого,  один  позор,  если  не  справился.  Вдруг,  не   получится,  пойдет  негативная  слава,   клиенты  схлынут.  А  мы  тоже,  как  все,  и сами  кушать  хотим  и  семью  кормить  обязаны.
    Как-то  повадилась  приносить  ко  мне  в  ремонт    свои  часы  одна  старушка,  древняя-древняя  из  тех,  которых  божьим  одуванчиком  величают.  Где  она  их  откопала,  но  точно  они  появились  на  свет,  наверняка,    задолго  до  ее  рождения.  Стараюсь  не  брать  их,  отказываюсь,  мол,  они  давно  изжили  себя,  мол,  их  даже  в  музей  из-за  затрапезного  вида,  не  возьмут.  Хотел  отпугнуть  стоимостью  ремонта,  не  поддается.  Хоть  и  выглядит  бедно,  но  видать  в  чулке  что-то  поднакопила.   Советовал  выбросить,  купить  новые,  современные,   ( они   ныне  копейки  стоят)   и  не  морочить  ни  себе,  ни  мне  голову.      Не  поддается,  плачет,  умоляет.  Мол,  это  не  просто  часы,  а  память,  семейная  реликвия,  кусочек  былой  жизни.  Я,  вообще,  не  могу  видеть  женских  слез,  а  тем  более,  такой  пожилой   и  несчастной  старушки.  Весь  извелся,  отказываюсь.   А    она  ходит  и  ходит.
     Вот  и  недавно,  опять  заявилась,  пристала,  милок  да  милок:
  - Ну,  сделай  что-нибудь,  ты  же  все  можешь,  люди  величают  тебя  хорошим  мастером,  кудесником  от  Бога.  Вчерась  еще,  хоть  и  отставали,  но  тикали,  а  нынче  совсем  затихли.  А  мне  без  них  никак,  ведь  у  меня  и  прием  таблеток  и  процедуры  расписаны  по  времени,   хоть  помирай.
    Ну,  как  ее  отвадить?  Прямо  не  скажешь,  не  пошлешь  в  известном  направлении,  она  ведь  женщина.  Я  же  даже  с  мужиками  такого  себе не  позволяю.  Да  и  старики  очень  обидчивые,  примут  близко  к  сердцу,  а  оно  у  них  слабое,  больное:  мало  ли,  что  может  случиться.  Потом  оправдывайся,  мучайся   угрызением  совести.
    Так  рассуждаю,  а  профессиональная  привычка  никуда  не  делась,  руки  сами  колупаются,   непроизвольно  потихоньку  разбирают  часы.   Причем,   прямо  при ней,  на  ее  глазах.  Ничего  подозрительного,  все,  как  обычно:  вековая  пылища,  паутина,  налет  ржавчины  и  какой-то  налипшей  маслянистой  грязи.  Возможно,   держит  она  их  не  далеко  от  кухонной  плиты,  вот  и  жиром  покрылись.
  И  вдруг  повезло,  вспыхнула  искорка  надежды,  внутри  огромный  мертвый  матерый   таракан.  Меня  сразу  осенило:
  -  Ну,  вот,  бабуля  и  причина   на  лицо.  Стрелки  поворачивать некому,  таракан,  который  этим  занимался,  подох.  От  судьбы  и  он  уйти  не  смог,  состарился   и  отошел  в  мир  иной.  Ничем  помочь  не  могу,  таких  запчастей  нет.  Я  не  волшебник,  воскресить  его  тоже  не  способен,  не  имею  нужного  церковного  сана.  Она  же:
  - Так  и  знала:  как  чувствовала,  что  это  не  к  добру.  Никак  не  хотела  впускать  в  квартиру:  уговорила старшая  по  дому.  В    тот  день,  как  раз,  санитаров  прислали  из  ЖЭКа  - травильщиков:  дезинфекцию  делали.   Вот  и  извели,  окаянные,  его.  Мог,  ведь,  еще  жить и  жить:  вон,  какой  упитанный.
  Завернула  в  платочек  разобранные  части  и  ушла.  Ну,  подумал,  все:  гора  с  плеч,  избавился.
  Ага,  держи  карман  шире.  Через  пару  дней  опять  пришла.  Такая  довольная,  радостная.  Протягивает  мне  свой  разобранный  хронометр  и  закрытый  спичечный  коробок:
   - На,  милок,  держи.  Только  аккуратнее,  не  урони.  Я  упорная,  обследовала  весь  район.  Слава  Богу,  отыскался  один  бомж,  доброй  души  человек,  выручил.  Отловил  у  себя  самого  крупного  и  шустрого  прусака  и  отдал  мне  почти  задаром,   взял только  червонец.   Хороший  таракан,  юркий,  такой  любую  стрелку  сдвинет,  что  часовую,  что  минутную.  Ты  уж  постарайся,  пристрой  его,  куда  следует.  И  я  опять  буду  при  часах,  стану,  как  прежде,   жить  по  времени.   Смотрю,  у  тебя,  вон,  все  полки  часами  заставлены,  ремонта  дожидаются.  А  их  хозяева,  наверное,  так  же  маются.  И  все  из-за  каких-то  паршивых  тараканов.  Так  я  тебя  выручу,  дам  адресок  того  бомжа,  он  человек  добрый,  сговорчивый,  сторгуетесь,  дорого  не  возьмет.  И  людям  добро   сделаешь,  оживишь  их  часики,  и  полки  освободишь,  просторнее  в  будке  станет.  А  то,  если  хочешь,  я  сама схожу  к  нему,  он  мне  доверяет,  даст,  сколько  нужно.  Потом  рассчитаетесь.
   Ну,  думаю,  не  хватало  мне    еще  тараканов  в  мастерской  завести,  загадят  все,  не  до  ремонтов  будет.   Жалко  мне  стало  бабусю,  как-то  и  неудобно,  и  стыдно  пудрить  ей  мозги, обманывать  пожилого  человека.   Скрытно  от  нее,  подобрал  подходящий  готовый  механизм  из  чужих  часов,  приладил  в  ее  корпус.  Для  вида,   уже  при  ней  постучал  по  нему,  повертел,  якобы  загоняя  таракана  в  нужное  место:
  - На,  мамаша,  держи.  Пользуйся  на  здоровье.   Теперь  порядок,  хватит  надолго:  прусаки,  ведь,  немецкой  породы,  трудолюбивы,   выносливые  и  надежные,   и  этот  не  подведет.
  Подвох  открывать  не  стал,  зачем  обижать  человека.  Внешне  часы  не  отличаются  от  прежних,  а  внутри  - ей  без  разницы.  Семейная  реликвия  сохранена,  часы  тикают,  время  отсчитывают.
    Давненько  уже  она  не  наведывалась.  Скучаю,  забавно  иметь  дело  с  наивным  человеком:  и  самому  отрада,  и  ей  чужое  внимание   приятно.
 
  Не  знаю,  действительно  ли  так  было.  Вадим,  ведь,  такой:  соврет  и  не  поперхнется.