Энциклопедия женской красоты. Глава 2

Том I. Древний мир. Рождение идеала

Часть 1. Колыбель цивилизации

Глава 2. Месопотамия: Богиня на земле и на небесах

---

2.1. Между Тигром и Евфратом

Представьте себе землю, где реки текут не так, как везде. Тигр и Евфрат — своенравные, непредсказуемые, разливающиеся весной с яростной силой, смывающей поля и деревни. Но там, где вода отступает, остаётся ил — жирный, чёрный, плодородный. Земля, которая родит три урожая в год, если её правильно оросить.

Здесь, в Междуречье, возникли первые города. Первые государства. Первая письменность. Первые законы. И — первые письменные описания женской красоты.

Это не были маленькие деревни, где все знали друг друга. Это были огромные по тем временам города-государства: Ур, Урук, Лагаш, Киш, Ниппур, а позже — Вавилон и Ниневия. Десятки тысяч жителей. Храмы, дворцы, зиккураты — ступенчатые башни, уходящие в небо. Рынки, где торговали шерстью, зерном, финиками, медью, золотом, лазуритом — синим камнем, который ценился дороже золота. И рабынями, которых привозили из гор Загроса и с берегов Средиземного моря.

Здесь, в этой суете, среди торговцев, писцов, жрецов, воинов и рабов, женщина значила не только то, какова она сама по себе. Она значила то, как она связана с богами.

Главная богиня Месопотамии — Иштар (или Инанна, как называли её шумеры). Богиня любви и войны. Богиня плодородия и разрушения. Богиня, чьё сияние ослепляет, чья ярость сметает города, чья любовь превращает львов в ягнят — а мужчин в глупцов, готовых умереть за один её взгляд.

Женщина, которая хочет быть красивой, должна подражать Иштар. Не копировать её — стать ею. На время. Насколько возможно.

Именно это мы и увидим в этой главе: как женская красота впервые стала священной. Как божественное снизошло на землю и поселилось в подведённых сурьмой глазах, в косах с золотыми лентами, в украшениях из лазурита. И как женщины платили за эту красоту — не только косметикой, но иногда и жизнью.

---

2.2. Шумеры (IV–II тысячелетия до н.э.): Первые богини на земле

Начнём с шумеров. Мы не знаем точно, откуда они пришли. Их язык не похож ни на один другой — ни на семитские, ни на индоевропейские. Они появились в Южной Месопотамии в середине IV тысячелетия до нашей эры и сразу начали строить города, изобретать письменность, считать время.

И поклоняться Инанне.

Инанна — не просто богиня. Она — сама Красота. В шумерском гимне, который переписывали и пересказывали тысячу лет, говорится:

«Владычица небес, царица всех земель,
Свет праведный, сияние высокое,
Кто может постичь твоё величие?
Твоё тело — серебро, твой лик — лазурит,
Твои очи — сверкающий киноварь.»

(Перевод по изданию «The Electronic Text Corpus of Sumerian Literature»)

Обратите внимание: её тело — серебро (блестящее, светлое). Лик — лазурит (синий, цвет неба). Очи — киноварь (красный, цвет жизни и крови). Это не просто метафоры. Это — программа. Женщина должна сиять. Сияние — главное качество божественной красоты.

Как шумерские женщины добивались этого сияния?

Волосы. Густые, тёмные, длинные. Шумеры не любили светлые волосы — это была особенность северных варваров, которых они презирали. Идеал — чёрный как смоль или тёмно-каштановый, «цвета пива», как говорили сами шумеры. Их заплетали в сложные косы — не две, не три, а множество тонких косичек, которые затем укладывали на затылке в подобие корзины или раковины. В косы вплетали золотые и серебряные ленты. На макушку надевали диадему — листовидную или в виде цветка. Свободно волосы не носили почти никогда — только богини на изображениях, только в ритуальных целях.

