Не успела кошка умыться, как гости наехали!

Дорожное приключение

Глава первая
 
   Татьяна Николаевна Копьёва, миловидная, но уже не молодая женщина собиралась в поездку   для встречи с другом юности, одноклассником, Тимофеем Соколовым.    Много лет они ничего не знали друг о друге. После окончания школы разъехались на учёбу в разные города, создали семьи и благополучно трудились на благо социалистической Родины. Изредка узнавали от кого-то:
«У Тимофея-то вторая дочь! А так хотел сына…»
 «А Татьяна родила второго сына!»
 Списались как-то в Одноклассниках, обменивались открытками и смайликами. Однажды встретились на тридцатилетие окончания школы и проговорили весь вечер о своей жизни, своих детях. Муж Татьяны, учёный, биолог, был для неё светом в окошке, опорой был…
 Да сплыл! Бросил её с мальчишками, доездился по командировкам. Пришлось Татьяне Николаевне одной их воспитывать. Такая вот история…
 А у Тимофея жена умерла. Болела долго, намучился он с ней, бедной. Сколько по санаториям возил, да по светилам медицинской науки, но все усилия, трата денег бесполезными оказались. Ушла его Екатерина Марковна, оставив Тимофея одного. Дочки – то выросли, замуж вышли и разъехались по белу свету, детками обзавелись. Свои у них проблемы. Живёт- поживает Тимофей один в коттедже в Подмосковье.
 Вот и решили два «одиночества» вновь встретиться, пообщаться, а там, как получится. В юности они симпатизировали друг другу.
 
