Кризис одиночества

Духовное обледенение...
               
Мы живем в эпоху парадокса. У каждого в кармане есть устройство, связывающее его со всем миром, но уровень одиночества бьёт исторические рекорды.

Современный человек похож на Робинзона Крузо, у которого есть Wi-Fi, но нет Пятницы. Мы «лайкаем» посты друг друга, но разучились разговаривать глаза в глаза. Мы обходим друг друга, хотя эксперимент "Корона" давно закончился...

Автор этих строк каждый день пересекает маленький, утопающий в зелени, парк. У проходящих мимо людей лица серьёзные. Озабоченные. Никто, за редчайшим исключением, не поздоровается, как водилось это раньше. Я, автор этих строк, стараюсь здороваться со всеми. Некоторые пассанты (прохожие) отвечают. Иные удивлённо смотрят на меня... Другие вовсе не реагируют на моё приветствие. А те, что помоложе, ещё и наушники напялили, чтобы ни на что не реагировать и оставаться где-то в заоблачном эфире. В виртуальном мире, то бишь.

Не удивительно, что в последние годы социологи всё чаще говорят о настоящей эпидемии одиночества. Пользователи платформ и соцмедиа в целом, включая и многочисленных блогеров, окружены тысячами контактов в социальных сетях, но испытывают дефицит настоящих отношений. Они могут иметь сотни, тысячи подписчиков, но, увы, ни одного человека, которому можно позвонить в трудную минуту. К сожалению, эта проблема коснулась и церкви.

Да, в поисках лекарства от духовного обледенения люди нередко приходят в церковь. Но и там их порой ждёт  сюрприз... Оказывается, можно исправно и регулярно годами посещать воскресные службы, знать слова всех церковных гимнов, но оставаться абсолютно одиноким... Внешне прихожанин среди людей, а внутренне остаётся один. Он приходит с грузом проблем и уходит с ними незамеченным... А ведь люди церкви знают, что "Одному жить — сердцу холодно".

Дерево без корней...

Библия начинает говорить об одиночестве уже на первых своих страницах. Бог сотворил идеальный мир, где всё было «хорошо» и «весьма хорошо». Но первая деталь, которая Богу не понравилась, зафиксирована в Книге Бытия: «И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему» (Быт. 2:18). Заметим: эти слова были сказаны ещё до грехопадения. Одиночество не является частью Божьего первоначального замысла. Человек создан для отношений — с Богом и с ближними. Даже в раю, имея прямую связь с Творцом, человек нуждался в подобном себе. На одиночество русский народ так смотрит: «Человек без друзей — что дерево без корней».

В Новом Завете идея общности выходит на новый уровень. Церковь названа Телом Христа (1 Кор. 12:27). А теперь представьте палец, который лежит отдельно от руки и пытается «дистанционно» сопереживать организму... Выглядит странно и немного пугающе. Апостол Павел подчеркивает: мы соединены связями, и если страдает один член, страдают все. Это, думаю, всем понятно. Но на практике сия теория далеко не всегда подтверждается. Не столь уж и редки случаи, когда прихожане представлены самим себе и каждый вынашивает свои личные проблемы, опять же,  лично... Никого, кроме самого страдальца, его ситуация не интересует. Дескать, у каждого свой воз проблем. Совсем как в той поговорке:  «Чужая беда — смех, своя — слезы»... Такова эгоцентричность человеческого восприятия. Свои проблемы кажутся трагедией, а чужие — пустяком.
Но ведь мы говорим здесь о церкви и христианах! Разве у них может процветать равнодушие? Может, если станут жить не по Божьим заповедям и учению Христа, а по принципу: «Болит спина, да не моя»...                               
Мы с супругой посетили сегодня нашу - пожилую и очень больную -  соседку. Она уже несколько лет находится в больнице. В разговоре с ней выяснилось, что за всё это время ни один член (Евангелической) церкви, которую она регулярно посещала, не проведал её... О какой христианской или там братской любви можно тут говорить? Кстати, моего недавно умершего друга Сергея (православный), проживавшего в Вуппертале, тоже никто, из посещаемого им Храма, не посетил. Другими словами, одиночество пустило глубокие корни во всех сферах человеческого сообщества. Даже в христианстве.