В поэме «Нисхождение Инанны в подземный мир» (одно из древнейших литературных произведений человечества, записанное около 2100 года до н.э.) богиня, готовясь к опасному путешествию, надевает свои священные украшения. И среди них — «пряди лазурита» в волосах. Не бирюза, не золото — именно лазурит. Этот камень, который добывали в далёком Бадахшане (на севере современного Афганистана) и везли через всю Азию караванами, был не просто красивым. Он был божественным. Цвет неба. Цвет вод, из которых возник мир.

Глаза. Шумерские женщины подводили их толстым слоем чёрной сурьмы. Не «стрелки» в нашем понимании — тонкие изящные линии, а густая, почти сплошная обводка вокруг всего глаза, от уголка до уголка, иногда заходящая на виски. Это не просто косметика. Это — «око Инанны». Всевидящее, пронзающее тьму, видящее сквозь стены и человеческие души.

Сурьма (гален) смешивалась с жиром или маслом, хранилась в маленьких сосудах из камня или глины. Её наносили палочкой из металла или дерева — такие палочки находят в тысячах экземпляров на всех раскопках Месопотамии. Это был самый массовый, самый доступный косметический продукт. Даже бедные женщины подводили глаза — хотя бы тонкой линией, но подводили.

Почему? Потому что это защищало. Сурьма действительно обладает антибактериальными свойствами и защищает глаза от инфекций, которых в жарком и пыльном климате Месопотамии было предостаточно. Но не только. Подведённый глаз — это магический глаз. Он отводит зло. Он видит невидимое. Он напоминает о том, что женщина — не просто плоть, а существо, причастное к миру богов.

Фигура. Статуэтки шумерских женщин, которые дошли до нас (самая знаменитая — «Леди из Урука», мраморная голова, которую иногда ошибочно называют «лицом Инанны», а иногда — «Маской Варки»), показывают идеал: стройная, но не худая; грудь небольшая, но округлая; бёдра широкие; талия подчёркнута тугим поясом. Женщина должна выглядеть гибкой, как тростник, но в то же время плодородной, как земля.

Одежда — шерстяная или льняная туника, доходящая до щиколоток, часто с бахромой — единственным украшением, которое было разрешено даже небогатым женщинам. Сверху — накидка или шаль. Никаких глубоких декольте, никаких открытых плеч. Женское тело скрыто — не из стыда, а из уважения. Красота должна угадываться, а не выставляться напоказ. Только богини позволяют себе обнажённость — на печатях и рельефах их часто изображают нагими, чтобы подчеркнуть их божественную природу, не знающую стыда.

Украшения. Шумерские женщины их обожали. Имели на это право — Шумер был одной из богатейших цивилизаций своего времени. Золото (из Египта и Индии), серебро (из Анатолии), медь (с Кипра), лазурит (из Бадахшана), сердолик (из Ирана), агат, яшма — всё это текло в Междуречье. Ювелиры Шумера создавали вещи, которые потрясают нас до сих пор.

Цилиндрические печати — не просто украшения, а личные подписи, которые прокатывали по влажной глине, оставляя уникальный узор. Серьги — массивные, полумесяцем, из золота и лазурита. Ожерелья — многоярусные, из тысяч крошечных бусин, которые нанизывали одну за другой, проводя дни и недели за этим монотонным трудом. Браслеты на руки и на ноги. Кольца на каждый палец. И, конечно, шейные гривны — символ статуса, который имели право носить только замужние женщины из знатных семей.

Царица Пуаби (или Шубад, как её иногда называют), чья гробница была найдена в Уре в 1920-х годах Леонардом Вулли, лежала в слое из тысяч золотых и лазуритовых бусин. Её головной убор — золотые листья, золотые цветы, золотые гребни — весил несколько килограммов. Её тело было буквально покрыто красотой. Умерла она — или была принесена в жертву? — около 4500 лет назад. Но её украшения остались. Чтобы мы могли представить: вот какой была женщина, желавшая быть похожей на богиню.