  Дома Татьяну Николаевну провожала молодая пара, сын Антон и его жена Вероника. Всего неделю тому назад отпраздновали они свадьбу и теперь у молодожёнов медовый месяц. Прекрасное время, когда они очень заняты друг другом и желают уединения.  Поэтому отъезд Татьяны Николаевны, проживающей с молодыми в одной квартире, был для них, — чего уж тут скрывать, — мега радостным событием! Молодожены счастливые носились по квартире, выполняя любую её просьбу: лишь бы поскорее остаться одним!
  Печалилась только собачка Дуся, маленькая болонка, которая ждала щенков. Чувствуя, что хозяйка уезжает надолго, и не берёт её с собой, она сердилась, скулила и принялась рвать свежую газету, приготовленную в поездку. Татьяна Николаевна, чуть не плача, в который раз пыталась её успокоить, прижимала к себе и уговаривала: мол, подожди, Дусенька, надо мне самой ещё оглядеться…
  Внизу у подъезда сигналило такси.
   В последнюю минутку все присели «на дорожку».
«Цветы-то поливайте! Дусю выгуливайте, не забывайте! Звоните, пожалуйста!» — тут Татьяна Николаевна встала, обняла детей на прощание.  А потом расправила плечи, улыбнулась задорно и пошла, как подруги говорили, «навстречу своему счастью»: «Эх, была-не была!»
  Она всё ещё очень хороша собой: невысокого роста, но одежда сидит ладно по фигуре, волосы уложены в красивой модной причёске. И самое главное - настроение романтическое. Сын порадовался за маму: «Ты, мам, прям вся светишься!»
 Давно уж он её такой не видел. В карих маминых глазах будто звёздочки сияют.  На свидание же собралась!
  До краевого центра добралась быстро.
  В жаркий летний день люди у вокзала не толпились. Внутри здания было прохладно, и всякий, сюда входящий, ощущал прекрасную перемену, скрывшись в полдень от зноя. Длинных очередей нигде не было. В зал «Билетные кассы» вошли несколько туристов с рюкзаками за спиной, транзитные пассажиры с чемоданами. В окнах касс приветливые кассирши в элегантной форме поджидали своих пассажиров. Татьяна Николаевна невольно сравнила их с гусынями с длинными белыми шеями. И это сравнение показалось забавным. Неприятного вокзального запаха не было. После недавнего ремонта пахло древесной отделкой, свежим лаком и хорошим парфюмом из киоска «Косметика в дорогу».  И это особенно понравилось! Больно не терпела Татьяна Николаевна дурные запахи.
  Довольно скоро в руках у неё был билет. Важный голос «гусыни» из окошка:
— Проверьте, пожалуйста! Поезд номер … до Москвы, конечная остановка Ярославский вокзал. Вагон шестой, купе 3, место 12.  Нижняя полка. Отправление с третьей платформы через два часа.
— Всё правильно. Благодарю!
— Счастливого пути!
  Она подошла к вагончику “Cafeteria”.  Купила чашечку латте. Бариста был шустрым малым и подал его с особым изяществом: «Держите, мадам, самый лучший в мире кофе!»
«Видимо, я ещё ничего себе, мадам!» — подумала счастливая Татьяна Николаевна. «В сущности, что нам женщинам и надо-то? Чуточку внимания, ласковое слово. Интересно, дома он так же свою жену радует? Нет, наверное, набегается, накрутится за день, «выёживаясь» перед посетителями, что и улыбнуться родному человеку, как на Эверест подняться без страховки …»
 Кофе на самом деле был замечательным, и Татьяна Николаевна с удовольствием наслаждалась нежной текстурой и сливочным вкусом напитка.
  В зале ожидания, устроилась на одно из свободных кресел. Достала из сумки газетку, со «следами» Дусиных переживаний, просмотрела заголовки, фотографии, но читать всерьёз не хотелось, не могла сосредоточиться. И тут придумала себе развлечение: ненароком рассматривать соседей через прогрызенную дырочку.
 Слева - мамочка с двумя маленькими мальчиками - двойняшками, которые поочерёдно то взбирались на мамины колени, то спускались вниз, догрызая яблоки. Рядом с ними - бабушка в задорной панаме, зелёной майке и бриджах в цветочек с корзинкой душистых яблок. Судя по всему, она и подкармливала мальчиков.
  Справа нет никого. Напротив, через ряд, усаживались двое мужчин, одетых по-походному: в панамах в стиле bucket hats* и, не без щегольства, в ярких футболках от «Nike». Туристы, наверное. Рядом лежали рюкзаки. На ремне одного из них висел карабин с оригинальной эмблемой 2010 года, который был объявлен Организацией Объединённых Наций Международным годом биоразнообразия. Эмблема пятнадцатилетней давности…
 
Татьяне Николаевне очень хорошо запомнился этот значок, потому что такой был у её супруга Александра, принимавшего участие в научной конференции по вопросам сохранения биологического разнообразия и грозящих ему опасностей.
 И было то время тяжёлых переживаний, потому что супруги Копьёвы решили расстаться.
 Рассмотреть бы поближе… Надела очки.
    Теперь Татьяна Николаевна внимательно разглядывала хозяина рюкзака. От волнения она почувствовала сухость во рту. Сердце ёкнуло!
 Неужели этот бородач - её бывший муж Александр? Постарел, поседел изрядно, стал более грузным, но за пятнадцать-то лет разлуки разве и она не изменилась?    Черты всё те же, не оторвать глаз от его красивого загорелого лица. Правда слегка опустились уголки губ и эта борода… Бороду отрастил, чего отродясь никогда не было…
   Спутник Александра помоложе, примерно сорока лет, высокого роста брюнет, крепкий в плечах, в ветровке поверх футболки.
  В это время диктор громко, да так, что слова рассыпались на отдельные, раскатистые звуки, объявила посадку на непонятный поезд.
 Бородач встрепенулся и спросил соседа:
 — Is this a train to Moscow? Haven't you heard? *
— No, Pete, I don't think so. It's too early.**
  Татьяна Николаевна хорошо понимала английскую речь. Она преподавала английский язык.
  Удивилась, когда её бывшего мужа Александра только что назвали Питом и непроизвольно опустила газету вниз.
 Глаза их встретились лишь на какую-то долю секунды ... Больно, очень больно… 
Так бывает, когда задеваешь не зажившую рану.
 Он точно узнал её, но сделал знак взглядом, мол, «ни-ни», «мы не знакомы».
 Разве такое возможно?
 Как никак, прожили вместе без малого пятнадцать лет…
 О детях спросить разве ему не интересно?
 Что-то здесь не так…
   Кто его спутник?  Мужчины между тем поднялись, взяли с собой рюкзаки и отправились в привокзальное кафе. Александр даже не оглянулся, он шёл впереди. Но это точно был он. Татьяна кожей своей чувствовала: это был он!

