Попаданец. Юрка Барон Кража века. 4

Глава 4. Флорентийские расклады

Из палаццо Медичи Юрка выходил под конвоем — вежливым, но настойчивым. Двое стражников в синих с серебром ливреях проводили его до самой улицы, даже дверь открыли, будто важному гостю. Только в руку сунули не букет, а предупреждение:

— Синьор, не заставляйте нас искать вас завтра. Мы найдём. И тогда разговор будет другим.

— Угу, — кивнул Юрка. — Я понял. Завтра. Площадь. Полдень. Буду с цветами.

Стражники переглянулись, но ничего не сказали. Дверь за спиной закрылась с глухим стуком.

Юрка остался один посреди улицы.

Флоренция встретила его шумом, вонью и светом. Солнце стояло высоко — сейчас, должно быть, часа два дня. Улица была узкая, мощенная булыжником, с двух сторон зажатая трёхэтажными домами, которые нависали так, что небо превращалось в тонкую синюю полоску.

— Никакой Рублёвки, — пробормотал Юрка, крутя головой. — Никаких джипов, никакой рекламы «Сбербанка». Чисто, блин, исторический квест.

Мимо прошла женщина с корзиной рыбы — завоняло так, что Юрка закашлялся. Следом пробежал мальчишка с газетой. То есть не с газетой — с листком новостей, отпечатанным на грубой бумаге.

— Синьор! Синьор! — закричал он. — Купите «Флорентийский вестник»! Герцог Миланский обещает награду за поимку вора!

Юрка машинально взял листок. Прочёл: «Разыскивается Пьеро Барон, известный преступник. Рост — средний. Глаза — серые. Особые приметы — татуировка на левом запястье в виде виселицы. Награда — тысяча флоринов».

— Ого, — сказал Юрка. — А я думал, меня только Медичи ищут. А тут целый герцог.

Мальчишка вытаращил глаза, посмотрел на татуировку на руке Юрки, потом на листок, потом снова на руку.

— Синьор, — прошептал он, бледнея. — Это же вы!

— Нет, — серьёзно сказал Юрка. — Это мой брат-близнец. Я — Пьетро. А тот, кого ищут — Пьеро. Мы просто похожи, как две капли вина.

Мальчишка сглотнул.

— Синьор, у вас татуировка…

— Родовое проклятие, — вздохнул Юрка. — Всей мужской линии. Ужасно неудобно. Особенно на пляже.

Он сунул мальчишке медную монетку (нашёл в кармане камзола, видимо, на сдачу), развернулся и быстро зашагал прочь. Мальчишка остался стоять с открытым ртом.

Юрка шёл и вертел головой. Флоренция шестнадцатого века оказалась именно такой, как в кино — и совсем не такой. Да, были купола, арки, мраморные статуи на перекрёстках. Но был и навоз на мостовой. И открытые сточные канавы. И запах — смесь духов, пота, горелого жира и лошадиного пота. Юрка понял, почему богачи носили платки с духами у носа.

— Не Сколково, — подытожил он. — Но в целом — жить можно.

Он нашёл свой дом по приметам, которые успела шепнуть Эльза перед уходом: «Красная дверь, рядом с мясной лавкой, над входом — вывеска с вороном». Вывеска действительно была — чугунный ворон с раскрытыми крыльями. Дверь — красная, обитая железом.

Юрка толкнул дверь. Вошёл.

Внутри пахло деревом, старой кожей и чуть-чуть — страхом. Прихожая была маленькой, зато сразу за ней — большая комната, которую Пьеро Барон использовал как рабочий кабинет и приёмную.

Эльза сидела за столом и перебирала какие-то бумаги. Когда Юрка вошёл, она подскочила, уронила чернильницу и закрестилась.

— Синьор! Вы живы!

— А ты сомневалась?

— Стражники сказали, что отвели вас к Медичи! Я думала, всё!

— Всё только начинается, — Юрка скинул камзол и бросил на лавку. — Эльза, у нас есть что-нибудь поесть? Я с утра ничего не жрал, кроме страха и унижений.