---

2.3. Священный брак: Когда женщина становится Инанной

Самое удивительное в шумерском отношении к красоте — это не косметика и не украшения. Это то, что красота действует. Она имеет силу. Она может влиять на ход вещей.

Инанна была не только богиней любви, но и богиней плодородия. Если она сердится — земля становится бесплодной. Если она счастлива — урожаи обильны. Если она занимается любовью со своим мужем Думузи (богом пастухов) — поля цветут, стада плодятся, люди радуются.

Это верование легло в основу самого знаменитого ритуала Месопотамии: священного брака (шумер. хиерос гамос).

Раз в год, в первый день нового года (весной, после разлива Тигра и Евфрата), царь города-государства входил в храм Инанны. Там, в святая святых, ждала его верховная жрица — женщина, которую считали земным воплощением богини. Она носила её украшения, её одежды, её парик. Она была ею.

Царь и жрица совершали ритуальное совокупление. Не в тайне — об этом знали все. Это был спектакль, зрелище, центральное событие года. Под звуки барабанов и арф, под пение жрецов, под взглядами сотен — или тысяч — верующих, собравшихся у храма.

Что это давало? Плодородие. Земля получала энергию любви богов. Поля будут плодоносить. Стада будут плодиться. Люди будут здоровы. Царь, вступивший в союз с богиней, становился её избранником — его власть обретала божественную санкцию.

А жрица? Жрица становилась — на время ритуала — самой красивой женщиной вселенной. Не потому, что её черты лица были идеальны или её фигура безупречна. А потому, что через неё действовала сама богиня.

Красота, в шумерском понимании, — это не свойство объекта. Это отношение. Это способность быть вместилищем священного. Это сияние, которое нисходит на человека из другого мира.

И любая женщина могла причаститься к этому сиянию — через косметику, через украшения, через подражание богине. Она могла стать на время иконой. Не лицом, а энергией.

---

2.4. Вавилон: Царственная красота и свинцовые белила

Шумерская цивилизация исчезла — или, точнее, была поглощена. Семитские народы (аккадцы, амореи) пришли с севера, смешались с шумерами, переняли их письменность, их богов, их представления о красоте. Но добавили кое-что своё.

Вавилонская империя, расцвет которой пришёлся на VI век до н.э. (правление Навуходоносора II, легендарного царя, построившего Висячие сады и разрушившего Иерусалим), довела шумерскую эстетику до предельной роскоши.

Белая кожа. Если шумеры ещё допускали смуглость, то вавилоняне требовали белизны. Не просто «светлой кожи» — а фарфоровой, почти прозрачной, как молоко или мрамор. Достигалась она свинцовыми белилами — страшной штукой, которая разрушала кожу, приводила к отравлениям, а при длительном использовании — к смерти. Но красота стоила риска. Знатная женщина не выходила из дома, не наложив на лицо толстый слой белил. Цвет её кожи должен был кричать о её статусе: она не работает на солнце, у неё есть рабыни, она принадлежит к высшему классу.

Золотые татуировки. Вавилонянки, особенно из храмовых кругов, практиковали тончайшие татуировки золотой пылью. Узоры — звёзды, полумесяцы, геометрические орнаменты — наносили на руки, плечи, иногда на лицо. Это было невероятно дорого и невероятно больно. Но результат стоил того: женщина превращалась в ювелирное изделие, в живой храм, в движущуюся звезду.

Высокие причёски. Шумерские корзины из кос превратились в вавилонские башни. Женщины носили на голове конструкции из собственных волос, конских волос, пальмовых волокон, украшенных золотыми диадемами, лентами, цветами. Чем выше причёска, тем знатнее женщина. Иногда они были такими тяжёлыми, что женщина не могла повернуть голову без помощи служанки.

Литературный идеал. Вавилонские поэты воспевали красоту так же пылко, как шумерские, но более детально. Вот фрагмент вавилонской любовной песни (конец II тысячелетия до н.э.):

«Её губы — мёд, её зубы — семена ячменя,
Её груди — мешки с изумрудами,
Её живот — волна, поднимающаяся на море,
Её бедра — серна на лугу,
Её бёдра — груда лазурита,
Её пальцы — стебли тростника на ветру.»

