Белые Цветы 2 Браты-Драгуны

- Я всё видела, - шепнула Вера на ухо Владу. - Зачем ты прикидываешься злым? Ты же добрый.

- Я не добрый, Вера.

- Неправда, - девушка отпила томатного соку, облизнула губу. - Ты жалеешь нас. А то, что не жалеешь всякую дрянь - это верно. Я бы тоже не жалела.

Над длинными столами в ангаре стоял постоянный шум. Выпито было не так уж и много, но усталость людей, наложившись на алкоголь, развязала языки.

- Нам крышка, - уверял хмельной унтер из инженерного мрачного Артура. - Сибы нас разорвут.

- Пусть попробуют, - сжимал кулаки Глад.

- Антон, как у тебя получается бить сразу по двоим?

- Это рикошет называется, балда.

- Ника, тебе повязка идёт.

- Не смешно.

- Да я и не смеюсь.

- Наташку прямо у бруствера убили. Ещё бы чуточку и всё.

- Эх, люди, паренька одного из тридцать восьмого вообще на чиле зарезали.

Влад подпёр щеку рукой, тоскливо взглянул на Ликина по другую сторону стола и негромко затянул:

Ой, браты-драгуны,
На небо погляньте.
На небо погляньте,
Карабин достаньте.

Ой, браты-драгуны,
Кривокрыл летает.
Кривокрыл летает,
Облака сбивает.

Ликин и Лемехов хором подхватили тягучий мотив:

Облака сбивает
Ящер длиннокрылый.
Поглумиться хочет
Над твоей могилой.

Он твою могилу
Раскопати хочет.
Только пулю в узкий лоб
Он сейчас получит.

С разных концов начали подпевать ветераны границы. Седые мужики и тетки, прослужившие тут не меньше пяти-шести лет. Песня была старая, не все и помнили её. Терещенко перехватил роль запевалы густым басом:

Пулю он получит
Тварюга такая.
Нечего летати
С краю и до края.

Шум утих. Молодые переглядывались, вслушивались. Артур застыл с приоткрытым ртом.

Вот бы пулю эту
Да баронам в темя.
Чтоб не измывались
Над малыми теми.

Что с утра до ночи
На полях арбают,
Что, не зная свету,
Уголь добывают.

Что хранят границу
Над рекою-Златой,
Что от холода дрожат
По бетонным хатам.

Ой, браты-драгуны,
Тяжка наша доля.
Не гулять нам больше
Да на вольной воле.

Не гулять нам больше
Не любить, не жить.
Велено в Хларау
Головы сложить.

Дарин втянул голову в плечи. Он испугался не на шутку. Песня была явно мятежная. И как барон Стахов мог такое петь? А Стахов был спокоен, даже расслаблен. Вера положила голову ему на плечо, приобняла и пела вместе со всеми.

Ой, браты-драгуны,
Сбили кривокрыла.
Спит последним сном камрад
Во глухой могиле.

Во глухой могиле
За покой Рубида.
Так помянем же его -
Имя не забыто!

- Наливай, камрады! - обер-ротмистр хлопнул левой ладонью по столу. Правая рука была занята - он обнял Веру. - За подруг и друзей, за хороших людей. Помянем!

- Помянем! - подхватил Камов с рукой на перевязи.

Забулькала водка в стаканы и кружки. Вера решительно забрала у Влада стакан, подсунула рюмку:

- Ещё бухого тебя тащить. Не вздумай.

- Ты зырь, - шепнул Нечаев соседу, Кириллу. - Не успела примастыриться, уже командует.

- Пора бы соколу гнездо вить, - драгун опрокинул стакан, утёрся рукавом и потянулся за огурчиком двузубой вилкой.

- Да не выйдет, она простая.

- Это вы, господин сержант, зря так кумечите. Чёй-то мне мнится, пойдут все эти благородства раком по манде.

- Владислав Георгиевич может... Отколоть! - кивнул сидящий в торце Лемехов.

- Он уж давно простой, - заметили с соседнего стола, - Наш человек. Костя, у вас там лучку не сохранилось?

- Лучку ему, - буркнул Лемехов, опознав по голосу Оршана-отца. - Чесночина есть мочёная.

- Во, баско, - жилистая рука протянула пустую плошку с золотым ободком. - Тряхни пару зубиков.

- На, проглот, - сержант вылил из тарелки рассол с половинкой головки.

- Мерсую.

