Вера в Бога, иль идею...

Из всех вер на Белом Свете
лищь одна без принужденья-
головы без отсеченья,
как в исламе- в отреченьи

Вера в Бога, иль идею-
сект с избытком у евреев-
при Единственной стране,
противостоящей Сатане...


Из интернета
................

Юхан Бенджамин
Иудеи — единственный народ в мире, который, создав одну из древнейших монотеистических цивилизаций человечества, никогда не стремился к насильственному обращению других народов в свою веру.
Иудаизм не строился на миссионерстве, завоевании или религиозной экспансии.
Признав Единого Бога, иудейский народ не поставил перед собой задачу обратить весь мир в иудаизм. В этом и заключается одна из величайших философских особенностей еврейской цивилизации.
Иудаизм не создавал армии ради распространения веры.
Не покорял континенты ради религиозного господства.
Не превращал веру в инструмент глобального подчинения.
Это уникальный исторический феномен.
Именно поэтому еврейский народ, несмотря на тысячелетия изгнаний, гонений, разрушений и рассеяния, сумел сохранить свою религию, язык, традицию и внутреннюю духовную структуру без мирового религиозного насилия.
Христианство и ислам, возникшие позднее и во многом опиравшиеся на иудейскую Тору, пророков и библейскую традицию, практически сразу начали масштабную миссионерскую деятельность.
Именно миссионерство превратило религию не только в духовную систему, но и в инструмент политического, культурного и цивилизационного влияния.
История человечества показывает, что любая идея, выходя за пределы внутренней духовности и начиная претендовать на мировое доминирование, неизбежно порождает расколы, радикализм и борьбу за власть.
Так возникали многочисленные религиозные и идеологические течения, секты, ответвления и радикальные формы влияния:
католицизм, протестантизм, баптизм, шиизм, суннизм, а в дальнейшем — и политизированные идеологии, которые во многом переняли у религии сам принцип абсолютной истины и борьбы за сознание человека.
Даже такие политические системы, как социализм и коммунизм, во многом стали своеобразной заменой религиозного миссионерства, где вместо Бога появилась идея, а вместо духовного обращения — идеологическое подчинение.
Когда вера начинает нуждаться в принуждении, пропаганде, страхе или насильственном обращении, она перестаёт быть чистым духовным поиском.
Потому что вера — это внутренний выбор человека, а не результат давления.
Настоящая вера не нуждается в агрессивной рекламе.
Тем более Бог не нуждается в человеческой защите.
Если Бог создал мир и человека, значит Он дал человеку главное — свободу выбора.
И, возможно, именно поэтому иудейская традиция, в отличие от многих других цивилизационных моделей, никогда не ставила своей целью завоевание человечества ради религии.
Потому что Бог — не политическая система.
Не идеология.
Не инструмент власти.
Бог — это истина, к которой человек должен прийти сам.