Не успела кошка умыться, как гости наехали!

Дорожное приключение

Глава первая
 
   Татьяна Николаевна Копьёва, миловидная, но уже не молодая женщина собиралась в поездку   для встречи с другом юности, одноклассником, Тимофеем Соколовым.    Много лет они ничего не знали друг о друге. После окончания школы разъехались на учёбу в разные города, создали семьи и благополучно трудились на благо социалистической Родины. Изредка узнавали от кого-то:
«У Тимофея-то вторая дочь! А так хотел сына…»
 «А Татьяна родила второго сына!»
 Списались как-то в Одноклассниках, обменивались открытками и смайликами. Однажды встретились на тридцатилетие окончания школы и проговорили весь вечер о своей жизни, своих детях. Муж Татьяны, учёный, биолог, был для неё светом в окошке, опорой был…
 Да сплыл! Бросил её с мальчишками, доездился по командировкам. Пришлось Татьяне Николаевне одной их воспитывать. Такая вот история…
 А у Тимофея жена умерла. Болела долго, намучился он с ней, бедной. Сколько по санаториям возил, да по светилам медицинской науки, но все усилия, трата денег бесполезными оказались. Ушла его Екатерина Марковна, оставив Тимофея одного. Дочки – то выросли, замуж вышли и разъехались по белу свету, детками обзавелись. Свои у них проблемы. Живёт- поживает Тимофей один в коттедже в Подмосковье.
 Вот и решили два «одиночества» вновь встретиться, пообщаться, а там, как получится. В юности они симпатизировали друг другу.
 
  Дома Татьяну Николаевну провожала молодая пара, сын Антон и его жена Вероника. Всего неделю тому назад отпраздновали они свадьбу и теперь у молодожёнов медовый месяц. Прекрасное время, когда они очень заняты друг другом и желают уединения.  Поэтому отъезд Татьяны Николаевны, проживающей с молодыми в одной квартире, был для них, — чего уж тут скрывать, — мега радостным событием! Молодожены счастливые носились по квартире, выполняя любую её просьбу: лишь бы поскорее остаться одним!
  Печалилась только собачка Дуся, маленькая болонка, которая ждала щенков. Чувствуя, что хозяйка уезжает надолго, и не берёт её с собой, она сердилась, скулила и принялась рвать свежую газету, приготовленную в поездку. Татьяна Николаевна, чуть не плача, в который раз пыталась её успокоить, прижимала к себе и уговаривала: мол, подожди, Дусенька, надо мне самой ещё оглядеться…
  Внизу у подъезда сигналило такси.
   В последнюю минутку все присели «на дорожку».
«Цветы-то поливайте! Дусю выгуливайте, не забывайте! Звоните, пожалуйста!» — тут Татьяна Николаевна встала, обняла детей на прощание.  А потом расправила плечи, улыбнулась задорно и пошла, как подруги говорили, «навстречу своему счастью»: «Эх, была-не была!»
  Она всё ещё очень хороша собой: невысокого роста, но одежда сидит ладно по фигуре, волосы уложены в красивой модной причёске. И самое главное - настроение романтическое. Сын порадовался за маму: «Ты, мам, прям вся светишься!»
 Давно уж он её такой не видел. В карих маминых глазах будто звёздочки сияют.  На свидание же собралась!
  До краевого центра добралась быстро.
  В жаркий летний день люди у вокзала не толпились. Внутри здания было прохладно, и всякий, сюда входящий, ощущал прекрасную перемену, скрывшись в полдень от зноя. Длинных очередей нигде не было. В зал «Билетные кассы» вошли несколько туристов с рюкзаками за спиной, транзитные пассажиры с чемоданами. В окнах касс приветливые кассирши в элегантной форме поджидали своих пассажиров. Татьяна Николаевна невольно сравнила их с гусынями с длинными белыми шеями. И это сравнение показалось забавным. Неприятного вокзального запаха не было. После недавнего ремонта пахло древесной отделкой, свежим лаком и хорошим парфюмом из киоска «Косметика в дорогу».  И это особенно понравилось! Больно не терпела Татьяна Николаевна дурные запахи.
  Довольно скоро в руках у неё был билет. Важный голос «гусыни» из окошка:
— Проверьте, пожалуйста! Поезд номер … до Москвы, конечная остановка Ярославский вокзал. Вагон шестой, купе 3, место 12.  Нижняя полка. Отправление с третьей платформы через два часа.
— Всё правильно. Благодарю!
— Счастливого пути!
  Она подошла к вагончику “Cafeteria”.  Купила чашечку латте. Бариста был шустрым малым и подал его с особым изяществом: «Держите, мадам, самый лучший в мире кофе!»
«Видимо, я ещё ничего себе, мадам!» — подумала счастливая Татьяна Николаевна. «В сущности, что нам женщинам и надо-то? Чуточку внимания, ласковое слово. Интересно, дома он так же свою жену радует? Нет, наверное, набегается, накрутится за день, «выёживаясь» перед посетителями, что и улыбнуться родному человеку, как на Эверест подняться без страховки …»
 Кофе на самом деле был замечательным, и Татьяна Николаевна с удовольствием наслаждалась нежной текстурой и сливочным вкусом напитка.
  В зале ожидания, устроилась на одно из свободных кресел. Достала из сумки газетку, со «следами» Дусиных переживаний, просмотрела заголовки, фотографии, но читать всерьёз не хотелось, не могла сосредоточиться. И тут придумала себе развлечение: ненароком рассматривать соседей через прогрызенную дырочку.
 Слева - мамочка с двумя маленькими мальчиками - двойняшками, которые поочерёдно то взбирались на мамины колени, то спускались вниз, догрызая яблоки. Рядом с ними - бабушка в задорной панаме, зелёной майке и бриджах в цветочек с корзинкой душистых яблок. Судя по всему, она и подкармливала мальчиков.
  Справа нет никого. Напротив, через ряд, усаживались двое мужчин, одетых по-походному: в панамах в стиле bucket hats* и, не без щегольства, в ярких футболках от «Nike». Туристы, наверное. Рядом лежали рюкзаки. На ремне одного из них висел карабин с оригинальной эмблемой 2010 года, который был объявлен Организацией Объединённых Наций Международным годом биоразнообразия. Эмблема пятнадцатилетней давности…
 
