Глава 8. Я больше не буду

Глава 7. Я почти разрешила себе
http://proza.ru/2026/05/14/687

Декабрь 1999 года

Я не отвечала на сообщения Алисы четыре дня. Пейджер лежал на столе. Она присылала адреса, время, суммы. «ПТГ 12 19:00 200». Петроградская, двенадцать, семь вечера, двести долларов. «ВАС 6 21:00 250». Я читала сообщения и не шла к телефону-автомату. Не подтверждала. Просто смотрела на экран, пока он не гас.

На пятый день сообщения перестали приходить. Пейджер молчал.

Я ждала её в субботу вечером. Сидела на стуле, смотрела в стену. Чайник был холодный. В комнате пахло пылью и старыми обоями — запах, который остаётся в съёмных квартирах навсегда, сколько ни проветривай.

Звонок в дверь. Резкий, длинный. Так звонила только она.

Я открыла. Алиса стояла на пороге. Без зонта, хотя шёл снег с дождём — декабрьская каша, мокрая, холодная. Волосы намокли, потемнели, прилипли к вискам. От неё пахло духами — приторными, сладкими, — и мокрой шерстью. Она не курила. Просто стояла и смотрела на меня. Глаза светлые, прозрачные. Без злости.

— Не пригласишь? — спросила она.

Я отступила. Она вошла.

В коридоре сразу стало тесно от её присутствия — от запаха, от звука шагов, от того, как она бросила сумку на пол. Она не стала раздеваться. Прошла в комнату, села на стул — на тот самый, где я сидела четыре дня. Закинула ногу на ногу. Сцепила пальцы на колене. Ноготь был длинный, покрытый тёмно-красным лаком.

— Четыре дня, — сказала она. — Я прислала восемь сообщений. Ты не ответила ни на одно. Я решила — случилось что-то. Может, в больницу попала. Может, клиент оказался психом. А ты просто сидишь дома.

Я молчала. Стояла в дверях комнаты.

— Ты больше не работаешь? — спросила Алиса. — Это то, что я должна понять?

— Да, — сказала я.

— Да, — повторила она. Кивнула. — Просто «да». Без объяснений.

— Мне нечего объяснять.

— Нечего, — она усмехнулась. — Ты решила, что можешь просто выйти. Взяла и вышла. Как с трамвая на остановке.

Я смотрела на неё. Она смотрела на меня. За окном шумел дождь со снегом — декабрьский, холодный, с ветром. Капли стучали по жестяному откосу.

— Знаешь, что самое смешное? — спросила она. — Я ждала этого. С того самого дня в кофейне. Когда ты сказала «просто по-разному». Я уже тогда знала: ты уйдёшь. Ты всегда была временной.

Она встала. Подошла к окну. Снег с дождём стекал по стеклу. Капли догоняли друг друга, сливались, скатывались вниз. За стеклом, во дворе, горел жёлтый фонарь. Его свет дрожал на мокром асфальте.

— Я пыталась, — сказала она тихо. — Пять лет назад. Встретила парня. Хороший. Смешной. Говорил, что у меня красивые руки. Я хотела уйти. Правда хотела. Перестала брать клиентов. Устроилась курьером. За копейки. Думала — начну с нуля. Через два месяца он узнал. Не от меня. Кто-то рассказал. Он посмотрел на меня — и всё. Конец.

Она повернулась.

— Знаешь, что он сказал? Ничего. Просто ушёл. Я вернулась на следующий день. Снова взяла клиента. И знаешь, что я почувствовала?

Я молчала.

— Облегчение. — Она улыбнулась — широко, но глаза остались прежними.

— Я не ты, — сказала я.

— Нет. — Она покачала головой. — Ты не я. Но ты станешь мной. Если он узнает. Если он не узнает — всё равно станешь. Потому что это не снимается. Не как платье. Не как бельё. Это — вторая кожа. Ты можешь ходить на пары, писать конспекты, сидеть в кафетерии с красивым парнем. Но под всем этим — вот это. И оно никуда не денется.

Она замолчала. Снег с дождём стучал по стеклу. Я смотрела на свои руки. Они были сухие.

— Я больше не буду, — сказала я. — Это всё.

Алиса посмотрела на меня долгим взглядом. Потом кивнула.

— Хорошо. Не звони мне, когда передумаешь.

Она прошла мимо меня в коридор. Подняла сумку с пола. Открыла дверь. Остановилась на пороге, не оборачиваясь.

— Когда я начинала, мне тоже казалось, что я другая. Что я контролирую. Что я могу остановиться в любой момент. А потом однажды я проснулась и поняла: я не помню, кем была до. Вообще. Как будто стёрли. Осталась только эта я. Которая стоит сейчас перед тобой.

Она вышла. Дверь закрылась.

Я стояла в коридоре. Снег с дождём шумел за окном. Пальцы были сухие.

Я пошла в ванную. Открыла кран. Вода пошла горячая — газовая колонка за стеной загудела, захрипела, потом выровнялась. Я смотрела на воду. Долго. Пар поднимался к потолку, оседал на зеркале.

Я протянула руку к крану. Замерла. Закрыла.

Села на пол. Плитка была холодная. Прислонилась спиной к стене. Руки лежали на коленях.

Её голос всё ещё стоял у меня в ушах: «Ты станешь мной». Я закрыла глаза. Голос не исчез.

Сердце билось где-то в горле. Раз. Другой. Потом выровнялось. Внутри было тихо. Совсем тихо.

Снег с дождём стих. В квартире стало тихо.

Потом я встала. Вытерла руки. Полотенце было жёсткое, с синей полосой.

Я прошла в комнату. Села на стул. Руки были сухие.

За окном стих дождь. Больше ничего.

Глава 9. Тебя нет целиком
http://proza.ru/2026/05/14/938