Не музей и не клуб

Человек, созданный по образу Божьему, просто не может функционировать без отношений. Известный богослов Дитрих Бонхёффер в своей книге «Жить вместе» писал, что христианская община — это не клуб по интересам, а духовная реальность. Он предупреждал: «Тот, кто любит свою мечту о общине больше, чем саму общину, губит последнюю». Живое общение в церкви требует мужества принимать людей с их недостатками, а не искать идеальных святых и идеальную церковь.

Автор этих строк тоже долго искал, перебирал и менял церкви и общины, пока наконец не дошло, что люди, пусть даже и верующие, просто не в состоянии создать чистую, незапятнанную, идеальную (в первую очередь, с духовной точки зрения) церковь. Таковая, насколько я понял из содержания Библии, будет образована Спасителем нашим - Христом. А пока надо мириться и жить с тем, что имеем. Но, конечно же, стремиться к познанию Христа и любови к ближнему; к праведности и духовному росту; к миру и святости. Именно для этого церкви и существуют.

Августин Блаженный напоминал, что наши сердца неспокойны, пока не упокоятся в Боге, но путь к Богу часто лежит через ближнего, через общину или Церковь. Последняя — это не музей чистых праведников, а, своего рода, больница, где общение — одна из главных терапевтических процедур.

Любопытна точка зрения гностиков. Вопреки расхожему мнению, что они были врагами христианства и исключительно замкнутыми эгоцентриками, они тоже собирались вместе. В их понимании «живое общение» — это совместное пробуждение от духовного сна. Узнавая Божественную искру в другом человеке, они преодолевали земное одиночество. Как гласит одно из гностических изречений: «Если ты познал своего брата, ты увидел Бога своего». Кстати, границы между христианским учением и гностицизмом в первые века были размыты. Гностики искренне считали себя частью христианского движения.

Пришёл, послушал, ушёл...

Но вернёмся к главной теме нашей статьи: почему люди одиноки даже в церкви?                Причины бывают разными. Одиночество в церкви чаще всего возникает из-за нехватки личного общения, замкнутости прихожан и смещения фокуса с искренней взаимопомощи на внешние обряды. Иногда человек приходит в общину после серьёзных жизненных ран. Он боится открываться людям. Почему бы не поинтересоваться его судьбой, не вникнуть в его положение и не помочь, хотя бы, сочувствием и утешением?

случается, что церковь превращается в место религиозного потребления: пришёл, послушал, ушёл... Во многих церквях прихожане знают программу служения лучше, чем друг друга. Находясь среди сотен людей, человек концентрируется на службе, а не на общении. Отсюда может возникнуть эмоциональная отчужденность.

Иногда формальные приветствия не перерастают в близкие отношения, и прихожане остаются в статусе «знакомых». В больших приходах после службы люди часто сразу расходятся по домам из-за бытовых забот. Многим кажется, что их проблемы или «недостаточная духовность» будут осуждены окружающими, что заставляет скрывать истинные чувства. Если приходить в храм только за поиском друзей, а не за духовным опытом, легко столкнуться с разочарованием в людях. Конь познается в езде, а друг — в беде.

Остался один...

Немецкий богослов Дитрих Бонхёффер писал, что христианство означает общение через Иисуса Христа и в Иисусе Христе. Христианин нуждается в другом христианине не только для дружбы, но и для взаимного духовного укрепления и помощи при необходимости. В реальности социальный и духовный климат в церквях выглядит несколько иначе. Новички нередко чувствует себя изолированным и непонятым. Это может привести к отчуждению от общины, духовному разочарованию, унынию и постепенному отходу от веры. А если отстанет Бог, покинут и добрые люди, гласит народная мудрость.