Эльза засуетилась, принесла хлеб, сыр, кувшин вина. Юрка отхлебнул вино — кислое, терпкое, но бодрит. Отрезал сыр, сунул в рот.

— Так, — сказал он с набитым ртом. — Давай по второму кругу. Кто есть кто в этом городе? Помимо Медичи.

Эльза села напротив, сложила руки на коленях. Вид у неё был такой, будто она сдаёт экзамен.

— Флоренцией правят Медичи. Формально — совет синьоров, но на самом деле — Лоренцо, — начала она. — У него есть враги. Папа Римский, например. И король Неаполя. Но внутри города главные враги — семья Пацци. Они хотят власти. И ещё…

— Пацци? — перебил Юрка. — Те самые, которые заговор против Медичи?

Эльза удивилась.

— Откуда вы знаете? Это же тайна!

— Я… э-э… читал в будущем. — Юрка поморщился. — Неважно. Дальше.

— Ещё есть цехи. Самый сильный — цех шерстяников. И цех менял. Без них Медичи ничего не решают. А ещё есть… — Эльза понизила голос, — воры.

— Отлично. Рассказывай про воров.

Эльза перекрестилась.

— Синьор, вы же сами их глава. То есть были. До того, как украли Глаз.

— Я хочу знать всё заново. Как будто первый раз слышу.

Эльза кивнула — видимо, решила, что у хозяина опять припадок.

— Во Флоренции три воровские гильдии. Первая — карманники. Они работают на рынках. Ими заправляет старый Джузеппе, его все боятся. Вторая — взломщики. Они ломают двери, вскрывают сундуки. Их глава — синьор Бартоломео, страшный человек, он служил наёмником. А третьи — вы. Одинокие гении. Вы работаете один, но все платят вам дань. Десять процентов от любой кражи.

— А если не платят?

— Тогда вы сдаёте их страже. Или… — Эльза запнулась.

— Или?

— Или они исчезают.

Юрка присвистнул. Выходит, Пьеро Барон был не просто вором, а криминальным авторитетом с правом вето.

— Значит, я — король, — сказал он. — Ну, почти. Как ко мне относятся эти… коллеги?

— По-разному. Джузеппе вас уважает. Бартоломео — ненавидит. Он считает, что вор должен работать в команде, а вы — одиночка. Но пока боится.

— Пока, — повторил Юрка. — А что изменится?

— Если Медичи вас повесят, Бартоломео станет главным.

— Понятно. Значит, у меня есть личный враг в преступном мире, личный враг в правительстве и личная врагиня с дневником. — Юрка постучал пальцами по столу. — И завтра в полдень мне надо выйти на площадь и сделать вид, что я отдаю Глаз Ночи. А на самом деле не отдавать.

— А что вы отдадите? — спросила Эльза.

— Пока не придумал. Но что-нибудь красивое.

В дверь постучали. Три удара, потом пауза, потом ещё два.

Эльза побледнела.

— Это условный сигнал, — прошептала она. — Свои.

— Открывай.

Эльза открыла. В дверях стоял мужчина лет пятидесяти — коренастый, с седой бородой и умными, но усталыми глазами. Одет богато, но без вкуса: бархат, золото, перстни на всех пальцах. От него пахло хорошими духами и плохим вином.

— Барон, — сказал он, входя без приглашения. — Ты жив. А я уже купил чёрный платок для траура.

— Джузеппе? — догадался Юрка.

Старик остановился и посмотрел на него с подозрением.

— Ты всегда называл меня «синьор Джузеппе». А иногда — «старый пёс». Но никогда — просто по имени. Ты заболел?

— Голова болит, — отмахнулся Юрка. — Садись. Будем говорить.

Джузеппе сел, оглядел комнату, заметил сыр на столе, отрезал кусок и сунул в рот.

— Слухи летят быстрее ласточек, — сказал он, жуя. — Медичи дали тебе день. Бартоломео уже собирает своих псов — ждёт, когда ты упадёшь. А герцог Миланский обещает тысячу флоринов за твою голову. Отдельно.

— Отдельно от чего?

— От тела.

— А тело кому?