Татьяне Николаевне очень хорошо запомнился этот значок, потому что такой был у её супруга Александра, принимавшего участие в научной конференции по вопросам сохранения биологического разнообразия и грозящих ему опасностей.
 И было то время тяжёлых переживаний, потому что супруги Копьёвы решили расстаться.
 Рассмотреть бы поближе… Надела очки.
    Теперь Татьяна Николаевна внимательно разглядывала хозяина рюкзака. От волнения она почувствовала сухость во рту. Сердце ёкнуло!
 Неужели этот бородач - её бывший муж Александр? Постарел, поседел изрядно, стал более грузным, но за пятнадцать-то лет разлуки разве и она не изменилась?    Черты всё те же, не оторвать глаз от его красивого загорелого лица. Правда слегка опустились уголки губ и эта борода… Бороду отрастил, чего отродясь никогда не было…
   Спутник Александра помоложе, примерно сорока лет, высокого роста брюнет, крепкий в плечах, в ветровке поверх футболки.
  В это время диктор громко, да так, что слова рассыпались на отдельные, раскатистые звуки, объявила посадку на непонятный поезд.
 Бородач встрепенулся и спросил соседа:
 — Is this a train to Moscow? Haven't you heard? *
— No, Pete, I don't think so. It's too early.**
  Татьяна Николаевна хорошо понимала английскую речь. Она преподавала английский язык.
  Удивилась, когда её бывшего мужа Александра только что назвали Питом и непроизвольно опустила газету вниз.
 Глаза их встретились лишь на какую-то долю секунды ... Больно, очень больно… 
Так бывает, когда задеваешь не зажившую рану.
 Он точно узнал её, но сделал знак взглядом, мол, «ни-ни», «мы не знакомы».
 Разве такое возможно?
 Как никак, прожили вместе без малого пятнадцать лет…
 О детях спросить разве ему не интересно?
 Что-то здесь не так…
   Кто его спутник?  Мужчины между тем поднялись, взяли с собой рюкзаки и отправились в привокзальное кафе. Александр даже не оглянулся, он шёл впереди. Но это точно был он. Татьяна кожей своей чувствовала: это был он!

