Круглый стол и Артур

 В нашем доме был круглый стол. Прекрасный старинный стол из орехового дерева. Его в позапрошлом веке сделал прадед моего мужа из состарившейся орешни. Стол был небольшой, всего метр в диаметре, но его единственная нога, опиравшаяся на три изощренно выгнутые кабриоли (это такие загогулины, которые крепились внизу к ножке деревянными шпильками), которые должны были обеспечивать устойчивость всей конструкции, но к моменту моего замужества шпильки рассохлись и стол шатался просто неприлично. Чинить его ни у кого в нашей семье не было желания, а выбросить его не позволяла память о давно почившем предке. Короче, стол стоял в углу гостиной, опираясь, помимо своей ноги с кабриолями, на стены и изображал из себя вполне приличный предмет антиквариата.

 Стол был накрыт темно-вишневой бархатной скатертью, тоже антикварной, с длинной шелковой бахромой. И, чтобы всё это выглядело празднично, а не мрачно-торжественно, я через всю столешницу выложила белую кружевную дорожку. Получилось музейно-красиво.

 Стол стоял почти без дела. Он держал на себе три предмета. Около дальней стены стояла хрустальная конфетница с конфетами или домашними печеньями (когда как). Около второй стены стояла высокая иранская фруктовница с фруктами по сезону. Посреди стола красовалась огромная китайская ваза с красными драконами. В вазе, изображая икебану, стояли три корявые сухие ветки, к которым я в компанию добавляла живые цветы из нашего сада. Получалась довольно симпатичная композиция, не надоедавшая нам в силу своей изменчивости.

 Помимо этой важной функции - изображать буржуинское благополучие - стол служил вигвамом моим троим детям. Но это они думали, что стол служит им. На самом деле он служил мне. Когда дети забирались в свой "домик", я могла позволить себе отдохнуть от них и их бесконечных капризов. Я была благодарна прадеду мужа за это.

***

 Однажды в нашем доме появился новый гость, ставший другом нашей семьи на несколько лет. Его звали Артур. Он был студентом из группы, где преподавал мой муж.

 В первый раз Артур пришел на консультацию по поводу своего курсовика. Мой муж частенько приводил к нам своих студентов для личных консультаций, и этот визит меня не удивил. Но обычно муж заводил студентов в свой кабинет и потчевал их дополнительными лекциями с кофе и печеньями. В этот раз они вошли в гостиную и муж попросил не просто кофе, а накормить их обоих обедом.

 Не вопрос. Накормить, так накормить. Обед и разные закуски в нашем доме не переводились. Я впрягла своих детей и мы вчетвером накрыли стол за пару минут. После этого я хотела вывести наших отпрысков во двор, чтобы не мешать мужчинам, но муж попросил меня и детей присоединиться к их трапезе.

 В тот визит я и узнала, что очередного студента-гостя зовут Артур. Что он сын директора Национального банка Перу. Что его мама - родная сестра чилийского диктатора. Что его отец - младший сын лорда, заседающего в английском парламенте. Что приехал он учиться в Тбилиси из Лимы. Что до тбилисского университета он уже успел окончить Сорбонну, Йель и университет Осло. Более того, он получил образование на пяти языках и имел дипломы целой кучи каких-то очень крутых курсов. А кроме того, выяснилось, что я и он родились в один день с разницей в двенадцать часов - он в полдень, а я -, без пяти минут, в полночь.

 Он свободно, с едва заметным акцентом, говорил по-русски. Он был прост в общении, разговорчив, любезен и прекрасно воспитан. Самое удивительное было то, что он аккуратно и к месту шутил. И очаровал нас всех. Когда он в тот первый свой визит уходил, мои старшие дети, пяти и шести лет, повисли на его руках и умоляли его не уходить. Они отпустили Артура только тогда, когда он клятвенно пообещал зайти к нам на обед и завтра.

 С тех пор Артур стал нашим постоянным собеседником и участником наших семейных обедов.

