Опоздавшие на праздник жизни. Часть 33

Ссылка на предыдущую главу http://proza.ru/2026/05/24/1093
Все персонажи выдуманы. Любые совпадения с реальными событиями и людьми случайны.

Шепот и неуловимое движение в углах, вой в печной трубе при безветрии и стуки в окно, за которым никто не стоял, появление мокрых следов на полу, оставленных детскими ножками, напрягали Марго. Накрутившись за день по хозяйству, Мадс быстро засыпал ночью, но принимался метаться и скрежетать зубами во сне. Леди фон Тризи обратила на это внимание хозяйки дома.

– Следы мой Гриня оставляет. Мало того, что сын чародея, он еще и утопленник. Не зря на Руси опасались таких покойников, ох, не зря, - Мадса передернуло от этих слов. Старушка тяжко вздохнула и продолжила, смахивая слезу со щеки:

– А в окошко Смертушка стучится. Я знаю, что такое ведьмина агония. Больше двух седмиц не могла овдоветь. Утром муженек сложит руки на груди и замрет, пульс не прощупывается, а в полночь снова начинает биться в конвульсиях и матом орать, что горит заживо. Утварь на пол валилась сама собой, темнело в горнице, сколько ламп не зажги. Вокруг ни души, все его боялись, как меня сейчас. Я крепилась, не брала у него, пока нервы не сдали.

– Чего не брали? – спросила Маргарита, поёжившись.

– Тех, кто шебуршит в углах. Я старалась избегать смертоносных чар. Пакости ведь можно работкой заменить. Но сия чаша не минет меня. Поп не отслужит службу, когда меня не станет. Православный люд магию не принимает, особенно в этой деревне.

– Вы можете попросить кого-нибудь убить себя, - пробормотал Мадс, пряча глаза.

– Если мне зачтется самоубийство, от этого мое посмертие станет еще горше, бедняга. Надеюсь, он успеет! А что мучает тебя? Лиля?

– Не столько Лили, сколько совесть.

– Пальцы шевелятся в кушаке?

Мадс кивнул головой, побелев.

– От осинки не родятся апельсинки, малый. Ты тянешься к свету, а ноги проваливаются в самое пекло. Как хорошо, что тебе хватило сил не пойти на службу к царьку Андрюшке! Вчера я разложила большой расклад, используя сведения, полученные от тебя, и увидела зияющие раны на теле моего народа, нанесенные теми, кто не сможет свернуть с этого пути. Сейчас там тяжело, а в грядущем станет еще хуже. Может, и неплохо, что мы застряли на чужбине.

– О каких пальцах вы говорите?! – ужаснулась Марго.

Немного подумав, кастрат расстегнул под рубахой широкий ремень из крокодиловой кожи. Он содержал незаметную полость с «денежной подушкой безопасности», паспортом и водительскими правами. Еще в ней хранились два серебряных пальца.

– Несколько лет назад я нашел хирурга, лишившего меня мужественности, - бесцветный тоном признался Мадс, - ввел ему наркоз и отрубил большие пальцы рук. Высушил их и залил серебром. Бесцельное действие, которое нисколько не способствовало обретению цельности.

– А с папашей что? – прошептала бабушка, сверля его взглядом.

– Я вшил отцу Лили под шкуру ампулу с препаратом, которая постепенно растворялась, раздражая нервы. Он покончил с собой, не в силах выносить боль.

– Хирург умер в психушке?

– Да, он чокнулся без любимой работы, - поморщился Мадс. – Знаю, что вы подумали обо мне…

– Мои мысли закрыты для тебя, - покачала головой Меланья, с сочувствием глядя на кастрата. С гримасой недоверия и страха Марго отшатнулась от собеседников. Ведьма и убийца. В своем сопереживании несчастьям Мадса она поверила в его раскаяние и стала считать безобидным этого типа… подсознательно. Новое соприкосновение с истинной натурой Мадса на фоне незаживших ушибов и перелома произвели на нее гнетущее впечатление.