— Никому. Тело не нужно. — Джузеппе допил вино из кружки Юрки. — Ты в дерьме, Барон. Глубоко. Но я пришёл не ради этого.

— А ради чего?

Джузеппе наклонился вперёд и заговорил тише:

— У меня есть информация. Плата за информацию — сто флоринов. Или ты рассказываешь, куда дел Глаз.

— Я не расскажу.

— Тогда сто флоринов.

— У меня нет ста флоринов. — Юрка залез в карман, выгреб всё, что там было. Получилось три флорина, две медяшки и один перстень с рубином (видимо, трофей того самого Пьеро). — Вот. Это всё.

Джузеппе посмотрел на перстень, взял его, поднёс к свету.

— Рубин неплохой. Тысяча флоринов не стоит, но… — он сунул перстень в карман. — Ладно. Слушай.

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки.

— Бартоломео договорился со стражей. Завтра, когда ты выйдешь на площадь, они не будут тебя охранять. Наоборот — подставят. Если ты попытаешься сбежать или обмануть Медичи, тебя схватят. И Бартоломео будет рядом, чтобы лично… — Джузеппе сделал красноречивый жест по горлу.

— Значит, враги не только снаружи, но и внутри, — кивнул Юрка. — Классика.

— Это не всё. — Джузеппе оглянулся на Эльзу. Та поняла и вышла. — Есть ещё кое-что. Про Глаз.

— Говори.

— Я знаю, где настоящий Глаз Ночи.

Юрка замер. Кулон в кармане словно нагрелся.

— А тот, что у меня? — спросил он осторожно.

— Тот, что у тебя — подделка. Хорошая подделка. Но фальшивка. Настоящий Глаз хранится в другом месте. — Джузеппе усмехнулся. — Ты думал, Медичи заплатили бы пять тысяч флоринов за кусок стекла? Они знают, что у тебя фальшивка. Им нужна не она. Им нужен ты.

— Зачем?

— Чтобы ты привёл их к настоящему Глазу. — Джузеппе встал. — Ты единственный, кто знает, где он. Даже сам не помнишь, но твоё тело помнит. Медичи это знают. Поэтому они дали тебе срок. Поэтому не убили сразу. Ты — ключ, Барон. И завтра они выбьют из тебя этот ключ.

Юрка сидел молча. Потом медленно вытащил из кармана кулон. Синий камень пульсировал слабо, почти незаметно.

— А настоящий Глаз… где? — спросил он.

Джузеппе наклонился к самому уху.

— В палаццо Медичи. В сейфе Лоренцо. Под охраной. Его никогда не крали. Ты украл подделку. Но Медичи хотят, чтобы все думали, что настоящий Глаз в руках вора. Это отводит подозрения.

— Зачем им это?

— Затем, — Джузеппе выпрямился, — что настоящий Глаз Ночи не просто артефакт. Это оружие. Тот, кто им владеет, видит всё. Всех врагов. Все секреты. А Лоренцо Медичи хочет стать единственным правителем Флоренции. Для этого ему нужно знать всё о всех.

Юрка спрятал подделку обратно.

— А ты откуда знаешь? — спросил он.

Джузеппе улыбнулся, обнажив жёлтые зубы.

— Потому что мой карманник украл это из кабинета секретаря Медичи. Три дня назад. За час до того, как ты «украл» Глаз.

Он направился к двери, но на пороге обернулся.

— Барон. Ты сказал, что вор должен уходить красиво. Завтра у тебя будет такой шанс. Не упусти его. А если упустишь — не приходи ко мне. Я старых друзей не хороню. У меня на это нет времени.

Дверь захлопнулась. Юрка остался сидеть, глядя на пустую кружку.

— Эльза! — крикнул он.

Служанка заглянула в комнату.

— Да, синьор?

— Ты можешь найти мне Леонардо?

Эльза удивилась.

— Да Винчи? Он в Милане, при дворе герцога.

— А быстро он может приехать?

— За три дня, если очень быстро.

— Трёх дней у нас нет, — вздохнул Юрка. — Есть только вечер и ночь.

Он встал, подошёл к окну. Солнце клонилось к закату. Флоренция готовилась ко сну — закрывались лавки, зажигались масляные лампы на углах.

