Пионы

Я всегда любила студентов. Ощущала их словно родных детей. И пусть они шкодили и уклонялись от ответственности, делали ошибки или радовали меня, я всегда их любила.
В детстве я всегда хотела  стать врачом. Или учителем. Вышло и то, и то.  У меня были пластиковые пинцетики и мензурки для таблеток, предметные стекла (мама постаралась) и покровные стекла с надписью ulmglass. Покровные стекла Ulmglass, вероятно, знакомы всем, кто застал советскую или постсоветскую эпоху. В большинстве случаев этот термин обозначал предметы, произведенные на стекольном заводе в городе Ульме (Ulm, Германия). Это стекло производилось в Западной Германии. В СССР оно считалось знаком качества и попадало в продажу редко, попадая либо в профессиональные лаборатории, либо к людям «по блату».  Качество: главные отличия — идеально ровные края без сколов и абсолютно гладкая поверхность (без пузырьков и волнистости). Настоящее стекло Ulmglass было упаковано в синюю бумагу с еле заметными водяными знаками. Мои стекла были еще круче. Они лежали ровной стопочкой в белой пластиковой квадратной коробочке с красной крышечкой. Была и вторая коробочка-сине-белая.  Стекла были хрупкими, если нечаянно наехать микроскопом вплотную, они трескались. Стекла слипались от воды, скользя по поверхности другого. На предметных стеклах с сестрой мы делали «кровь». Разводили красную акварельную краску водой и капали, накрыв покровным. Вот это была лаборатория! Самая настоящая! Мел-это был цемент стоматолога. Его надо было натереть, превратив в муку и смешать с водой, но в правильной консистенции-это была пломба.  Не скоро, но она застывала. Перемешивали все это мы стеклянным шпателем -глазной лопаточкой. Раньше врачи такие использовали , чтобы наносить мазь за веко или отодвигать веко при осмотре.
В лаборатории,  благодаря химически инертному стеклу,  её активно применяли для накладывания и смешивания мазей, паст, а также для соскабливания осадка в пробирках.  Сейчас такие штуки уже не используют. Сколько зубов мы запломбировали этими инструментами пупсикам!…
Алина Борисовна, можно мы завтра придём сдавать коллоквиум? Завтра, завтра… что у нас завтра? Завтра три пары, подряд с одним окном. В это окно надо успеть провести День специальности. Три докладчика, это как минимум 45 минут плюс дискуссия-это час…. Тайм менеджмент, это был тот заветный ключ, которым всегда хотелось обладать, чтобы успеть все, что нужно. Девочки, подойдете в 15:00. У меня будет минут 20 на вас двоих. Хорошо! -отрапортовали девочки бодро, вселяя надежду на то, что сдадут.
Первая пара, за ней вторая, наступило окно. Алина Борисовна, Хейли не придет. Она переживает, что подвела вас, но она в больнице. Ей стало плохо, она заболела. Доклад про РНК-содержащие вакцины накрылся. Ну и бог с ним. Было еще два докладчика-обе с горящими глазами, готовые отдаться науке прям здесь, на первой парте аудитории.
Обе пришли. Одна опоздала. Та, что совсем недавно стала мамой.  Обе рассказали интересно и с чувством. Вяло подошли еще две студентки. Нас уже собралось пятеро. Отличный состав, подумала я! Только те, кому это все интересно! И ни одного лишнего! Алина Борисовна, а нам тут сказали, что профессия клинического фармаколога умрёт. Мы не скажем, на какой кафедре нам это сказали.  Но на смену придет искусственный интеллект. Мне стало смешно. Но пришлось объяснять.  Имея огромный опыт за спиной, доступ ко всем базам  данных, мы все таки находим то, чего быть не может  и не видим то, что кажется очевидным. Медицина никогда не была точной наукой. При всем желании все алгоритмизировать и систематизировать, порой мы видим чудесное излечение несмотря ни на что или случайную гибель там, где она просто невероятна! Мы ошибаемся, но мы думаем, чувствуем, мы видим, мы предполагаем и спасаем людей не как железные роботы, а как люди, обладающие теплом и любовью.  Конечно нас можно заменить!  У нас всегда есть базовые настройки: я врач-лечебник, мои коллеги-врачи педиатры. Мы всегда сможем работать по своей основой специальности, что бы не случилось. Есть даже такая шутка, что клинический фармаколог, это умный терапевт.  Хотя фармаколог, это гораздо больше.  Дискутируем с ребятами и тут стук. За дверью стоят две студентки: Алина Борисовна, с праздником Вас! С Днём Фармацевта! Я чуть не грохнулась… и протягивают мне пышный букет розовых, сладко пахнущих пионов! Мы подумали, что такой праздник у вас раз в году бывает и решили поздравить! Во мне боролось два чувства, сказать, что я совершенно, ни на секунду не фармацевт. Фармацевт имеет среднее специальное образование. И даже не провизор-провизор имеет высшее образование по направлению «фармация». Я врач, я клинический фармаколог… но какое до этого дело этим веселым третьекурсницам со стоматологического факультета.
Я взяла пионы, сердечно поблагодарила и ушла к своим… лечебникам с горящими глазами.  Мы чудесно общались, они делились всем на свете и если бы не плотное расписание аудитории, мы бы общались дольше, но время пришло. Я успела поставить цветы в вазу, как пришли те самые две студентки-на сдачу долгов. Одна оказалась способной, вторая гораздо менее способной. Но на ключевые вопросы обе ответили. За что получили заслуженные баллы и закрытый гештальт.