(Перевод по изданию «Love Lyrics of Ancient Babylon»)

Обратите внимание: ничего абстрактного. Мёд, ячмень, изумруды, волна, серна, лазурит, тростник. Всё — из жизни, из природы, из хозяйства. Вавилонская красота конкретна. Она растёт из земли, как урожай. Она движется, как ветер. Она съедобна, как мёд. Это не «бесплотный» идеал, а очень даже телесный.

---

2.5. Ассирия: Воинственный идеал и «гневное сияние»

Ассирийцы были римлянами Месопотамии. Они завоевали всех, построили огромную империю, прославились жестокостью, бюрократией и любовью к монументальному искусству. Их представления о женской красоте — самые суровые из всех месопотамских.

Иштар войны. У ассирийцев Иштар (Иштар-Арбиту, «Иштар четырёх сторон света») была прежде всего богиней войны. Её изображали с луком и стрелами, в колеснице, запряжённой львами. Её красота — не томная и манящая, а ослепительная и смертоносная. Поэты называли её «гневным сиянием» — то, что сияет так ярко, что обжигает.

Сросшиеся брови. Ассирийские женщины копировали этот образ на своём лице. Они подводили брови так густо, так близко друг к другу, что те срастались на переносице. Сплошная линия — символ суровой, единой воли. Никаких «ласок», никаких «изгибов». Только власть.

Рельефы Ашшурбанипала. В знаменитом дворце последнего великого ассирийского царя (VII век до н.э.) сохранились рельефы, изображающие женщин — цариц, жриц, пленниц. Посмотрите на них в музее — в Британском музее в Лондоне или в Лувре в Париже. Вы увидите: высокие, стройные фигуры в длинных, богато украшенных платьях. Лица — гордые, с большими глазами, идеально прямыми носами, тонкими губами. Волосы — длинные, волнистые, ниспадающие на плечи — не заплетены в косы, как у шумерянок, а распущены или собраны сзади в узел. Это другая эстетика: не «священная сложность», а «воинственная простота».

Женщины на войне. Ассирийские женщины не воевали — по крайней мере, в отличие от скифских амазонок или кельтских воительниц, которые были их современницами, они не брали в руки меч. Но они присутствовали на войне. Рельефы изображают ассирийских цариц, пьющих вино под балдахином, пока их мужья казнят пленных. Или — женщин-пленниц, которых уводят с детьми на плечах. Красота здесь — привилегия победителей. Побеждённые красивыми быть не могут — их изображают с растрёпанными волосами, в разорванных одеждах, с плачем и мольбой.

Это страшно. Но это — реальность. Красота никогда не была «нейтральной ценностью». Всегда была политикой.

---

2.6. Хетты: Мастера синтеза

Хетты — народ, который мы часто забываем, но который сыграл огромную роль в истории. Их империя располагалась в Анатолии (современная Турция), на границе между Месопотамией, Сирией и Эгейским миром. Они воевали с Египтом (битва при Кадеше, около 1274 года до н.э., закончилась первым в истории мирным договором), торговали с Вавилоном, впитывали влияние и Запада, и Востока.

Хеттская эстетика — это синтез. В ней есть и месопотамская любовь к украшениям, и анатолийская простота, и намек на эгейскую свободу.

Солнечная богиня Аринны. Главное женское божество хеттов — не Иштар, а местная богиня, покровительница солнца, земли и царской власти. Она изображается с солнечным диском на голове, в длинном платье, сидящей на троне. Её красота — не «лунная», как у Иштар, а дневная, ясная, бесстрастная. Но хеттские женщины нередко изображали её с атрибутами Иштар — с короной-зубцами, с львами у ног, — смешивая две традиции.