– Наши души потрескались, как это блюдо, но еще не разбиты, деточка. Кто-то и тебя считает окаянной, но ты живешь с этим, - заявила баба Малаша. – Ясна ли тебе, Мадс, тщета твоих ходов? Ты обидел, тебя обидели, ты отомстил, за то, что тебе отомстили. Сколько не бегай по этому кругу, никуда не доберешься. Тем более, с документами и счетами на женское имя.

– Да, я постиг тщетность всего, милая бабушка. Все время думаю, что я такое, и есть ли смысл бороться за себя. Кошмары одолевают по ночам, стыд днем. Мой путь заволокло туманом. Не вижу цели, да и не хочу уже ничего, - угрюмо пробормотал Мадс, отрешенно глядя вдаль.

– Твой ум блуждает во мраке. Неудивительно. Я думаю, что он все-таки успеет. Значит, мы в последний день вместе. Детишки, вы сделали доброе дело, придя сюда. Даже не за помощь по хозяйству благодарю. Да, в избе стало чище, и во дворе больше порядка, одни эти тыквы растут, как сорняки – ничем не выведешь. Одно ваше присутствие взбодрило каргу. Что у тебя еще в кошеле, малый?

Мадс достал покореженное кольцо с бирюзовыми незабудками. Оно пострадало в башне, когда кастрат в безумной ярости врезал кулаком по стене.

Меланья взяла его и долго рассматривала, прежде чем вернуть гостю. Мадс отдал украшение Марго с просьбой извиниться за него перед леди Корйа.

– Правильно сделал, внучок. Оно хранит тепло истинной привязанности и должно вернуться к владелице, - одобрила ведунья, улыбнувшись своей «этрусской» улыбкой. Ласковой, но с каким-то зловещим подтекстом.

Маргарита обещала увидеться с Адзебумой, как только сможет вернуться в Агалафию. Мадс с Меланьей сразу нашли общий язык, как проклятый с проклятой. Марго побаивалась обоих, но выбора у нее не было.

– Да, скоро ты будешь в столице. Этот «экстремизьм» твой сочтут обычной дурью, чем он и был с самого начала. Сегодня мы сходим в одно дивное местечко накопать корня мандрагоры для Марго. Нам с тобой, малый, он не пригодится.

– Это не то растение, которое вопит при копе? – спросил Мадс, возвращая свою кубышку на место.

– То, если копаешь его в Европе. А наши корешки предпочитают помалкивать, авось, пронесет. Ну, мы-то наварим из них снадобье для Марго.
 
Меланья увела свою компанию за деревню, вверх по склону. Видя ее пружинистый шаг и невозмутимое выражение лица, Маргарита устыдилась собственной слабости в ногах и одышки. Колено у нее уже почти не болело благодаря компрессу из каких-то листьев и грязи. Просто мышцы гудели от усталости, и лень одолевала.

– Природа этого острова не похожа на русскую, как говорил отец. Удивительно, как рябина здесь прижилась. Приезжали профессора за черенками и порослью этого деревца для своих ботанических садов.

Дорожка вела их через можжевеловую рощу к развалинам здания в античном стиле, облицованного порфиритом. Колонны перед порталом, ведущим в зал, оплетал плющ. Под высокой туей белела статуя юного бога. Ступени были стерты, часть балюстрады утрачена. Ветер свободно гулял в руинах, где из выдолбленных стен росли кустики, а на выступе под разрушенной крышей Мадс разглядел ласточкино гнездо.

– Это поместье было покинуто еще до основания Вершков. Отсюда мой муж взял валун. Как переместил его в одиночку за одну ночь, мне неведомо. Прямо из скальной породы за чертогом вырезан маскарон, из которого сочится водичка, и стекает по желобу среди олеандров. Поразительно, сколько их здесь растет, - неспешно поведала ведунья, присел на каменную лавку у стены.
 
– Должно быть, это имение принадлежало каким-то отравителям, - предположила Марго. Из дыры в стене показалась острая мордочка енота. Меланья ласково позвала его, и пушистый зверек доверчиво подошел к ней и стал ластиться. – Они и мандрагору выращивали?