Интересно, что даже великие Божьи люди переживали одиночество. Пророк Илия однажды сказал: «Остался я один» (3 Цар. 19:10). Хотя на самом деле Бог сохранил ещё семь тысяч верных людей. Одиночество нередко заставляет нас видеть мир мрачнее, чем он есть на самом деле. В этом случае негативные мысли, конечно же, преобладают над позитивными. Ничем хорошим такое состояние закончиться не может. "Призри на меня, и помилуй меня, ибо я одинок и угнетён", молился Царь Давид, когда остался один на один со своими врагами" (Пс. 24:16).

Семья или аудитория?

Новый Завет описывает церковь не как организацию (таковая у Свидетелей Иегова), а как живой организм. Апостол Павел пишет: «Вы — тело Христово, а порознь — члены» (1 Кор. 12:27). Как тот палец не может существовать отдельно от руки, так и христианин не предназначен для изолированной духовной жизни. Первые христиане постоянно пребывали в общении: «И каждый день единодушно пребывали в храме и, преломляя по домам хлеб» (Деян. 2:46). Они встречались не только на официальных собраниях, но и в домах. Их вера была частью повседневной жизни. Они понимали, что "С верой никогда не пропадешь".

Современные исследования показывают, что чувство принадлежности к общине является одним из важнейших факторов психологического благополучия человека. Библия учила этому задолго до появления психологии. Живое общение — это не просто разговоры о погоде или, того хуже, обсуждения отдельных братьев и сестёр после служения. Живое общение, это когда: радуются с радующимися; плачут с плачущими; молятся друг за друга; помогают друг другу; умеют слушать друг друга (Рим.12:15).

Многие люди приходят в церковь не столько за красивыми программами (характерно для американских протестантов), сколько за ощущением семьи. Однажды у одного пастора спросили: "Что удерживает людей в вашей церкви?" Он ответил: "Когда человек знает, что его отсутствие заметят, он понимает, что он нужен". В этой короткой фразе содержится глубокая истина.

За дальним столбом...

Случается, что прихожане сами виноваты в своем одиночестве. Пример из жизни: Приходит человек в храм, становится за самый дальний столб, надвигает капюшон (или платок) по самые брови, а после финального «Аминь» испаряется со скоростью профессионального ниндзя - средневековый японский лазутчик. А вечером пишет в соцсетях: «В этой церкви нет любви, я простоял там два часа, и со мной никто не поговорил!». Ну, пусть тогда "поговорит" с ним народная мудрость: «Кто хочет иметь друзей, тот и сам должен быть дружелюбным». С другой стороны, некоторые братья и сёстры настолько любят ближних, что предпочитают любить их на безопасном расстоянии... Но, как вы сами понимаете, «Жить в дружбе можно, когда она не ложна».

Юмор юмором, но общение действительно требует усилий. Настоящая близость не возникает автоматически. Чтобы в церкви появилось живое общение, нужно выйти из-за «своего» столба. Живой пример, о чём я уже не однажды писал, это создание малых групп, библейских кружков или совместных чаепитий после службы. Я побывал однажды в небольшой, очень скромной (во всех отношениях) церквушке города Спасск-Дальний. После богослужения все остались, вместе пообедали и затем ещё и пообщались, ближе познакомились. Незрячему проповеднику я, немного позже, выслал из Германии напечатанный по Брайлю Новый Завет, чему он очень обрадовался. 

Большая церковь вдохновляет, малая группа соединяет. Именно за чашкой чая с пирожком (который, как известно, обладает огромной объединяющей силой) рушатся барьеры между профессором Духовной академии и водителем трамвая. Когда люди начинают вместе чистить снег у церкви, организовывать помощь детскому дому или просто делиться рецептами — кризис одиночества постепенно отступает.
Церковь — это место, где можно снять маску «успешного успеха», которую от нас требует мир, и побыть собой: уставшим, сомневающимся, но любимым.

У себя под носом...