- Дамы и х-х-хспода! - Стахов, всё-таки, набрался. - Нам предъявили. С-сиб-бский  царь,  - он сделал над собой усилие и поднял голову. - Типа не может поношения снести, а потому подать сюда Хларау на б-б-блюде! З-з-виздюли по осени ожидаются, - Заряд иссяк и Влад начал валиться вперёд, но его сжали меж собой Верка с Ионом.

- Размочил свежие дрожжи, - прошипел террианец. - Семён, вели поварам горячего.

Молодой ротмистр отдал приказ в рацию.

Из плеча ответили: "Десять минуточек, вашбродь".

- Чё-ё-ё!? - взлетел чей-то крик. - Да мы им сами наваляем! Так, браты?

- Так! - заревел хмельной ангар.

- В пикульки порвём!

- Штырь ему в пасть по самые гланды!

- Шёл бы он...

- Трусы на уши натянем!

- Вытянем и выдернем! - завопила Роза, вскакивая на стул.

- Славяния - форева!

- Кончай базар! - гаркнул Лашевский. Ротмистр встал и упёрся кулаками в стол. - Так. Рвение зырю. Баско, - рявкнул он, обводя драгун мрачным взглядом из-под густых бровей. - Мы им тут. Наваляли. Да. Дорогой ценой, парни. И девки, - Ярослав тоже был пьян, но на ногах держался. - С этого дня. Учёба. Постоянно. И арбайта! Без передыху. Когда они посыпятся нам на бошки, мы их должны насадить на штык, а не они нас на кукан, - он  тяжело сел и продолжил: - Сержантский состав! Никому поблажек не давать! Это вам не нупыри, чёрт бы всё взял.

Влад поймал взгляд Гладкова. Молодой парень преданно смотрел на старших офицеров. Ион поманил сержанта пальцем, тот подошёл.

- Артур Ильич, с этого момента вы командир второго взвода. Борис Игоревич примет четвёртый, - Аташев устало вздохнул. - Как будет можно, дам вам унтера, пока так покомандуете.

- Есть принять взвод, - чётко ответил Гладков.

Принесли горячее.



Кольцов катал подробнейший рапорт. Полковник упирал на неверные сведения от ГРУ и непрофессионализм наёмников. Кроме того, он упомянул и о действиях пиратов, взбудораживших противника.

"Эффект неожиданности был потерян из-за действий Флибусты", напечатал он, хотя это и было враньём. Эффект был потерян из-за действий покойного прапорщика Валяськина. Не завали он драгуна на берегу, не было бы у миномётчиков форта основания стрелять за озеро. Снайперы должны были вступить в дело, когда шагоход выберется на берег. Но что уж теперь! Валяськин мёртв, доверявший ему поручик Викторов мёртв. Из семидесяти человек вернулось двадцать три, и только одиннадцать  целы-невредимы.

Вот и Кольцов хотел выйти из штаба невредимым, хотя опытная задница уже чуяла здоровенный кол в опасной близости от себя. Господин полковник приплёл в рапорте ещё и дурную погоду, и радарную непроницаемость плацдарма, и даже обстрел с форта Крест они с Черниковым описали как "весьма опасный для технического состояния корабля".

Прикинув толщину брони "Меньшикова", командиры сочинили драгунам тяжёлые гаубицы "калибром не менее 280 мм". То, что в Рубиде такого калибра нет вообще, максимум двести три, полковник списал одним махом:

- У них и гауссов, типа, не было. Завели. Вот тебе и всё. Проквакали грушники гаусс-винтовки, так чего бы и ховицеры не проквакать? Хоть вставят им по самую глотку.

- Олеж, так тебе всё одно вставят, - урезонивал приятеля капитан. - Что это за часть коммандос, которая из-за гауссов бегмя бежит?

- Хе, всё меньше.

Черников отмахнулся:

- Всё равно смазкой запасайся.

- Так вот, я её и химичу.

- Химичь, только не перехимичь, Олег. А то ещё клей сваришь, тяжко будет.

- Учи папку детей творить.

- Папа! У генерала Ильменя ты точно станешь мамой! Не переусердствуй, говорю тебе.

- Ой, да ну тебя, - полковник с воодушевлением застучал пальцами по клаве. - Ультим забросили - и то хлеб.

- Не пойму я государя, - вздохнул командир "Меньшикова". - Ультиматумы, ноты рассылать. Удар парой полков и всё.

