Надпись Стоп!

Где-то там, на пыльных дорогах земли, за антрацитовыми красками неба, за смущёнными улыбками гаснущих звёзд, за невесомыми опаловыми туманами с сиреневыми просветами, за густой светло-оранжевой поволокой, разливающейся по голубоглазой необъятности потерялся десятилетний мальчик, с тоненькими ручками и отчаянным желанием стать счастливым, оставив вместо себя молодого широкоплечего мужчину, с крепкими руками и жёстким взглядом, мужчину, который потерял уже всё, кроме выжженной земли, на которой он стоит посреди обломков своего так и не обнаруженного счастья.
Вы спрашиваете меня, кто этот мужчина? Я вам отвечаю — это я, побитый и растерзанный временем!

«Шримад Бхагаватам», книга 5, глава 14
Влекомая охотником похотью душа прыгает из тела в тело, точно обезьяна с дерева на дерево. Надеясь, что потворствуя похоти она обретёт свободу, душа, напротив, оказывается запертой в клетке злонравной судьбы. Краткий миг удовольствия делает живое существо до конца жизни рабом ненавистных ему отношений. Душа полагает, что тело предоставлено ей для удовольствий, на деле же тело становится источником тревог. Тело страдает от холода, голода, жажды и болезней, не в силах противостоять напастям душа клянёт в своих бедах судьбу и окружающих, и в обиде на весь свет встречает смерть!

Я устал от холодных, оцепенелых улиц, от нескончаемого угрюмого февраля, застывшего внутри зимы, от случайных встреч по случайным датам, от размытых цифр и стёртых дат, от маленьких кусочков счастья, завёрнутых в обман, от своего стареющего тела и от этой дороги, которая завела меня в никуда!
В какой-то момент обозначенный биологический механизм даёт незапланированный сбой, прекращает реагировать на внешние раздражители, блокируется, останавливается, отключается от основного источника питания, растекается по земле мельчайшими частицами, закономерным образом превращаясь в почву, перегной, воду, воздух и звёздную пыль.
Надпись «Стоп» на светящемся табло, форпост, пересекать эту линию нельзя! Внутри наблюдаемого, ограниченного периметра, обнесённого кованной оградой, только я и мои личные границы! За его пределами, на другой стороне невидимого дисплея живёт, дышит, чувствует, шагает, звенит, кричит, размахивает крыльями, подпрыгивает до облаков, кого-то одаривает надеждой удивительный, ошеломляющий, феноменальный мир, мир, ранее принадлежавший мне, мир, в котором меня уже нет!
Начало ноября, тихие серые дни, цепляясь друг за друга тёмно-фиолетовыми боками ползут по низкому небу тяжёлые свинцовые тучи, кладбище, могильные плиты, монументальные гранитные памятники, величественные надгробья с именами их непосредственных постояльцев, выстроенные в расчерченные ряды. Разлитая в воздухе густая вязкая тишина, кажется, что можно услышать, как падают на простуженную землю первые, немного испуганные снежинки. В этой таинственной тишине есть что-то особенное, необыкновенное, умиротворяющее, что успокаивает, утишает, согревает, позволяя немного отдохнуть, уставшее от городской суеты сердце.
Вдох и выдох, а между ними промелькнула вся моя жизнь, и время вдруг на миг остановилось, и замерло на вдохе, и смолкли звуки, и поблекли краски, и притих ветер, и движение прервалось, и одна десятая оборота песочных часов, и итоговый результат закономерный и самоочевидный, меня, или то, что ещё совсем недавно называлось мной, помпезно опускают в сырую холодную яму! Плач, слёзы, фальшивые сожаления, да, моя собственная смерть сделала меня несколько беспечным, легкомысленным и сентиментальным, я тоже, как и они, некоторым образом расстроен. И вот я на кладбище, новые друзья, новые перспективы, новые увлекательные возможности, надо постараться приспособиться к непривычным жизненным альтернативам и открывающимся вероятностям.
А история, между тем, продолжает свой поступательный ход, но уже в иной временной зоне и я, к своему сожалению, в последующей распасовке уже никаким образом не участвую. Неодолимое время, как и прежде, пережёвывает, перемалывает, растаптывает вновь прибывших, не знающих поражения победителей, энтузиастов и отчаянных храбрецов и они, закономерным образом, исчезают с праздничной сцены и никто даже не замечает их отсутствия на обозначенном торжественном параде.

«Шримад Бхагаватам», книга 5 глава 13
Душа покинув родной дом отправляется на охоту в лес чувственных удовольствий, где найти можно всё, что угодно, кроме счастья!

Сегодня никаких смертей, не портите мне годовой отчёт!