— Не да Винчи, так сами, — сказал он. — Я не историк, и не изобретатель. Но я — вор. И в двадцать первом веке я знал одного инженера, который показывал мне, как вскрывать сейфы девятнадцатого века. А тут — шестнадцатый. Дерево, железо и наивность.

Он повернулся к Эльзе.

— Слушай план. Завтра в полдень я выхожу на площадь Синьории. В руках — пустая шкатулка. Лоренцо думает, что в ней Глаз. Бартоломео думает, что я идиот. Стражники думают, что они меня схватят.

— А что на самом деле? — спросила Эльза.

Юрка улыбнулся — той самой наглой улыбкой, которую уже начинал считать своей.

— А на самом деле, пока все будут смотреть на меня, кто-то другой вскроет сейф Лоренцо Медичи и украдёт настоящий Глаз Ночи.

Эльза охнула.

— Кто?! Нет таких воров во Флоренции! Даже вы не сможете!

— Я и не буду, — сказал Юрка. — Меня там не будет. Всё дело в том, Эльза, что вор никогда не крадёт то, за чем пришёл. Вор крадёт то, что никто не охраняет, потому что все смотрят на другое.

Он достал из сумки кожаный мешочек, высыпал на стол золотые монеты.

— Сколько у нас времени до заката?

— Часа три, не больше.

— Хватит. — Юрка разделил монеты на три кучки. — Эльза, пойдёшь к Джузеппе. Скажешь, что я прошу у него трёх лучших карманников. Оплата — пятьдесят флоринов. Вторая кучка — тебе. Купишь верёвки, крюки, и самое главное — принеси мне кусок меди размером с ладонь и два метра тонкой проволоки.

— Зачем?!

— Вскрывать сейф. Быстро и без шума. — Юрка подвинул третью кучку. — А это — тебе лично. За риск. И за то, что не сдала меня стражникам, когда они ломились в дверь.

Эльза посмотрела на золото, потом на Юрку. Глаза у неё стали влажными.

— Синьор, — сказала она тихо. — Вы правда другой. Пьеро никогда бы не заплатил мне. Он говорил: «Ты служанка, твоя плата — еда и крыша».

— А я говорю: работа должна оплачиваться, — отрезал Юрка. — Бегом. Время.

Эльза схватила монеты и выбежала.

Юрка остался один.

Он достал кулон — подделку, фальшивку, обманку. Синий камень всё так же слабо пульсировал.

— Значит, ты — приманка, — сказал он артефакту. — А настоящий Глаз сидит у Лоренцо в сейфе, и никто его никогда не крал. До завтра.

Он подошёл к стене, где висела карта Флоренции. Нашёл палаццо Медичи. Провёл пальцем от своего дома до дворца.

— Расстояние — полтора километра. Тоннель Филиппо ведёт только до кухни. А сейф Лоренцо — на втором этаже, в рабочем кабинете. Как туда попасть, минуя охрану?

Он задумался. И вдруг улыбнулся.

— Эх, Пьеро Барон. Ты оставил мне тело, татуировку и кучу проблем. Но ты забыл оставить главное — чертежи. — Юрка повернулся к сундуку, где лежали бумаги. — Зато я помню. В двадцать первом веке я полгода сидел в СИЗО с одним медвежатником. Он рассказывал, как вскрывал сейфы в Эрмитаже. Старые, механические, с секретом. Там система была простая — кулачковый механизм на шести сувальдах. Открывается за сорок секунд, если знаешь код.

Он сел за стол, взял гусиное перо и начал рисовать. Не умел, конечно — чертил как курица лапой. Но схема была понятна.

— Завтра, — сказал он, макая перо в чернила, — я украду Глаз Ночи. Но не так, как все думают. Я украду его на глазах у всего города. И никто даже не поймёт, как это сделано.

Перо скрипело по пергаменту. За окном темнело. Флоренция засыпала, не зная, что этой ночью родится план самой дерзкой кражи века.

А может, и не одной.

Купить книгу можно на Литрес, автор Alec Drake. Ссылка на странице автора.