- Так нельзя, - полковник бросил взгляд исподлобья. - Объявят эти гнилократы страной-террористом, заблочат нам поставки электроники - погорим.Умнее надо быть. - поднял указательный палец эсэсдэшник. - Гибче! Славский царь не может не понять, что всю границу ему не закрыть.

- Так и мы удар по всем рубежам разом не нанесём, - продолжал хмуриться Черников.

- Мы - нанесём. У нас мобресурс втрое выше славского.

- Ты с колониями считаешь, а они далековато.

- Ну вдвое. Мобилизацию на днях объявят. Зассыт славцарь, я тебе говорю. Пойми, дурья твоя башка, без синтрида мы ничто. Что у нас покупают? Дерево с металлом?

- Лён, тяжелые грузовики, движки, космолёты.

- Без авионики, Боренька! Мы чертовски отстаём в электронике и сплавах! Будь у нас тот же перикаль, не надо было бы твоей телеге семиметровые стенки воротить.

Борис надулся:

- Сам ты телега! Перикаль не такая уж крутая штука. Ну была бы броня четыре, эдак,  с полтиной, велика разница?

- Масса, Боря, масса! Перикаль легче. Сурбунд ещё легче!

- Сурбунд он захотел! - махнул рукой космолётчик. - Сур дорогой.

- А будет дешёвый, - Кольцов подался вперёд и широко раскрыл глаза. - Его в Граскаре льют, сечёшь?

- Секу, Олег. Только ты уже разок огрёб, думаю, и пехота наша от этих чертей выгребет.

- Нашёл кого жалеть, - презрительно бросил полковник. - Нарожают. Заодно империю от клиентов дурок почистим. Ладно, не мельтеши, у меня тут ещё идейки народились.

- Писатель, - огрызнулся Черников и неуклюже слез со стула на пол.  Ему пора было лечь подремать перед вахтой.



Наконец-то батальон собрался в полном составе. По мнению Влада, один эскадрон роли не играл. Колонны прибыли на третий день апреля. Проводники решили не пользоваться старой дорогой, а провести подразделения тем путём, которым ехал на встречу с женой Ион. Эскадроны привезли добавочное снабжение в виде универсальных консблоков и нескольких десятков тонн гранул для выплавки пластпанелей.

В Уликово стало тесно. Все улицы были забиты техникой, луг заняли палатки. Драгуны шлялись стаями. Стахов обратил внимание, что все новые эски - миксовые.

- Господа офицеры, - произнёс обер-ротмистр и обвел взглядом собравшихся в  штабе эскадронных. - Приступим, пожалуй. - Он опёрся локтями на стол. От присутствующих не ускользнуло, что комбат чуть помятый, но рубашка на нем глаженная, чего прежде отродясь не бывало.

"Верка старается", - подумала Павшинская. - "Ну, добро. Пусть себе живут, детки. Может, сладится и до батюшки. Верунчик-то девчонка хорошая, но не очень военная. Ей бы и впрямь хуторок подальше отсюда, малых нянчить, с хозяйством управляться. Да и мне скоро на покой пора. Стареешь, Оленька, на подъём тяжела стала".

- Уликово пока останется мейн-базой, хотя - сами зырите - это не форт, - начал между тем Стахов. - Андреев, вы, я кумечу, ксенофобии не подвержены?

Командир 537-го пожал плечами:

- Так места больше не было, - он покосился на восседающего на собственном хвосте величественного Вайагу.

- Ушки меньше давить надо, - захихикал Шац.

Был он седой, маленький, лет шестидесяти с гаком. Ходили упорные слухи, что этот старичок-интендант угодил в Хларау за мерзейшие дела, связанные с влечением к малолеткам, но прямых доказательств не было. В личном деле Шаца стояло "крупная растрата". Он был хозяйственным, этакой мышкой. Быстро обеспечил эскадрон всем необходимым, завёл знакомства в штабе и - главное - на складах. Его позывной был Маус, на инглишский манер.

За непосредственно боевые действия у Шаца отвечал лейтенант Обуев, здоровенный полнолицый тип с тяжёлым взглядом и красноречивым позывным "Сапог". Владу Сапог напомнил пристава Лебедникова, хотя последний был проще и благодушнее. Обуев тоже был здесь. Он присел на табурет чуть позади командира и предпочёл лишний раз не открывать рот. Слушал и помалкивал.