Ритуальные танцы. Хеттские женщины участвовали в сложных культовых церемониях, где музыка, танец и красота сливались воедино. Из текстов мы знаем: существовали специальные жрицы-танцовщицы (их называли «женщины-плясуньи»), которые славились своей грацией. Их нанимали для храмовых праздников, свадеб, погребальных обрядов. Красота здесь — не статика, а движение. Не лицо, а танец.

Украшения. Хеттские ювелиры любили серебро (Анатолия была богата серебряными рудниками) и хрусталь. Серьги в виде полумесяцев, подвески в виде животных (оленей, орлов, львов), браслеты с закрученными концами. Всё это носили и женщины, и мужчины — хетты были гораздо свободнее в вопросах гендерных маркеров, чем вавилоняне или ассирийцы.

---

2.7. Общее и особенное: Что объединяет месопотамские цивилизации

За две с половиной тысячи лет — от первых шумерских городов до падения Ассирии (612 год до н.э.) — в Месопотамии сменилось множество народов, языков, династий. Но представления о женской красоте оказались удивительно устойчивыми. Вот что объединяет все эти культуры.

Во-первых, косметика как ритуал. Подводка глаз сурьмой — не просто украшение. Это магическая защита. Это подражание богине. Это ежедневное напоминание о том, что женщина причастна к священному.

Во-вторых, украшения как маркер статуса. Нельзя надеть то, что не положено по твоему положению. Только царица имеет право на головной убор с золотыми листьями. Только жрица — на татуировки золотой пылью. Только замужняя — на шейную гривну. Красота — это иерархия.

В-третьих, тело как храм. Женское тело нужно покрывать, украшать, защищать. Оно не выставляется напоказ — по крайней мере, у добропорядочных женщин. Но оно должно угадываться под тканью. Оно должно интриговать.

В-четвёртых, священная проституция. Это одно из самых спорных явлений древней истории. Греческий историк Геродот (V век до н.э.) писал, что в Вавилоне каждая женщина хотя бы раз в жизни должна прийти в храм Иштар и отдаться чужестранцу за деньги, которые затем жертвуются храму. Долгое время это считали выдумкой — предрассудком грека, не понявшего местных обычаев. Но современные исследования подтверждают: существовали храмовые проститутки, которые действительно имитировали образ богини, предлагая свою красоту как услугу. Их тела были священными. Их красота — платой за процветание всей общины. Женщина, отдавшая себя в храме, считалась не падшей, а, наоборот, благочестивой. Она приобщалась к богине.

Это шокирует нас сегодня. Но это — правда. Красота, в Месопотамии, имела цену. И женщины платили её — не только косметикой.

---

2.8. Итог: Красота как сияние

Что мы выносим из Месопотамии? Что остаётся с нами, когда мы перелистываем страницы об этой давно исчезнувшей цивилизации?

Мы выносим идею о том, что красота — не свойство, а отношение. Женщина не «красива сама по себе». Она красива, потому что в ней отражается божество. Потому что она носит его украшения, его косметику, его причёску. Потому что она — земная Иштар.

Иштар была жестокой богиней. Она разрушала тех, кто ей не поклонялся. Она насылала болезни, войны, бесплодие. Но она же дарила любовь, страсть, продолжение рода. Красота в Месопотамии — это не безобидное украшение. Это сила. Это власть. Это опасность.

И женщины, которые подводили глаза сурьмой, вплетали в косы золотые ленты, надевали лазуритовые ожерелья и шли в храм, чтобы стать богиней хотя бы на час — они знали, на что идут. Они платили цену. Красотой — и иногда жизнью.

Но они и получали награду. Возможность хотя бы на мгновение прикоснуться к божественному. Увидеть своё отражение в глазах другого человека и понять: я — не просто женщина. Я — врата миров.

---

В следующей главе мы отправимся в Древний Египет — туда, где красота стала не только божественной, но и бессмертной, где женщины ухаживали за собой с научной точностью, а царица Нефертити до сих пор остаётся эталоном изящества и гармонии.