Возвращение зверя 39

                Глава 7/2

   Заставив себя открыть влажные от слёз глаза, я вдохнула побольше воздуха и непроизвольно начала часто дышать, подобно выброшенной на берег рыбе.
   Мсье Морель к тому времени уже сокрыл следы преступления, а мсье Журден, оставив свой «караульный пост» у двери Годара, вернулся к моему столу и участливо спросил:
   - Ну как, лучше?

   Такой вопрос поверг меня если и не в крайнюю степень негодования, то определённо повысил градус моего душевного возмущения.
   - Лучше?! – переспросила я, не удержав внутреннего перевозбуждения, внезапно вырвавшегося наружу. – Да, я чуть не умерла!
   Тут взял слово мсье Морель и успокаивающим тоном произнёс:
   - Перестань, Максина. От коньяка ещё никто не умирал. Уж мне то об этом хорошо известно.

   Кто-то, не показываясь из-за перегородки недвусмысленно хохотнул.
Мне же было совсем не до смеха. Я вынула из сумочки салфетку, чтобы промокнуть избыток влаги, переполнявшей мои глаза.
   - «Доктор» Морель, а «доктор» Морель, сдаётся и у меня кожа лица позеленела, – услыхала я басовитый голос Ноэля. – Не одолжишь своей микстурки граммов этак сто пятьдесят не для забавы, разумеется, а здоровья для?

   - Перебьёшься! – отозвался мсье Морель. – Как ты потом на свой мотоцикл взбираться будешь, подумал?
   - Ну ты и скряга! – сказал обиженно Ноэль.
   Мсье Морель, бросил ему в ответ что-то колкое. Я не разобрала что, поскольку в ушах у меня образовался весёлый шум и одновременно с ним зрение моё чудодейственным образом расфокусировалось. Голова и вовсе стала соображать со скрипом.

   Несмотря на возникшие трудности в восприятии явлений окружающего мира, к тому же и язык мой слушался меня неохотно, я всё же нашла в себе силы высказаться.
   - Я понимаю, господа, что вами движет исключительно добросердечие и истинное сострадание к моей персоне. Но, кажется, я опьянела и прибываю в состоянии душевного размягчения, возникшего вследствие приятного чувства удовлетворённого сознания.

   Произнеся это «признание» посоловевшим голосом, я подумала о том, что такое вообще наплела?
   Очевидно, об этом задумались и мсье Журден с мсье Морелем, ибо когда зрение, повинуясь моей ослабшей воле, на короткий миг обрело резкость, мне не составило труда прочесть в их взглядах выражение крайней степени озабоченности моим состоянием.

   - Похоже – перестарались, – проговорил задумчиво мсье Журден, явно волнуясь за меня по этому случаю. – Если в таком виде она попадётся на глаза Годару… Страшно даже подумать о последствиях.
   Я тотчас повернула кресло в его сторону, и уставилась на него затуманенным взором и глупой улыбкой на устах. Мой мозг, одурманенный парами алкоголя, понимал с натугой о чём таком он говорит.

   - Но, по крайней мере, на её щеках появился румянец, – глубокомысленно заметил мсье Морель и отобрал, опустошённой мною стаканчик, с которым я почему-то никак не могла расстаться.
   Развернувшись в его сторону, я продолжала сохранять всё тоже – не слишком умное – выражение лица. Однако мне всё-таки удалось постичь смысл сказанного ими, и я поспешила выразить им свою признательность.

   - Как мило с вашей стороны мсье Журден, мсье Морель то, что вы заботитесь обо мне. Приношу свои самые глубочайшие извинения за моё неблагопристойное состояние, но признаюсь и в том, что сегодня у меня и маковой росинки во рту не было. Я не успела позавтракать. Два стаканчика кофе – не в счёт. Мне очень стыдно за неловкость текущего момента и от осознания этого прямо в краску бросает. Вот…

   - Вы что там, Максюху совсем споили? – донёсся голос Ноэля, за которым последовал басовитый смех. Его подхватили ещё несколько голосов.
   - Да, тише вы! – прикрикнул на них мсье Морель, и обратился уже ко мне: – Что же ты сразу не сказала?
   Я развела руками и сказала:
   - Вы были столь настойчивы…
   - Я сейчас… – Он отошёл к своему столу и вернулся с небольшим пластиковым контейнером-ракушкой, заполненным разноцветными пирожными макарон.