– Да, но за ней придется подняться выше. На кручу ведет земляная лесенка, если ливнем окончательно не размыло. Но сначала отдохнем здесь. Попейте из Источника Пана, детишки. Считается, что маскарон изображает его.

Меланья достала медную братину из ниши и дала Марго. Та принесла воды ведунье, потом напились они с Мадсом. В голове зашумело, как от вина, мышцы расслабились, а страхи рассеялись.

– Как местные здесь все ни растащили? Эта чудная водица точно стоит немалых денег, - с хмельной улыбкой пробормотала леди фон Тризи, усаживаясь на пол, выложенный остатками мозаики и мхом.

– Без меня вы не нашли бы это место даже по карте. Но философам и колдунам иногда удается попасть сюда.

Подремав часок-другой подле Меланьи, погрузившейся в созерцание, Мадс и Марго добрались до высокогорного луга и накопали корневища мандрагоры обыкновенной, которую кастрат без труда узнал. Марго омыла здоровой рукой корешки, похожие на человечков, в желтоватой водичке, изливающейся из маскарона.

– У меня такое ощущение, что я скоро уйду, а вы с бабой Малашей останетесь здесь, - обронила леди фон Тризи, ни о чем не думая, и сама удивилась своим словам.

– Так и есть, - на грубом лице разлегшегося на мозаичном полу скопца заиграла призрачная улыбка.

– Но мне опасно в городе, - возразила Марго. – А к деревенской жизни я не привыкну.

– Тебе не к чему привыкать. Ты вернешься домой.

– Скажи мне одно, - присела рядом с ним на корточки Маргарита, - на Чучо можно положиться? Ты знаешь его лучше, чем я.

– Я знаю его дольше, чем ты, и только, - усмехнулся Мадс, заложив руки под голову. Над ними кружила хищная птица. – Чучо производит впечатление пассивного тюфяка, но оно лишь отчасти верно. Порой такое отчебучит, что глаза на лоб лезут!

– Например? – с интересом спросила рыжеволосая.

– Чучо – любимый пасынок диктатора. Джулиано дарил ему не только лошадей. Парень получил трехкомнатную квартиру в центре столицы, а под домом располагался подземный гараж с подаренным отчимом автомобилем. Еще у Чучо были земельный участок под Сульсой, акции, патент на придворную синекуру, которая до сих пор дает ему средства на карманные расходы. И все же толстяк зависит от родителя, словно у него ничего нет за душой.

– Я не знала этого. Может, Андрюха отобрал у сына дары Джулиано?

– Андре еще не правил. Чучо всего лишился при короле Ахико, Марго. После смерти диктатора леди Корйа некоторое время жила под землей. Андре боролся за власть, угождая то одной, то другой влиятельной группировке в Синшараре. А молодой Чучо сошелся с распутной цыганкой Валенсией, оба брата которой были шулерами, а дядя рыночным наперсточником. Причем все четверо еще и торговлей «луговыми сборами» пробавлялись. Чучо получил в подарок кальян и колоду карт, и понеслось! Проиграв хитроумным бестиям участок, ценные бумаги, лошадей и машину с местом в подземном гараже, Чучо бросил их сестру, но та успела понести, и он вернул пассию. Через полгода Валенсия родила мертвого малыша. С горя Чучо начал прикладываться к бутылке. Снова на его пороге появился Шуга –  младший брат возлюбленной. Заявил, что получил в наследство платиновый перстень с хризолитом от известного каталы, своего учителя, который выиграл его у самого Джулиано. Банальная история. Если в какой-то стране был диктатор с пальцами, непременно найдется шулер, который будет хвастать, что выиграл у него перстень. Чучо узнал украшение отчима и возжелал его, забыв о том, как опасно играть с родственниками Вальки-билетерши. В итоге, цыгане с перстнем исчезли, а у квартиры пухлика появились новые владельцы. С повинной головой Чучо предстал перед отцовскими очами. Андре обещал не посвящать в эту позорную историю свою мать, леди Адзебуму. Взамен толстяк обязался участвовать в интригах Андре, и до сих пор отрабатывает свою глупость. Силовики и бабушка считают Чучо чуть ли не девственником, в то время как он просто неудачно гульнул с цыганской чаровницей.