* Это поезд на Москву? Вы что, не слышали?
** Нет, Пит, я так не думаю. Еще слишком рано.

Здесь какая-то тайна... Ведь Александр узнал её, но скрыл это от своего спутника.
 Взволнованная Татьяна Николаевна посмотрела на часы. Казалось, время должно было остановиться или пойти вспять, но оно неумолимо бежало вперёд. Через час отправление поезда, и можно уже продвигаться на посадку.
 И как же быть? В памяти пронеслась поначалу счастливая жизнь с Александром: вот они познакомились, поженились, отдыхали, работали, любили друг друга… Родились один за другим сыновья, и счастье упорхнуло из их дома.  Дети требовали постоянного внимания, отцовского участия в их воспитании. Александр совершенно перестал помогать по дому. Её работа тоже отнимала уйму времени. Он же занят был только собой и своими научными изысканиями.  В постоянных разъездах, в экспедициях.
   Сегодня, спустя много лет, они встретились. Доля секунды, а хватило, чтобы встрепенулось её сердце.
 Но далее следовало негласное «табу» общению. За кого выдаёт себя Александр?  Он и прежде хорошо говорил по-английски. Сказывалось проживание в детстве в Англии вместе с родителями, сотрудниками консульства, ещё во времена СССР.
  Вспомнилось, как расставались с ним. Его желание пожить одному и посвятить себя науке было не неожиданным. Всерьёз увлеченный микробиологией, Александр участвовал в нескольких экспедициях от Русского географического   общества.   
  Но Татьяна Николаевна не хотела принять, что он ушёл от неё к другой и зовут её наука. За разлукой ей мерещились женские юбки… 
   Все эти годы они не виделись ни разу. Иногда Александр отправлял деньги (и, порой, немалые) на содержание детей. Звонил всё реже и реже, по случаю их дней рождения, Нового года, присылал подарки. Но детям-то нужен был папа, его совет, его умелые руки! 
  Сразу после развода многие бывшие супруги обвиняют друг друга на чём свет стоит, но проходят годы и прошлое видится уже по-другому.
 Теперь Татьяна Николаевна иногда говорила себе: «Ну что мне было тогда не потерпеть, не раздражаться совсем? Глядишь бы и семью сохранила…»
  Со временем она уже представляла себе Александра этаким «анахоретом», положившим на плаху науки свою судьбу, как   вдруг сегодня в чужом городе они встретились на вокзале. И бывший муж предстал перед ней в совершенно ином амплуа. Уж не разведчиком ли был он все эти годы?    Возможно, имя у него иное согласно какой-то легенде?
  В таком случае, не следует им интересоваться. Это смертельно опасная профессия. Настораживал спутник Александра: мужчина явно военной выправки и рука постоянно в кармане ветровки в такую-то жаркую погоду…
  Татьяна Николаевна, расстроенная, встаёт и идёт на посадку, которую вот-вот должны объявить. Ехать к Тимофею уже не хотелось. И зачем ей всё это?!
  На платформе стояли люди, как у вагонов появились проводники и началась проверка билетов, документов для отбывающих. Татьяна Николаевна встала в очередь. Кто-то прощался, кто-то молча, как она, проходил в плацкартный вагон. Соседей пока никого не было. Работал кондиционер, и это очень важно в такую-то жару!
 Татьяна Николаевна сидела за столиком у окна с белоснежными занавесками и взволнованно смотрела на перрон со снующими туда-сюда пассажирами.
 И тут появился Александр-Пит со своим спутником англичанином. Они, судя по всему, искали соседний купейный вагон.
 «Стало быть, мы едем с Сашей в одном направлении, в сторону Москвы!..»


  (продолжение следует)

(Произведение опубликовано в сборнике произведений минусинских писателей "По тропинкам детства", М., 2026)