Глава 22 Эволюция

Глава 22 Эволюция

1

Когда я была в Москве, казалось, что Париж — плод моего воображения и что Нанси мне приснился, а сейчас наоборот: не верится, что есть Москва, Париж превратился в рутину. Временами я заглядываюсь на другие города, кокетничаю с ними и даже подумываю об измене. Я часто уезжаю и не очень скучаю в разлуке. Мне кажется, что я могла бы прожить без тебя. Правда, не знаю, будет ли мне хорошо…

2

На днях я курила на крылечке нашего общежития. Было довольно поздно, почти все окна погашены. Вдруг входная дверь открылась, вышел мальчик и пригласил меня войти внутрь. Я поблагодарила, сказала, что войду, когда докурю.
Он сказал:
— Так у вас есть ключ от входной двери? А я увидел в окно, что вы стоите, и спустился, чтобы открыть.

Я бы ни за что в полночь не потащилась вниз, чтобы открыть незнакомому человеку (если бы только он меня очень попросил)…

3

Вчера, пока я курила, мой сосед высунулся из окна и подарил мне банан! Начало нового учебного года — как вторая смена в лагере. Старые друзья разъехались, с новыми ещё не познакомилась, все лица какие-то чужие, и от этого немного непривычно.

Недавно у меня в гостях были Хайфа, Жози и Роман. Я приготовила блины с икрой, и мы долго смеялись над Жози, потому что после ужина он сказал, что «ему очень понравилось, особенно конфитюр».
 
4

Когда приходит отказ о приёме в аспирантуру от какого-нибудь французского университета, вместо того чтобы опечалиться, я восклицаю:
— Да я и сама в ваш Лилль (Ниццу/Тулузу/Марсель) не поеду, моему творческому «я» будет тесно в этом провинциальном городишке!
— а уж про тамошний климат я вообще не говорю.

Наверное, надо раз и навсегда решить, что это не моё, и уступить место более талантливым людям. Ведь даже если я хорошо защищусь и поступлю в аспирантуру, даже если я её закончу, всё равно я буду глупой — с той только разницей, что сейчас я дура без научной степени, а потом буду дурой со степенью. И от этого будет ещё более стыдно. Я точно знаю: если стучать во все двери, тебе хоть где-то откроют, но, видимо, просто я слишком устала.Я стала бояться получить отказ. Мне противно смотреть со стороны на свою слабость: кроме меня всё равно никто не будет заниматься моими проблемами, поэтому если я не решила их сегодня, то завтра всё равно придётся их решать. Разница только в том, что у меня будет на одну бессонную ночь больше.



5

Свою первую серьёзную научную работу я посвящаю папе. Папа хотел, чтобы я стала стюардессой. Мне и самой хотелось бы стать стюардессой или хотя бы проводницей, но пока не получилось. Мне кажется, что папа всё равно будет рад, если я защищусь удачно, а в том, что он меня слышит, я не сомневаюсь.

6
 
Встретила в коридоре своего научного руководителя, которого не видела где-то с июня. Мы поговорили минут пять, в основном о летней жаре во Франции и о том, как прошли мои каникулы.
Когда я спросила про обработку статистических данных, он сказал:
— Посмотрите инструкцию к программе, в которой работаете.
Я спросила про оформление, он сказал:
— Оформляйте как в таком-то журнале.
Когда я задала вопрос по своей анкете, он заторопился и стал двигаться к лестнице. Я поняла, что ему некогда, и спросила, когда мы увидимся (я надеялась в спокойной обстановке всё с ним обговорить).
Уже у лестницы он махнул рукой и прокричал:
— Ну как когда? Конечно же, на защите!

7

Я всё думала, что же надеть на защиту, собралась даже специально купить себе что-то серьёзное. Вчера я посидела на защитах своих одногруппниц и обнаружила, что вьетнамка пришла в шёлковом кимоно и шароварах — это, оказывается, её национальный костюм. Я подумала: «Что же я голову-то ломаю — приду в сарафане и кокошнике!»

8

Похоже, я влилась в русскую диаспору: вчера позвонила приятельница и позвала на дискотеку. Я стала отнекиваться, и в качестве аргумента она сказала:
— Ты что, в Нанси же завезли свежих русских мальчиков, пойдём их осматривать.
Имелись в виду новенькие студенты из России, которые приехали на этот учебный год…

9

Осмотрели.
Потанцевали на стойке бара.
Кажется, действительно ребята хорошие.

10

Какие противные получаются из французских багетов гренки! И вообще, как я уже соскучилась по чёрному хлебу! По шпротам!!! По солёным грибам и кабачковой икре. По гречневой каше. По слоёным пирожкам! Меня уже достал этот сыр и круассаны.

11

Вот уже который день я сижу дома, поджав лапы, как воробей зимой, или поставив их для тепла на адаптер (я всегда мёрзну, когда нервничаю), и считаю коэффициенты для анализа данных моей дипломной работы. Это очень занудно, но музыку я включить не могу, потому что программа, в которой я работаю, пиратская, и чтобы она не сбоила, диск должен быть постоянно в компьютере. Так бы я занудствовала ещё долго, пока не наступили выходные и у соседей не случился «праздник арабской песни».

На исходе третьего часа я озверела настолько, что у меня просветлел мозг и вдруг дошло: чтобы слушать музыку, мне необязательно вставлять диск в компьютер, а можно залезть в архив и слушать то, что записано. Теперь я глушу арабские мотивы «Ленинградом», который у меня записан в огромном количестве, радуюсь, что не так скучно, и надеюсь, что это не единственное чудесное открытие, но будут и другие, не менее радостные.

12

Попросила подругу позвонить моей маме и передать, что у меня всё в порядке, — я пока позвонить не могу, потому что нет денег.

13

— Только что твоя мама мне позвонила. Говорит, решила номер проверить: в прошлый раз торопилась, неразборчиво написала. Выясняла, какая я Ира. Минут через пятнадцать наконец-то определились: я сказала, что жила в Париже, и она сообразила, что я — та Ира, про которую ты ей рассказывала. В общей сложности час проговорили.

14

— Мама ещё вспомнила, что есть Таня, тоже твоя подружка, вроде в Париж ездит. И в итоге последние пятнадцать минут Майя Михайловна называла меня Таней…

15
 
Мама долго допытывалась, как же мне удалось снять общежитие, если у меня нет денег. Вот если бы я жила на улице — всё было бы логично (и мама была бы спокойна!).