* Это поезд на Москву? Вы что, не слышали?
** Нет, Пит, я так не думаю. Еще слишком рано.

Здесь какая-то тайна... Ведь Александр узнал её, но скрыл это от своего спутника.
 Взволнованная Татьяна Николаевна посмотрела на часы. Казалось, время должно было остановиться или пойти вспять, но оно неумолимо бежало вперёд. Через час отправление поезда, и можно уже продвигаться на посадку.
 И как же быть? В памяти пронеслась поначалу счастливая жизнь с Александром: вот они познакомились, поженились, отдыхали, работали, любили друг друга… Родились один за другим сыновья, и счастье упорхнуло из их дома.  Дети требовали постоянного внимания, отцовского участия в их воспитании. Александр совершенно перестал помогать по дому. Её работа тоже отнимала уйму времени. Он же занят был только собой и своими научными изысканиями.  В постоянных разъездах, в экспедициях.
   Сегодня, спустя много лет, они встретились. Доля секунды, а хватило, чтобы встрепенулось её сердце.
 Но далее следовало негласное «табу» общению. За кого выдаёт себя Александр?  Он и прежде хорошо говорил по-английски. Сказывалось проживание в детстве в Англии вместе с родителями, сотрудниками консульства, ещё во времена СССР.
  Вспомнилось, как расставались с ним. Его желание пожить одному и посвятить себя науке было не неожиданным. Всерьёз увлеченный микробиологией, Александр участвовал в нескольких экспедициях от Русского географического   общества.   
  Но Татьяна Николаевна не хотела принять, что он ушёл от неё к другой и зовут её наука. За разлукой ей мерещились женские юбки… 
   Все эти годы они не виделись ни разу. Иногда Александр отправлял деньги (и, порой, немалые) на содержание детей. Звонил всё реже и реже, по случаю их дней рождения, Нового года, присылал подарки. Но детям-то нужен был папа, его совет, его умелые руки! 
  Сразу после развода многие бывшие супруги обвиняют друг друга на чём свет стоит, но проходят годы и прошлое видится уже по-другому.
 Теперь Татьяна Николаевна иногда говорила себе: «Ну что мне было тогда не потерпеть, не раздражаться совсем? Глядишь бы и семью сохранила…»
  Со временем она уже представляла себе Александра этаким «анахоретом», положившим на плаху науки свою судьбу, как   вдруг сегодня в чужом городе они встретились на вокзале. И бывший муж предстал перед ней в совершенно ином амплуа. Уж не разведчиком ли был он все эти годы?    Возможно, имя у него иное согласно какой-то легенде?
  В таком случае, не следует им интересоваться. Это смертельно опасная профессия. Настораживал спутник Александра: мужчина явно военной выправки и рука постоянно в кармане ветровки в такую-то жаркую погоду…
  Татьяна Николаевна, расстроенная, встаёт и идёт на посадку, которую вот-вот должны объявить. Ехать к Тимофею уже не хотелось. И зачем ей всё это?!
  На платформе стояли люди, как у вагонов появились проводники и началась проверка билетов, документов для отбывающих. Татьяна Николаевна встала в очередь. Кто-то прощался, кто-то молча, как она, проходил в плацкартный вагон. Соседей пока никого не было. Работал кондиционер, и это очень важно в такую-то жару!
 Татьяна Николаевна сидела за столиком у окна с белоснежными занавесками и взволнованно смотрела на перрон со снующими туда-сюда пассажирами.
 И тут появился Александр-Пит со своим спутником англичанином. Они, судя по всему, искали соседний купейный вагон.
 «Стало быть, мы едем с Сашей в одном направлении, в сторону Москвы!..»


