Хоумлендер в детском саду

Хоумлендер — лидер «Семёрки», самый могущественный сверхчеловек, созданный корпорацией Vought. Официально его преподносят как благородного защитника человечества, но на деле он — нарцисс с расшатанной психикой и тягой к жестокости: годы манипуляций и экспериментов в лаборатории превратили его в опасного социопата, который наслаждается властью над слабыми.

В тот день пиар-команда Vought запланировала для него «трогательный» визит в детский сад «Sunny Days» — нужно было снять ролик, где «герой» играет с малышами, чтобы поправить его подпорченную репутацию. Но едва оказавшись среди детей, Хоумлендер почувствовал знакомое раздражение — наивные взгляды, доверчивые улыбки словно высмеивали его «великую» сущность. В голове зазвучали старые голоса учёных из лаборатории: «Ты должен быть лучшим. Ты должен внушать страх». И тогда в нём вспыхнуло желание не позировать перед камерами, а показать этим невинным созданиям, кто здесь настоящий бог. Так он решил устроить им «испытание» — и уже не собирался останавливаться.

В детском саду «Sunny Days» в тот день повисла неестественная тишина. Даже самые озорные малыши словно почувствовали что-то зловещее — перестали бегать, притихли у своих столиков. Воспитательница мисс Лора уже собиралась объявить тихий час, когда дверь с тихим скрипом отворилась.

На пороге стоял он. Высокий, в облегающем синем костюме с плащом, который будто бы не колыхался от движения воздуха, а жил своей собственной, пугающей жизнью. Он слегка наклонил голову, разглядывая детей, и растянул губы в улыбке — слишком широкой, неестественно идеальной.

— Я здесь, чтобы проверить, насколько вы хорошие дети, — произнёс он, и его голос, усиленный до пугающей громкости, эхом разнёсся по комнате, заставив малышей вздрогнуть.

Дети замерли, словно загипнотизированные. Пятилетний Тимми, который ещё минуту назад громко хвастался новой игрушечной машинкой, теперь сидел, вцепившись в край стола, и не мог отвести взгляда от незнакомца. Его глаза расширились от страха, но он словно не мог пошевелиться.

— Кто из вас самый смелый? — Хоумлендер присел на корточки, оказавшись на уровне детских глаз. Его улыбка не дрогнула, не стала теплее — она оставалась той же пугающей маской. — Кто готов показать мне, что он не боится?

Тишина стала почти осязаемой, словно густой туман, заполнивший комнату. Казалось, даже часы на стене перестали тикать. Потом из угла раздался робкий голос:

— Я… я смелый… — это был Билли, самый маленький в группе. Он встал, сжимая в руках потрёпанного плюшевого медведя, его нижняя губа дрожала, но он упрямо выставил вперёд подбородок.

Хоумлендер медленно поднялся, его плащ плавно качнулся, словно тень, следующая за ним по пятам. Он сделал шаг к Билли, и в этот момент в глазах его промелькнуло что-то холодное, безжалостное.

— Отлично, — прошептал он, и в этом слове не было ни тепла, ни одобрения — лишь предвкушение чего-то ужасного. — Пойдём со мной, Билли. У меня для тебя есть особое испытание.

Билли попятился, его глаза наполнились слезами, но он не мог отвернуться от этого пронизывающего, немигающего взгляда. Мисс Лора, наконец выйдя из оцепенения, попыталась встать между ними.

— Сэр, я не думаю, что это уместно… — начала она, её голос дрожал.

Хоумлендер перевёл взгляд на неё, и на секунду мисс Лоре показалось, что она смотрит в бездну.

— Не вмешивайтесь, учительница, — его голос прозвучал тихо, но в нём была такая угроза, что женщина невольно отступила на шаг, её руки безвольно опустились.

Он снова посмотрел на Билли, протянул руку, и мальчик, словно под действием невидимой силы, сделал шаг вперёд.

— Нет… пожалуйста… — прошептал Билли, но его ноги сами несли его к двери, за которой царила пугающая темнота.

Мисс Лора закрыла глаза, не в силах смотреть, как её воспитанник уходит с этим чудовищем в костюме. Она услышала тихий щелчок закрывающейся двери, а затем — пронзительный, леденящий душу крик, который оборвался так же внезапно, как и начался.

Когда она открыла глаза, Хоумлендер уже был в комнате снова. Его улыбка стала ещё шире, а в глазах плясали безумные огоньки.

— Теперь вы все будете проходить испытание, — произнёс он, и его голос звучал как приговор.

Что последовало дальше, напоминало кошмар наяву. Хоумлендер двигался с нечеловеческой скоростью, его руки мелькали в воздухе, а дети один за другим падали на пол, их лица застывали в выражении крайнего ужаса. Мисс Лора пыталась защитить хотя бы кого-то из них, но он отшвырнул её в сторону, словно тряпичную куклу, и она, ударившись о стену, потеряла сознание.

Когда она очнулась, комната была залита кровью. Тела детей лежали в неестественных позах, словно сломанные игрушки. Хоумлендер стоял посреди этого ужаса, его костюм был испачкан алыми пятнами, но он, казалось, не замечал этого. Он посмотрел на мисс Лору, и в его взгляде не было ничего человеческого.

— Они не прошли испытание, — сказал он, словно оправдываясь, и вышел из комнаты, оставив за собой лишь тишину и смерть.

Спустя несколько часов в опустевший детский сад вошёл Билли Бутчер. Его лицо было мрачным, он знал, что вряд ли найдёт кого-то в живых. Осторожно передвигаясь по залитым кровью коридорам, он заглядывал в каждую комнату, пока не оказался в игровой. То, что он увидел, заставило его сжать кулаки до побеления костяшек.

Он обошёл помещение, стараясь не наступать на тёмные лужи, и заметил небольшой видеорегистратор, спрятанный в углу под потолком. Бутчер снял его и подключил к портативному монитору, который принёс с собой. На экране появилась запись: Хоумлендер входит в комнату, его зловещая улыбка, испуганный Билли, затем — жуткие кадры того, как супергерой расправляется с детьми. Каждое движение, каждый крик были запечатлены с ужасающей чёткостью.

Бутчер выключил запись, его лицо исказилось от ярости и боли. Он знал, что теперь у него есть доказательство, которое можно использовать против Хоумлендера. Но это знание не приносило облегчения — лишь холодную, тяжёлую решимость довести дело до конца.