Кризис одиночества не лечится гигабайтами трафика. Он лечится теплом человеческих рук и искренним вопросом: «Как твои дела?», на который действительно хотят услышать ответ. Церковь имеет для этого всё: христианское основание, Библейские заповеди и людей, ищущих общения как с людьми, так и с Богом. Главное — помнить: чтобы община стала живой, нужно самому сделать шаг навстречу. И, возможно, этот шаг начнется с улыбки человеку, который будет стоять или сидеть рядом с вами на следующей службе. Знаем же, что улыбка – это счастье, которое можно найти прямо у себя под носом.

Я заметил, что очень важно для церкви уделить внимание  новым посетителям. Мастера в этом отношении - Свидетели Иегова. Там так встретят, и проводят, что хочется снова прийти. Да, человек может забыть тему проповеди и имена новых знакомых, но редко забывает доброе приветствие, сердечное отношение. Иногда человеку нужен не столько совет, сколько внимательное ухо. Есть такая пословица: «Слово лечит, а молчаливое участие раны затягивает».  Когда человек чувствует, что его понимают и не осуждают, его уровень стресса снижается, и он обретает способность самостоятельно найти выход из ситуации.

Лучше всего люди сближаются, когда вместе трудятся ради Божьего дела. То есть, речь идёт о совместном служении. Апостол Иаков напоминает, что чистое благочестие проявляется в заботе о нуждающихся. Поддерживать пожилых, больных и одиноких людей. Этому же учит и Сам Христос (Мф. 25:35-40).

Тотальная оставленность

Однако, самый глубокий ответ на проблему одиночества мы находим во Христе. Он пережил в Гефсимании тотальную оставленность. Убежали даже Его ученики. Он испытал категорическое отвержение людей. На кресте прозвучали слова: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» Христос вошёл в глубину человеческого одиночества, чтобы никто из верующих больше никогда не был окончательно одинок. Он обещал: Не оставлю вас сиротами; приду к вам» (Ин. 14:18). Даже если человек временно чувствует себя одиноким среди людей, он никогда не остаётся один перед Богом. Ни-ког-да! Это я поздновато понял. Но, поскольку теперь знаю , делюсь с вами, уважаемые читатели.

У меня, автора этой статьи так сложилась судьба, что по-настоящему близким человеком была мне только моя мама. Я пришёл в этот мир незаконнорождённым. Поэтому родных братьев и сестёр у меня не было и быть не могло. А полуродные относились ко мне очень плохо. Ни отца, ни деда у меня не было. А мама, как колхозница, большую часть времени на работе была. Так что защитить меня, мальца, некому было.

Когда мама умерла, я впервые почувствовал что такое есть горькое, мучительное, безысходное одиночество. А через десять лет после смерти моей дорогой мамы, уже в 50-летнем возрасте, неожиданно нашёл своего отца... Но тот от меня отказался... Таким образом, чувство одиночества преследовало меня до тех пор, пока не нашёл истинного своего Отца - Бога! Он, наш благой и милостивый Отец Небесный, всех и всё мне заменил. За что я Ему бесконечно и безмерно благодарен.

Головня в костре

Да, вера в Бога и вера Богу - это, как говаривали евреи Одессы, две большие разницы. Истинная вера и простое детское доверие нашему Отцу дарует невидимую, но постоянную духовную опору. Владыка любого человека может избавить от чувства брошенности и оставленности. С кем Бог - тот, поверьте, не одинок.

Старая пословица говорит: «Одна головня быстро гаснет, а в костре горит долго». В этом есть мудрость, созвучная Писанию. Церковь призвана быть не местом, где люди сидят или стоят рядом, а местом, где царствует Добродетель и Любовь, место, где люди живут вместе во Христе Иисусе, Спасителе и  Избавителе нашем. Слава Ему во веки веков!

Мир становится всё более одиноким. Поэтому одна из важнейших миссий церкви сегодня — стать настоящей семьёй, где каждый человек может услышать не только проповедь с кафедры, но и простые, идущие от сердца, слова. Например: «Мы рады, что ты с нами». А с кем вы, дорогие читатели?

Петер Браун