 
Глава вторая

     Поезд тронулся. Татьяна Николаевна старалась не думать о неожиданной встрече, хотелось вернуть прежнее легкомысленное настроение. Но, увы, оно упорхнуло, как мотылёк. Может быть, показалось, и это вовсе не Александр Копьёв?
     Напротив устраивалась на нижней полке попутчица. Вот она в прощании буквально прилипла к раскрытому окну и посылает кому-то воздушные поцелуи. В ответ прозвучало мужское:
     «Буду ждать! Не задерживайся, любимая!»   
     Как давно никто не говорил Татьяне Николаевне таких слов… 
     У молодой женщины были аккуратно причёсанные светло-русые волосы, элегантная одежда светлых тонов — от белого до бежевого и нежно-розового. И самое приятное: Татьяна Николаевна почувствовала лёгкий аромат нежных духов. Возможно, «My Name» от Труссарди. Женщина принялась со вздохом лёгкой грусти распаковывать свою дорогую дорожную сумку.
— Здравствуйте, — спокойно сказала она с достоинством и располагающей простотой. — Я Елена Ивановна. А вас как зовут?
— Здравствуйте! Очень приятно. Татьяна Николаевна.
— Далеко едете?
— В Н-ск, а Вы?
— В Москву.
— Стало быть, до конца. А мне уже скоро выходить. Хотелось бы тоже в Москву. Москва для меня — это святая Матронушка…
     По всему было заметно, что даме хочется поделиться тем, что её волнует. Многие в России становятся общительными с мимолётными попутчиками, понимая, что поезд навсегда унесёт с собой в бескрайние просторы и внимательного слушателя, и их душевные излияния.
     Слово за слово завязалась беседа, в которой она поведала свою историю.
— Мы сейчас с мужем попрощались. Хорошо попрощались. И вижу, что вы даже позавидовали такому доброму общению.
     Татьяна Николаевна хотела было возразить, что завидовать кому-то не в её правилах…
— Увы, так было не всегда… Вам я расскажу всю правду. Мы встретились с моим мужем во время речной прогулки по Енисею. На всю жизнь запомнился тот солнечный день, катер, островок с замечательным пляжем. Компания весёлых ребят нашего двора. И Андрей, молодой, только что пришедший со службы в армии. Свадьба была осенью. Всё как у всех.   
     А накануне иду я по улице, и навстречу мне, шаркая маленькими ножками, безобразный карлик. Глаза у него круглые, какие-то водянистые, с набрякшими толстыми веками. Нос, как нагромождение скальных пород, занимал пол-лица. Поравнявшись со мной, он вдруг злобно кричит: «Не видать тебе счастья, не радуйся!» Голос хриплый и низкий для столь мелкого существа. Потом узнала я, что он — психически больной человек, и ждать от него можно было всего, но именно в тот день такие слова казались очень дурным знаком. Опечалилась я, но не отменять же всё из-за чьих-то злобных слов. Не сказала никому об этой встрече. Однако потом не раз её вспоминала.
     Говорят, что не стоит быть суеверным.
     «Не верь в приметы, и они не будут сбываться!» — сказал святой Иоанн Кронштадтский.
     Но в то время: где был святой Иоанн и где я?
     И стало у нас всё сыпаться. Что ни задумаем — не получается. То квартиры нет, где жить, то с работой проблемы. Отсюда раздражение и ссоры. Ребёнок родился, и я вообще ушла к маме жить. Но мама твердит: «Не разрушай семью! Нельзя дочке без отца расти. Все ваши трудности временные». Молилась она за нас с Андреем. Молодец мама! Права оказалась. Мы часто думаем, что вольны сами строить свою жизнь. Как прежде говорили, мол, «человек — кузнец своего счастья». И отчасти это так. Но лишь отчасти.
         
