Глава 43 Собеседование в Тулузе

Глава 43 Собеседование в Тулузе

1

Татьянин день ознаменован беседой с научным руководителем и предложением прервать работу над диссером ввиду моей полнейшей неуспеваемости. Впрочем, научиться жить без диссера — вопрос времени.

Попсихую первое время, а потом, наверное, успокоюсь. А ещё в Тулузе был снег. Самый настоящий, хлопьями. Он пошёл, когда я разговаривала с научным, и закончился почти сразу после окончания нашей встречи.

Это, видимо, был какой-то знак — я, правда, не поняла ещё какой.

2

Перед отъездом я написала заявление об увольнении.
Начальник положил его в стол и сказал:
— Не подпишу. Я тебя знаю, через пару недель ты снова будешь здесь.

А я уже перестала себя уважать за то, что никак не могла принять решение. В Москве с этим стало легче, но я всё никак не наберусь смелости написать начальнику или позвонить, чтобы сказать, что не вернусь.
И так ведь до сих пор и не позвонила!
Я даже придумала себе лозунг: «Моё увольнение — это несколько ударов по клавиатуре».
Осталось претворить его в жизнь и, кто знает, может, я хоть ненадолго почувствую себя свободной?

3

«Привет, Оливье!

Я ещё раз подумала и решила остаться в Москве. Я не скоро вернусь во Францию, но если у Вас есть вопросы или нужно отредактировать отчёт, напишите мне. Надеюсь, что моё письмо об отставке не станет проблемой.

Извините, что заставила Вас ждать в неопределённости. Я надеюсь, Вы понимаете, что моя отставка — это результат моего личного кризиса и она не имеет отношения к Вам или к проекту в целом. Мне очень понравилось работать с Вами, и я надеюсь, что мне ещё представится другая возможность.
 
Я сохраню лучшие воспоминания о нашей работе.
Большое спасибо за всё, что Вы сделали для меня, и извините.
С уважением,Наталья»

4

Ну вот я и уволилась.
Действительно, всего несколько ударов по клавишам.

5

Я всё никак не могла принять решение и надеялась, что «кривая выведет», что подвернётся работа и я сама собой репатриируюсь.
Работа не подворачивалась.

Наконец забрезжила перспектива, но фирма тянула с ответом невыносимо долго. На нервной почве я даже смоталась снова во Францию. Потом вернулась, оставив французскому шефу заявление об уходе, которое он спрятал в стол.

Я стала подозревать, что мне нужно перестать ждать и принять решение самой, но оно не принималось. Я чувствовала, что работы в России не будет, пока я не решу для себя, что остаюсь.

Еле-еле я написала французскому шефу, что не вернусь. Хотя и после этого письма были порывы «сдать назад» и уехать.

6

Сегодня в храме я подумала:
— Завтра пятнадцатое, я буду считаться уволенной...

Я сказала это для себя, чтобы перестать оглядываться на Париж и принять, что я здесь.

Видимо, эти слова были услышаны. Вечером я получила ответ по поводу работы — после почти двух с половиной месяцев ожидания.

7

На прошлой неделе я побывала у кардиолога, на двери кабинета значилась табличка «Нина Королёва». Я долго беседовала с ней, называя её по имени-отчеству, потом она отправила меня сделать кардиограмму и эхограмму и вернуться показать. Я выяснила, что Королёва работает во второй половине дня, пришла и заняла очередь, удостоверившись, что принимает именно Королёва.

Через некоторое время двери кабинета отворились и вышла врач. За прошедшую неделю она странным образом изменилась. Я ещё раз расспросила людей в очереди, Королёва ли это. Очередь уверенно ответила, что да.

Я не поверила и решила сделать тест — подошла к врачу и назвала её по имени. И она откликнулась! Тогда я решила, что она просто сожгла себе волосы и с этой недели ходит в парике, и что у меня плохая зрительная память.

8

Дождавшись своей очереди, я вошла в кабинет, загрузила доктора своими кардиограммами и очень удивилась, когда она спросила меня:
— Что вы хотите?
Но даже и тогда сомнения в том, что я ошиблась, в мою голову не закрались.
Я поняла, что я просто тормоз, лишь когда врач потрясла перед моим носом картой и сказала:
— Вы были у Ивановой, что вы хотите от меня?

9

Иногда хочется всё бросить, хлопнуть дверью и уйти. С некоторых пор я стала понимать, что всё бросить и уйти не получится, вернее, можно, но в итоге останется пустота, как после похорон, потому что отношения уже переросли фазу «сошлись — разошлись», появились какая-то близость и родство.

Возможно, станет легче, когда мы научимся ссориться и выяснять отношения, не разбегаясь при этом в разные стороны — говорят, что этому научаешься после того, как поживёшь вместе.

Пока первый порыв при малейшем недовольстве — сказать: «Закрой за мной дверь». А когда дверь закрывается, садимся под дверью, каждый со своей стороны, и слушаем дыхание другого. Это всё что угодно, только не любовь, хотя что я знаю о любви?

10

Отправила вчера Сергею валентинку, получила в ответ:
«Тема раскрыта, зачОт!!!»