У Марго вытянулось лицо. Ноги начали покалывать от неудобной позы.

– Ничего себе! Никогда бы не подумала, что Чучо способен влететь по-взрослому.

– Угу, - пробормотал Мадс, пожевывая травинку. – Когда был в фаворе, Андре много интересного рассказывал мне о своем ближнем круге. О том, что твоя кузина обольстила Наума Адзерура, я тоже узнал от него.

– А как же Бен Ресесито, которого она якобы нежно любит?! – вскричала Маргарита. – Ну и шалава, какой пример подает дочерям! Поразительно, что Ирен удаются такие трюки в ее возрасте!

– Генерал тоже немолод, и предпочитает опытных куртизанок «зеленым» дебютанткам, которым он также не отказывает в ласке. Сын Наума весь в папашу пошел, пятерых ребятишек настрогал. Андре опасается, что для борца с коррупцией эта связь плохо закончится, - Мадс поднялся на ноги, потянулся. – Это кощунство –  говорить о столь суетных вещах в таком месте.

– А зачем говорил? Ох, я поняла! На помощь Чучо мне не стоит рассчитывать. Он не пойдет против отца, хотя тяготится зависимостью от него! – разочарованно протянула леди фон Тризи, разминая затекшие ноги.

– Верь нашей доброй и мудрой бабе Малаше. Ты выберешься из списка экстремистов, хотя это кажется невероятным, - положил руку ей на плечо Мадс.

Марго слабо улыбнулась, не веря в его слова. Меланья вздрогнула, выходя из транса, и огляделась по сторонам.

– Вернемся в мою хату, детишки. Стены и сад с Источником Пана истаивают вместе с этим днем. А у нас еще много дел. Корешки у тебя, девонька? Какие красавцы!

– Мне мерещится, что в них тихо бьются маленькие сердечки, бабушка, - хихикнула Марго, любуясь темно-коричневыми «человечками» в своих ладонях.

– Может, так оно и есть? – подмигнула ей Меланья. За оживленной компанией до самого дома бежал енот на своих шаловливых лапках и принял участие в застолье. К счастью для животного, ужин был вегетарианским.

Ночью Мадс не мог глаз сомкнуть. На сердце кошки скребли, побаливала голова, а среди ночных шепотков за печкой один голос однозначно принадлежал покойному отцу Лили. Как обычно, он нудил о том, что Мадса ожидают адские муки после смерти, но начнутся они еще на земле, за решеткой, где его не спасет физическая сила от полчища сокамерников.

Мадс вышел на улицу и присел на старом крыльце. Смоля одну самокрутку за другой, он вспомнил недавний конфликт с сельчанами, которые на глаз не могли определить, мужик он или баба. Посмеялись над ним. Тогда Мадс постарался сдержать свой гнев, но он все еще клокотал где-то глубоко. Без подсказчиков ясно, что места в этой жизни он не найдет. Что в Вершках оставаться нельзя. Куда бежать, кастрат не знал. Да и нехорошо оставлять бабу Малашу одну с ведьминой агонией.

Мадс не знал, что пока они собирали мандрагору у Источника Пана, в деревне появился странный незнакомец. Он принял местных бородачей за толстовцев, стал выяснять, кого лешего они основали новую общину без участия общепризнанного знатока учения Льва Толстого. Мужиков возмутило, что какой-то этли, читающий классика в переводе (собственно, как и они в альманахе), не способный по-русски выговорить «православие, самодержавие, народность», примазывается к славе Льва Толстого. Слово за слово – началась стычка с сельскими увальнями. Потирая намятые бока, Лев фон Тризи затаился за деревней. Вряд ли Марго скрывают в этом нелепом селении. Он решил проверить еще одно домишко за околицей, где, по слухам, местная знахарка живет. Замаскировав машину ветками, Лев зарядил ружье и заснул с ним на коленях. Не видел, как компания во главе с бабой Малашей вернулась из развалин и хлопотала по дому до отхода ко сну. Видимо, крепко ему по башке настучали, правда, и Лева в долгу не остался.

