Глава 16. Не смотри

Не смотри

Вечер был тёплый, почти ласковый, но Ветка шла домой злая.

Сумка била по ноге. Внутри перекатывались сапожки, свёрток в газете и ещё какая-то бабушкина забота, от которой становилось только хуже.

Длинный шёл рядом.

Сначала молчал. Потом всё-таки спросил:

— Ну ты чего?

— Ничего.

— Врёшь.

— Отстань, Вов.

Он несколько шагов прошёл молча.

— Из-за этой, что ли? Москвички?

Ветка крепче сжала ручки сумки.

— Она мне не москвичка.

— Ну да. Сеструха.

— Не называй её так.

Длинный покосился на неё.

— А как?

— Никак.

Они дошли до старого забора возле Веткиного дома. До крыльца оставалось совсем немного.

Идти туда не хотелось.

Там будет мать — спит или ещё не спит. Генка, которого надо кормить. Запах сигарет, перегара, тесная кухня.

А у бабушки теперь Кира.

В белом костюме.

В её комнате.

— Всё нормально, — сказала Ветка.

— Да вижу я.

Длинный остановился.

— Ну приехала и приехала. Не навсегда же.

— Ты откуда знаешь?

— Ну… не знаю.

— Вот и молчи.

Он нахмурился.

— Чего ты на мне-то срываешься?

Ветка отвернулась.

— Иди домой тогда.

Но он не ушёл.

— Вет.

— Чего?

— Иди сюда.

— Сам иди.

Длинный усмехнулся и осторожно притянул её к себе.

Ветка сначала хотела оттолкнуть его. Потом передумала и уткнулась лбом ему в плечо.

Несколько секунд было хорошо просто стоять и ни о чём не думать.

— Ну ты чего, Ветк? — тихо спросил он.

— Ничего, говорю.

Он поцеловал её.

Ветка закрыла глаза.

А потом всё вдруг пошло не так.

Длинный торопился. Будто боялся остановиться и снова начать что-нибудь объяснять.

Его рука легла на молнию её куртки.

Ветка сразу отстранилась.

— Вов, не надо.

— Да ладно тебе.

— Я сказала — не надо.

Он будто не понял, почему она вдруг стала серьёзной.

— Чего ты?

И всё-таки дёрнул молнию вниз.

Ветка резко оттолкнула его.

— Ты глухой?!

Длинный отступил.

— Ты чего психуешь?

— Я два раза сказала!

— Да я ничего такого не…

Он осёкся.

Ветка увидела, куда он смотрит.

Распахнувшаяся куртка, сбившаяся рубашка — и белый кусочек ваты, который она утром так старательно спрятала.

Ветка торопливо запахнула одежду.

— Не смотри.

Длинный сразу отвёл глаза.

Но поздно.

— Ветк…

— Не смотри на меня!

— Я не смотрю.

— Видел уже.

Он стоял перед ней совершенно растерянный.

— Да я никому не скажу.

Ветка медленно подняла голову.

Вот теперь стало по-настоящему больно.

— Причём здесь «не скажу»?

— Ну я…

— Я тебя просила не рассказывать?

Длинный молчал.

— Я сказала тебе остановиться.

— Вет, я же не специально.

— А как? Случайно?

— Я не это имел в виду.

— Конечно.

Она застегнула куртку до самого подбородка.

Длинный сделал шаг к ней.

Ветка отступила.

Он остановился.

— Ветк, ну прости.

Она смотрела в сторону.

— Иди домой.

— Давай нормально поговорим.

— Не хочу.

— Я правда не хотел тебя обидеть.

— А получилось.

Длинный стиснул зубы.

На секунду Ветке показалось, что сейчас он разозлится. Скажет что-нибудь своё обычное — колкое, дурацкое, спасительное.

Но он только кивнул.

— Ладно.

— И не «ладно».

Он посмотрел на неё.

Ветка чувствовала, что ещё немного — и расплачется. Этого она ему точно не позволит.

— Просто уйди.

Длинный постоял ещё секунду.

Потом развернулся и пошёл прочь.

Ветка смотрела ему вслед.

Хотелось окликнуть.

Это было хуже всего.

Она подняла сумку. Ручки больно впились в ладонь.

Хорошо.

Пусть болит рука.

На крыльце Ветка остановилась, быстро вытерла лицо рукавом и только потом толкнула дверь.