     Многое мы получаем уже при рождении: внешность, порой красивую или не очень, физические и интеллектуальные способности, но как со всем этим багажом наша жизнь сложится — неизвестно. И далеко не всё в нашей власти. Заболела дочурка. Появилась на глазу шишечка и начала расти и расти. Ребёнок стесняться стал, потому что даже прохожие обращали на неё внимание. И в отношениях с ровесниками проблемы начались. Врачи предлагали только операцию. Мы волновались, так как место уж больно опасное: можно и глаз повредить, и «шрам» на лице останется.
     Посмотрела я телепередачу о чудесных исцелениях людей по молитвам ко святой Матроне Московской и решила: «Поеду обязательно!» Рассказала Андрею о своих планах. Мы тогда ещё врозь жили. Он меня поддержал не только словом, но и деньгами, и мы все вместе отправились в Москву. Там и в очереди стояли в Покровском монастыре, и к мощам блаженной Матроны с просьбой об исцелении ребёнка приложились. Предложили нам пожить в гостинице дня три, с молитвой маслицем помазывать освещённым на её мощах.
     И вскоре шишка покраснела, воспалилась, образовался нарыв, гной стал выходить наружу, а шишка превратилась в коросту и отвалилась совсем. По молитвам блаженной Матронушки ко Господу свершилось такое чудо! И семья наша воссоединилась. Постепенно все житейские вопросы решались Не без трудностей конечно, но мы с Андреем уже не расставались.
В тяжёлой ситуации мы часто не понимаем, что Бог всегда рядом и ждёт только нашего обращения к нему, — сказала Елена Ивановна.
— Как хорошо, что мы не одиноки на этом свете! — вздохнула с облегчением Татьяна Николаевна. — Дети выросли, и я им совсем не нужна, как прежде…

— Подождите, появятся внуки, и тут-то они о вас непременно вспомнят!
     Поздним вечером попутчица покинула поезд. Женщины тепло простились, как родные. На прощание Елена Ивановна подарила Татьяне Николаевне маленькую иконку Божией Матери с младенцем. Так явились друг другу люди будто из ниоткуда и разошлись в никуда, унося с собой частичку сердца совершенно незнакомого человека. Но всё, что с нами случается, не просто так… 