- Александр Степанович, я так ушил, вы изрядно прохурены по складам и добыче? - Влад скрестил руки на груди, чуть прикусил губу.

- Маракую, Владислав Георгиевич, по мере сил и разумения, - мелко закивал Маус.

- Вот вам я и отдаю Уликово, вторым сюда встанет Симонов.

- Почему я? - обер-лейтенант даже привстал.

- Потому что вы с западного края, насколько я памятую. Местность похожая, скоро летний разгул.

- Это да, - кивнул Симонов.
 
- Олени.

- Куда без них?

- А большинство с оленями не встречались, мы с восточного, топкого края. Вам и карты в руки, Аристарх Найджелович!

- Усёк, - кивнул Симонов. - Разрешите начать сооружение полевых укреплений.

- Более того, всецело поддерживаю. Инженеры вам нужны?

- По первости сами управимся, - решительно заявил Симонов. - Лес рубить можно ведь?

- Коли нужно, можете и город раскурожить, - вмешался Ион.

- Во, це дело! - обрадовался Шац. - Враз видно разумного человека. С городу мы натащим бетоноблоков, арматуры, стеклопласта, коли уцелело там что.

- Только прошу вас действовать осторожно, - предупредил ретивого снабженца Влад. - Там видели и лис, и нупырей. Да и драконы тут летают.

- Драков, кстати, стало мало, - прогудел Обуев. - То ли их выводили, то ли привозили.

- Альстарцы их привозили, - пояснил Влад, припомнив инфу от Рокотова. - И лис тоже. Кривокрыл - природный, крылошип, ламелька, полип - биоинженерия. А вот олешки - следствие катастрофы, то есть тоже природа, господа. Практически вся водяная нечисть местная. И голодянки с урбурами. Кстати, как вараны в этом году?

- Веганствуют, - усмехнулся светло-русый улыбчивый Коржак. - Повадились лопать у хутков молодую бульбу.

- Баско, - Лашевский встал и прошёлся по комнате, лавируя между лавками и стульями. - Ну что, сенс, Павла к Вайаге, Шаца с Симоновым, да? Коржа куда?

- Владимира Кирилловича - к Дарину, - Влад потянулся всем телом, суставы хрустнули. - Опыт к молодости, скажем так. По численности как раз два эска полного состава.

Дарин и Коржак переглянулись.

- А меня-то, старую, куда? - спросила Павшинская.

- Вас на форт Речной, к Иону. Кстати, нет идеи как устроить крытый ход от Речного на Город?

- Обмозгуем, - кивнула командир инженеров. - Но полтора десятка вёрст тоннель не прокопать - сразу упреждаю.

- На Речной я перевожу штаб, - решил Стахов. - Там горы не будут мешать связи с бригадой. Ярослав, а что ты мне хотел показать?

- Когда?

- Тогда, после боя.

- А! - прищёлкнул пальцами Лашевский. - Тут такое дельце, сенс. Когда нам строили хижину, нашли две пещеры. Одна вроде природная, но со странной штукой наподобие  винтового пандуса. Мои пацаны бают, будто так раньше вывоз из горных разработок делали, если руда тяжёлая и клеть не вывозит. А вторая - чисто горная выработка и уходит чёрт её знает куда. Первую мы перекрыли септиком, так уж вышло, а вот во вторую люк оставили. Только покрепче забутили.

- Шахты в Сорокаречье не секрет, - Дарин почесал щеку.  - Ничего удивительного, что вы на них нарвались, Ярослав Николаевич. - Заводы вон, за озером, город посерёдке. Вполне логично, если он основан, как рабочий посёлок.

- Мэйби, - Лашевский встал посреди комнаты и закинул руки за голову. - Изучим?

- Рудники? - Ион крутил в пальцах стило. - Яр, нам бы городишко раскурожить. Вот что меня чешет.

- Предлагаю запрудить реку и затопить подземную часть, - Влад посмотрел на Павшинскую.

- Так себе идея, если честно, - хмыкнул Симонов. - Неизвестно, сколько будут наполняться подземелья. И заполнятся ли все. Могут остаться линзы, сифоны. Разведётся там какая нечисть, зарыдаем.

- Главная нечисть, господин обер-лейтенант, на двух ногах всегда ходит, - подал голос Руслан из угла. - И эта нечисть воды не любит.

- А как же агвальерос?

- Это ещё что?