***

 Однажды, во время командировки моего мужа в Рустави, Артур, успевший стать практически членом нашей семьи, поинтересовался у меня: "А почему ты всегда накрываешь журнальный столик и никогда не используешь обеденный стол?" Он указал на наш хромоногий антиквариат и мне пришлось рассказать всю правду о кабриолях.

 Артур кивнул. По хозяйски снял со стола все вазочки и скатерть, перевернул стол вверх ногой, покачал кабриоли, покачал головой и с сожалением произнес: "Как обидно! Вот я уже выучился на юриста, на финансиста, на дипломата, сейчас учусь на востоковеда, а простой стол починить не знаю как. Хотя, ты знаешь? Я знаю, как его починить! Алька, неси веревку!" Пока все это происходило, у меня язык к гортани присох. Я не знала, что ему сказать. Это была запредельная какая-то наглость.

 Тем временем моя старшая дочь, Алька, прибежала со скакалкой и со словами: "У меня веревки нет. Зато есть вот это. Сойдет?" "Сойдет," - ответил ей Артур, - "а тебе свою скакалку не жалко?" "Это не моя," - ухмыльнулась Алька, - "это мамина, а ей всё равно скакать некогда". Тут я вышла из комнаты.

 Артур обмотал туго кабриоли скакалкой, затянул узел, поставил стол посреди комнаты и крикнул: "Принимай работу, хозяйка!" Стол стоял ровно в центре гостиной. Красная резина скакалки дерзко алела на фоне темного дерева и-под небрежно накинутой на стол скатерти. Вид у стола был не вполне подходящий для семейства многодетного профессора.

 Но Артур сел, вытянул длинные ноги в сияющих безукоризненным блеском лаковых туфлях и, гордо откинувшись на спинку стула, задал вопрос: "Вы знаете, чем знаменит король Артур?" Мой сын, удивленно распахнув глаза, в ответ спросил его: "Ты - король?" "Почти," - ухмыльнулся Артур и не успел продолжить, как Алька перебила его: "Значит, ты - принц! Я так и знала!" "Не стану спорить с Вами, юная леди," - ответил Артур, - "это не важно. Я спросил у вас о короле Артуре! Так, знаете ли вы о короле Артуре? Нет? Так я вам расскажу о нем всю правду".

 Я была готова рассмеяться, глядя на этого раздухарившегося молодчика, решившего, что его "изобретение" гениально, и вкушающего теперь амброзию признательности восторженной публики. Чтобы скрыть улыбку, я стала расставлять тарелки, поставила в угол комнаты китайскую вазу с букетом розовых тюльпанов, принесла супницу и начала разливать по тарелкам дежурный борщ. Алька и Денис, всегда охотно помогавшие мне накрывать на стол, в этот раз сидели смирненько на диване и не сводили с Артура глаз. Им хотелось одного - узнать о короле Артуре. И только Тося, моя младшая дочь, в этот день помогала мне сервировать стол, раскладывая салфетки и столовые приборы. Тосе, в её три года, слово "король" было знакомо только по мультику "Бременские музыканты". Король её не интересовал.

 Артур придвинул стул к столу, отломил кусочек хлеба и торжественно произнес: "Наш круглый стол лучше, чем был у короля Артура!" У меня в зобу дыханье сперло: "Наш стол?" - мелькнуло в голове, - "Наш стол стал и его столом отныне? Только потому, что он сделал на ножке стола из моей скакалки бантик?" Дети с шумом расселись вокруг стола. Артур выдержал драматическую паузу и добавил: "И знаете почему?" "Почему?" - пискнули Алька с Денисом. "Потому что за этим круглым столом сидят воистину благородные люди. А не то рыцарское отребье, которое не могло между собой договориться. Вы только вдумайтесь! рыцари короля Артура не могли договориться, где им сидеть! Король был вынужден придумать круглый стол только потому, что его рыцари были готовы поубивать друг друга, лишь бы никто другой не занял более почетного места. И более того... Я вынужден признать, что король Артур был круглый дурак, раз слушал советы таких дураков и негодяев". Артур в продолжение этого рассказа из английской истории средних веков гордо подносил ко рту ложку за ложкой. На его лице не дрогнул ни один мускул. Дети сидели вокруг стола, раскрыв рты. Кажется, они ничего не поняли.