Глава третья
 
     В первый день Татьяна Николаевна питалась приготовленными в дорогу припасами, и Елена Ивановна угощала домашней едой. Но на второй день отправилась в вагон-ресторан, чтобы поесть горячего. Села за свободный столик. В меню все блюда были простыми и понятными. Выбрала борщ, котлетку с картофельным гарниром и компот из вишни. Пока оформлялся заказ, смотрела в окно на пролетающие мимо ландшафты: леса, поля, озёра.
     «Довольно жить прошлым! — думала она. — Что это я раскисла? Я еду на встречу с Тимофеем, другом юности. Жизнь даёт нам шанс, и грех им не воспользоваться! Одиночество, печальное, холодное и немое, оставайся позади!»
     Татьяна Николаевна была заядлой грибницей, и лесные полянки воспринимала как желанное грибное поселение. «Вот пойдём с Тимофеем по грибы! В подмосковных лесах, говорят, их много бывает».
     Несётся поезд по российским просторам с бешеной скоростью, приближая обещанную радостную встречу. И теперь Татьяна Николаевна по крупицам старательно собирает было утраченную радость:
     «Поделюсь с Тимофеем, увиденным и услышанным во время путешествия…»
     И едва успевает рассмотреть, как выглянула из-за кустика лисичка и бросилась бежать, напуганная грохотом и визгом стремительной громады. У человека-то сердце замирает при приближении поезда, что тут про зверя дикого говорить…  Вспомнилось с тоской:
     «Как там Дусенька, собачонка моя?»
    Вагон покачивается, поскрипывают рессоры, на столах чуть звенят ложечки в стаканах. Посетителей в ресторане немного, человек пять. И вот неожиданно появляется Александр-Пит вместе со своим спутником! Проходят мимо столика Татьяны и усаживаются ближе к середине вагона. Александр-Пит, как всегда, впереди, и здоровяк идёт следом. Как вдруг он что-то спешно объясняет спутнику и возвращается назад в тамбур. Александр-Пит быстро подходит к Татьяне, безо всяких церемоний наклоняется и говорит шепотом уже по-русски: «Ну, здравствуй, Таня! Рад видеть тебя, дорогая! Ты классно выглядишь. Вынужден маскироваться, прости. Тебя мне сам бог послал! Очень нужна твоя помощь! Специально привлекал твоё внимание к себе. Со мной в купе настоящий шпион. Он сопровождает меня от самого Н. Сейчас в туалете, удалось открепиться. Сработало слабительное… Прости, дорогая! Он очень опасен. Я сразу узнал тебя и слышал у кассы: номер твоего вагона 6, место 12. Передам тебе результаты важных исследований. Просьба отнести по адресу, как прибудешь в Москву. Адрес дам позже. Продолжаем играть. Мы не знакомы. Всегда люблю и любил только вас, мои дорогие». 
     Встаёт и уходит на прежнее место. Татьяна Николаевна ошеломлена, голова кругом, но берёт себя в руки. Через минуту появляется спутник Александра, и они вдвоем выбирают что-то в меню.
     Татьяне Николаевне приносят еду и она, совершенно не чувствуя её вкуса, что-то там ест, глубоко потрясённая.

  Глава четвёртая

          В своём вагоне она долго не могла успокоиться. Сердце трепетало и на что-то надеялось, глупое… Столько лет одиночества, и только надумала встретиться с другим мужчиной, как является бывший муж и будоражит память. Для чего ей это теперь?
     Надо же такому случиться! Что же такое происходит?
     В купе вошёл Александр, сел рядом и вытащил из пакета маленький чёрный кожаный саквояж. Был он присыпан древесными опилками.
     «Видимо хранился прежде в опилках», — подумала Татьяна Николаевна. Приятно запахло кедром и тайгой.
     Александр обтёр контейнер носовым платком, смахивая душистые опилки. Попросил не открывать его ни в коем случае, спрятать в надёжном месте и отнести в Москве по адресу, нацарапанному на салфетке.
— Скажи, мол, «посылка от Пита для «Центра». Запомни адрес, слова и выбрось в туалете!

     Тут появилась новая попутчица, молодая женщина, которая стала устраиваться напротив на нижней полке. Татьяна Николаевна без возражений поставила саквояж в свою большую походную сумку и спрятала под сиденье. Александр попросил Татьяну выйти с ним в дальний тамбур.  В тамбуре кроме них никого не было. Оттуда видно всякого, входящего в вагон.
— Твой спутник тебя не хватится?
— Надеюсь, что нет. Хотя он всё время настороже и никому не доверяет полностью.
— Ты ушёл от нас, чтобы работать в разведке?
 — Да, и науки ради, ты же знаешь. Ситуация была такова, что попросту выбора у меня не было. Я не хотел впутывать свою семью, тебя и детей в эту многолетнюю игру на благо нашего Отечества.
— У тебя есть другая семья?
— Была, прости, другая женщина, моя коллега и друг. Но десять дней, как её не стало.
— А дети? Были ли дети от неё?
— Нет, Таня, дети у меня только от тебя. Как они, кстати? Только кратко, пожалуйста!
     Она сказала, что всё, слава богу. Они с ним уже дважды свёкр и свекровь. Недавно женился младший сын, Антон.