- Не что, а кто. Довольно странно, старбраза, что вы про них ни сном, ни ухом.

- Вы спейсер? - удивился Ион. - Никогда бы не подумал.

- Я павший, как говорят спейсеры, - пояснил Симонов. -  Рожден на звёздах, но ушёл из Братства и натурализовался в Рубиде.

Руслан сморщил нос, словно едкого нюхнул.

- Что же вас подвигло? - участливо спросил Шац, чуть наклоняясь вперёд.

- Редкая неизлечимая хворь - непереносимость нуль-массы.

- То есть невесомости, - понимающе кивнул Шац.

- Верно, - Симонов покосился на Неметшина. - И тянет меня в спейс, и не могу я там жить. Такие дела, как говорится.

- М-да, печально, Аристарх Найджелович. Так что там с этими... как вы их поименовали? - заинтересовался Коржак.

- Агвальерос. Это община с Вийенны, живущая под водой. У них там неслабая цивилизация. Народу - под два миллиона.

- Это люди?

- И гетуары.

- Гетуары сами по себе земноводные. Им неудивительно жить в море.

- Они живут в пресной воде. Хотя вийеннские моря слабосолёные, но агвальерос всё же предпочитают обширные озёра Хайва.

- У них что, совсем нет наземных сооружений? - спросил Дарин.

- Очень мало. В основном - для связи и торговли.

- Чего только в мире не узришь! - всплеснул руками Шац. - Однако, юноша прав, наши неприятели больше по землице ходят. Предлагаю всё же сначала обследовать город, а параллельно прикрыть господ саперов, что будут сооружать плотину.

- Возражения? - спросил Влад.

Никто не высказался против.

- Так... сказал бедняк, - подал голос Лашевский. - Ещё одно, сенс.

- Байкарь.

- Разреши развести огород.

- С языка снял, - улыбнулся Терещенко. - Мы ту идею в потяге обсасывали.

- Так я пошлю конвой за семенами?

- Посылай, - кивнул Влад. -  Зеленушки побольше рассади.

- Да вообще не вопрос! - обрадовался Ярик. - Зеленушка против цинги - первое дело.

- Вы так укрепрайон в ферму превратите, - хмуро заметил Дарин.

- А что плохого в ферме? - поднял брови Ион. - Снабжение у нас хромает, Семён Петрович, надо самим кумечить. Огороды и скотный двор при гарнизонах не новость. Я вот не прочь рыбную ловлю испытать. В море, оно-то не отравлено.

- Пошукаем по эскадронам выходцев со Светломорья, Юланда, Дюн. Там рыбаков грандово, - выдвинул идею хозяйственый Шац.

- Мо-о-ой на-а-аро-од искус-сен в охо-оте на де-е-етей мо-о-орей, - протянул молчавший до того Вайага.

- Во! - Влад аж вскочил. - И форт твой, камрад, у моря! Действуем, господа... и дамы.

- Действуем! - с энтузиазмом подхватил Лашевский, потирая лапы.

- Так, - командир батальона сел на место. - И последнее. В свете наших невесёлых перспектив. Руслан, вы связались с Дакуортом? Я пока жду.

Радист замялся, оглядел комнату.

- Владислав Георгиевич, это бы с глазу на глаз...

- Нет уж, - Стахов рубанул ладонью. - То, что вся эта история завязана на политику, нупырю понятно. А политика вот-вот рухнет нам на бошки. Так что, Рус, придется каяться при всех.

- А если откажусь? - вскинулся лейтенант.

- Тогда я мессую Рокотову и вы уже у него будете лапками трясти, норов показывать, - Стахов криво усмехнулся. - Недолго, правда, побрыкаетесь.

- Разве я заслужил такое? - печально спросил Руслан.

- Я без понятия, Рус, заслужил или нет. Вы для меня чёрная овечка, слепое пятно. Мне до сих пор неясно, к примеру, почему вольные бродяги спейса вдруг пошли на службу к ящерицам. Какого чёрта мной заинтересовался сэр Джон? И не плетите про реформы на фирме, это бред.

Руслан молчал, опустив голову. Все обернулись к нему. Павшинская, Аташев и Коржак смотрели с сочувствием, Лашевский - с весёлым любопытством, выражение лица Шаца было трудно понять, глаза старика бегали. Конец хвоста вессета ходил по полу, как метроном, а во взглядах Дарина и Андреева читалась явная враждебность.