Бородач был резко вырван из глубокого сна. Словно кто-то толкнул его.
Лев видел только фотографии Мадса, где он был накрашен и переодет в женские одежды. Но он сразу узнал его лицо в свете зажженной спички, на крыльце ведьминой лачуги.

– Теперь этот урод наряжается соответственно своему полу. Но это не спасет его поганую шкуру! – прошипел толстовский гуру, выбираясь из автомобиля с ружьем.

– Мадс Брутали! Предъяви мою жену, гнида, пока не укокошил! – рявкнул Лев, щелкая затвором.

Кастрат холодно взглянул на героическую фигуру в кустах и запустил в нее забытый молоток с деревянной рукоятью. Немного промазал. Молоток пролетел над головой буяна. А вот пуля Льва угодила, куда он целился при неверном свете полной луны. В сердце Мадса, поставив точку в его нелегком жизненном пути.

– Кто осмелился обижать моего внука?! – заорала Меланья, высунувшись в окно с искаженным мукой и мокрым от ледяного пота лицом. Этой ночью тело отказалось ей служить, и бесы набросились на душу.

Лев перезарядил ружье и попал ей в лоб. Старушка ахнула и упала на пол.

Шум разбудил крепко спавшую леди, которой снилось, что она снова молода и бродит с друзьями и подружками по ночным улицам Агалафии, распевая песни под гитару. Она выскочила из закутка, который делила с Мадсом, и увидела на полу корчившуюся Меланью с пулевым отверстием в голове. На пороге ей преградил путь труп Мадса. Маргарита закричала от боли и бессилия им помочь. Какими бы подозрительными они не казались ей, Марго по-своему привязалась к Мадсу и ведунье. Слезы заструились по ее щекам, сердце сжалось.

Бесстрашно приближаясь к ограде, леди фон Тризи увидела, как ее постаревший и обросший космами муженек опустил оружие и скромно проговорил:

– Дорогая, я спас тебя. Ты не пострадала от грязных лап евнуха?

У бедняжки от изумления отвисла челюсть. Она остановилась, таращась на него. Лев тоже смешался, почувствовав, что натворил нечто такое, за что его в щечку не чмокнут, а побить – побьют. И действительно, когда оторопь отступила, Марго с криками ярости набросилась на своего спасителя и расцарапала все его лицо здоровой рукой. А больной, отягощенной гипсом, двинула по шишке, оставленной деревенским оппонентом.

– За что, родная?! – взвыл несчастный, отступая.

– За убийство хороших людей! – истерично завизжала Марго, замахиваясь на благоверного для следующего удара.

– Прекрати, деточка. Ты не поняла, что я заманила вас ради этого? – спокойно спросила Меланья, появляясь на крыльце. Она потрогала смертельную рану на лбу и криво улыбнулась. У супругов пробежал мороз по коже. Ужас перед необъяснимым потушил гнев Марго и лихую удаль Льва. Не может человек с простреленной головой уверено расхаживать и вести разумные речи. – Все в порядке, детишки, просто дух сильнее плоти. Первый раз в жизни ты не опоздал, Лев фон Тризи. Это должно было начаться сегодня, но теперь я вижу путь на волю. Благодарю вас. Только Мадса жаль. Но там тебе будет лучше, малый.

С этими словами баба Малаша закрыла глаза Мадса и перешагнула через его тело. Жестом позвала Льва и Марго. Те не осмелились ослушаться и вошли в избу. Меланья переоделась в новое платье, надела амулет на шею, положила на грудь портрет родителей и легла на застеленную черным покрывалом лавку.

– Возьми бутыль с остывшим варевом и ступай, Маринка. Не поминай лихом. Лев, спали дом с нашими оболочками. У местных давно чешутся руки сделать это, но я не хочу, чтобы меня сжигали люди одной крови со мной. Если склоняешься к скорби, помяни ведьму из деревни Вершки-и-Корешки, но не ссорься с мужем из-за меня и Мадса. Все идет своим чередом, деточка. Не трать оставшееся время на чепуху, - наставила Марго Меланья и умерла.

На фото туапсинский пейзаж из интернета.

Продолжение следует