— Таня, дорогая, моя миссия, думаю, скоро заканчивается, и я очень хочу вернуться к вам, моим родным и любимым. Если, конечно, получится… Тут он попытался её обнять, но Татьяна отстранилась.
— Это что за эксперименты с живыми людьми, Саша? Ты отсутствовал миллион лет и теперь, когда я решила устраивать свою личную жизнь с одноклассником, ты вновь появляешься на горизонте! Возможно ли это, подумай сам! Я говорю тебе: «Нет!»
— Подумай, Таня! Очень прошу тебя! Александр взглянул на часы на руке и резко повернулся:
— Надо возвращаться! Подумай, прошу тебя! Если что со мной случится, то передай детям нашим: я всегда помнил о вас! И обязательно найду вас! Последние слова он говорил на ходу, бежал в свой вагон. В этот момент, — такая нелепость, — позвонил Тимофей. Отвечать не хотелось. Но надо ведь…

Глава пятая.

     Как же Татьяна прежде любила своего Александра! Столько лет одна оставалась, надеялась на то, что пройдёт у мужика его неудержимое увлечение наукой, как болезнь простуда, и однажды вернётся он в свою семью. Но чуда, увы, не свершилось…
     И вот теперь, через пятнадцать лет, когда она решилась на свидание с другим мужчиной, как гром среди ясного неба, появляется бывший. По-прежнему хорош собой…
     Татьяна вспомнила слова Омара Хайяма: «Гони друзей, что предали однажды, кто предал раз, предаст тебя и дважды». Но так ли уж предал её Александр на самом деле? Выясняется совсем другая картина. Он чуть ли не герой, достойный похвалы! И в глубине души своей ей очень хотелось, чтобы всё было именно так.               
                ***
     Из беседы с Тимофеем по телефону стало ясно, что одноклассник ждал её с нетерпением, считал дни и часы до их встречи. Или, возможно, играл роль влюблённого, стараясь тоже забыть свои страдания и одиночество? Кто же знает точно, насколько могут быть искренними мужчины в 55+?
     После случившегося Татьяна уже не верила самой себе. Оттого и Тимофею не очень-то доверяла. Но она понимала, что не стоит мгновенно отменять своё решение повидаться с одноклассником. Александр, поди, как появился, так и исчезнет опять. Будет ли вообще ещё встреча с ним? Одному Богу известно. Прилетел, как яркая комета на небосклоне. Блеснула она хвостом — и только её и видели! Живёт Саша в каком-то своём, как выяснилось, очень опасном мире.   
     Если бы встреча эта произошла через пять лет после разлуки, она бы, возможно, на что-то надеялась. Теперь же Татьяна привыкла жить одна и «замки на песке» строить давно разучилась. Да и слова Александра о «другой женщине», «коллеге» и «друге» не отпускали.
   «Даже не скрывает свои адюльтеры, — подумала она. — Стало быть, другая «юбка» была, и нечего мне на уши лапшу вешать! С посылкой-то что теперь делать?» Тимофей встретит её на Ярославском вокзале, а саквояж, судя по адресу, надо отвезти в другой конец Москвы.
     «Придётся это делать с Тимофеем и объяснять ему: от кого, зачем и почему? Вот так ситуация!»
    Лгать совсем не хотелось, но как же иначе? Татьяна Николаевна прекрасно понимала, что Тимофею рассказ о встрече с бывшим мужем совсем не понравится. Но не могла же она отказать в помощи. Ведь как-никак родной человек, отец её детей…
    «Влипла ты, дорогая Татьяна Николаевна, в историю», — вздохнула она обреченно. — Бабуля моя говорила: «Не успела кошка умыться, как гости наехали!» Очень стремительно и неожиданно всё меняется! То ни одного кавалера, а тут уж выбирать приходится!»   
     Было очень любопытно посмотреть, что в этом саквояже. Но сказано же: «Ни в коем случае не открывать!»

(Продолжение следует)



(Произведение опубликовано в сборнике произведений минусинских писателей "По тропинкам детства", М., 2026)