- Может навесить звёздочке? - пробасил Обуев. - Запоёт враз. - лейтенант показал тяжёлый кулак со сбитыми костяшками.

- Не надо его бить, - выдавил Симонов. - Это трагедия нашего народа, - нехотя пояснил он. Мы вырождаемся. Спейс, нуль-масса, излучения звёзд... Всё это не для хуманов.

- Вы ищете себе планету, детки? - спросила Павшинская.

- Верно, - обер-лейтенант Симонов согнулся, свесил руки меж колен. - Мы искали народ, близкий нам по духу. Вот и нашли. Мой дед занимался поисками. Не в одиночку, конечно. Последние дни перед уходом на Путь, он твердил "Рубид, Рубид"! Я и упал в Рубид, потому что запомнил.

Руслан поднял голову. Глаза блеснули:

- Ладно! - твёрдо произнёс связист. - Будь по-вашему, Владислав Георгиевич. Я расскажу.

Стахов ждал, скрестив руки на груди. Смотрел он недобро.

- Мы давно ждали этой войны, - начал Неметшин. - Империи повторяют судьбу предшественников, разрушаются. Но никто же не хочет терять власть, верно? Империи остаётся только экспансия. У Славянии и Япкита место для экспансии есть, а у Сибволги нет. Зато она приобрела огромное влияние на весь мир благодаря монополии на ингрид и синтетический аналог - синтрид. Вопрос был только в одном - кто первый узнает секрет синта.

- Первой, получается, была Испания, - заметил Коржак.

- Но земля-то славянская! - воскликнул юноша. - И руды славянские! Не из всякого церия с эрбием можно получить синт. Эрбий есть и на Стрее, но там нет церия. Церий добывают на астероидах близ Альстара-4, но желателен ещё лантан. А у вас это всё под ногами. И именно такой... ммм... концентрации, какой нужно! Когда Флибуста нашла синт, она и не думала что-то там изучать. Исследования начал человек, смотревший подальше кончика носа. Его звали Роджер Тереза Джонс, брат знаменитого Огненного Барта.

- Пират-учёный? - поднял бровь Ион. - Чудны дела твои, Господи.

- Нет-нет, Родж не пиратствовал. Он услышал о синте от брата, проявил интерес и начал исследования. В Круге Капитанов оценили перспективы и подкинули ему кэша. Баскам рассказали позже, когда стало ясно, что своих сил на постройку комбината не хватит.

- Ясно, - кивнул Аташев. - Но каким образом всё вот это связано  с Владиславом Стаховым?

- Аристарх же сказал - мы ищем планету, где сможем поселиться. И страну, где мы можем основать базы. Рубид нам подходит не только из-за синта, но и по нравам жителей. Многие годы наши эмиссары потихоньку корчевали МДК, готовили почву для преодоления культшока.

- Вы кумечили - Рубид вас не переварит? - иронически бросил Коржак. - Колония населена потомками германцев, юго-славян, руссов, вест-славян, иудеев, множества малых народов. Да вы растворитесь за пару поколений!

- Нам бы хотелось, чтобы всё прошло мирно, - возразил Неметшин. - Истории известны переселения, кончавшиеся резнёй.

- Вы так и не ответили, Руслан, - Ион стоял, сдвинув брови. Пальцы ротмистра нервно поглаживали кобуру.

- Нас не устраивает ваш политический строй. Да, верно, мы хотели бы видеть Рубид свободной республикой, а не колонией прогнившей монархии. Наши  старейшины начали подбирать состав для правительства.

- Какая наглость! - воскликнула Павшинская. - Вот что значит пригреть змею на груди!

- Дакуорт предлагает мне пост министра в обмен на измену, - мрачно резюмировал  Влад. - Вы просчитались - этому не бывать.

- Вице-президента, премьер-министра, канцлера. Зовите, как угодно. Вы из тех, кто понимает нужды народа и при этом, мягко говоря, иронически относитесь к своему классу. Вы же сами в душе признаёте, что сословное общество - анахронизм.

- Вы когда мне в душу влезли, Руслан? - зло спросил Стахов. Зелёные глаза светились пламенем костра Инквизиции.

- Ваши высказывания и действия говорят за вас, Владислав Георгиевич.

- Я не предам Славянию, - Стахов тряхнул головой. - Не надейтесь.

- Мы делаем вам предложение, от которого вы не можете отказаться.