 В этот момент в комнату вошел мой муж, вернувшийся из своей поездки. Картина открылась его глазам незабываемая. В центре комнаты торжественно стоял круглый стол с обмотанной вокруг ножки скакалкой, кокетливо завязанной бантиком. Высокий во всех смыслах гость методично черпал ложкой суп. Хозяйка дома услужливо подавала гостю блюдо с салатом. Дети в немом обожании смотрели на гостя, не заметив возвращения родного отца.

 Сцена была гротескно-гоголевская - за круглым столом сидели напыщенный хлыщ и восторженные дети, а в двери застыл в недоумении седоусый хозяин дома. Я расхохоталась. Артур опустил в тарелку ложку, встал и с полупоклоном спросил хозяина дома: "Сэр, я надеюсь, что не помешаю Вам и Вы присоединитесь к нашей трапезе".

 Это показалось слишком моему мужу. Он как-то странно взглянул на меня, почему-то ссутулившись, повернулся к нам спиной, буркнул через плечо, что очень устал, и вышел в свой кабинет. Смех мгновенно застрял у меня в горле. Я побежала за мужем. Дети побежали за мной. Недокороль Артур остался за столом в одиночестве. Его опять и снова ничего не смутило...

***

 Артур по-прежнему заходил к нам едва ли не каждый день на обед или ужин. Он чувствовал себя так, словно это был его дом, а мы - его семья. Мои дети вертелись вокруг него, задавая миллионы вопросов. Глаза их сияли, когда они смотрели на него. Он с аппетитом обедал. Преувеличенно вежливо просил добавки и, забирая из моих рук тарелку, случайно касался своими пальцами моих.

 Мой муж стал часто ездить в Рустави и Кутаиси с лекциями. По два-три раза в неделю он не появлялся дома даже на ночь. Когда он возвращался, дети с писками выбегали ему навстечу, он с удовольствием подолгу тискал старших, подкидывал Тосю к потолку, целовал дежурным поцелуем меня в щеку, пристально вгядываясь в мои глаза, и, сославшись на усталость с дороги, шел спать в свой кабинет.

 Прошло несколько месяцев. Артур попрощался с нами, окончив курс в тбилисском университете. Мы устроили для него прощальный ужин из тех блюд, что ему особенно понравились в Грузии.

 На следующий день, вернувшись с детьми с прогулки, я увидела, что круглого стола в нашей гостиной не стало. Не было этого стола и в других комнатах. Я не стала спрашивать у мужа, куда он дел его, подумав, что муж отдал стол в мастерскую на реставрацию. Но ошиблась. Муж просто выбросил стол на свалку.

 Артур после своего отъезда почти часто выходил с нами на связь по скайпу. Года через два он приехал в Тбилиси в отпуск, но не задержался. Уже через два дня он вновь попрощался с нами, оставив на память горшок с ростком хинного дерева - символом Перу. Целый месяц Артур звонил каждый день, интересуясь судьбой саженца. Хинное дерево засохло довольно быстро. Потом звонки Артура случались всё реже, и мы не заметили, как и когда он окончательно исчез из нашей жизни.


 ***

 Много лет спустя, когда даже в соцсетях мы потеряли след Артура, когда мы прожили лет десять, не вспоминая о его существовании, мой муж признался мне, что в нашей семейной жизни у него дыл один очень тяжелый момент.

 Тогда он решил, что Ариур не просто частый гость в нашем доме. Преодолевая себя, мой муж сказал: "Это не была ревность. Но я боялся потерять тебя и детей. Ты же сумасшедшая. Ты же могла собрать чемодан и уехать с детьми за Артуром в его экзотическую Лиму..."

 Я не стала отвечать на это.

 Зачем? Я не поехала в Лиму...