- Я уже отказался, господин Неметшин.

- Но вы не знаете, что ваш друг Серебрянский тоже сепаратист. Только он-то хочет быть королём Рубида.

- Мало ли что он хочет, - усмехнулся Андреев, рассматривая свою клешню на свет. - Зъист-то зьист, да кто же ему даст?

- С налаженным производством синтрида у него может и прокатить. Единственно, ему мешает Рокотов, он верен Империи. Мы можем серьёзно помочь вам в войне как с СВИ, так и за независимость, Владислав, сын Светланы. Мы можем помочь в развитии науки и промышленности. Разве вы не мечтали о лучшей жизни для рубидеров?

- Руслан, вы переоцениваете возможности спейсеров, - сухо сказал Стахов. - Без Славянии нас разорвут в клочья. Слишком большая карамелька - синт. За сведения о Серебрянском - мерси. Я свяжусь с Рокотовым.

- Не советую.

- Почему?

- Пострадает ваш друг, его семья в союзе с виц-императором.

- Надо ли понимать так, что основа заговора - старое дворянство? - прищурился Владислав.

- А вы проницательны. Хотя за Серебрянским есть ещё кто-то, и мы пока не знаем кто именно.

- Нетрудно догадаться, что старики обижены на нас, новое, промышленное, дворянство, - Влад дёрнул левым плечом. - И на метрополию, которая признала нас равными им. Так вот зачем третья дивизия! Вот зачем Серебрянский подкинул Двору идею убрать из колонии Легион! Руслан, а вот бродяжки, пайсоты, они тут при чём?

- Они тоже ищут новую родину. Лиотт и симаста ведут войну против пайсотов на Вессе.

- И хотят главенствовать на своей новой родине? - спросил Коржак.

- Конечно, - Неметшин, похоже, даже удивился вопросу.

- Вайага, не поясните последний момент? - повернулся к ящеру Влад.

- Пайсот... - вессета аж трясло. - Это как крыс-сы. О-о-они хо-о-отят вла-а-а-асти в го-о-олове все-ех. Они сде-ла-али куко-ол из все-ех дру-у-угих на-а своем кон-ти-не-ен-те и по-о-ошли про-о-оника-ать в на-а-а-аши го-о-оло-о-овы.

- На вашей земле война? - спросил Шац.

- Во-о-от у-у-уже со-о-орок ва-а-а-ших кру-у-го-ов, - кивнул ящер.

- Вайага, скажите честно, вы - передовой отряд разведки? - подался вперёд Терещенко.

- Я изу-у-уча-а-аю на-а-ароды.

- Этнограф! - воскликнул врач.

- Ска-а-аут - Кайванса.

- Ищете способ уничтожить пайсотов?

- И со-о-оюза то-о-оже. На на-а-ашу ма-ать по-о-оло-жила око земна-а-ая импе-е-ерия. А пайсо-о-от хо-о-отят связе-ей с ихни-ими сила-а-ами ху-ма-а-ансов.

- Господи Боже! - с чувством выдал Стахов. - Какая гадость эта солёная рыба!

- Не солёная, детка, а заливная, - поправила Павшинская. - Так что же это за империя, Вай?

- Они име-е-енуют себя Сою-юзо-о-ом Чи-и-истой Ре-еки.

Офицеры недоумённо переглядывались.

- Это кто? - озадачено спросил Ион.

Первым догадался Дарин:

- Германцы! Рейнская Конфедерация! Рейн - чистый.

- Да твою мать! - только и сказал Андреев. - Во что мы вляпались с этим долбаным синтом!

- Вот что я скажу вам, Руслан. - устало произнёс Стахов. - К вам у меня претензий - ноль. Хотите - оставайтесь. Всё равно вы, наверняка, не один спейсер в батальоне. Не в жилу - скурожим вам справку о хвори и катайте отсель. Передайте Дакуорту, что личной республики спейсерам не видать, как своих ушей. Я убийца, где-то может и садист, и вор, и чёрт ещё знает кто, но не предатель. А Рокотову я всё же мессую. Пора и ваших повыгонять, и Серебрянскому ответить за все пакости и гадости. Интриган хренов.

- Вы ударите по Градскому! - воскликнул радист.

- А вот это мой трабл, Руслан, - задумчиво протянул Влад и прикрыл глаза ладонью, болезненно морщась. - К ужину жду вашего решения.  Как же погано стало жить, господа.